«Красивые цитаты про лето» в 60 цитат

Тема «Красивые цитаты про лето» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 60 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Они сорвали гроздь винограда с шершавой дикой лозы. Посмотришь на ягоду против солнца — в ней отчетливо проступают виноградные мысли, погруженные в густо-янтарную мякоть, горячие семена раздумий, накопившиеся у лозы за долгие послеполуденные часы одиночества и растительного созерцания.

   Они сорвали гроздь винограда с шершавой дикой лозы. Посмотришь на ягоду против солнца — в ней отчетливо проступают виноградные мысли, погруженные в густо-янтарную мякоть, горячие семена раздумий, накопившиеся у лозы за долгие послеполуденные часы одиночества и растительного созерцания.

   — Рэй Брэдбери · книга
2. «

   Наверное, у каждого в жизни бывает такое лето, когда ходишь по земле, словно летаешь по небу.

   Наверное, у каждого в жизни бывает такое лето, когда ходишь по земле, словно летаешь по небу.

   — Вера · фильм
3. «

   Собирай впечатления лета в сердце — пусть из них сложится симфония счастья!

   Собирай впечатления лета в сердце — пусть из них сложится симфония счастья!
4. «

   Тополиный пух, жара, июль, Ночи такие звёздные. Ты пойми, что первый поцелуй Это ещё не любовь... Это лишь такой закон борьбы противоположностей. Тополиный пух, жара, июль, Ветер уносит в небо. Только ты не веришь никому. Ждёшь ты только снега, снега, снега...

   Тополиный пух, жара, июль, Ночи такие звёздные. Ты пойми, что первый поцелуй Это ещё не любовь... Это лишь такой закон борьбы противоположностей. Тополиный пух, жара, июль, Ветер уносит в небо. Только ты не веришь никому. Ждёшь ты только снега, снега, снега...
5. «

   Лето пахнет кожей загорелой, Морем, пляжем, тёплою водою, Лёгкостью курортного романа, Поцелуем сладким под луною.

   Лето пахнет кожей загорелой, Морем, пляжем, тёплою водою, Лёгкостью курортного романа, Поцелуем сладким под луною.
6. «

   Закончится лето. И Бог с ним. Начнется осень. Ведь ты ее любишь. Я вижу в твоих глазах.

   Закончится лето. И Бог с ним. Начнется осень. Ведь ты ее любишь. Я вижу в твоих глазах.

   — Аль Квотион · книга
7. «

   Мы сидим в замятой траве; пахнет последним летом, сухою горечью, яблочным свежим духом; блестят паутинки на крапиве, льются-дрожат на яблоньках. Кажется мне, что дрожат они от сухого треска кузнечиков. — Осенние-то песни!.. — говорит Горкин грустно. — Прощай, лето.

   Мы сидим в замятой траве; пахнет последним летом, сухою горечью, яблочным свежим духом; блестят паутинки на крапиве, льются-дрожат на яблоньках. Кажется мне, что дрожат они от сухого треска кузнечиков. — Осенние-то песни!.. — говорит Горкин грустно. — Прощай, лето.

   — Иван Сергеевич Шмелев · книга
8. «

   А я скучаю, друг мой, я скучаю… И письма вымышленному тебе опять слагаю… Мне почему-то не хватает света. Да, мне бы лета, друг мой, мне бы лета. Плеснуть бы в чашку моря, вместо грусти, И пить, пока печали не отпустят. Насытиться мечтой, надеждой, верой, Творить любовью, будто акварелью: Нарисовать тебе пейзаж о счастье, О радости, о нежности, о страсти… Но за окном ноябрь. И время чая. Пью осень. Но по-летнему скучаю.

   А я скучаю, друг мой, я скучаю… И письма вымышленному тебе опять слагаю… Мне почему-то не хватает света. Да, мне бы лета, друг мой, мне бы лета. Плеснуть бы в чашку моря, вместо грусти, И пить, пока печали не отпустят. Насытиться мечтой, надеждой, верой, Творить любовью, будто акварелью: Нарисовать тебе пейзаж о счастье, О радости, о нежности, о страсти… Но за окном ноябрь. И время чая. Пью осень. Но по-летнему скучаю.
9. «

   Ночи были полны ветра, струящегося в блеске лун сквозь море трав в пустых полях, сквозь клетки городов, покоящихся уже 120 веков.

   Ночи были полны ветра, струящегося в блеске лун сквозь море трав в пустых полях, сквозь клетки городов, покоящихся уже 120 веков.

