95 цитат про «Жизненные цитаты на тему «горе»» — большая подборка

Собрали 95 цитат на тему «Жизненные цитаты на тему «горе»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Почему же один уцелевает, пережив десяток катастроф, а другой не осиливает одной беды? — Зависит от предрасположения психики, – скупо объяснила она.

   — Почему же один уцелевает, пережив десяток катастроф, а другой не осиливает одной беды? — Зависит от предрасположения психики, – скупо объяснила она.

   — Тамара Петкевич · книга
2. «

   Хотеньем горю не поможешь. Что толку хотеть?

   Хотеньем горю не поможешь. Что толку хотеть?

   — Филип Пулман · книга
3. «

   Я пообещала себе, что погорюю, пострадаю, зароюсь в истерике лицом в подушку лишь тогда, когда все закончится.

   Я пообещала себе, что погорюю, пострадаю, зароюсь в истерике лицом в подушку лишь тогда, когда все закончится.

   — Вики Уокер · игра
4. «

   Словарь определяет «горе» как глубокое душевное страдание из-за несчастья или утраты, глубокая печаль, мучительное сожаление. Нас — хирургов и ученых — учат полагаться на книги, на определения, на словари..., но жизнь редко идет по словарю, в жизни горе выглядит как угодно....и порой, мало похоже на глубокую печаль...

   Словарь определяет «горе» как глубокое душевное страдание из-за несчастья или утраты, глубокая печаль, мучительное сожаление. Нас — хирургов и ученых — учат полагаться на книги, на определения, на словари..., но жизнь редко идет по словарю, в жизни горе выглядит как угодно....и порой, мало похоже на глубокую печаль...

   — Мередит Грей · сериал
5. «

   Любить — значит разделять горе.

   Любить — значит разделять горе.

   — Кобо Абэ · книга
6. «

   Как без воды нельзя развести краски, так без любви невозможно познать ни истинного горя, ни величайшего счастья! Человек может утверждать, что никогда не будет сражен любовной страстью, но она подкрадется к нему и ужалит, как змея, или настигнет и свалит с ног подобно песчаной буре.

   Как без воды нельзя развести краски, так без любви невозможно познать ни истинного горя, ни величайшего счастья! Человек может утверждать, что никогда не будет сражен любовной страстью, но она подкрадется к нему и ужалит, как змея, или настигнет и свалит с ног подобно песчаной буре.

   — Лора Бекитт · книга
7. «

   Просить о помощи обязательно нужно, когда ты на нуле. Один из способов обеспечить себе дружескую помощь и поддержку описан у психолога Екатерины Мурашовой в ее колонке на портале «Сноб» «Спастись энергетической конфетой». В ней идет речь о матери, у которой дочь умерла, муж ушел, а у приемного сына обнаружили рак. Мать пришла к психологу с запросом «где взять сил». Совет, который она получила, — взять от каждого из друзей и родных, кто готов предложить свою помощь, по «энергетической конфете». «Я не знаю, что приносит вам радость, свет, облегчение. Футбольный матч или лекция в Эрмитаже. Только не говорите, что ничего. Вам много лет, есть личная история, сейчас все сгодится. Одной из своих приятельниц вы скажете: рассказывай мне 15 минут про выставку фарфора, которую ты посетила (или организовала), другой на берег залива и просто так идем от Морской до Лисьего Носа. Про болезни не говорим. Третьей по вашему же заказу, в ограниченных заранее временных рамках, вы плачетесь в жилетку как раз про болезни».

   Просить о помощи обязательно нужно, когда ты на нуле. Один из способов обеспечить себе дружескую помощь и поддержку описан у психолога Екатерины Мурашовой в ее колонке на портале «Сноб» «Спастись энергетической конфетой». В ней идет речь о матери, у которой дочь умерла, муж ушел, а у приемного сына обнаружили рак. Мать пришла к психологу с запросом «где взять сил». Совет, который она получила, — взять от каждого из друзей и родных, кто готов предложить свою помощь, по «энергетической конфете». «Я не знаю, что приносит вам радость, свет, облегчение. Футбольный матч или лекция в Эрмитаже. Только не говорите, что ничего. Вам много лет, есть личная история, сейчас все сгодится. Одной из своих приятельниц вы скажете: рассказывай мне 15 минут про выставку фарфора, которую ты посетила (или организовала), другой на берег залива и просто так идем от Морской до Лисьего Носа. Про болезни не говорим. Третьей по вашему же заказу, в ограниченных заранее временных рамках, вы плачетесь в жилетку как раз про болезни».

   — Ирина Лукьянова · книга
8. «

   Когда человек, сражённый горем, начинает говорить о своей беде, описывать её обычными словами, значит, он уже смирился. На смену отчаянию, почти физическому ощущению своей муки постепенно приходит душевная боль, жестокое раздумье.

   Когда человек, сражённый горем, начинает говорить о своей беде, описывать её обычными словами, значит, он уже смирился. На смену отчаянию, почти физическому ощущению своей муки постепенно приходит душевная боль, жестокое раздумье.

   — Морис Дрюон · книга
9. «

   У горца было лицо человека, которому нечего осталось терять. Человека с таким взглядом лучше не покидать одного, особенно когда предстоит вести разговор и что-то решать. Пришибленный горем кажется потерянным и ко всему равнодушным, но это обманчивое впечатление. Нечаянное слово может стать каплей, которая сломает запруду, и человек наворотит дел.

