159 фраз на тему «истории», которые цепляют

Собрали 159 цитат на тему «истории» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Я засунул свою почту в ее ящик, чтобы заставить ее прийти ко мне. — О, все настоящие истории любви начинаются со слов «засунул» и «заставил».

   — Я засунул свою почту в ее ящик, чтобы заставить ее прийти ко мне. — О, все настоящие истории любви начинаются со слов «засунул» и «заставил».

   — Оскар Мэдисон · сериал
2. «

   Нет ничего лучше историй, рассказанных ветреной ночью, когда люди находят тёплое укрытие в холодном мире.

   Нет ничего лучше историй, рассказанных ветреной ночью, когда люди находят тёплое укрытие в холодном мире.

   — Стивен Кинг · книга
3. «

   ...мир состоит из бесконечно переплетающихся историй, каждая из которых важна и правдива.

   ...мир состоит из бесконечно переплетающихся историй, каждая из которых важна и правдива.

   — Кейт Элизабет Расселл · книга
4. «

   Библиотека была огромной. В ней хранилось несметное количество книг. Но всё это было не просто историями, а это место не просто священным хранилищем знаний, это было чудовищным, колоссальным хранилищем пыли!

   Библиотека была огромной. В ней хранилось несметное количество книг. Но всё это было не просто историями, а это место не просто священным хранилищем знаний, это было чудовищным, колоссальным хранилищем пыли!

   — Соль · книга
5. «

   Сегодняшний вечер был посвящен бобровому фольклору. — Убей бобра — спаси дерево! — начал первым Шон. Арден прищурил глаза, пытаясь найти логику в сказанном. — Редкий бобр догрызет до середины баобаба! — сообщил Тиану. Брови Повелителя, представившего эту картину, поползли к волосам. — В борьбе бобра с ослом всегда побеждает бобро! — припечатала я.

   Сегодняшний вечер был посвящен бобровому фольклору. — Убей бобра — спаси дерево! — начал первым Шон. Арден прищурил глаза, пытаясь найти логику в сказанном. — Редкий бобр догрызет до середины баобаба! — сообщил Тиану. Брови Повелителя, представившего эту картину, поползли к волосам. — В борьбе бобра с ослом всегда побеждает бобро! — припечатала я.

   — Надежда Кузьмина · книга
6. «

   Когда я буду травить байки о победе над драконами, я их сделаю в два раза крупнее.

   Когда я буду травить байки о победе над драконами, я их сделаю в два раза крупнее.

   — Варрик Тетрас · игра
7. «

   Долгие истории лучше всего рассказывать и выслушивать во время долгой дороги.

   Долгие истории лучше всего рассказывать и выслушивать во время долгой дороги.

   — Анна Борисова (писатель) · книга
8. «

   Если суд не возражает, я бы хотел продолжить давать показания. Эту историю важно рассказывать в хронологическом порядке, чтобы избежать выдёргивания деталей из контекста... Ну, ещё сильнее, чем они уже были выдернуты.

   Если суд не возражает, я бы хотел продолжить давать показания. Эту историю важно рассказывать в хронологическом порядке, чтобы избежать выдёргивания деталей из контекста... Ну, ещё сильнее, чем они уже были выдернуты.

   — Салли Фишер · игра
9. «

   Некоторые истории похожи на работу часов. Однажды вы заводите их, и ничто уже больше не в силах их остановить. Они движутся вперёд до тех пор, пока не достигнут предрешённого окончания, и не важно, как сильно действующим лицам хотелось бы изменить свою судьбу, — они в ней не властны.

   Некоторые истории похожи на работу часов. Однажды вы заводите их, и ничто уже больше не в силах их остановить. Они движутся вперёд до тех пор, пока не достигнут предрешённого окончания, и не важно, как сильно действующим лицам хотелось бы изменить свою судьбу, — они в ней не властны.

   — Филип Пулман · книга
10. «

    Плакал над отчётом о суде над двадцатитрехлетней Марией Абрахам, задушившей из-за нужды и голода девятимесячную дочь Барбару мужским галстуком, который она носила вместо подвязки и сняла с ноги. Совершенно банальная история.

    Плакал над отчётом о суде над двадцатитрехлетней Марией Абрахам, задушившей из-за нужды и голода девятимесячную дочь Барбару мужским галстуком, который она носила вместо подвязки и сняла с ноги. Совершенно банальная история.

    — Франц Кафка · книга
11. «

    Конец всякой истории неизменно печален.

    Конец всякой истории неизменно печален.

    — Пауло Коэльо · книга
12. «

    – Кругом теперь одни машины, – говорил тем временем он. – Мир стал – как это называется? – высокотехнологичным. Замечательно, конечно, только вот Джон думает, что высокие технологии отучили людей разговаривать друг с другом, а человеческий опыт обесценился. Для историй, которые хоть что то значат, в мире не осталось места, но так не должно быть, ведь истории – это часть языка мечты, и складывает их не один автор, а весь народ. Они – голос страны, голос народа. Без них люди совсем потеряют себя.

    – Кругом теперь одни машины, – говорил тем временем он. – Мир стал – как это называется? – высокотехнологичным. Замечательно, конечно, только вот Джон думает, что высокие технологии отучили людей разговаривать друг с другом, а человеческий опыт обесценился. Для историй, которые хоть что то значат, в мире не осталось места, но так не должно быть, ведь истории – это часть языка мечты, и складывает их не один автор, а весь народ. Они – голос страны, голос народа. Без них люди совсем потеряют себя.

    — Чарльз де Линт · книга
13. «

    Каждая настоящая история — это история, конца которой нет.

