11 цитат про «Красивые цитаты про мать», которые захочется сохранить

Тема «Красивые цитаты про мать» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 11 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Ты помнишь пушистое белое время? Твой певческий мир был пока что не создан, ты ранней душою тянулся за всеми. Ты помнишь, как мама баюкала звезды?

   Ты помнишь пушистое белое время? Твой певческий мир был пока что не создан, ты ранней душою тянулся за всеми. Ты помнишь, как мама баюкала звезды?

   — Аль Квотион · книга
2. «

   Именно потому матери больше, чем отцы, любят своих детей: они прекрасно чувствуют в детях больше своего, чем отцы. По названной причине, сдается, и мы более привязаны к матери, нежели к отцу, и, по-видимому, отца мы почитаем, но только мать по-настоящему любим.

   Именно потому матери больше, чем отцы, любят своих детей: они прекрасно чувствуют в детях больше своего, чем отцы. По названной причине, сдается, и мы более привязаны к матери, нежели к отцу, и, по-видимому, отца мы почитаем, но только мать по-настоящему любим.

   — Генрих Корнелий Агриппа · книга
3. «

   — Постой! Прости, что усомнилась, но не делай этого. Это не выход. Крестная, ты не такая. Я же знаю. — Сомневаюсь. — Нет, я знаю. Ты — моя мама.

   — Постой! Прости, что усомнилась, но не делай этого. Это не выход. Крестная, ты не такая. Я же знаю. — Сомневаюсь. — Нет, я знаю. Ты — моя мама.

   — Малефисента · фильм
4. «

   О моя ностальгия, схожая с бабочкой! Перепорхнув через изгороди и заборы, за углом последнего в селении дома бабочка в послеполуденный час видит море… Я слышу, как море шумит за стеною. Закрываю книгу. К стене прислоняюсь. В соседней комнате часы бьют два. «Море, далекое море!» — записываю на бумаге. Ах, море! Недаром в иероглифе «море» есть часть, означающая «мама». Ах, мама! Недаром на французском слово «мама» звучит как «море»…

   О моя ностальгия, схожая с бабочкой! Перепорхнув через изгороди и заборы, за углом последнего в селении дома бабочка в послеполуденный час видит море… Я слышу, как море шумит за стеною. Закрываю книгу. К стене прислоняюсь. В соседней комнате часы бьют два. «Море, далекое море!» — записываю на бумаге. Ах, море! Недаром в иероглифе «море» есть часть, означающая «мама». Ах, мама! Недаром на французском слово «мама» звучит как «море»…

   — Миёси Тацудзи
5. «

   Человеку надо мало: чтоб тропинка вдаль вела. Чтоб жила на свете мама. Сколько нужно ей — жила...

   Человеку надо мало: чтоб тропинка вдаль вела. Чтоб жила на свете мама. Сколько нужно ей — жила...

   — Роберт Рождественский
6. «

   Я знаю, понимаешь? Я знаю все, что ты хочешь мне сказать – так что и вслух произносить не обязательно.

   Я знаю, понимаешь? Я знаю все, что ты хочешь мне сказать – так что и вслух произносить не обязательно.

   — Патрик Несс · книга
7. «

   Она ребенка душой укроет И пусть морозно от злого люда, Она любовью крепит родное, И верой в Бога навеет чудо. Семье в защиту найдет молитву, И нежным сердцем дитя согреет, И если нужно, вступает в битву, Себя ни капельки не жалея. И будут жизни они учиться, Когда серьезно, когда играя, И даже небом стает орлица, Судьбу орленка оберегая.

   Она ребенка душой укроет И пусть морозно от злого люда, Она любовью крепит родное, И верой в Бога навеет чудо. Семье в защиту найдет молитву, И нежным сердцем дитя согреет, И если нужно, вступает в битву, Себя ни капельки не жалея. И будут жизни они учиться, Когда серьезно, когда играя, И даже небом стает орлица, Судьбу орленка оберегая.
8. «

   Мама, настоящая мама, это самый замечательный человек в мире. Она — тот ангельский голос, которой желает вам спокойной ночи, целует вас в лоб, шепчет сквозь сон. Шепчет сквозь сон. Ваша мама и моя.

   Мама, настоящая мама, это самый замечательный человек в мире. Она — тот ангельский голос, которой желает вам спокойной ночи, целует вас в лоб, шепчет сквозь сон. Шепчет сквозь сон. Ваша мама и моя.

   — Венди Дарлинг · мультфильм
9. «

   Как-то раз, когда он был ребенком, погасло электричество, и его мать отыскала и зажгла последнюю свечу. Этот короткий час, пока горела свеча, был часом чудесных открытий: мир изменился, пространство перестало быть огромным и уютно сомкнулось вокруг них. Мать и сын сидели вдвоем, странно преображенные, искренне желая, чтобы электричество не включалось как можно дольше.

   Как-то раз, когда он был ребенком, погасло электричество, и его мать отыскала и зажгла последнюю свечу. Этот короткий час, пока горела свеча, был часом чудесных открытий: мир изменился, пространство перестало быть огромным и уютно сомкнулось вокруг них. Мать и сын сидели вдвоем, странно преображенные, искренне желая, чтобы электричество не включалось как можно дольше.

   — Рэй Брэдбери · книга
10. «

    Ты дико-сумрачна и косна, Хоть окрылил тебя Господь, — Но как ярка, как кровеносна Твоя железистая плоть!

    Ты дико-сумрачна и косна, Хоть окрылил тебя Господь, — Но как ярка, как кровеносна Твоя железистая плоть!

    — Михаил Александрович Зенкевич
11. «

    Я сказала ему, что предам тебя, и Лиру тоже, и он поверил мне, потому что я испорчена до мозга костей; он смотрел прямо мне в душу, и я боялась, что он увидит правду. Но он ничего не понял… я лгала каждым нервом и каждой клеточкой, всеми своими прошлыми делами… Я хотела, чтобы он не нашёл во мне ни капли добра, и у меня это получилось. Во мне и впрямь нет ничего хорошего — но я люблю Лиру. Откуда взялась эта любовь? Не знаю; она подкралась ко мне, как тать в ночи, и теперь я люблю нашу дочь так, что у меня разрывается сердце. Стоя перед Метатроном, я уповала только на одно: что в тени моих чудовищных преступлений эта любовь покажется крохотной, как горчичное зёрнышко, и жалела, что не натворила ещё больше злых дел: ведь тогда разглядеть её было бы ещё труднее… Но горчичное зёрнышко пустило корни, и выросший из него маленький зелёный побег расколол моё сердце надвое; я так боялась, что он увидит…

    Я сказала ему, что предам тебя, и Лиру тоже, и он поверил мне, потому что я испорчена до мозга костей; он смотрел прямо мне в душу, и я боялась, что он увидит правду. Но он ничего не понял… я лгала каждым нервом и каждой клеточкой, всеми своими прошлыми делами… Я хотела, чтобы он не нашёл во мне ни капли добра, и у меня это получилось. Во мне и впрямь нет ничего хорошего — но я люблю Лиру. Откуда взялась эта любовь? Не знаю; она подкралась ко мне, как тать в ночи, и теперь я люблю нашу дочь так, что у меня разрывается сердце. Стоя перед Метатроном, я уповала только на одно: что в тени моих чудовищных преступлений эта любовь покажется крохотной, как горчичное зёрнышко, и жалела, что не натворила ещё больше злых дел: ведь тогда разглядеть её было бы ещё труднее… Но горчичное зёрнышко пустило корни, и выросший из него маленький зелёный побег расколол моё сердце надвое; я так боялась, что он увидит…

    — Филип Пулман · книга