22 цитаты «французы» — избранное

Собрали 22 цитаты на тему «французы» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   ... дело не только в исходных продуктах — трюфели там, устрицы, гусиная печенка, это уже просто банально, — а в том, как, что и с чем сплетено, в сочетании несочетаемого, в искусстве невозможного, в смелости и тонкости, в особом, что ли, национальном демоне галльского народа: соедините вспыльчивость, скупость, терпение, эгоизм, философичность, чувственность, блеск, взбивайте веселкой полторы тысячи лет, — тогда и будет французская, ни с чем не сравнимая кухня.

   ... дело не только в исходных продуктах — трюфели там, устрицы, гусиная печенка, это уже просто банально, — а в том, как, что и с чем сплетено, в сочетании несочетаемого, в искусстве невозможного, в смелости и тонкости, в особом, что ли, национальном демоне галльского народа: соедините вспыльчивость, скупость, терпение, эгоизм, философичность, чувственность, блеск, взбивайте веселкой полторы тысячи лет, — тогда и будет французская, ни с чем не сравнимая кухня.

   — Татьяна Толстая · книга
2. «

   — Вы не любите французов, сэр Томас? — Вовсе нет, мистер Уайетт. Просто они всегда такие... французы.

   — Вы не любите французов, сэр Томас? — Вовсе нет, мистер Уайетт. Просто они всегда такие... французы.

   — Томас Мор · сериал
3. «

   Вот перечень того, что обычно подаётся в полдень в неком парижском заведении. Прочтите и попробуйте отгадать, кто всё это ест. Понедельник. Свекольный салат с гренками, кускус из баранины, подслащённый йогурт, фрукты по сезону. Вторник. Салат из моркови с лимонным соком, жареная свинина с горчичным соусом, горох, сыр грюйер, творог с фруктами в сиропе. Среда. Салат латук и авокадо, жареный бифштекс с чечевицей, сыр сен-нектер, фруктовый коктейль. Четверг. Картофельный салат с эстрагоном, карри из индейки с зелёным горошком, пиренейский сыр, фрукты по сезону. Пятница. Салат из моркови, капусты и сладкой кукурузы, треска в голландском соусе, рис с овощами, камамбер, шоколадный крем. Ну и кто же всё это ест? Завсегдатаи ресторана с menu fixe? Работники одного из парижских музеев? Персонал Эр Франс? А вот и нет! Это меню школьных столовых.

   Вот перечень того, что обычно подаётся в полдень в неком парижском заведении. Прочтите и попробуйте отгадать, кто всё это ест. Понедельник. Свекольный салат с гренками, кускус из баранины, подслащённый йогурт, фрукты по сезону. Вторник. Салат из моркови с лимонным соком, жареная свинина с горчичным соусом, горох, сыр грюйер, творог с фруктами в сиропе. Среда. Салат латук и авокадо, жареный бифштекс с чечевицей, сыр сен-нектер, фруктовый коктейль. Четверг. Картофельный салат с эстрагоном, карри из индейки с зелёным горошком, пиренейский сыр, фрукты по сезону. Пятница. Салат из моркови, капусты и сладкой кукурузы, треска в голландском соусе, рис с овощами, камамбер, шоколадный крем. Ну и кто же всё это ест? Завсегдатаи ресторана с menu fixe? Работники одного из парижских музеев? Персонал Эр Франс? А вот и нет! Это меню школьных столовых.

   — Стефан Кларк · книга
4. «

   ... Платини – француз, а мы знаем, что представляют из себя эти люди. Они искренне верят в то, что именно они лучше всех.

   ... Платини – француз, а мы знаем, что представляют из себя эти люди. Они искренне верят в то, что именно они лучше всех.

   — Диего Марадона
5. «

   Мне никогда не нравились Франция или французы, и я никогда не переставал говорить об этом.

   Мне никогда не нравились Франция или французы, и я никогда не переставал говорить об этом.

   — Адольф Гитлер
6. «

   В наступлении француз смелее льва, а в отступлении — хуже зайца.

   В наступлении француз смелее льва, а в отступлении — хуже зайца.

   — Артур Конан Дойл · книга
7. «

   — Успокойте свой характер, Сёма. Ну приперлись до Одессы белые вместе с французами, ну разве это причина так громко выходить из себя? — Но эти французы оборзели так, Миша, что стало намного хуже, чем плохо.

   — Успокойте свой характер, Сёма. Ну приперлись до Одессы белые вместе с французами, ну разве это причина так громко выходить из себя? — Но эти французы оборзели так, Миша, что стало намного хуже, чем плохо.

