94 цитаты про «дочь», которые захочется сохранить

94 цитаты про «дочь»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Откуда она взялась? — Из меня. — Из тебя? Как? Кто она? — Ну... Она моя дочь. — Привет, папа.

   — Откуда она взялась? — Из меня. — Из тебя? Как? Кто она? — Ну... Она моя дочь. — Привет, папа.

   — Донна Ноубл · сериал
2. «

   Но отчего же мне так невыносимо пронзительно будет смотреть вслед этому красивому мужчине, за руку которого крепко-крепко держится пятилетняя малышка? Почему же меня охватит совершенно животная тоска, и сердце забьётся сильнее, и вспотеют ладони, и что-то оборвётся в солнечном сплетении, заставив схватиться за телефон, чуть не в панической атаке набрать номер и проговорить в трубку быстро-быстро: – Папа, привет! Ты меня сильно-сильно любишь? – Ну, конечно, деточка! – услышу я в ответ. «Пусть это слышит каждая девочка. Пять ей, сорок четыре или семьдесят. Пусть мир девочек покоится на плечах пап!» – подумаю я и тут же сама над собой рассмеюсь за это пафосное заклинание.

   Но отчего же мне так невыносимо пронзительно будет смотреть вслед этому красивому мужчине, за руку которого крепко-крепко держится пятилетняя малышка? Почему же меня охватит совершенно животная тоска, и сердце забьётся сильнее, и вспотеют ладони, и что-то оборвётся в солнечном сплетении, заставив схватиться за телефон, чуть не в панической атаке набрать номер и проговорить в трубку быстро-быстро: – Папа, привет! Ты меня сильно-сильно любишь? – Ну, конечно, деточка! – услышу я в ответ. «Пусть это слышит каждая девочка. Пять ей, сорок четыре или семьдесят. Пусть мир девочек покоится на плечах пап!» – подумаю я и тут же сама над собой рассмеюсь за это пафосное заклинание.

   — Татьяна Соломатина · книга
3. «

   Жизнь всё расставляет на свои места и, подрастая, дочка объясняет маме, что у неё совершенно иные планы на своё будущее и на своё счастье. Важно, чтобы мама вовремя всё услышала и приняла дочь такой, какой она пришла этот мир.

   Жизнь всё расставляет на свои места и, подрастая, дочка объясняет маме, что у неё совершенно иные планы на своё будущее и на своё счастье. Важно, чтобы мама вовремя всё услышала и приняла дочь такой, какой она пришла этот мир.

   — Екатерина Сиванова
4. «

   Зачем, по-твоему, взрослая дочь едет к матери, которую давно не видела? Не знаешь? За помощью, даже если сама этого не понимает.

   Зачем, по-твоему, взрослая дочь едет к матери, которую давно не видела? Не знаешь? За помощью, даже если сама этого не понимает.

   — Олег Рой · книга
5. «

   «Наташа у меня, к счастью, холодна, — говаривала она, — не в меня... тем лучше. Она будет счастлива». Дарья Михайловна ошибалась. Впрочем, редкая мать понимает дочь свою.

   «Наташа у меня, к счастью, холодна, — говаривала она, — не в меня... тем лучше. Она будет счастлива». Дарья Михайловна ошибалась. Впрочем, редкая мать понимает дочь свою.

   — Иван Сергеевич Тургенев · книга
6. «

   — Что за хреновина? — Это моя дочь. — Да хоть плачущая Богоматерь. Никаких личных вещей на борту. — Имей в виду, я всё равно получу это обратно. — Ты мне ещё указывать будешь, мудак? — Ты слышал меня?

   — Что за хреновина? — Это моя дочь. — Да хоть плачущая Богоматерь. Никаких личных вещей на борту. — Имей в виду, я всё равно получу это обратно. — Ты мне ещё указывать будешь, мудак? — Ты слышал меня?

