25 цитат про «Красивые цитаты на тему «космос»», которые захочется сохранить

25 цитат про «Красивые цитаты на тему «космос»»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Звезды. Родные. Ясные и теплые. И космос тоже теплый. Кто сказал, что это ледяная бесконечная бездна? Смешные люди. Смешные, глупые, непонятливые… Космос — это стихия, сила, жизнь, бесконечность… это чудо. Даже если ты умрешь — ты будешь лететь бесконечно. И это прекрасно. Есть ли что-то лучше вечного полета?

   Звезды. Родные. Ясные и теплые. И космос тоже теплый. Кто сказал, что это ледяная бесконечная бездна? Смешные люди. Смешные, глупые, непонятливые… Космос — это стихия, сила, жизнь, бесконечность… это чудо. Даже если ты умрешь — ты будешь лететь бесконечно. И это прекрасно. Есть ли что-то лучше вечного полета?

   — Галина Гончарова · книга
2. «

   В мире нет более скоротечной красоты, чем красота кометы. Её пламенная жизнь внезапна и скоротечна, она подобна струе пара, которая вырвалась из котла.

   В мире нет более скоротечной красоты, чем красота кометы. Её пламенная жизнь внезапна и скоротечна, она подобна струе пара, которая вырвалась из котла.

   — Рассказчик · аниме
3. «

   Он сказал: «Поехали!», Он взмахнул рукой. Словно вдоль по Питерской, Питерской, Пронёсся над Землёй…

   Он сказал: «Поехали!», Он взмахнул рукой. Словно вдоль по Питерской, Питерской, Пронёсся над Землёй…
4. «

   Вселенная огромна. Но всё в ней связано.

   Вселенная огромна. Но всё в ней связано.
5. «

   Металлические створки начали разъезжаться, открывая вид на бесконечный космос. Он [Рикс] уткнулся в холодное стекло, не решая оторваться от открывшегося вида. Чёрное полотно было усеяно мириадами звёзд самых разных величин. Они напоминали маленькие голубоватые и желтоватые жемчужины, разбросанные по бескрайнему космическому океану. Плывущие по нему туманности казались загадочными и величественными лабиринтами, наполненными мечтами и фантомами. Такими далёкими. И такими близкими. Космос очаровывал, приковывал к себе.

   Металлические створки начали разъезжаться, открывая вид на бесконечный космос. Он [Рикс] уткнулся в холодное стекло, не решая оторваться от открывшегося вида. Чёрное полотно было усеяно мириадами звёзд самых разных величин. Они напоминали маленькие голубоватые и желтоватые жемчужины, разбросанные по бескрайнему космическому океану. Плывущие по нему туманности казались загадочными и величественными лабиринтами, наполненными мечтами и фантомами. Такими далёкими. И такими близкими. Космос очаровывал, приковывал к себе.
6. «

   A thousand degrees, But my need for you won’t burn. Cuz better ablaze. I may take it on the chin. A step into space, Than taking to holding it in.

   A thousand degrees, But my need for you won’t burn. Cuz better ablaze. I may take it on the chin. A step into space, Than taking to holding it in.
7. «

   Космос… восхищает. Вот для чего я стала пилотом. Для этого я стремилась к звёздам. Когда-нибудь всё человечество тоже будет здесь. И все увидят эту красоту…

   Космос… восхищает. Вот для чего я стала пилотом. Для этого я стремилась к звёздам. Когда-нибудь всё человечество тоже будет здесь. И все увидят эту красоту…

   — Донна (Donna) · игра
8. «

   А если серьёзно, — моя мечта — дожить до контакта с другой цивилизацией. Раньше я не верил в НЛО. С годами пришёл к выводу: инопланетяне бывали на Земле, но очень давно. Уверен: братья по разуму существуют и сейчас. Надеюсь, они ещё вернутся. И мы обязательно встретимся!

   А если серьёзно, — моя мечта — дожить до контакта с другой цивилизацией. Раньше я не верил в НЛО. С годами пришёл к выводу: инопланетяне бывали на Земле, но очень давно. Уверен: братья по разуму существуют и сейчас. Надеюсь, они ещё вернутся. И мы обязательно встретимся!