   У горца было лицо человека, которому нечего осталось терять. Человека с таким взглядом лучше не покидать одного, особенно когда предстоит вести разговор и что-то решать. Пришибленный горем кажется потерянным и ко всему равнодушным, но это обманчивое впечатление. Нечаянное слово может стать каплей, которая сломает запруду, и человек наворотит дел.

   — Мария Семенова · книга
10. «

    Я слонялся в степях, помнящих вопли гунна, надевал на себя что сызнова входит в моду, сеял рожь, покрывал черной толью гумна и не пил только сухую воду. Я впустил в свои сны вороненый зрачок конвоя, жрал хлеб изгнанья, не оставляя корок. Позволял своим связкам все звуки, помимо воя; перешел на шепот. Теперь мне сорок. Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной. Только с горем я чувствую солидарность. Но пока мне рот не забили глиной, из него раздаваться будет лишь благодарность.

    Я слонялся в степях, помнящих вопли гунна, надевал на себя что сызнова входит в моду, сеял рожь, покрывал черной толью гумна и не пил только сухую воду. Я впустил в свои сны вороненый зрачок конвоя, жрал хлеб изгнанья, не оставляя корок. Позволял своим связкам все звуки, помимо воя; перешел на шепот. Теперь мне сорок. Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной. Только с горем я чувствую солидарность. Но пока мне рот не забили глиной, из него раздаваться будет лишь благодарность.

    — Иосиф Александрович Бродский
11. «

    Просто удивительно, до чего нелеп этикет горя. Застань ты меня мертвецки пьяным – и приличия были бы соблюдены. А я играл в шахматы и потом лег спать. И это вовсе не говорит о том, что я черств или бессердечен.

    Просто удивительно, до чего нелеп этикет горя. Застань ты меня мертвецки пьяным – и приличия были бы соблюдены. А я играл в шахматы и потом лег спать. И это вовсе не говорит о том, что я черств или бессердечен.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Как человек может распознать счастье, если никогда не испытывал горя?

    Как человек может распознать счастье, если никогда не испытывал горя?

    — Сесилия Ахерн · книга
13. «

    Нельзя оставаться наедине со своим горем. Всегда лучше быть с людьми и разделить печаль с ними, а не загонять внутрь.

    Нельзя оставаться наедине со своим горем. Всегда лучше быть с людьми и разделить печаль с ними, а не загонять внутрь.

    — Вирджиния Эндрюс · книга
14. «

    Горе и радость – брат с сестрицей. Друг за дружкой ходят.

    Горе и радость – брат с сестрицей. Друг за дружкой ходят.

    — Прасковья · игра
15. «

    Большое горе врачует меньшее.

    Большое горе врачует меньшее.

    — Уильям Шекспир · книга
16. «

    Смешай свои горести с горестями всего мира, и горестей у тебя станет меньше.

    Смешай свои горести с горестями всего мира, и горестей у тебя станет меньше.

    — Антонио Поркья
17. «

    Горе — это когда у тебя ничего не осталось. Тебя как будто хоронят, ты словно тонешь в мутной желто-коричневой воде. С каждым вдохом в горло заливается грязная жижа. Здесь не за что ухватиться, нет шансов вырваться на поверхность. Нет смысла бороться. Надо оставить все так, как есть. Ты чувствуешь давление со всех сторон, твои легкие сжимаются. Ты не сопротивляешься и уходишь глубже и глубже. Нет ничего, только дно. Только привкус железа, эхо прошлого и дни, которые кажутся сплошной ночью.

    Горе — это когда у тебя ничего не осталось. Тебя как будто хоронят, ты словно тонешь в мутной желто-коричневой воде. С каждым вдохом в горло заливается грязная жижа. Здесь не за что ухватиться, нет шансов вырваться на поверхность. Нет смысла бороться. Надо оставить все так, как есть. Ты чувствуешь давление со всех сторон, твои легкие сжимаются. Ты не сопротивляешься и уходишь глубже и глубже. Нет ничего, только дно. Только привкус железа, эхо прошлого и дни, которые кажутся сплошной ночью.

    — Лорен Оливер · книга
18. «

    Для каждого из нас приходит время, когда смерть кажется заманчивее жизни. Но это проходит — и горе проходит, и грусть.

    Для каждого из нас приходит время, когда смерть кажется заманчивее жизни. Но это проходит — и горе проходит, и грусть.

    — Агата Кристи · книга
19. «

    Мне кажется, людям надоедает смотреть на чужое горе, – заметила Наташа. – Словно на скорбь тебе отпущено определенное количество времени, ну, может, полгода, а потом твое уныние всех уже начинает слегка раздражать. Они считают, что долго горевать – значит потакать своим слабостям.

    Мне кажется, людям надоедает смотреть на чужое горе, – заметила Наташа. – Словно на скорбь тебе отпущено определенное количество времени, ну, может, полгода, а потом твое уныние всех уже начинает слегка раздражать. Они считают, что долго горевать – значит потакать своим слабостям.

    — Джоджо Мойес · книга
20. «

    Сила страданий не в величине самих страданий, а в том, как человек переносит эти страдания. Иногда по видимому ничтожные обстоятельства причиняют человеку величайшее горе. Надо сочувствовать. И один и тот же факт по видимости разным людям причиняет страдания в разной степени. Это зависит от того, как человек принимает их.

    Сила страданий не в величине самих страданий, а в том, как человек переносит эти страдания. Иногда по видимому ничтожные обстоятельства причиняют человеку величайшее горе. Надо сочувствовать. И один и тот же факт по видимости разным людям причиняет страдания в разной степени. Это зависит от того, как человек принимает их.

    — Никон Оптинский