   — Начальник Фолзун · фильм
7. «

   — Пощадите мою дочь! — прошептал Вильфор. — Вы сами назвали ее — вы, отец. — Пощадите Валентину! Нет, это невозможно. Я скорее обвинил бы самого себя! Валентина, золотое сердце, сама невинность! — Пощады быть не может, господин королевский прокурор. Улики налицо: мадемуазель де Вильфор сама упаковывала лекарства, которые были посланы маркизу де Сен-Мерану, и маркиз умер.

   — Пощадите мою дочь! — прошептал Вильфор. — Вы сами назвали ее — вы, отец. — Пощадите Валентину! Нет, это невозможно. Я скорее обвинил бы самого себя! Валентина, золотое сердце, сама невинность! — Пощады быть не может, господин королевский прокурор. Улики налицо: мадемуазель де Вильфор сама упаковывала лекарства, которые были посланы маркизу де Сен-Мерану, и маркиз умер.

   — Александр Дюма · книга
8. «

   Рождение дочери очень сильно меняет твоих родственников. В этом плане очень сильно изменился мой папа. Дело в том, что он всегда был очень суровым, требовательным к нам в школе с братом, но умеренно требовательным. Не было такого, чтобы мы получали тройку и следующий месяц ходили под фамилией матери. Он вёл бизнес в девяностые и это отложило определённый отпечаток на его манеру общения, и поэтому, я никогда не думал, что мой строгий усатый папа может выговорить такое слово, как «удидю-дю-дюшенька». Как-будто сюсюкающийся Сталин. Расстрелять! Чем? Поцелуйчиками!

   Рождение дочери очень сильно меняет твоих родственников. В этом плане очень сильно изменился мой папа. Дело в том, что он всегда был очень суровым, требовательным к нам в школе с братом, но умеренно требовательным. Не было такого, чтобы мы получали тройку и следующий месяц ходили под фамилией матери. Он вёл бизнес в девяностые и это отложило определённый отпечаток на его манеру общения, и поэтому, я никогда не думал, что мой строгий усатый папа может выговорить такое слово, как «удидю-дю-дюшенька». Как-будто сюсюкающийся Сталин. Расстрелять! Чем? Поцелуйчиками!

   — Иван Абрамов
9. «

   — Ты выглядишь точно как мать. Полагаю, от нее у меня эта нежность. — У вас одинаковые глаза. Потому что мы обе измучены. — И руки. Мы делим на двоих ослабевшие пальцы. — Но в ней нет той ярости, что поглощает тебя. Ты прав. Эта ярость ― единственное, что досталось мне от отца.

   — Ты выглядишь точно как мать. Полагаю, от нее у меня эта нежность. — У вас одинаковые глаза. Потому что мы обе измучены. — И руки. Мы делим на двоих ослабевшие пальцы. — Но в ней нет той ярости, что поглощает тебя. Ты прав. Эта ярость ― единственное, что досталось мне от отца.

   — Рупи Каур · книга
10. «

    Его родная дочь…его кровинка…она безупречна, как молодая невинная женщина.

    Его родная дочь…его кровинка…она безупречна, как молодая невинная женщина.
11. «

    — Кристина твой свет, ты ради нее сдвинешь небеса и землю. — И ад тоже, если она попросит. — Знаешь, что? Я для тебя то же сделаю.

    — Кристина твой свет, ты ради нее сдвинешь небеса и землю. — И ад тоже, если она попросит. — Знаешь, что? Я для тебя то же сделаю.

    — Мэтт «Воз» Возняк · сериал
12. «

    Дорогое дитя, Гида, ты не ушла, потому что ты навсегда останешься в моём сердце.

    Дорогое дитя, Гида, ты не ушла, потому что ты навсегда останешься в моём сердце.

    — Рагнар Лодброк · сериал
13. «

    Представьте себе, что, когда моей дочери было 1 — 2 года от роду, она владела русским языком на моем уровне. Когда ей стукнуло 3, она уже делала мне замечания. А в 4 года, когда я пыталась говорить по-русски, она только снисходительно смотрела на меня и говорила: «Мама, говори по-английски! У меня нет времени тебя исправлять!».