   — Мишка Япончик · сериал
8. «

   Постепенно я узнала, что французы не любят раскрывать подробности касательно того, что они имеют: ни один француз не станет признаваться, сколько стоит та или иная вещь или как много он зарабатывает. Считается грубым интересоваться или делиться деталями о вашем финансовом состоянии; никто также не будет хвастаться друзьям своими бонусами или зарплатой. Американцы ожидают подобных откровений и руководствуются ими, чтобы оценить социальный статус и иерархию. В противоположность им французы не опираются на богатство как отличительный признак и не раскрывают размеры своего достатка (и не жалуются на его отсутствие). Они не пытаются раболепствовать и не ведут себя снисходительно. Французы умеют иначе рассказать о себе: в какой школе учились, кем работают, фамилия и так далее. Они хотят верить в равенство всех людей вне зависимости от их финансового положения. Все это, разумеется, иллюзия, ибо деньги волнуют французов не меньше, чем всех остальных. Только во Франции богатство не трансформируется в статус и власть так, как это происходит в Америке. Во Франции культура и вкус (что вы думаете, что делаете, что читаете) гораздо интереснее, очаровательнее и соблазнительнее, а следовательно, и влиятельнее, нежели банковский счет. Разговоры о деньгах считаются дурным тоном, и вам следует как можно тщательнее прятать свое драгоценное имущество.

   Постепенно я узнала, что французы не любят раскрывать подробности касательно того, что они имеют: ни один француз не станет признаваться, сколько стоит та или иная вещь или как много он зарабатывает. Считается грубым интересоваться или делиться деталями о вашем финансовом состоянии; никто также не будет хвастаться друзьям своими бонусами или зарплатой. Американцы ожидают подобных откровений и руководствуются ими, чтобы оценить социальный статус и иерархию. В противоположность им французы не опираются на богатство как отличительный признак и не раскрывают размеры своего достатка (и не жалуются на его отсутствие). Они не пытаются раболепствовать и не ведут себя снисходительно. Французы умеют иначе рассказать о себе: в какой школе учились, кем работают, фамилия и так далее. Они хотят верить в равенство всех людей вне зависимости от их финансового положения. Все это, разумеется, иллюзия, ибо деньги волнуют французов не меньше, чем всех остальных. Только во Франции богатство не трансформируется в статус и власть так, как это происходит в Америке. Во Франции культура и вкус (что вы думаете, что делаете, что читаете) гораздо интереснее, очаровательнее и соблазнительнее, а следовательно, и влиятельнее, нежели банковский счет. Разговоры о деньгах считаются дурным тоном, и вам следует как можно тщательнее прятать свое драгоценное имущество.

   — Даниэла Постель-Виней · книга
9. «

   Душевная грязь изобличается прежде всего тем, что во Франции не существует мужчин и женщин. Французская женщина — существо, не внушающее никаких чувств, кроме брезгливости — и то в том случае, если она очень красива и изящно одета.

   Душевная грязь изобличается прежде всего тем, что во Франции не существует мужчин и женщин. Французская женщина — существо, не внушающее никаких чувств, кроме брезгливости — и то в том случае, если она очень красива и изящно одета.

   — Александр Александрович Блок
10. «

    — А республика вам не подойдет? — Республика во Франции? Да никогда народ этого не захочет! Французам обязательно надо кого-то любить или ненавидеть.

    — А республика вам не подойдет? — Республика во Франции? Да никогда народ этого не захочет! Французам обязательно надо кого-то любить или ненавидеть.

    — представитель Голландии · фильм
11. «

    Национальная форма француза, то есть парижанина, стала слагаться в изящную форму, когда мы еще были медведями. Революция наследовала дворянству. Теперь самый пошлейший французишка может иметь манеры, приемы, выражения и даже мысли вполне изящной формы, не участвуя в этой форме ни своею инициативою, ни душою, ни сердцем; все это досталось ему по наследству. Сами собою, они могут быть пустее пустейшего и подлее подлейшего. Ну-с, мистер Астелей, сообщу вам теперь, что нет существа в мире доверчивее и откровеннее доброй, умненькой и не слишком изломанной русской барышни.

    Национальная форма француза, то есть парижанина, стала слагаться в изящную форму, когда мы еще были медведями. Революция наследовала дворянству. Теперь самый пошлейший французишка может иметь манеры, приемы, выражения и даже мысли вполне изящной формы, не участвуя в этой форме ни своею инициативою, ни душою, ни сердцем; все это досталось ему по наследству. Сами собою, они могут быть пустее пустейшего и подлее подлейшего. Ну-с, мистер Астелей, сообщу вам теперь, что нет существа в мире доверчивее и откровеннее доброй, умненькой и не слишком изломанной русской барышни.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
12. «

    Де-Грие был как все французы, то есть веселый и любезный, когда это надо и выгодно, и нестерпимо скучный, когда быть веселым и любезным переставала необходимость. Француз редко натурально любезен; он любезен всегда как бы по приказу, из расчета. Если, например, видит необходимость быть фантастичным, оригинальным, по-необыденнее, то фантазия его, самая глупая и неестественная, слагается из заранее принятых и давно уже опошлившихся форм. Натуральный же француз состоит из самой мещанской, мелкой, обыденной положительности, — одним словом, скучнейшее существо в мире. По-моему, только новички и особенно русские барышни прельщаются французами. Всякому же порядочному существу тотчас же заметна и нестерпима эта казенщина раз установившихся форм салонной любезности, развязности и веселости.