   — Рэй Брэдбери
10. «

    Ветерка зеленая плетка (Тишина да ореховый прут), Знай, тебя приласкает кротко (Словно эльфы кружатся тут), Как предчувствие близкой прохлады, Остужающей в чаще зной. Это в душную дрему сада Я врываюсь — ветер сквозной.

    Ветерка зеленая плетка (Тишина да ореховый прут), Знай, тебя приласкает кротко (Словно эльфы кружатся тут), Как предчувствие близкой прохлады, Остужающей в чаще зной. Это в душную дрему сада Я врываюсь — ветер сквозной.

    — Карл Кролов
11. «

    Здесь и там валялись трупы, лужи крови стояли на мостовой. Мне запомнился белый мотылек, порхавший посреди улицы. Лето остаётся летом.

    Здесь и там валялись трупы, лужи крови стояли на мостовой. Мне запомнился белый мотылек, порхавший посреди улицы. Лето остаётся летом.

    — Виктор Гюго · книга
12. «

    Зимний лес – гулкое, как выстрелы, карканье ворон, снег с еловой ветки, упавший за шиворот, следы, в которых не видно дна, пар от мокрых рукавиц и параллельные, то и дело пересекающиеся кривые лыжных следов; весенний лес – запах черной, еще мерзлой, земли, текущий во все стороны, захлебывающийся талой водой, ручей, тонкая белая полоска синей от холода кожи между свитером и джинсами, а на ней крупные пупырышки, которые только губами и можно растопить; летний лес – горячие капли золотистой смолы на медной коре, волосы, пахнущие шашлычным дымом, белый, в ромашках, сарафан, испачканный красным сухим вином и щекочущая сосновая иголка, которую никак не достать, если не расстегнуть две тысячи мелких, как божьи коровки, пуговиц, стремительно расползающихся под пальцами по спине и груди.

    Зимний лес – гулкое, как выстрелы, карканье ворон, снег с еловой ветки, упавший за шиворот, следы, в которых не видно дна, пар от мокрых рукавиц и параллельные, то и дело пересекающиеся кривые лыжных следов; весенний лес – запах черной, еще мерзлой, земли, текущий во все стороны, захлебывающийся талой водой, ручей, тонкая белая полоска синей от холода кожи между свитером и джинсами, а на ней крупные пупырышки, которые только губами и можно растопить; летний лес – горячие капли золотистой смолы на медной коре, волосы, пахнущие шашлычным дымом, белый, в ромашках, сарафан, испачканный красным сухим вином и щекочущая сосновая иголка, которую никак не достать, если не расстегнуть две тысячи мелких, как божьи коровки, пуговиц, стремительно расползающихся под пальцами по спине и груди.

    — Михаил Борисович Бару
13. «

    Оттенки — важнейшая вещь для наблюдателя, они доводят картину до конца. Вот зимой скука, три оттенка — белый, серый и чёрный. Летом лучше — палитра богаче, можно выбирать, долго следить за изменениями. У каждой вещи свой оттенок, но живёт он отдельной жизнью.

    Оттенки — важнейшая вещь для наблюдателя, они доводят картину до конца. Вот зимой скука, три оттенка — белый, серый и чёрный. Летом лучше — палитра богаче, можно выбирать, долго следить за изменениями. У каждой вещи свой оттенок, но живёт он отдельной жизнью.

    — Максимилиан Неаполитанский · книга
14. «

    Закончится лето. И Бог с ним. Начнется осень. Я слышу в душе твоей предлистопадный «ах».

    Закончится лето. И Бог с ним. Начнется осень. Я слышу в душе твоей предлистопадный «ах».