    Представьте себе, что, когда моей дочери было 1 — 2 года от роду, она владела русским языком на моем уровне. Когда ей стукнуло 3, она уже делала мне замечания. А в 4 года, когда я пыталась говорить по-русски, она только снисходительно смотрела на меня и говорила: «Мама, говори по-английски! У меня нет времени тебя исправлять!».

    — Милла Йовович
14. «

    ... и тогда я понял, что Энни уже не выбежит мне навстречу, когда я вернусь домой с работы. Я больше не увижу ее за завтраком в ночной сорочке и носках... Я вдруг понял весь смысл происходящего; Энни уже выросла, и покидает нас! ... И сердце мое сжалось от боли.

    ... и тогда я понял, что Энни уже не выбежит мне навстречу, когда я вернусь домой с работы. Я больше не увижу ее за завтраком в ночной сорочке и носках... Я вдруг понял весь смысл происходящего; Энни уже выросла, и покидает нас! ... И сердце мое сжалось от боли.

    — Джордж Бенкс · фильм
15. «

    — Ты, любимая, дочь Клауса Майклсона. Ты станешь величайшей ведьмой, которая когда-либо существовала. И ничто тебя не испугает. — Я ведь знаю, кто ты. Самый сильный в мире. Достаточно сильный, чтобы держать всё плохое подальше.

    — Ты, любимая, дочь Клауса Майклсона. Ты станешь величайшей ведьмой, которая когда-либо существовала. И ничто тебя не испугает. — Я ведь знаю, кто ты. Самый сильный в мире. Достаточно сильный, чтобы держать всё плохое подальше.

    — Никлаус «Клаус» Майклсон · сериал
16. «

    Сколько сестёр ты оставил нам на планете? Сколько родных по крови у нас людей? Мы – твои дети, друг друга не знавшие дети. Пазлы, жизнью разбросанные по стране.

    Сколько сестёр ты оставил нам на планете? Сколько родных по крови у нас людей? Мы – твои дети, друг друга не знавшие дети. Пазлы, жизнью разбросанные по стране.
17. «

    Ты справа, на случай, если ты запуталась. И если ты думаешь, что пары солнцезащитных очков и темной помады будет достаточно, чтобы я смирилась, то проблемы у тебя не с лицом, мама, а с мозгами.

    Ты справа, на случай, если ты запуталась. И если ты думаешь, что пары солнцезащитных очков и темной помады будет достаточно, чтобы я смирилась, то проблемы у тебя не с лицом, мама, а с мозгами.

    — Фэллон Кэррингтон · сериал
18. «

    Поводы к конфликту между матерью и дочерью возникают, когда дочь подрастает и встречает в матери противницу своей сексуальной свободы, зрелость же дочери напоминает матери о том, что настало время отказаться от собственной половой жизни.

    Поводы к конфликту между матерью и дочерью возникают, когда дочь подрастает и встречает в матери противницу своей сексуальной свободы, зрелость же дочери напоминает матери о том, что настало время отказаться от собственной половой жизни.

    — Зигмунд Фрейд · книга
19. «

    Бить женщин – последнее дело, даже когда речь идет о дочерях.

    Бить женщин – последнее дело, даже когда речь идет о дочерях.

    — Берад Лигар
20. «

    Ну и в-третьих, Идлин – все же не Америка. Идлин всегда была в центре внимания, и ее чуть ли не с колыбели учили принимать ответственные решения. Поэтому голос Идлин звучит не так, как у ее матери. Идлин даже думает и чувствует по-другому. И если честно, мне не всегда по душе ее тон. Однако я уважаю свою героиню и надеюсь, читатели поймут, что это совсем другая история, тем самым дав Идлин такой же шанс, какой в свое время дали Америке.

    Ну и в-третьих, Идлин – все же не Америка. Идлин всегда была в центре внимания, и ее чуть ли не с колыбели учили принимать ответственные решения. Поэтому голос Идлин звучит не так, как у ее матери. Идлин даже думает и чувствует по-другому. И если честно, мне не всегда по душе ее тон. Однако я уважаю свою героиню и надеюсь, читатели поймут, что это совсем другая история, тем самым дав Идлин такой же шанс, какой в свое время дали Америке.

    — Кира Касс · книга