157 цитат про «чувства» от великих людей

157 цитат про «чувства»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Задолго до нашей встречи у нас бывали одинаковые сны.

   Задолго до нашей встречи у нас бывали одинаковые сны.

   — Владимир Набоков · книга
2. «

   Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.

   Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.

   — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
3. «

   Секрет жизни в том, чтобы не поддаваться чувству, когда оно неуместно.

   Секрет жизни в том, чтобы не поддаваться чувству, когда оно неуместно.

   — Оскар Уайльд · книга
4. «

   Оставить тебя в покое! Хорошо. Но как я могу оставить в покое себя?

   Оставить тебя в покое! Хорошо. Но как я могу оставить в покое себя?

   — Рэй Брэдбери · книга
5. «

   Я б навеки пошел за тобой Хоть в свои, хоть в чужие дали… В первый раз я запел про любовь, В первый раз отрекаюсь скандалить.

   Я б навеки пошел за тобой Хоть в свои, хоть в чужие дали… В первый раз я запел про любовь, В первый раз отрекаюсь скандалить.

   — Сергей Александрович Есенин
6. «

   Дотянуться друг до друга они не могли, но тронуть за душу было им по силам.

   Дотянуться друг до друга они не могли, но тронуть за душу было им по силам.

   — Ариэль Бюто · книга
7. «

   Неумение выразить свои чувства ещё не означает их отсутствие.

   Неумение выразить свои чувства ещё не означает их отсутствие.

   — Михаил Веллер · книга
8. «

   Я не пессимист. Я замерзший, усталый, голодный оптимист.

   Я не пессимист. Я замерзший, усталый, голодный оптимист.

   — Ольга Громыко · книга
9. «

   Когда в душе сплошная тоска, бесчувственность спасает.

   Когда в душе сплошная тоска, бесчувственность спасает.

   — Эмма Свон · сериал
10. «

    Она входила в калитку один раз, а биений сердца до этого я испытывал не менее десяти...

    Она входила в калитку один раз, а биений сердца до этого я испытывал не менее десяти...

    — Михаил Булгаков · книга
11. «

    Чувства людей гораздо интереснее их мыслей.

    Чувства людей гораздо интереснее их мыслей.

    — Оскар Уайльд · книга
12. «

    Лучше любить, мирясь с болью, чем упиваться ненавистью.

    Лучше любить, мирясь с болью, чем упиваться ненавистью.

    — Мисузу Камио · аниме
13. «

    Чтобы уметь сказать «я люблю тебя», нужно уметь сначала сказать «Я». Основа оправданного эгоизма. Необходимость подумать иногда о себе самом, чтобы добиться гармонии с собой. Необходимость начать ценить себя, чтобы другие тебя ценили. Иметь смелость показать чувства, не осуждая их и не боясь быть осужденным. Делать выводы о человеке вне зависимости от того, что думают о нас остальные. Необходимость быть просто счастливыми, не давая объяснений никому.

    Чтобы уметь сказать «я люблю тебя», нужно уметь сначала сказать «Я». Основа оправданного эгоизма. Необходимость подумать иногда о себе самом, чтобы добиться гармонии с собой. Необходимость начать ценить себя, чтобы другие тебя ценили. Иметь смелость показать чувства, не осуждая их и не боясь быть осужденным. Делать выводы о человеке вне зависимости от того, что думают о нас остальные. Необходимость быть просто счастливыми, не давая объяснений никому.

    — Ирене Кальво Аспеолеа (Irene Calvo Azpeolea) · сериал
14. «

    Чем яснее вы понимаете себя и свои чувства, тем больше вы любите то, что есть.

    Чем яснее вы понимаете себя и свои чувства, тем больше вы любите то, что есть.

    — Бенедикт Спиноза
15. «

    Рядом с ним, как ни с кем другим на свете, она чувствовала себя по-настоящему избранной и единственной.

    Рядом с ним, как ни с кем другим на свете, она чувствовала себя по-настоящему избранной и единственной.

    — Януш Леон Вишневский · книга
16. «

    Тебе не обязательно видеть, чтобы знать, что это я. Потому что ты меня чувствуешь.

    Тебе не обязательно видеть, чтобы знать, что это я. Потому что ты меня чувствуешь.

    — Хо Да · сериал
17. «

    У меня и так достаточно тревог и боли, и я не хочу пополнять эту коллекцию.

    У меня и так достаточно тревог и боли, и я не хочу пополнять эту коллекцию.

    — Сесилия Ахерн · книга
18. «

    — Я тут с ума схожу, а тебе, видимо, наплевать! Тебе что, всё равно? Прости. Я хотела, чтобы всё было замечательно, а сама не могу умолкнуть... — Я тебя люблю.

    — Я тут с ума схожу, а тебе, видимо, наплевать! Тебе что, всё равно? Прости. Я хотела, чтобы всё было замечательно, а сама не могу умолкнуть... — Я тебя люблю.

    — Эллисон «Элли» Гамильтон · фильм
19. «

    Стук сердца, двух сердец, есть она и он, темно, поздняя ночь, они бегут и смеются, дождь промочил одежду и волосы, они куда-то прячутся, слышны звуки поездов, у них мокрые лица, взгляды, вдруг проскакивает искра, прикосновения, страсть, поцелуи, минута, мгновение, мокрые лица, мокрые волосы, мокрые губы, переплетение судеб, путаные мысли и ещё более путаные чувства. И мир, пульсирующий жизнью.

    Стук сердца, двух сердец, есть она и он, темно, поздняя ночь, они бегут и смеются, дождь промочил одежду и волосы, они куда-то прячутся, слышны звуки поездов, у них мокрые лица, взгляды, вдруг проскакивает искра, прикосновения, страсть, поцелуи, минута, мгновение, мокрые лица, мокрые волосы, мокрые губы, переплетение судеб, путаные мысли и ещё более путаные чувства. И мир, пульсирующий жизнью.

    — Януш Леон Вишневский · книга
20. «

    Алика: — Что же на душе так исключительно гнусно? Бананан: — Этот факт твоей судьбы у меня тоже предусмотрен. Когда тебе станет окончательно гнусно, поставь эту кассету. Алика: — А с чего ты решил, что мне должно стать окончательно гнусно? Бананан: — Мне так кажется.

    Алика: — Что же на душе так исключительно гнусно? Бананан: — Этот факт твоей судьбы у меня тоже предусмотрен. Когда тебе станет окончательно гнусно, поставь эту кассету. Алика: — А с чего ты решил, что мне должно стать окончательно гнусно? Бананан: — Мне так кажется.

    — Алика · фильм