   — Георгий Михайлович Гречко
9. «

   Космос — последний рубеж. Это путешествие звездолёта «Энтерпрайз». Его новая пятилетняя миссия: исследователь странные новые миры, искать новые формы жизни и новые цивилизации. Смело идти туда, где не ступала нога человека.

   Космос — последний рубеж. Это путешествие звездолёта «Энтерпрайз». Его новая пятилетняя миссия: исследователь странные новые миры, искать новые формы жизни и новые цивилизации. Смело идти туда, где не ступала нога человека.

   — Джеймс Тиберий Кирк · фильм
10. «

    Пустой, бесплодный космос ужасает, он не спускает с нас стеклянных глаз. В хрустальных круглых окнах корабля созвездия застыли без движенья. Мы бережём свои воспоминанья о долах Дорис. В море без воды, без бурь, без волн, без ряби — вздорожали и взрывы чувств, и даже сновиденья. Пустячный вздох — как ветер в жаркий день, рыданья — родники, корабль — олень, что к Лире мчит бесшумно и легко, а Лира непостижно далеко, как будто не прошли мы долгий путь и время здесь не движется ничуть.

    Пустой, бесплодный космос ужасает, он не спускает с нас стеклянных глаз. В хрустальных круглых окнах корабля созвездия застыли без движенья. Мы бережём свои воспоминанья о долах Дорис. В море без воды, без бурь, без волн, без ряби — вздорожали и взрывы чувств, и даже сновиденья. Пустячный вздох — как ветер в жаркий день, рыданья — родники, корабль — олень, что к Лире мчит бесшумно и легко, а Лира непостижно далеко, как будто не прошли мы долгий путь и время здесь не движется ничуть.

    — Харри Эдмунд Мартинсон
11. «

    Как они живут Вечность, миллиарды звёзд в любви? Видишь этот Путь Млечный? Знаешь, из его пыли слеплены и мы с тобой, Слеплены и мы с тобой.

    Как они живут Вечность, миллиарды звёзд в любви? Видишь этот Путь Млечный? Знаешь, из его пыли слеплены и мы с тобой, Слеплены и мы с тобой.
12. «

    Ты, наверное, думаешь, что все межпланетники — убеждённые небожители. Неверно. Мы все очень любим Землю и тоскуем по голубому небу. Это наша болезнь — тоска по голубому небу. Сидишь где-нибудь на Фобосе. Небо бездонное, чёрное. Звёзды, как алмазные иглы, глаза колют. Созвездия кажутся дикими, незнакомыми. И всё вокруг искусственное: воздух искусственный, тепло искусственное, даже вес твой и тот искусственный…

    Ты, наверное, думаешь, что все межпланетники — убеждённые небожители. Неверно. Мы все очень любим Землю и тоскуем по голубому небу. Это наша болезнь — тоска по голубому небу. Сидишь где-нибудь на Фобосе. Небо бездонное, чёрное. Звёзды, как алмазные иглы, глаза колют. Созвездия кажутся дикими, незнакомыми. И всё вокруг искусственное: воздух искусственный, тепло искусственное, даже вес твой и тот искусственный…

    — Аркадий Стругацкий · книга
13. «

    Звёзды показывают нам Величие и красоту Вселенной, в которой, мы, вечные странники космоса, стремимся отыскать свою звезду.

    Звёзды показывают нам Величие и красоту Вселенной, в которой, мы, вечные странники космоса, стремимся отыскать свою звезду.

    — Валентин Петрович Рычков
14. «

    Мы не так уж часто запоминаем запахи — запах весны, запах моря… А ведь всю свою жизнь можно описать, вспоминая, как что пахнет. Для Гермашевского запах космоса — и запах бумаги и клея для первых авиамоделей, и запах взрыва модели ракеты… Запах космодрома придет еще не скоро.

