27 высказываний на тему «Красивые цитаты на тему «космос»»

27 цитат про «Красивые цитаты на тему «космос»»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Всем ручейкам молочным Ханаана О Млечный путь ты светозарный брат Ты курс нам указуешь постоянно К туманностям куда сквозь звездопад Летят тела возлюбленных слиянно

   Всем ручейкам молочным Ханаана О Млечный путь ты светозарный брат Ты курс нам указуешь постоянно К туманностям куда сквозь звездопад Летят тела возлюбленных слиянно

   — Гийом Аполлинер
2. «

   Пустой, бесплодный космос ужасает, он не спускает с нас стеклянных глаз. В хрустальных круглых окнах корабля созвездия застыли без движенья. Мы бережём свои воспоминанья о долах Дорис. В море без воды, без бурь, без волн, без ряби — вздорожали и взрывы чувств, и даже сновиденья. Пустячный вздох — как ветер в жаркий день, рыданья — родники, корабль — олень, что к Лире мчит бесшумно и легко, а Лира непостижно далеко, как будто не прошли мы долгий путь и время здесь не движется ничуть.

   Пустой, бесплодный космос ужасает, он не спускает с нас стеклянных глаз. В хрустальных круглых окнах корабля созвездия застыли без движенья. Мы бережём свои воспоминанья о долах Дорис. В море без воды, без бурь, без волн, без ряби — вздорожали и взрывы чувств, и даже сновиденья. Пустячный вздох — как ветер в жаркий день, рыданья — родники, корабль — олень, что к Лире мчит бесшумно и легко, а Лира непостижно далеко, как будто не прошли мы долгий путь и время здесь не движется ничуть.

   — Харри Эдмунд Мартинсон
3. «

   Он сказал: «Поехали!», Он взмахнул рукой. Словно вдоль по Питерской, Питерской, Пронёсся над Землёй…

   Он сказал: «Поехали!», Он взмахнул рукой. Словно вдоль по Питерской, Питерской, Пронёсся над Землёй…
4. «

   Опустила руки в золотистую жидкость, благо раны не до конца зажили, и погрузилась в душу корабля. Я — это корабль, корабль — это я. Девушки, сидящей в кресле пилота, нет, вместо нее я — сильный, мощный, дикий. Впереди угроза, рядом слабые, странные и неповоротливые, похожие на меня. Они не интересны. Хочу вперед, к звездам, которых не видно из-за сплошной стены камней. Я не люблю камни, они больно жалятся. Но и это не важно. Внутри меня жизнь, горячая, дышащая, будоражащая. Ради нее я существую.

   Опустила руки в золотистую жидкость, благо раны не до конца зажили, и погрузилась в душу корабля. Я — это корабль, корабль — это я. Девушки, сидящей в кресле пилота, нет, вместо нее я — сильный, мощный, дикий. Впереди угроза, рядом слабые, странные и неповоротливые, похожие на меня. Они не интересны. Хочу вперед, к звездам, которых не видно из-за сплошной стены камней. Я не люблю камни, они больно жалятся. Но и это не важно. Внутри меня жизнь, горячая, дышащая, будоражащая. Ради нее я существую.

   — Евгения Барбуца · книга
5. «

   Есть синяя в небе звезда, Дженит. Если гнать сто миль в час, езды двадцать лет от нас.

   Есть синяя в небе звезда, Дженит. Если гнать сто миль в час, езды двадцать лет от нас.

   — Карл Сэндберг
6. «

   Ее уже не было. Был громадный корабль. Почти живой организм. Уютный, спокойный, серьезный и собранный. Аврора чувствовала его весь. Целиком. Руки — катера, сердце — машинное отделение, крылья — дюзы… по проводам-нервам бежали импульсы, передавая ее волю… позволяя убогим протоплазменным существам передвигаться по космосу… Смешные люди… Странные люди. А впрочем, какая разница?

   Ее уже не было. Был громадный корабль. Почти живой организм. Уютный, спокойный, серьезный и собранный. Аврора чувствовала его весь. Целиком. Руки — катера, сердце — машинное отделение, крылья — дюзы… по проводам-нервам бежали импульсы, передавая ее волю… позволяя убогим протоплазменным существам передвигаться по космосу… Смешные люди… Странные люди. А впрочем, какая разница?