    — Аль Квотион · книга
15. «

    — Жаркий ветер на щеке, вкус земляники на губах, звезды в небе, касание тёплой воды... Лето... Оно уходит так быстро, что не успеваешь крикнуть «постой!» И кажется, долго кажется, что оно ещё здесь. В кончиках пальцев — память, память о лете. Дрожью, судорогой, головой вскинутой навстречу дождю, тихим смехом и случайной улыбкой — лето... Всё-таки лето. Тебе говорят, что оно уже ушло, но ты ищешь его следы, бежишь, опаздываешь, не успеваешь... Но всё-таки лето. И ты идёшь по его тающим следам... два часа в машине, три часа на самолёте, немного пешком — поехали! Куда — не знаю. Приедем. Всё ради лета. Маленького-премаленького. Робкого кусочка отставшего лета. А больше и не надо, иначе умрёшь от тепла... Лето... — Чингиз... — тихо сказал я. Он не слышал. Он догонял своё лето. - Дайте мне мой кусочек лета... А он и так со мной. Навсегда. Моё лето. Какое было, какое есть, какое будет. Лето навсегда! Я ведь помню, как оно уходит. Как жёлтое солнце плавится в алый закат. Как ветер начинает пахнуть снегом. Я улыбался ветру. Я просил его: «Подожди!» Чуть-чуть! Оставь мне немножко лета! А ветер видел таких, как я, не раз. Пока было тепло — он не спорил со мной. Но стало холодно, и ветер прошептал: «Лето кончилось». Я поверил не сразу. Но лето кончилось. Пошёл дождь. Холодный, унылый, серый.

    — Жаркий ветер на щеке, вкус земляники на губах, звезды в небе, касание тёплой воды... Лето... Оно уходит так быстро, что не успеваешь крикнуть «постой!» И кажется, долго кажется, что оно ещё здесь. В кончиках пальцев — память, память о лете. Дрожью, судорогой, головой вскинутой навстречу дождю, тихим смехом и случайной улыбкой — лето... Всё-таки лето. Тебе говорят, что оно уже ушло, но ты ищешь его следы, бежишь, опаздываешь, не успеваешь... Но всё-таки лето. И ты идёшь по его тающим следам... два часа в машине, три часа на самолёте, немного пешком — поехали! Куда — не знаю. Приедем. Всё ради лета. Маленького-премаленького. Робкого кусочка отставшего лета. А больше и не надо, иначе умрёшь от тепла... Лето... — Чингиз... — тихо сказал я. Он не слышал. Он догонял своё лето. - Дайте мне мой кусочек лета... А он и так со мной. Навсегда. Моё лето. Какое было, какое есть, какое будет. Лето навсегда! Я ведь помню, как оно уходит. Как жёлтое солнце плавится в алый закат. Как ветер начинает пахнуть снегом. Я улыбался ветру. Я просил его: «Подожди!» Чуть-чуть! Оставь мне немножко лета! А ветер видел таких, как я, не раз. Пока было тепло — он не спорил со мной. Но стало холодно, и ветер прошептал: «Лето кончилось». Я поверил не сразу. Но лето кончилось. Пошёл дождь. Холодный, унылый, серый.

    — Сергей Лукьяненко · книга
16. «

    О прошлом вспомнил я далеком, Когда меня июльский зной, Струясь живительным потоком, Своей разнеживал волной.

    О прошлом вспомнил я далеком, Когда меня июльский зной, Струясь живительным потоком, Своей разнеживал волной.

    — Алексей Михайлович Жемчужников
17. «

    Вечер был такой чарующий, дышал влажными ароматами, вокруг пробуждалась жизнь, замершая в знойной духоте дня.

    Вечер был такой чарующий, дышал влажными ароматами, вокруг пробуждалась жизнь, замершая в знойной духоте дня.

    — Арчибалд Кронин · книга
18. «

    Вновь в уголочке души, Ясным и ласковым светом Нежно блестят витражи Наших не прожитых дней.

    Вновь в уголочке души, Ясным и ласковым светом Нежно блестят витражи Наших не прожитых дней.
19. «

    К исходу лета на сносях земля От тяжести склоняет ветви книзу, Скрыв глубоко живую сладость соков, Она цветы выносит напоказ и золото, Усердно маскируя свой тайный сговор… Под покровом соков Покоится холодная зима, Покоится, произрастая, голод, Вмороженный в початки кукурузы. Под щедрым изобильем — обнищанье, И бедность, как богатство, клонит книзу Тугие ветви, и нужда — зерно.

    К исходу лета на сносях земля От тяжести склоняет ветви книзу, Скрыв глубоко живую сладость соков, Она цветы выносит напоказ и золото, Усердно маскируя свой тайный сговор… Под покровом соков Покоится холодная зима, Покоится, произрастая, голод, Вмороженный в початки кукурузы. Под щедрым изобильем — обнищанье, И бедность, как богатство, клонит книзу Тугие ветви, и нужда — зерно.

    — Джордж Баркер
20. «

    «Я буду любить тебя всё лето», — это звучит куда убедительней, чем «всю жизнь» и — главное — куда дольше!

    «Я буду любить тебя всё лето», — это звучит куда убедительней, чем «всю жизнь» и — главное — куда дольше!

    — Марина Цветаева