    Мы не так уж часто запоминаем запахи — запах весны, запах моря… А ведь всю свою жизнь можно описать, вспоминая, как что пахнет. Для Гермашевского запах космоса — и запах бумаги и клея для первых авиамоделей, и запах взрыва модели ракеты… Запах космодрома придет еще не скоро.

    — Мирослав Гермашевский
15. «

    Каждый атом в вашем теле берёт своё начало во взорвавшейся звезде. И, возможно, атомы в вашей левой руке взяли своё начало в иной звезде, нежели атомы в правой руке. Это, действительно, самая поэтичная вещь, из тех, что я знаю о физике: вы все звёздная пыль. Вас не было бы здесь, если бы звёзды не взорвались, потому что химические элементы — углерод, азот, кислород, железо, всё, что необходимо для эволюции и жизни, — не были созданы в начале времён. Они были синтезированы в ядерных печах звёзд, и единственная причина, почему они попали в ваше тело, это потому, что звёзды соизволили взорваться. Забудьте Иисуса. Звёзды погибли, чтобы вы могли находиться здесь и сейчас.

    Каждый атом в вашем теле берёт своё начало во взорвавшейся звезде. И, возможно, атомы в вашей левой руке взяли своё начало в иной звезде, нежели атомы в правой руке. Это, действительно, самая поэтичная вещь, из тех, что я знаю о физике: вы все звёздная пыль. Вас не было бы здесь, если бы звёзды не взорвались, потому что химические элементы — углерод, азот, кислород, железо, всё, что необходимо для эволюции и жизни, — не были созданы в начале времён. Они были синтезированы в ядерных печах звёзд, и единственная причина, почему они попали в ваше тело, это потому, что звёзды соизволили взорваться. Забудьте Иисуса. Звёзды погибли, чтобы вы могли находиться здесь и сейчас.

    — Лоуренс Максвелл Краусс
16. «

    Опустила руки в золотистую жидкость, благо раны не до конца зажили, и погрузилась в душу корабля. Я — это корабль, корабль — это я. Девушки, сидящей в кресле пилота, нет, вместо нее я — сильный, мощный, дикий. Впереди угроза, рядом слабые, странные и неповоротливые, похожие на меня. Они не интересны. Хочу вперед, к звездам, которых не видно из-за сплошной стены камней. Я не люблю камни, они больно жалятся. Но и это не важно. Внутри меня жизнь, горячая, дышащая, будоражащая. Ради нее я существую.

    Опустила руки в золотистую жидкость, благо раны не до конца зажили, и погрузилась в душу корабля. Я — это корабль, корабль — это я. Девушки, сидящей в кресле пилота, нет, вместо нее я — сильный, мощный, дикий. Впереди угроза, рядом слабые, странные и неповоротливые, похожие на меня. Они не интересны. Хочу вперед, к звездам, которых не видно из-за сплошной стены камней. Я не люблю камни, они больно жалятся. Но и это не важно. Внутри меня жизнь, горячая, дышащая, будоражащая. Ради нее я существую.

    — Евгения Барбуца · книга
17. «

    Когда где-то в Галактике рождаются и гибнут звезды, когда гигантские взрывы раскидывают на миллиарды километров материю, то все это происходит в абсолютной тишине. Очень страшно беззвучие космических просторов...

    Когда где-то в Галактике рождаются и гибнут звезды, когда гигантские взрывы раскидывают на миллиарды километров материю, то все это происходит в абсолютной тишине. Очень страшно беззвучие космических просторов...

    — Виктор Викторович Конецкий · книга
18. «

    Земля с высоты удивительно красива. Красива вся. Интересно было смотреть и на Европу, и на Африку, и на Северную Америку, на моря и океаны — всё радовало взгляд, всё впечатляло. Но, пожалуй, всех красивее на Земле — наша великая страна. Окаймлённая с юга сверкающими, удивительно живописными сверху горными хребтами, покрытая бескрайней сибирской тайгой, испещрённая многочисленными реками и озёрами, страна наша действительно сказочно прекрасна. Увидев её оттуда почти всю сразу, мы с Виталием полюбили родную Землю ещё сильнее, ещё более нежной и преданной любовью.