   — Галина Гончарова · книга
7. «

   Стрэндж никак не мог прийти в себя. Он походил на ребёнка, делающего свои первые шаги. Неуверенные. Пошатываясь. Он попятился в зеркальное отражение, и реальность возвратилась, всё вернулось на свои места. Стрэндж обильно пропотел, сердце его бешено стучало. Он не мог дышать. Стивен посмотрел на Древнюю. — Зачем… вы делаете это? — Чтобы показать, сколь много ты не знаешь. И с этими словами Древняя коснулась пальцем лба Стрэнджа. — Открой глаза. Пол ушёл у Стрэнджа из-под ног, и он будто провалился в колодец. Стивен сучил ногами, пытался за что-то ухватиться, кричал, но всё без толку. Он провалился сквозь пол (или стену) всю дорогу до дальней стены (пола?). Там было окно. Он провалился прямо сквозь него. Доктор подумал, что умер, и крайне удивился, когда открыл глаза и увидел звёзды, бескрайнюю черноту и вихрящиеся цвета, каких он ранее и представить себе не мог. Бескрайний космос. Он нёсся сквозь пустоту пространства с огромной скоростью, его тело превратилось в ракету, рассекающую Вселенную. Он миновал звёзды, планеты, туманности. Бороздя просторы космоса, он как будто бы оказался в чужом теле. — Этого не может быть! Этого не может быть! Этого не может быть! — кричал он. А потом он увидел под собой Землю.

   Стрэндж никак не мог прийти в себя. Он походил на ребёнка, делающего свои первые шаги. Неуверенные. Пошатываясь. Он попятился в зеркальное отражение, и реальность возвратилась, всё вернулось на свои места. Стрэндж обильно пропотел, сердце его бешено стучало. Он не мог дышать. Стивен посмотрел на Древнюю. — Зачем… вы делаете это? — Чтобы показать, сколь много ты не знаешь. И с этими словами Древняя коснулась пальцем лба Стрэнджа. — Открой глаза. Пол ушёл у Стрэнджа из-под ног, и он будто провалился в колодец. Стивен сучил ногами, пытался за что-то ухватиться, кричал, но всё без толку. Он провалился сквозь пол (или стену) всю дорогу до дальней стены (пола?). Там было окно. Он провалился прямо сквозь него. Доктор подумал, что умер, и крайне удивился, когда открыл глаза и увидел звёзды, бескрайнюю черноту и вихрящиеся цвета, каких он ранее и представить себе не мог. Бескрайний космос. Он нёсся сквозь пустоту пространства с огромной скоростью, его тело превратилось в ракету, рассекающую Вселенную. Он миновал звёзды, планеты, туманности. Бороздя просторы космоса, он как будто бы оказался в чужом теле. — Этого не может быть! Этого не может быть! Этого не может быть! — кричал он. А потом он увидел под собой Землю.

   — Стив Белинг · книга
8. «

   Он смотрел на меня так, словно был астрономом, а я – звездой на пути к катаклизму. Или сверхновой, которая уже встретила свой конец. И после неё – только остатки. Разноцветные разводы на непроглядном полотне космоса – завораживающие и пустые.

   Он смотрел на меня так, словно был астрономом, а я – звездой на пути к катаклизму. Или сверхновой, которая уже встретила свой конец. И после неё – только остатки. Разноцветные разводы на непроглядном полотне космоса – завораживающие и пустые.

   — Теодора · игра
9. «

   Земля с высоты удивительно красива. Красива вся. Интересно было смотреть и на Европу, и на Африку, и на Северную Америку, на моря и океаны — всё радовало взгляд, всё впечатляло. Но, пожалуй, всех красивее на Земле — наша великая страна. Окаймлённая с юга сверкающими, удивительно живописными сверху горными хребтами, покрытая бескрайней сибирской тайгой, испещрённая многочисленными реками и озёрами, страна наша действительно сказочно прекрасна. Увидев её оттуда почти всю сразу, мы с Виталием полюбили родную Землю ещё сильнее, ещё более нежной и преданной любовью.

   Земля с высоты удивительно красива. Красива вся. Интересно было смотреть и на Европу, и на Африку, и на Северную Америку, на моря и океаны — всё радовало взгляд, всё впечатляло. Но, пожалуй, всех красивее на Земле — наша великая страна. Окаймлённая с юга сверкающими, удивительно живописными сверху горными хребтами, покрытая бескрайней сибирской тайгой, испещрённая многочисленными реками и озёрами, страна наша действительно сказочно прекрасна. Увидев её оттуда почти всю сразу, мы с Виталием полюбили родную Землю ещё сильнее, ещё более нежной и преданной любовью.

