16 цитат про «бытие» — коротко и по делу

16 цитат про «бытие»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Огонек во мраке ночи, безмолвие флейты, поющей на десять тысяч ладов: так впервые открывается нам незыблемый покой бытия. Пробуждение от снов наяву, ни единого шороха во всей вселенной: так впервые скрывается нам первозданный Хаос бытия. Если в такие мгновения «пролить свет на себя самого», то понимаешь, что слух и зрение, вкус и обоняние — все это путы, а желания и страсти — все это суета.

   Огонек во мраке ночи, безмолвие флейты, поющей на десять тысяч ладов: так впервые открывается нам незыблемый покой бытия. Пробуждение от снов наяву, ни единого шороха во всей вселенной: так впервые скрывается нам первозданный Хаос бытия. Если в такие мгновения «пролить свет на себя самого», то понимаешь, что слух и зрение, вкус и обоняние — все это путы, а желания и страсти — все это суета.

   — Хун Цзычен
2. «

   Стало быть, самое ужасное из зол, смерть, не имеет к нам никакого отношения; когда мы есть, то смерти ещё нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет. Таким образом, смерть не существует ни для живых, ни для мёртвых, так как для одних она сама не существует, а другие для неё сами не существуют.

   Стало быть, самое ужасное из зол, смерть, не имеет к нам никакого отношения; когда мы есть, то смерти ещё нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет. Таким образом, смерть не существует ни для живых, ни для мёртвых, так как для одних она сама не существует, а другие для неё сами не существуют.

   — Эпикур · книга
3. «

   Чем только не нагружают они свое утлое суденышко, заваливая его до самой верхушки мачты! Тут и нарядное платье и огромные дома; бесполезные слуги и толпы светских знакомых, которые ценят вас не дороже двух пенсов и за которых вы не дадите и полутора; пышные приемы с их смертной тоской; предрассудки и моды, тщеславие и притворство, и — самый громоздкий и бессмысленный хлам! — опасение, что о вас подумает ваш сосед... Все это хлам, старина! Выбрось его за борт! Он делает твою ладью такой тяжелой, что ты надрываешься, сидя на веслах. Он делает ее такой неповоротливой и неустойчивой, что у тебя нет ни минуты покоя, ни минуты отдыха, которую ты мог бы посвятить мечтательной праздности; тебе некогда взглянуть ни на легкую рябь, скользящую по отмели, ни на солнечных зайчиков, прыгающих по воде, ни на могучие деревья, глядящие с берегов на свое отражение, ни на зеленые и золотые дубравы, ни на волнующийся под ветром камыш, ни на осоку, ни на папоротник, ни на голубые незабудки.

   Чем только не нагружают они свое утлое суденышко, заваливая его до самой верхушки мачты! Тут и нарядное платье и огромные дома; бесполезные слуги и толпы светских знакомых, которые ценят вас не дороже двух пенсов и за которых вы не дадите и полутора; пышные приемы с их смертной тоской; предрассудки и моды, тщеславие и притворство, и — самый громоздкий и бессмысленный хлам! — опасение, что о вас подумает ваш сосед... Все это хлам, старина! Выбрось его за борт! Он делает твою ладью такой тяжелой, что ты надрываешься, сидя на веслах. Он делает ее такой неповоротливой и неустойчивой, что у тебя нет ни минуты покоя, ни минуты отдыха, которую ты мог бы посвятить мечтательной праздности; тебе некогда взглянуть ни на легкую рябь, скользящую по отмели, ни на солнечных зайчиков, прыгающих по воде, ни на могучие деревья, глядящие с берегов на свое отражение, ни на зеленые и золотые дубравы, ни на волнующийся под ветром камыш, ни на осоку, ни на папоротник, ни на голубые незабудки.

   — Джером Клапка Джером · книга
4. «

   Великие тайны нашего бытия ещё только предстоит разгадать, даже смерть может оказаться не концом.

   Великие тайны нашего бытия ещё только предстоит разгадать, даже смерть может оказаться не концом.

   — Никола Тесла
5. «

   Что было — уже есть, и чему быть — уже было.

   Что было — уже есть, и чему быть — уже было.

   — Царь Соломон · книга
6. «

   – Что они там делают весь день? – Женское бытие покрыто завесой тайны, которую лучше не трогать.

   – Что они там делают весь день? – Женское бытие покрыто завесой тайны, которую лучше не трогать.

   — Теодор «Лори» Лоренс · фильм
7. «

   Когда меня спрашивают, чего я хочу, мне как-то сразу вообще перестает хотеться чего-либо. «Все равно нет ничего, что меня обрадовало бы», мелькает в голове в таких случаях. В то же время я никогда не мог отказаться от подарка, даже если он мне совсем не нравился. Отрезать «не надо» я не мог; а если вещь даже и нравилась, я, в конце концов, испытывал только ужасную горечь, словно приобрел краденое; да еще необъяснимый страх преследовал меня. Короче говоря, решить эту альтернативу я был не в состоянии. На закате жизни эта черточка моего характера стала казаться мне существеннейшим фактором моего позорного бытия.