    Каждая настоящая история — это история, конца которой нет.

    — Михаэль Энде · книга
14. «

    Ну ладно, вот что я сделаю. Я расскажу тебе историю. Слышишь их? Всех этих людей, что жили в страхе перед тобой и твоим страшным судом. Люди, чьи предки отдавали жизни, жертвовали собой ради тебя. Слышишь, как они поют? Да, тебе нравится думать, что ты Бог, но ты не Бог. Ты просто паразит, с жадностью и завистью поглощающий чужие жизни. Ты питаешься ими, их воспоминаниями о любви, потерях, рождениях и смерти, радостях и печалях, так что... Так что давай. Возьми мои. Возьми мои воспоминания. Надеюсь, у тебя хороший аппетит. Потому что я прожил долгую жизнь и немало повидал: я ушел от последней великой войны Времени; я отметился уходом Повелителей Времени; я видел рождение Вселенной. Наблюдал, как её время уходило. Секунда за секундой, пока ничего не осталось: ни времени, ни пространства — только я! Я бывал во Вселенных, где законы физики были созданы гением безумца. Я видел застывшие Вселенные и горящие создания. Я видел вещи, в которые ты бы не поверил. Я потерял такое, чего тебе никогда не понять. Я многое знаю: тайны, которые никогда не были раскрыты, знания, о которых никогда не должно быть сказано, знания, которые заставят сиять паразитирующего Бога. Так что давай! Забирай. Забирай всё!

    Ну ладно, вот что я сделаю. Я расскажу тебе историю. Слышишь их? Всех этих людей, что жили в страхе перед тобой и твоим страшным судом. Люди, чьи предки отдавали жизни, жертвовали собой ради тебя. Слышишь, как они поют? Да, тебе нравится думать, что ты Бог, но ты не Бог. Ты просто паразит, с жадностью и завистью поглощающий чужие жизни. Ты питаешься ими, их воспоминаниями о любви, потерях, рождениях и смерти, радостях и печалях, так что... Так что давай. Возьми мои. Возьми мои воспоминания. Надеюсь, у тебя хороший аппетит. Потому что я прожил долгую жизнь и немало повидал: я ушел от последней великой войны Времени; я отметился уходом Повелителей Времени; я видел рождение Вселенной. Наблюдал, как её время уходило. Секунда за секундой, пока ничего не осталось: ни времени, ни пространства — только я! Я бывал во Вселенных, где законы физики были созданы гением безумца. Я видел застывшие Вселенные и горящие создания. Я видел вещи, в которые ты бы не поверил. Я потерял такое, чего тебе никогда не понять. Я многое знаю: тайны, которые никогда не были раскрыты, знания, о которых никогда не должно быть сказано, знания, которые заставят сиять паразитирующего Бога. Так что давай! Забирай. Забирай всё!

    — 11 Доктор · сериал
15. «

    — Вчера смотрел «Короля Лира». Какие-то идиоты приделали пьесе счастливый конец. — Это ненадолго. Великие Истории всегда возвращаются к своей изначальной форме.

    — Вчера смотрел «Короля Лира». Какие-то идиоты приделали пьесе счастливый конец. — Это ненадолго. Великие Истории всегда возвращаются к своей изначальной форме.
16. «

    Они сидели на диване, бок о бок. Он держал ее руку в своей. Они говорили о каких-то мелочах, по-видимому, рассказывали что-то друг другу о своем детстве. Им было все равно, что они говорили друг другу. Они ни о чем не думали и не запоминали ни слова из своих рассказов. Они просто привыкали друг к другу и искали точки внутреннего соприкосновения. Это были маленькие истории, рассказывая и слушая которые можно смотреть друг другу в глаза, кивать друг другу, улыбаться друг другу, хотя ничего смешного в этих историях нет. Влюбленные рассказывают друг другу не смешные истории, а истории, которые дают им обоим возможность ощущать свою влюбленность и при этом не молчать.

    Они сидели на диване, бок о бок. Он держал ее руку в своей. Они говорили о каких-то мелочах, по-видимому, рассказывали что-то друг другу о своем детстве. Им было все равно, что они говорили друг другу. Они ни о чем не думали и не запоминали ни слова из своих рассказов. Они просто привыкали друг к другу и искали точки внутреннего соприкосновения. Это были маленькие истории, рассказывая и слушая которые можно смотреть друг другу в глаза, кивать друг другу, улыбаться друг другу, хотя ничего смешного в этих историях нет. Влюбленные рассказывают друг другу не смешные истории, а истории, которые дают им обоим возможность ощущать свою влюбленность и при этом не молчать.

    — Даниэль Глаттауэр · книга
17. «

    Чем ближе к концу истории, тем сюжеты правдоподобнее.

    Чем ближе к концу истории, тем сюжеты правдоподобнее.

    — Геннадий Ефимович Малкин · книга
18. «

    Ричард был юн и по-своему наивен, и ему казалось, что писателям нужно доверять, а у историй не должно быть второго дна.

    Ричард был юн и по-своему наивен, и ему казалось, что писателям нужно доверять, а у историй не должно быть второго дна.

    — Нил Гейман · книга
19. «

    Я еще не встречал людей, которым не интересны истории. Плохих рассказчиков встречал, а тех, кому истории не интересны, не встречал и очень надеюсь, что не встречу.

    Я еще не встречал людей, которым не интересны истории. Плохих рассказчиков встречал, а тех, кому истории не интересны, не встречал и очень надеюсь, что не встречу.

    — Александр Куберский · книга
20. «

    Вся наша жизнь — это просто истории.

    Вся наша жизнь — это просто истории.

    — Лагерта · сериал