52 фразы про «героизм» с глубоким смыслом

Собрали 52 цитаты на тему «героизм» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Люди часто совершают героические поступки, потому что не осознают, насколько это опасно.

   Люди часто совершают героические поступки, потому что не осознают, насколько это опасно.

   — Уинстон Черчилль · фильм
2. «

   Бессмертие подвигов предков в героизме потомков.

   Бессмертие подвигов предков в героизме потомков.
3. «

   Герой — это человек, который отдал свою жизнь за что-то большее, чем он сам.

   Герой — это человек, который отдал свою жизнь за что-то большее, чем он сам.

   — Джозеф Кэмпбелл
4. «

   Я чувствую себя скорее заодно с побежденными, а не со святыми. Думаю, я просто лишен вкуса к героизму и святости. Единственное, что мне важно, — это быть человеком.

   Я чувствую себя скорее заодно с побежденными, а не со святыми. Думаю, я просто лишен вкуса к героизму и святости. Единственное, что мне важно, — это быть человеком.

   — Альбер Камю · книга
5. «

   Весь мир спасти невозможно, можно только попытаться.

   Весь мир спасти невозможно, можно только попытаться.

   — Плутовство / Хвост виляет собакой (Wag the Dog) · фильм
6. «

   ... почти каждая женщина в любви способна на героизм. Пойми, она целует, обнимает, отдается — и она уже мать. Для неё, если она любит, любовь заключает весь смысл жизни — всю вселенную! Но вовсе не она виновата в том, что любовь у людей приняла такие пошлые формы и снизошла просто до какого-то житейского удобства, до маленького развлечения. Виноваты мужчины, в двадцать лет пресыщенные, с цыплячьими телами и заячьими душами, неспособные к сильным желаниям, к героическим поступкам, к нежности и обожанию перед любовью.

   ... почти каждая женщина в любви способна на героизм. Пойми, она целует, обнимает, отдается — и она уже мать. Для неё, если она любит, любовь заключает весь смысл жизни — всю вселенную! Но вовсе не она виновата в том, что любовь у людей приняла такие пошлые формы и снизошла просто до какого-то житейского удобства, до маленького развлечения. Виноваты мужчины, в двадцать лет пресыщенные, с цыплячьими телами и заячьими душами, неспособные к сильным желаниям, к героическим поступкам, к нежности и обожанию перед любовью.

   — Александр Куприн · книга
7. «

   Это не солдаты; это люди. Не искатели приключений, не воины, созданые для резни, не мясники, не скот. Это земледельцы, оторванные от своего дела. Они готовы. Они ждут сигнала убийства и смерти; но, вглядываясь в их лица между вертикальными полосками штыков, видишь, что это попросту люди. Каждый из них знает, что прежде чем встретить солдат, одетых по-другому, которых он должен будет убивать, ему придётся подставить грудь, живот, всё своё беззащитное тело под дула наведённых на него винтовок, под снаряды, гранаты и, главное, под планомерно действующий, стреляющий почти без промаха пулемёт, под все орудия, которые теперь затаились и грозно молчат. Эти люди не беззаботны, не равнодушны к своей жизни, как разбойники, не ослеплены гневом, как дикари. Вопреки пропаганде, которой их обрабатывают, они не возбуждены. Они выше слепых порывов. Они не опьянены ни физически, ни умственно. В полном сознании, в полном обладании силами и здоровьем они собрались здесь, чтобы лишний раз совершить безрассудный поступок, навязанный им безумием человеческого рода. Их раздумье, страх и прощание с жизнью чувствуются в этой неподвижности, в маске сверхчеловеческого спокойствия, скрывающей истинное выражение лиц. Это не те герои, которых себе представляешь; но люди, не видевшие их, никогда не смогут понять всю величину их жертвы.

   Это не солдаты; это люди. Не искатели приключений, не воины, созданые для резни, не мясники, не скот. Это земледельцы, оторванные от своего дела. Они готовы. Они ждут сигнала убийства и смерти; но, вглядываясь в их лица между вертикальными полосками штыков, видишь, что это попросту люди. Каждый из них знает, что прежде чем встретить солдат, одетых по-другому, которых он должен будет убивать, ему придётся подставить грудь, живот, всё своё беззащитное тело под дула наведённых на него винтовок, под снаряды, гранаты и, главное, под планомерно действующий, стреляющий почти без промаха пулемёт, под все орудия, которые теперь затаились и грозно молчат. Эти люди не беззаботны, не равнодушны к своей жизни, как разбойники, не ослеплены гневом, как дикари. Вопреки пропаганде, которой их обрабатывают, они не возбуждены. Они выше слепых порывов. Они не опьянены ни физически, ни умственно. В полном сознании, в полном обладании силами и здоровьем они собрались здесь, чтобы лишний раз совершить безрассудный поступок, навязанный им безумием человеческого рода. Их раздумье, страх и прощание с жизнью чувствуются в этой неподвижности, в маске сверхчеловеческого спокойствия, скрывающей истинное выражение лиц. Это не те герои, которых себе представляешь; но люди, не видевшие их, никогда не смогут понять всю величину их жертвы.

   — Анри Барбюс · книга
8. «

   Пожар может создать героя... или спрятать секрет.

   Пожар может создать героя... или спрятать секрет.

   — слоган · фильм
9. «

   Героизм — он же не числом звезд на погонах измеряется.

   Героизм — он же не числом звезд на погонах измеряется.
10. «

    — Ну вот, Вайль, вы и дождались своего времечка. — Что ж, оно не будет таким кровавым, — спокойно отвечает Макс. — И таким героическим, — возражает Хеель. — Это не все в жизни, — говорит Вайль. — Но самое прекрасное, — отвечает Хеель. — А что ж тогда прекрасно? Вайль с минуту молчит. Затем говорит: — То, что сегодня, может быть, звучит дико: добро и любовь. В этом тоже есть свой героизм.