   — Пётр Ильич Климук · книга
10. «

    Вселенная огромна. Но всё в ней связано.

    Вселенная огромна. Но всё в ней связано.
11. «

    Оторвавшись от экрана, Такаши поднялся и развернулся к окну с панорамой космоса. Тысячи звезд отражались в непроницаемых очках старшего дознавателя, что терпеливо выжидал подобно тигру, охотящемуся в бамбуковом лесу. Время почти пришло.

    Оторвавшись от экрана, Такаши поднялся и развернулся к окну с панорамой космоса. Тысячи звезд отражались в непроницаемых очках старшего дознавателя, что терпеливо выжидал подобно тигру, охотящемуся в бамбуковом лесу. Время почти пришло.

    — Дем Михайлов · книга
12. «

    Когда я сам для себя играю «Лунную сонату», у меня часто возникает чувство, будто я нахожусь на луне перед большим роялем и играю в то время, как луна, рояль и я вращаемся вокруг земного шара.

    Когда я сам для себя играю «Лунную сонату», у меня часто возникает чувство, будто я нахожусь на луне перед большим роялем и играю в то время, как луна, рояль и я вращаемся вокруг земного шара.

    — Юстейн Гордер · книга
13. «

    — Папа, а на других планетах люди есть? — Не знаю, детка... Но если бы мы были одиноки, представляешь, сколько бы зря пропадало пространства...

    — Папа, а на других планетах люди есть? — Не знаю, детка... Но если бы мы были одиноки, представляешь, сколько бы зря пропадало пространства...

    — юная Элли · фильм
14. «

    Когда падают осенние звезды, они скользят одну секунду, две секунды и нет их больше. Но иногда звезда падучая катится, захватывая полнеба, и после нее еще теплится световая полоса. Но вот она погасла, и нет следа ее явления. А иногда — иногда совсем иначе. Падучая звезда пролетела, разорвавшись огромным огненным шаром, и кто-то где-то, потом, совсем случайно и победно, найдет обломок не нашего мира, знак небесных полетов и горений, кусок небесного железа, метеорит. И этот гость иных миров надолго останется с нами, привлекая любопытные взоры. А кто-нибудь с душой тоскующей подойдет к такому обломку, и душе его сразу станет хорошо от сознанья малости здешнего и правды иного, далекого, куда влечется каждая хотящая душа. И тоскующий уйдет от такого свиданья освеженный, ступая по земле, как по звезде.

    Когда падают осенние звезды, они скользят одну секунду, две секунды и нет их больше. Но иногда звезда падучая катится, захватывая полнеба, и после нее еще теплится световая полоса. Но вот она погасла, и нет следа ее явления. А иногда — иногда совсем иначе. Падучая звезда пролетела, разорвавшись огромным огненным шаром, и кто-то где-то, потом, совсем случайно и победно, найдет обломок не нашего мира, знак небесных полетов и горений, кусок небесного железа, метеорит. И этот гость иных миров надолго останется с нами, привлекая любопытные взоры. А кто-нибудь с душой тоскующей подойдет к такому обломку, и душе его сразу станет хорошо от сознанья малости здешнего и правды иного, далекого, куда влечется каждая хотящая душа. И тоскующий уйдет от такого свиданья освеженный, ступая по земле, как по звезде.

    — Константин Дмитриевич Бальмонт · книга
15. «

    Космос… восхищает. Вот для чего я стала пилотом. Для этого я стремилась к звёздам. Когда-нибудь всё человечество тоже будет здесь. И все увидят эту красоту…

    Космос… восхищает. Вот для чего я стала пилотом. Для этого я стремилась к звёздам. Когда-нибудь всё человечество тоже будет здесь. И все увидят эту красоту…

    — Донна (Donna) · игра
16. «

    Как они живут Вечность, миллиарды звёзд в любви? Видишь этот Путь Млечный? Знаешь, из его пыли слеплены и мы с тобой, Слеплены и мы с тобой.

    Как они живут Вечность, миллиарды звёзд в любви? Видишь этот Путь Млечный? Знаешь, из его пыли слеплены и мы с тобой, Слеплены и мы с тобой.
17. «

    Звёзды показывают нам Величие и красоту Вселенной, в которой, мы, вечные странники космоса, стремимся отыскать свою звезду.

    Звёзды показывают нам Величие и красоту Вселенной, в которой, мы, вечные странники космоса, стремимся отыскать свою звезду.

