«героизм» в 154 цитаты

Собрали 154 цитаты на тему «героизм» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Ты рискуешь жизнью ради помощи незнакомым людям. Ты можешь прятаться за штукатуркой на твоем лице, но я-то знаю, что под ней настоящий герой.

   Ты рискуешь жизнью ради помощи незнакомым людям. Ты можешь прятаться за штукатуркой на твоем лице, но я-то знаю, что под ней настоящий герой.

   — Лоис Лейн · сериал
2. «

   В кино герои никогда не испытывают страха. Он никогда не копошится прохладной скользкой дрянью в их кишках. Бравые парни отпускают пару шуток, обещают красотке скоро вернуться и выходят в темноту, насвистывая рок-н-ролл. В жизни такому героизму места нет. В реальной жизни не будет следующего дубля, если недостаточно ловко увернешься от бутафорского топора или ножа с уплывающим в рукоятку лезвием.

   В кино герои никогда не испытывают страха. Он никогда не копошится прохладной скользкой дрянью в их кишках. Бравые парни отпускают пару шуток, обещают красотке скоро вернуться и выходят в темноту, насвистывая рок-н-ролл. В жизни такому героизму места нет. В реальной жизни не будет следующего дубля, если недостаточно ловко увернешься от бутафорского топора или ножа с уплывающим в рукоятку лезвием.

   — Кирилл Константинович Алексеев · книга
3. «

   — Кто же вы такие? — Простые солдаты, которые не дают издеваться над людьми таким отбросам, как ты.

   — Кто же вы такие? — Простые солдаты, которые не дают издеваться над людьми таким отбросам, как ты.

   — Байкер · мультфильм
4. «

   Наши павшие герои не уходят, они вплетаются в наши души, становятся нашей верой, становятся теми, перед кем мы несём ответственность за каждый наш шаг. Теми, на примере кого мы воспитываем наших детей.

   Наши павшие герои не уходят, они вплетаются в наши души, становятся нашей верой, становятся теми, перед кем мы несём ответственность за каждый наш шаг. Теми, на примере кого мы воспитываем наших детей.

   — Евгений Рассказов (Топаз)
5. «

   Я вижу прекрасный город и чудесный народ, поднявшийся из бездны. Я вижу жизни тех, за кого отдаю свою жизнь: мирные, деятельные, процветающие и счастливые. Я вижу, что оставил след в их сердцах, а так же в сердцах всех их потомков на много поколений вперед. То, что я делаю сегодня, гораздо лучше всего, что я когда-либо делал. И тот покой, что я обрету, не сравнится ни с чем, что мне довелось знать.

   Я вижу прекрасный город и чудесный народ, поднявшийся из бездны. Я вижу жизни тех, за кого отдаю свою жизнь: мирные, деятельные, процветающие и счастливые. Я вижу, что оставил след в их сердцах, а так же в сердцах всех их потомков на много поколений вперед. То, что я делаю сегодня, гораздо лучше всего, что я когда-либо делал. И тот покой, что я обрету, не сравнится ни с чем, что мне довелось знать.

   — комиссар Джим Гордон · фильм
6. «

   — Не будь таким трусом! — Если я умру, ты назовешь меня героем? — Наверное. — Но пока я жив, я трус. — Боюсь, что так принято. Славу получаешь тогда, когда не можешь ей насладиться.

   — Не будь таким трусом! — Если я умру, ты назовешь меня героем? — Наверное. — Но пока я жив, я трус. — Боюсь, что так принято. Славу получаешь тогда, когда не можешь ей насладиться.

   — Мерлин · сериал
7. «

   Героизм был в отречении от себя во имя веры и правды. В какую правду верили его (Рощина) однополчане? В какую правду верил он сам? В великую трагическую историю России? Но это была истина, а не правда. Правда — в движении, в жизни, — не в перелистанных страницах пыльного фолианта, а в том, что течет в грядущее.

   Героизм был в отречении от себя во имя веры и правды. В какую правду верили его (Рощина) однополчане? В какую правду верил он сам? В великую трагическую историю России? Но это была истина, а не правда. Правда — в движении, в жизни, — не в перелистанных страницах пыльного фолианта, а в том, что течет в грядущее.

   — Алексей Толстой · книга
8. «

   Озверев, умалишённо, Били черти его влёт, Только как заговорённый, Был проворный вертолёт.

   Озверев, умалишённо, Били черти его влёт, Только как заговорённый, Был проворный вертолёт.
9. «

   Не будь наивным. Взявшие меч мечом погибнут. Но ни живой, ни павший свою землю не покинут.

   Не будь наивным. Взявшие меч мечом погибнут. Но ни живой, ни павший свою землю не покинут.
10. «

    Это не солдаты; это люди. Не искатели приключений, не воины, созданые для резни, не мясники, не скот. Это земледельцы, оторванные от своего дела. Они готовы. Они ждут сигнала убийства и смерти; но, вглядываясь в их лица между вертикальными полосками штыков, видишь, что это попросту люди. Каждый из них знает, что прежде чем встретить солдат, одетых по-другому, которых он должен будет убивать, ему придётся подставить грудь, живот, всё своё беззащитное тело под дула наведённых на него винтовок, под снаряды, гранаты и, главное, под планомерно действующий, стреляющий почти без промаха пулемёт, под все орудия, которые теперь затаились и грозно молчат. Эти люди не беззаботны, не равнодушны к своей жизни, как разбойники, не ослеплены гневом, как дикари. Вопреки пропаганде, которой их обрабатывают, они не возбуждены. Они выше слепых порывов. Они не опьянены ни физически, ни умственно. В полном сознании, в полном обладании силами и здоровьем они собрались здесь, чтобы лишний раз совершить безрассудный поступок, навязанный им безумием человеческого рода. Их раздумье, страх и прощание с жизнью чувствуются в этой неподвижности, в маске сверхчеловеческого спокойствия, скрывающей истинное выражение лиц. Это не те герои, которых себе представляешь; но люди, не видевшие их, никогда не смогут понять всю величину их жертвы.