    Земля с высоты удивительно красива. Красива вся. Интересно было смотреть и на Европу, и на Африку, и на Северную Америку, на моря и океаны — всё радовало взгляд, всё впечатляло. Но, пожалуй, всех красивее на Земле — наша великая страна. Окаймлённая с юга сверкающими, удивительно живописными сверху горными хребтами, покрытая бескрайней сибирской тайгой, испещрённая многочисленными реками и озёрами, страна наша действительно сказочно прекрасна. Увидев её оттуда почти всю сразу, мы с Виталием полюбили родную Землю ещё сильнее, ещё более нежной и преданной любовью.

    — Пётр Ильич Климук · книга
19. «

    Оторвавшись от экрана, Такаши поднялся и развернулся к окну с панорамой космоса. Тысячи звезд отражались в непроницаемых очках старшего дознавателя, что терпеливо выжидал подобно тигру, охотящемуся в бамбуковом лесу. Время почти пришло.

    Оторвавшись от экрана, Такаши поднялся и развернулся к окну с панорамой космоса. Тысячи звезд отражались в непроницаемых очках старшего дознавателя, что терпеливо выжидал подобно тигру, охотящемуся в бамбуковом лесу. Время почти пришло.

    — Дем Михайлов · книга
20. «

    Стрэндж никак не мог прийти в себя. Он походил на ребёнка, делающего свои первые шаги. Неуверенные. Пошатываясь. Он попятился в зеркальное отражение, и реальность возвратилась, всё вернулось на свои места. Стрэндж обильно пропотел, сердце его бешено стучало. Он не мог дышать. Стивен посмотрел на Древнюю. — Зачем… вы делаете это? — Чтобы показать, сколь много ты не знаешь. И с этими словами Древняя коснулась пальцем лба Стрэнджа. — Открой глаза. Пол ушёл у Стрэнджа из-под ног, и он будто провалился в колодец. Стивен сучил ногами, пытался за что-то ухватиться, кричал, но всё без толку. Он провалился сквозь пол (или стену) всю дорогу до дальней стены (пола?). Там было окно. Он провалился прямо сквозь него. Доктор подумал, что умер, и крайне удивился, когда открыл глаза и увидел звёзды, бескрайнюю черноту и вихрящиеся цвета, каких он ранее и представить себе не мог. Бескрайний космос. Он нёсся сквозь пустоту пространства с огромной скоростью, его тело превратилось в ракету, рассекающую Вселенную. Он миновал звёзды, планеты, туманности. Бороздя просторы космоса, он как будто бы оказался в чужом теле. — Этого не может быть! Этого не может быть! Этого не может быть! — кричал он. А потом он увидел под собой Землю.

    Стрэндж никак не мог прийти в себя. Он походил на ребёнка, делающего свои первые шаги. Неуверенные. Пошатываясь. Он попятился в зеркальное отражение, и реальность возвратилась, всё вернулось на свои места. Стрэндж обильно пропотел, сердце его бешено стучало. Он не мог дышать. Стивен посмотрел на Древнюю. — Зачем… вы делаете это? — Чтобы показать, сколь много ты не знаешь. И с этими словами Древняя коснулась пальцем лба Стрэнджа. — Открой глаза. Пол ушёл у Стрэнджа из-под ног, и он будто провалился в колодец. Стивен сучил ногами, пытался за что-то ухватиться, кричал, но всё без толку. Он провалился сквозь пол (или стену) всю дорогу до дальней стены (пола?). Там было окно. Он провалился прямо сквозь него. Доктор подумал, что умер, и крайне удивился, когда открыл глаза и увидел звёзды, бескрайнюю черноту и вихрящиеся цвета, каких он ранее и представить себе не мог. Бескрайний космос. Он нёсся сквозь пустоту пространства с огромной скоростью, его тело превратилось в ракету, рассекающую Вселенную. Он миновал звёзды, планеты, туманности. Бороздя просторы космоса, он как будто бы оказался в чужом теле. — Этого не может быть! Этого не может быть! Этого не может быть! — кричал он. А потом он увидел под собой Землю.

    — Стив Белинг · книга