120 цитат «двое» для статуса

Собрали 120 цитат на тему «двое» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Так устроен наш белый свет: Там, где двое, для третьего места нет.

   Так устроен наш белый свет: Там, где двое, для третьего места нет.
2. «

   И вот уже мои руки дрожат над шелковыми одеждами, и вдруг что-то, быть может запоздалая мысль, спрятавшаяся от жаркого прилива крови, – откуда мне знать, – что-то заставило меня открыть глаза. Я увидел перед собой благородное лицо, ее глаза были закрыты. Вокруг крыльев носа тоже дрожало желание, рот – сама готовность отдаться, – и все-таки вокруг рта – в уголках губ – притаилась почти незаметная усмешка – усмешка, выдававшая триумф – триумф!

   И вот уже мои руки дрожат над шелковыми одеждами, и вдруг что-то, быть может запоздалая мысль, спрятавшаяся от жаркого прилива крови, – откуда мне знать, – что-то заставило меня открыть глаза. Я увидел перед собой благородное лицо, ее глаза были закрыты. Вокруг крыльев носа тоже дрожало желание, рот – сама готовность отдаться, – и все-таки вокруг рта – в уголках губ – притаилась почти незаметная усмешка – усмешка, выдававшая триумф – триумф!

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   Когда любовь только зарождается, то оба, и ОН, и ОНА, на сто процентов уверены, что уж в этот раз всё будет по-другому, что уж это-то светлое чувство не исчезнет, как дым, а останется в их душах навеки, «пока смерть не разлучит нас». Но проходит несколько лет, а то и месяцев — и «вечная» любовь проходит, будто её и не было. Любовь умирает. Но кто же в этом виноват? Наверное, мы сами. Слишком уж мы привыкли зацикливаться на плохом, не видя хорошее, слишком рационально подходим к тому, что нужно просто чувствовать, слишком ориентированы на самих себя, а не на того, кто находится рядом с нами. Мы привыкаем. И забываем быть искренними, забываем радовать друг друга, забываем дорожить друг другом и ценить каждое мгновение, проведенное вместе.

   Когда любовь только зарождается, то оба, и ОН, и ОНА, на сто процентов уверены, что уж в этот раз всё будет по-другому, что уж это-то светлое чувство не исчезнет, как дым, а останется в их душах навеки, «пока смерть не разлучит нас». Но проходит несколько лет, а то и месяцев — и «вечная» любовь проходит, будто её и не было. Любовь умирает. Но кто же в этом виноват? Наверное, мы сами. Слишком уж мы привыкли зацикливаться на плохом, не видя хорошее, слишком рационально подходим к тому, что нужно просто чувствовать, слишком ориентированы на самих себя, а не на того, кто находится рядом с нами. Мы привыкаем. И забываем быть искренними, забываем радовать друг друга, забываем дорожить друг другом и ценить каждое мгновение, проведенное вместе.

   — Олег Рой
4. «

   Также, если лежат двое, то тепло им; а одному как согреться? И если станет преодолевать кто-либо одного, то двое устоят против него: и нитка, втрое скрученная, не скоро порвётся.

   Также, если лежат двое, то тепло им; а одному как согреться? И если станет преодолевать кто-либо одного, то двое устоят против него: и нитка, втрое скрученная, не скоро порвётся.

   — Библия. Ветхий Завет. Книга Екклезиаста · книга
5. «

   Мир заключают двое, как и развязывают войну.

   Мир заключают двое, как и развязывают войну.

   — Уинстон Грэхем · книга
6. «

   Двое — это маленькое княжество, в котором каждый отстаивает свои законы и которому вечно грозит то тирания, то анархия.

   Двое — это маленькое княжество, в котором каждый отстаивает свои законы и которому вечно грозит то тирания, то анархия.

   — Паскаль Брюкнер · книга
7. «

   Всё в мире натянуто, всё стремится к точке притяжения. На небе и на земле всё стремится выйти за свои пределы. Тишина вырывается за пределы места, где она родилась, тайна рвётся за пределы тела, которое ищет укрытия; порыв вовне — и замкнутость, океан, разливающийся всё шире, — и остров, сосредоточенный на самом укромном; всё это вместе открывало глубины, доступные только нам двоим: ни с кем другим мы этого разделить не могли.

   Всё в мире натянуто, всё стремится к точке притяжения. На небе и на земле всё стремится выйти за свои пределы. Тишина вырывается за пределы места, где она родилась, тайна рвётся за пределы тела, которое ищет укрытия; порыв вовне — и замкнутость, океан, разливающийся всё шире, — и остров, сосредоточенный на самом укромном; всё это вместе открывало глубины, доступные только нам двоим: ни с кем другим мы этого разделить не могли.

   — Паскаль Киньяр · книга
8. «

   Кто-то из нас двоих слеп... Кто-то один зряч...

   Кто-то из нас двоих слеп... Кто-то один зряч...

   — Галина Щербакова · книга
9. «

   Просто, когда двое живут долго вместе — немного утомляются.

   Просто, когда двое живут долго вместе — немного утомляются.

   — Юхан · фильм
10. «

    Не отпускай моё тепло, Оно согреет нас двоих...

    Не отпускай моё тепло, Оно согреет нас двоих...
11. «

    В семье, где люди умеют договариваться, всегда есть шанс на продолжение игры.

    В семье, где люди умеют договариваться, всегда есть шанс на продолжение игры.