    Это не солдаты; это люди. Не искатели приключений, не воины, созданые для резни, не мясники, не скот. Это земледельцы, оторванные от своего дела. Они готовы. Они ждут сигнала убийства и смерти; но, вглядываясь в их лица между вертикальными полосками штыков, видишь, что это попросту люди. Каждый из них знает, что прежде чем встретить солдат, одетых по-другому, которых он должен будет убивать, ему придётся подставить грудь, живот, всё своё беззащитное тело под дула наведённых на него винтовок, под снаряды, гранаты и, главное, под планомерно действующий, стреляющий почти без промаха пулемёт, под все орудия, которые теперь затаились и грозно молчат. Эти люди не беззаботны, не равнодушны к своей жизни, как разбойники, не ослеплены гневом, как дикари. Вопреки пропаганде, которой их обрабатывают, они не возбуждены. Они выше слепых порывов. Они не опьянены ни физически, ни умственно. В полном сознании, в полном обладании силами и здоровьем они собрались здесь, чтобы лишний раз совершить безрассудный поступок, навязанный им безумием человеческого рода. Их раздумье, страх и прощание с жизнью чувствуются в этой неподвижности, в маске сверхчеловеческого спокойствия, скрывающей истинное выражение лиц. Это не те герои, которых себе представляешь; но люди, не видевшие их, никогда не смогут понять всю величину их жертвы.

    — Анри Барбюс · книга
11. «

    Лучше быть живым идиотом, чем мертвым героем, правда?

    Лучше быть живым идиотом, чем мертвым героем, правда?

    — Макс Фрай · книга
12. «

    Я просыпаюсь каждый день, зная, сколько бы людей я ни пытался спасти, сколько бы людей ни считало меня героем, кто-то ещё более сильный может всё изменить.

    Я просыпаюсь каждый день, зная, сколько бы людей я ни пытался спасти, сколько бы людей ни считало меня героем, кто-то ещё более сильный может всё изменить.

    — Питер Паркер / Человек-паук · фильм
13. «

    У тебя есть шанс стать героем... Я здесь подожду.

    У тебя есть шанс стать героем... Я здесь подожду.

    — Патрик Джейн · сериал
14. «

    Пожар может создать героя... или спрятать секрет.

    Пожар может создать героя... или спрятать секрет.

    — слоган · фильм
15. «

    Находчивость порождает героические поступки.

    Находчивость порождает героические поступки.

    — Рудольф Эрих Распе · книга
16. «

    — Ты и Когами, неужто вы так сильно хотите стать героями? — Дело не в героизме, а в убеждениях. Даже зная, что есть иной, более правильный путь, отступиться — означает превратить всю свою прежнюю жизнь в ложь. <...> Всё дело в мужской гордости.

    — Ты и Когами, неужто вы так сильно хотите стать героями? — Дело не в героизме, а в убеждениях. Даже зная, что есть иной, более правильный путь, отступиться — означает превратить всю свою прежнюю жизнь в ложь. <...> Всё дело в мужской гордости.

    — Нобутика Гинодза · аниме
17. «

    Вас, спасителей, хлебом не корми — дай погеройствовать, дров наломать.

    Вас, спасителей, хлебом не корми — дай погеройствовать, дров наломать.

    — Румпельштильцхен / Мистер Голд / Уивер · сериал
18. «

    Милая, я иду на войну за мир. Буду дома спустя полгода. Твой голос дарует приливы сил — Напой мне на ухо свободу.

    Милая, я иду на войну за мир. Буду дома спустя полгода. Твой голос дарует приливы сил — Напой мне на ухо свободу.
19. «

    Для великого раскаяния более и только, подошёл бы герой.

    Для великого раскаяния более и только, подошёл бы герой.

    — Он
20. «

    Нам внушили, с детства заложили в генах любовь к человеку с ружьём. Мы выросли словно бы на войне, даже те, кто родился через несколько десятилетий после неё. И наше зрение устроено так, что до сих пор, даже после преступлений революционных чрезвычаек, сталинских заградотрядов и лагерей, после недавнего Вильнюса, Баку, Тбилиси, после Кабула и Кандагара, человека с ружьём мы представляем солдатом 45-го, солдатом Победы. Так много написано книг о войне, так много изготовлено человеческими же руками и умом оружия, что мысль об убийстве стала нормальной. Лучшие умы с детской настойчивостью задумываются над тем, имеет ли право человек убивать животных, а мы, мало сомневаясь или наскоро соорудив политический идеал, способны оправдать войну.

    Нам внушили, с детства заложили в генах любовь к человеку с ружьём. Мы выросли словно бы на войне, даже те, кто родился через несколько десятилетий после неё. И наше зрение устроено так, что до сих пор, даже после преступлений революционных чрезвычаек, сталинских заградотрядов и лагерей, после недавнего Вильнюса, Баку, Тбилиси, после Кабула и Кандагара, человека с ружьём мы представляем солдатом 45-го, солдатом Победы. Так много написано книг о войне, так много изготовлено человеческими же руками и умом оружия, что мысль об убийстве стала нормальной. Лучшие умы с детской настойчивостью задумываются над тем, имеет ли право человек убивать животных, а мы, мало сомневаясь или наскоро соорудив политический идеал, способны оправдать войну.

    — Светлана Алексиевич · книга