    Де-Грие был как все французы, то есть веселый и любезный, когда это надо и выгодно, и нестерпимо скучный, когда быть веселым и любезным переставала необходимость. Француз редко натурально любезен; он любезен всегда как бы по приказу, из расчета. Если, например, видит необходимость быть фантастичным, оригинальным, по-необыденнее, то фантазия его, самая глупая и неестественная, слагается из заранее принятых и давно уже опошлившихся форм. Натуральный же француз состоит из самой мещанской, мелкой, обыденной положительности, — одним словом, скучнейшее существо в мире. По-моему, только новички и особенно русские барышни прельщаются французами. Всякому же порядочному существу тотчас же заметна и нестерпима эта казенщина раз установившихся форм салонной любезности, развязности и веселости.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
13. «

    Ты такой англичанин, что уж практически француз.

    Ты такой англичанин, что уж практически француз.

    — Гэвид Маклеод · фильм
14. «

    — Я слышал, что такое случается. У французов особенно. — У кого же ещё, как не у этих извращенцев?

    — Я слышал, что такое случается. У французов особенно. — У кого же ещё, как не у этих извращенцев?

    — Нэд (отец Рэйчел) · фильм
15. «

    — Ну, он очень милый. Очень красивый, обаятельный. <...> Такой, знаешь... настоящий француз. — Ты имеешь в виду, хам? — Нет... — Извращенец? — Декстер! — Везде носит с собой длинный батон и ездит на велосипеде?

    — Ну, он очень милый. Очень красивый, обаятельный. <...> Такой, знаешь... настоящий француз. — Ты имеешь в виду, хам? — Нет... — Извращенец? — Декстер! — Везде носит с собой длинный батон и ездит на велосипеде?

    — Дэвид Николс · книга
16. «

    До меня дошло, что я только что получил важный урок, который пригодится для дальнейшей жизни в Париже: не надо пытаться понравиться всем и каждому — это так по-английски. Наоборот, ты должен показать, что тебе глубоко наплевать на чужое мнение. И только в этом случае ты получишь желаемое. Пытаясь расположить людей к себе, я, оказывается, все делал не так. Если во Франции ты чересчур часто улыбаешься, тебе сочтут умственно отсталым.

    До меня дошло, что я только что получил важный урок, который пригодится для дальнейшей жизни в Париже: не надо пытаться понравиться всем и каждому — это так по-английски. Наоборот, ты должен показать, что тебе глубоко наплевать на чужое мнение. И только в этом случае ты получишь желаемое. Пытаясь расположить людей к себе, я, оказывается, все делал не так. Если во Франции ты чересчур часто улыбаешься, тебе сочтут умственно отсталым.

    — Стефан Кларк · книга
17. «

    Порой мне кажется, что французы относятся к своим подвалам так же, как американцы к страхованию жизни: несчастный случай маловероятен, но если произойдет, то оставшиеся в живых будут обеспечены.

    Порой мне кажется, что французы относятся к своим подвалам так же, как американцы к страхованию жизни: несчастный случай маловероятен, но если произойдет, то оставшиеся в живых будут обеспечены.

    — Даниэла Постель-Виней · книга
18. «

    Трудно вырвать деньги у француза. Трудней, чем у еврея. Еврей видит сделку, а француз — только деньги, с которыми надо расстаться.

    Трудно вырвать деньги у француза. Трудней, чем у еврея. Еврей видит сделку, а француз — только деньги, с которыми надо расстаться.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
19. «

    Вы живете, чтобы работать. Мы работаем, чтобы жить.

    Вы живете, чтобы работать. Мы работаем, чтобы жить.
20. «

    — Этот сыр из непастеризованного молока. Он живой и очень полезный. Сыр у вас в Америке пастеризованный. Он мёртвый, он падает в ваш желудок, как комок жира. — Поэтому французы могут есть столько масла и сыра и никогда не толстеть? — Да. И мы пьём много красного вина. И, конечно, мы более романтичны.

    — Этот сыр из непастеризованного молока. Он живой и очень полезный. Сыр у вас в Америке пастеризованный. Он мёртвый, он падает в ваш желудок, как комок жира. — Поэтому французы могут есть столько масла и сыра и никогда не толстеть? — Да. И мы пьём много красного вина. И, конечно, мы более романтичны.

    — Жак Клеман · фильм