    — Екатерина Сиванова
12. «

    Радуется, глупышка: он предпочёл её! Выбрал из всех и руку ей протянул, как в сказке. Вот оно счастье… Птицей сердце её поёт. Грезит уже о свадьбе, шепчет уже о страсти… В милой её головке выстроился сюжет: Всё про любовь и верность – вместе всегда, до края! Только вот незадача… Сказки-то вовсе нет. Он протянул ей руку, только в душе – другая. Глухо под сердцем бьётся пульсом чужое имя – Той, что не хочет руку греть о его ладонь. Чтобы её не помнить, он окружён другими – Милыми и простыми, армией из тихонь. Радуются, как чуду, каждой его улыбке. Всё для него, до капли! Пыжатся что есть сил…

    Радуется, глупышка: он предпочёл её! Выбрал из всех и руку ей протянул, как в сказке. Вот оно счастье… Птицей сердце её поёт. Грезит уже о свадьбе, шепчет уже о страсти… В милой её головке выстроился сюжет: Всё про любовь и верность – вместе всегда, до края! Только вот незадача… Сказки-то вовсе нет. Он протянул ей руку, только в душе – другая. Глухо под сердцем бьётся пульсом чужое имя – Той, что не хочет руку греть о его ладонь. Чтобы её не помнить, он окружён другими – Милыми и простыми, армией из тихонь. Радуются, как чуду, каждой его улыбке. Всё для него, до капли! Пыжатся что есть сил…
13. «

    Мы свои дожди переживём... Я, да ты — вдвоём.

    Мы свои дожди переживём... Я, да ты — вдвоём.
14. «

    Очнувшись от безмолвия и забвения, я вскочил, прижимая руки к лицу. Потом глубоко вздохнул и испуганно открыл глаза. Нет, это не иллюзия, не обман чувств и не сон; это правда, передо мной стояла прекрасная женщина с бесконечно глубокими золотыми глазами.

    Очнувшись от безмолвия и забвения, я вскочил, прижимая руки к лицу. Потом глубоко вздохнул и испуганно открыл глаза. Нет, это не иллюзия, не обман чувств и не сон; это правда, передо мной стояла прекрасная женщина с бесконечно глубокими золотыми глазами.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    Если двое во всем соглашаются друг с другом, это значит, что один из них — лишний.

    Если двое во всем соглашаются друг с другом, это значит, что один из них — лишний.

    — Гилберт Адэр · книга
16. «

    Нужно проявлять фантазию – в жизни, в творчестве, в кулинарии, в воспитании детей и, конечно же, в сексе. ... Перестаньте капризничать. Почему-то многие свято верят, что мужчины хотят видеть рядом с собой симпатичную блондинку-привереду с надутыми губами: «Ты мне машину, а я тебе девять с половиной недель...» Сделки интересно заключать на работе, а не в любви. Поменьше волнуйтесь, побольше волнуйте, и тогда ваш мужчина будет сексуально счастливым, а не сексуально озабоченным.

    Нужно проявлять фантазию – в жизни, в творчестве, в кулинарии, в воспитании детей и, конечно же, в сексе. ... Перестаньте капризничать. Почему-то многие свято верят, что мужчины хотят видеть рядом с собой симпатичную блондинку-привереду с надутыми губами: «Ты мне машину, а я тебе девять с половиной недель...» Сделки интересно заключать на работе, а не в любви. Поменьше волнуйтесь, побольше волнуйте, и тогда ваш мужчина будет сексуально счастливым, а не сексуально озабоченным.

    — Олег Рой
17. «

    В такой точно день, на этом самом месте, он встретил Матильду, то есть саму Любовь, ведь она его любила точно также, как и он любил её, но продолжалось это только год.

    В такой точно день, на этом самом месте, он встретил Матильду, то есть саму Любовь, ведь она его любила точно также, как и он любил её, но продолжалось это только год.

    — Франсуаза Саган · книга
18. «

    По ходу всякого любовного романа алкоголь появляется в двух полярных точках сюжета: когда двое открывают друг друга и нужно рассказать о себе и когда им больше нечего друг другу сказать.

    По ходу всякого любовного романа алкоголь появляется в двух полярных точках сюжета: когда двое открывают друг друга и нужно рассказать о себе и когда им больше нечего друг другу сказать.

    — Давид Фонкинос · книга
19. «

    Первый вечер – сумеречно-синий и полный предчувствий. Твоя чудная фигура в кресле. За моим окном цвел каштан, распустившийся тысячами свечей. Он шумел так странно и неповторимо, словно все солнце весны и лета хотело воплотиться в этом шуме. Я сидел у рояля, и в сумерках плыла старая песня: «В дни юности… В дни юности…» Потом мы болтали… А вокруг становилось всё темнее – от любви, да, от любви – и от весны.

    Первый вечер – сумеречно-синий и полный предчувствий. Твоя чудная фигура в кресле. За моим окном цвел каштан, распустившийся тысячами свечей. Он шумел так странно и неповторимо, словно все солнце весны и лета хотело воплотиться в этом шуме. Я сидел у рояля, и в сумерках плыла старая песня: «В дни юности… В дни юности…» Потом мы болтали… А вокруг становилось всё темнее – от любви, да, от любви – и от весны.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
20. «

    Ужиная с Фредериком О’Коннором, леди Кинсли внезапно поняла, что между ними принципиальные, сущностные различия. Удивительно, как она умудрялась не замечать этого раньше. Корректность, которую она ценила в нем, наскучила ей, тон беседы, как у старых добрых знакомых, показался леди Кинсли неприятно интимным. Она раздосадованно попрощалась.

    Ужиная с Фредериком О’Коннором, леди Кинсли внезапно поняла, что между ними принципиальные, сущностные различия. Удивительно, как она умудрялась не замечать этого раньше. Корректность, которую она ценила в нем, наскучила ей, тон беседы, как у старых добрых знакомых, показался леди Кинсли неприятно интимным. Она раздосадованно попрощалась.

    — Эрих Мария Ремарк · книга