   Когда меня спрашивают, чего я хочу, мне как-то сразу вообще перестает хотеться чего-либо. «Все равно нет ничего, что меня обрадовало бы», мелькает в голове в таких случаях. В то же время я никогда не мог отказаться от подарка, даже если он мне совсем не нравился. Отрезать «не надо» я не мог; а если вещь даже и нравилась, я, в конце концов, испытывал только ужасную горечь, словно приобрел краденое; да еще необъяснимый страх преследовал меня. Короче говоря, решить эту альтернативу я был не в состоянии. На закате жизни эта черточка моего характера стала казаться мне существеннейшим фактором моего позорного бытия.

   — Осаму Дадзай · книга
8. «

   Смысл бытия заключается в небытии. А вечное – в преходящем; здесь круг замыкается. Что может быть ближе противоположностей?

   Смысл бытия заключается в небытии. А вечное – в преходящем; здесь круг замыкается. Что может быть ближе противоположностей?

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   Прикоснулась к руке язычком нежно-розовым кошка — и в касании том открывается мне впервые бытия печальная прелесть...

   Прикоснулась к руке язычком нежно-розовым кошка — и в касании том открывается мне впервые бытия печальная прелесть...

   — Сайто Мокити
10. «

    Что я читаю? Книгу Бытия, оправленную в кожу некогда живого существа.

    Что я читаю? Книгу Бытия, оправленную в кожу некогда живого существа.

    — Станислав Ежи Лец
11. «

    Смерть – очень неприятная форма бытия.

    Смерть – очень неприятная форма бытия.

    — Руди Вурлитцер · фильм
12. «

    Истинный смысл отрицания не в возможности говорить «нет». А в отрицании самой возможности отрицания. Таким образом, абсолютное отрицание — полное отсутствие свободы. Или смерть. Смерть как отрицание бытия…

    Истинный смысл отрицания не в возможности говорить «нет». А в отрицании самой возможности отрицания. Таким образом, абсолютное отрицание — полное отсутствие свободы. Или смерть. Смерть как отрицание бытия…

    — Мацуо Монро · книга
13. «

    Действие предохраняет нас от бытия в том смысле, что, если ты все время чем-то достаточно занят, то не обязан быть кем-то... ... Бытие как становление означает: надо учиться быть всем тем, что ты собой представляешь.

    Действие предохраняет нас от бытия в том смысле, что, если ты все время чем-то достаточно занят, то не обязан быть кем-то... ... Бытие как становление означает: надо учиться быть всем тем, что ты собой представляешь.

    — Карл Витакер · книга
14. «

    Везде, где бы ни было в жизни, среди ли черствых, шероховато-бедных и неопрятно-плеснеющих низменных рядов её или среди однообразно-хладных и скучно-опрятных сословий высших, везде хоть раз встретится на пути человеку явленье, не похожее на всё то, что случалось ему видеть дотоле, которое хоть раз пробудит в нём чувство, не похожее на те, которые суждено ему чувствовать всю жизнь.

    Везде, где бы ни было в жизни, среди ли черствых, шероховато-бедных и неопрятно-плеснеющих низменных рядов её или среди однообразно-хладных и скучно-опрятных сословий высших, везде хоть раз встретится на пути человеку явленье, не похожее на всё то, что случалось ему видеть дотоле, которое хоть раз пробудит в нём чувство, не похожее на те, которые суждено ему чувствовать всю жизнь.

    — Николай Гоголь · книга
15. «

    О, бедный Йорик! Я знал его, Горацио: это был человек с бесконечным юмором и дивною фантазиею. Тысячу раз носил он меня на плечах, а теперь… Как отталкивают моё воображение эти останки! Мне почти дурно. Тут были уста — я целовал их так часто. Где теперь твои шутки, твои ужимки? Где песни, молнии острот, от которых все пирующие хохотали до упаду? Кто сострит теперь над твоею же костяной улыбкой? Всё пропало.

    О, бедный Йорик! Я знал его, Горацио: это был человек с бесконечным юмором и дивною фантазиею. Тысячу раз носил он меня на плечах, а теперь… Как отталкивают моё воображение эти останки! Мне почти дурно. Тут были уста — я целовал их так часто. Где теперь твои шутки, твои ужимки? Где песни, молнии острот, от которых все пирующие хохотали до упаду? Кто сострит теперь над твоею же костяной улыбкой? Всё пропало.

    — Уильям Шекспир · книга
16. «

    Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание.

    Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание.

    — Карл Маркс · книга