    — Валентин Петрович Рычков
18. «

    Космос нас ждёт, Космос нас любит, Космос живёт в каждой из судеб, Космос, привет, Космос нам верит, Выключи свет, закрой все двери, Космос нас ждёт.

    Космос нас ждёт, Космос нас любит, Космос живёт в каждой из судеб, Космос, привет, Космос нам верит, Выключи свет, закрой все двери, Космос нас ждёт.
19. «

    — Поисками внеземных цивилизаций человечество занято не первый век. А что мы там ищем? Нам эти цивилизации зачем? — Как зачем?! Для того, чтобы самим себе объяснить смысл своего существования. Что с нами будет после смерти? Кто такой Бог? Что это за звёзды над нами? Что такое бесконечность? Что значит время, которое никогда не кончается? Мы как-то разговаривали с писателем Андреем Битовым, и он сказал потрясающую фразу: «Для меня стопроцентным подтверждением существования Бога является то, что на тему смерти поставлено табу». Кто-то его в самом деле нам поставил, это табу. Мы не знаем, что будет Там. Хотя мы знаем, кажется, уже всё — наука раскрывает тайну за тайной. Поэтому страсть человечества узнать, что происходит там, на других планетах, — это попытка заглянуть в своё будущее. И попытка выяснить: ты вообще что-то значишь на этой Земле? Твоя жизнь — она для чего-то предназначена или это просто вспышка, никем не замеченная? Прошла и прошла... К тому же космос — это так красиво! Как в фильме «Пассажиры», где герои выходят на крыло космического корабля, а вокруг — эта бездна чёрная со светящимися звёздами. Я понимаю, что всё это мультфильм, графика. Но, слушайте, всё равно дух захватывает! И не у меня одного. Когда мы смотрим вверх, что-то же в нас начинает шевелиться. Мыслить начинаем яснее, чище становимся, когда видим звёздное небо над нами.

    — Поисками внеземных цивилизаций человечество занято не первый век. А что мы там ищем? Нам эти цивилизации зачем? — Как зачем?! Для того, чтобы самим себе объяснить смысл своего существования. Что с нами будет после смерти? Кто такой Бог? Что это за звёзды над нами? Что такое бесконечность? Что значит время, которое никогда не кончается? Мы как-то разговаривали с писателем Андреем Битовым, и он сказал потрясающую фразу: «Для меня стопроцентным подтверждением существования Бога является то, что на тему смерти поставлено табу». Кто-то его в самом деле нам поставил, это табу. Мы не знаем, что будет Там. Хотя мы знаем, кажется, уже всё — наука раскрывает тайну за тайной. Поэтому страсть человечества узнать, что происходит там, на других планетах, — это попытка заглянуть в своё будущее. И попытка выяснить: ты вообще что-то значишь на этой Земле? Твоя жизнь — она для чего-то предназначена или это просто вспышка, никем не замеченная? Прошла и прошла... К тому же космос — это так красиво! Как в фильме «Пассажиры», где герои выходят на крыло космического корабля, а вокруг — эта бездна чёрная со светящимися звёздами. Я понимаю, что всё это мультфильм, графика. Но, слушайте, всё равно дух захватывает! И не у меня одного. Когда мы смотрим вверх, что-то же в нас начинает шевелиться. Мыслить начинаем яснее, чище становимся, когда видим звёздное небо над нами.

    — Олег Меньшиков
20. «

    Ты, наверное, думаешь, что все межпланетники — убеждённые небожители. Неверно. Мы все очень любим Землю и тоскуем по голубому небу. Это наша болезнь — тоска по голубому небу. Сидишь где-нибудь на Фобосе. Небо бездонное, чёрное. Звёзды, как алмазные иглы, глаза колют. Созвездия кажутся дикими, незнакомыми. И всё вокруг искусственное: воздух искусственный, тепло искусственное, даже вес твой и тот искусственный…

    Ты, наверное, думаешь, что все межпланетники — убеждённые небожители. Неверно. Мы все очень любим Землю и тоскуем по голубому небу. Это наша болезнь — тоска по голубому небу. Сидишь где-нибудь на Фобосе. Небо бездонное, чёрное. Звёзды, как алмазные иглы, глаза колют. Созвездия кажутся дикими, незнакомыми. И всё вокруг искусственное: воздух искусственный, тепло искусственное, даже вес твой и тот искусственный…

    — Аркадий Стругацкий · книга