    — Ну вот, Вайль, вы и дождались своего времечка. — Что ж, оно не будет таким кровавым, — спокойно отвечает Макс. — И таким героическим, — возражает Хеель. — Это не все в жизни, — говорит Вайль. — Но самое прекрасное, — отвечает Хеель. — А что ж тогда прекрасно? Вайль с минуту молчит. Затем говорит: — То, что сегодня, может быть, звучит дико: добро и любовь. В этом тоже есть свой героизм.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
11. «

    Герой умирает однажды, трус – тысячу раз!

    Герой умирает однажды, трус – тысячу раз!

    — Марий · игра
12. «

    Давай я открою тебе секрет, Супермэн. Я не умею летать. Пули не отскакивают от моей груди. Я не могу гнуть сталь голыми руками. Но преступники меня боятся. Мне жаль, что и обычные граждане тоже. Но лучше уж так, чем на улицах будут говорить, что я хороший парень. Такие разговоры могли бы убить меня...

    Давай я открою тебе секрет, Супермэн. Я не умею летать. Пули не отскакивают от моей груди. Я не могу гнуть сталь голыми руками. Но преступники меня боятся. Мне жаль, что и обычные граждане тоже. Но лучше уж так, чем на улицах будут говорить, что я хороший парень. Такие разговоры могли бы убить меня...

    — Брюс Уэйн (Бэтмен)
13. «

    Каждому своё! Я выбрал свою стезю, ты выбрал стезю героя. И поначалу они сочли тебя забавным, жители этого города. Но есть то, что им куда милее геройства... промахи героя, его падение и гибель. Не смотря на все, что ты для них сделал, они тебя возненавидят. Так зачем надрываться?

    Каждому своё! Я выбрал свою стезю, ты выбрал стезю героя. И поначалу они сочли тебя забавным, жители этого города. Но есть то, что им куда милее геройства... промахи героя, его падение и гибель. Не смотря на все, что ты для них сделал, они тебя возненавидят. Так зачем надрываться?

    — Норман Озборн / Зелёный гоблин · фильм
14. «

    Нам все равно всем конец, продадим свою жизнь подороже.

    Нам все равно всем конец, продадим свою жизнь подороже.

    — Кэл'Ригар · игра
15. «

    Непреклонность — не признак героизма.

    Непреклонность — не признак героизма.

    — Дж. М. Кутзее · книга
16. «

    Геройство должно быть разумным.

    Геройство должно быть разумным.

    — Александра Девиль · книга
17. «

    Лучшими ценителями героизма мертвых всегда были живые трусы.

    Лучшими ценителями героизма мертвых всегда были живые трусы.

    — Владимир Леонтьевич Гавеля · книга
18. «

    Героизм — в умении сражаться, даже когда нет оружия.

    Героизм — в умении сражаться, даже когда нет оружия.

    — Хорхе Анхель Ливрага
19. «

    Я сегодня оперировал мальчика. Наверное, на год младше тебя. Порок сердца. Его состояние быстро ухудшалось. Все ждали от меня каких-то решений... И я принял правильное решение потому, что в конце дня, когда мальчик скончался я смог вымыть руки и пойти домой, чтобы поужинать и посмотреть свой любимый сериал. Как мне это удаётся? Мне удаётся сохранить своё лицо даже в случае неудач. Просто я знаю один секрет: не нужно геройствовать, Джек, не нужно решать, не бери на себя слишком много, не пытайся спасти всех и вся, потому что в случае неудачи... Ты не сможешь это вынести.

    Я сегодня оперировал мальчика. Наверное, на год младше тебя. Порок сердца. Его состояние быстро ухудшалось. Все ждали от меня каких-то решений... И я принял правильное решение потому, что в конце дня, когда мальчик скончался я смог вымыть руки и пойти домой, чтобы поужинать и посмотреть свой любимый сериал. Как мне это удаётся? Мне удаётся сохранить своё лицо даже в случае неудач. Просто я знаю один секрет: не нужно геройствовать, Джек, не нужно решать, не бери на себя слишком много, не пытайся спасти всех и вся, потому что в случае неудачи... Ты не сможешь это вынести.

    — отец Джека · сериал
20. «

    Мы всячески популяризируем и романтизируем войну. С помощью доблести и героизма, проявленного солдатами в бою, мы окрашиваем в доблестные и героические цвета весь театр военных действий целиком. Это страшное заблуждение. Свора заоблачно влиятельных людей грызется за ресурсы и свои интересы, убивая при этом тысячи военных и гражданских, разрушая города, психологически калеча целые поколения — вот что такое война. И именно так нам следует преподносить её своим детям, но никак не в ореоле героизма и подвигов. Героизм на войне — это вынужденная мера для сильного духом человека, попавшего в ад на земле.

    Мы всячески популяризируем и романтизируем войну. С помощью доблести и героизма, проявленного солдатами в бою, мы окрашиваем в доблестные и героические цвета весь театр военных действий целиком. Это страшное заблуждение. Свора заоблачно влиятельных людей грызется за ресурсы и свои интересы, убивая при этом тысячи военных и гражданских, разрушая города, психологически калеча целые поколения — вот что такое война. И именно так нам следует преподносить её своим детям, но никак не в ореоле героизма и подвигов. Героизм на войне — это вынужденная мера для сильного духом человека, попавшего в ад на земле.

    — Дмитрий Геращенко