32 сильных цитаты: «Жизненные цитаты про молодежь»

Собрали 32 цитаты на тему «Жизненные цитаты про молодежь» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Толпа — как женщина, и вечно У ней в почёте только молодёжь.

   Толпа — как женщина, и вечно У ней в почёте только молодёжь.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
2. «

   Трудно относиться спокойно ко всем глупостям молодежи; они сообщают, что дважды два — четыре, будто это для нас новость, и разочарованы, если мы не разделяем их удивления по поводу того, что курица несет яйца. В их тирадах полно ерунды, и все же там не только ерунда. Мы должны помнить, что многое нужно забыть и многому научиться, когда впервые лицом к лицу сталкиваешься с жизнью. Не так это легко — отказаться от своих идеалов, и жестокие факты нашего повседневного бытия — горькие пилюли.

   Трудно относиться спокойно ко всем глупостям молодежи; они сообщают, что дважды два — четыре, будто это для нас новость, и разочарованы, если мы не разделяем их удивления по поводу того, что курица несет яйца. В их тирадах полно ерунды, и все же там не только ерунда. Мы должны помнить, что многое нужно забыть и многому научиться, когда впервые лицом к лицу сталкиваешься с жизнью. Не так это легко — отказаться от своих идеалов, и жестокие факты нашего повседневного бытия — горькие пилюли.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
3. «

   В шестнадцать лет взлёты и падения так же естественны, как дыхание.

   В шестнадцать лет взлёты и падения так же естественны, как дыхание.

   — Кристен Перрин · книга
4. «

   Контингент обычный — молодые люди. За их «наплевать» скрыты все семь смертных грехов. Они только делают вид, что им на все наплевать. Это такая гордость: «Да, денег у нас нет, да, будущего у нас нет, да, мы несчастны, но нам на все это наплевать!» А на самом деле, они отчаянно хотят денег. Деньги — это их счастье: жрачка и секс. Чревоугодие и похоть. Все, о чем бы они ни говорили, сводится к деньгам. А деньги – к жрачке и сексу. Это — алчность. Их зависть к детям «богатых и знаменитых» язвительна. Они ненавидят всех, кто может удовлетворить любую свою фантазию. Их фантазия — чревоугодие и похоть. Они ненавидят своих бедных родителей за то, что они бедные. Они ненавидят своих учителей, которые говорят им, что не в деньгах счастье. Они ненавидят своих друзей, которые не могут дать им денег. Они ненавидят сами себя за то, что у них их нет. Чаша гнева этих заблудших душ переполнена. Но они не хотят работать и зарабатывать. Деньги должны упасть им в руки. Лень.

   Контингент обычный — молодые люди. За их «наплевать» скрыты все семь смертных грехов. Они только делают вид, что им на все наплевать. Это такая гордость: «Да, денег у нас нет, да, будущего у нас нет, да, мы несчастны, но нам на все это наплевать!» А на самом деле, они отчаянно хотят денег. Деньги — это их счастье: жрачка и секс. Чревоугодие и похоть. Все, о чем бы они ни говорили, сводится к деньгам. А деньги – к жрачке и сексу. Это — алчность. Их зависть к детям «богатых и знаменитых» язвительна. Они ненавидят всех, кто может удовлетворить любую свою фантазию. Их фантазия — чревоугодие и похоть. Они ненавидят своих бедных родителей за то, что они бедные. Они ненавидят своих учителей, которые говорят им, что не в деньгах счастье. Они ненавидят своих друзей, которые не могут дать им денег. Они ненавидят сами себя за то, что у них их нет. Чаша гнева этих заблудших душ переполнена. Но они не хотят работать и зарабатывать. Деньги должны упасть им в руки. Лень.

   — Анхель де Куатье · книга
5. «

   Наверное, эта склонность к разрушению есть у большинства молодых, но худшие из них те, кто оправдывает свои поступки чьей-то философией, которой и осмыслить-то по незрелости толком не могут.

   Наверное, эта склонность к разрушению есть у большинства молодых, но худшие из них те, кто оправдывает свои поступки чьей-то философией, которой и осмыслить-то по незрелости толком не могут.

   — Робертсон Дэвис · книга
6. «

   Молодежь украшает свой дом зеркалами. Старики — картинами.

   Молодежь украшает свой дом зеркалами. Старики — картинами.

   — Чак Паланик · книга
7. «

   Всегда больно терять близкого человека, но легче, если он стар. Так устроена жизнь. Куда хуже, если он молод.

   Всегда больно терять близкого человека, но легче, если он стар. Так устроена жизнь. Куда хуже, если он молод.

   — Кейт Мортон · книга
8. «

   В молодом человеке все начинает протестовать, когда ему слишком много запрещают, и тогда пробуждается желание делать все наоборот.

   В молодом человеке все начинает протестовать, когда ему слишком много запрещают, и тогда пробуждается желание делать все наоборот.

   — Вирджиния Эндрюс · книга
9. «

   Все революции в истории делались безграмотной молодежью.

   Все революции в истории делались безграмотной молодежью.

   — Училка · фильм
10. «

    Кто книгу с мыслью умной и благой Теперь у нас читает, в самом деле? Нет, молодёжь до дерзости такой Дошла теперь, как никогда доселе!

    Кто книгу с мыслью умной и благой Теперь у нас читает, в самом деле? Нет, молодёжь до дерзости такой Дошла теперь, как никогда доселе!

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
11. «

    — Вам всегда не по себе в обществе молодёжи? — Да... Не знаю почему. — Зато я, кажется, знаю. Потому что за нами будущее, а вам там места нет. Потому что мы впереди вас и, естественно, вам от этого нехорошо. В глубине души вы понимаете, что больше никому не нужны. — Да, это похоже на правду. — Но это не повод унывать. У вас есть дети? — Да, две дочки. — Вы же хотите, чтобы ваши дети жили лучше вас? В этом вся соль. — Конечно! — И это нормально. Если вы хороший отец — ваши дети выросли лучше и умнее вас, вы на их фоне кажетесь глупее. — Да, пожалуй... — Если вы смотритесь идиотом на фоне молодых — всё идёт по плану!

    — Вам всегда не по себе в обществе молодёжи? — Да... Не знаю почему. — Зато я, кажется, знаю. Потому что за нами будущее, а вам там места нет. Потому что мы впереди вас и, естественно, вам от этого нехорошо. В глубине души вы понимаете, что больше никому не нужны. — Да, это похоже на правду. — Но это не повод унывать. У вас есть дети? — Да, две дочки. — Вы же хотите, чтобы ваши дети жили лучше вас? В этом вся соль. — Конечно! — И это нормально. Если вы хороший отец — ваши дети выросли лучше и умнее вас, вы на их фоне кажетесь глупее. — Да, пожалуй... — Если вы смотритесь идиотом на фоне молодых — всё идёт по плану!

    — Луи · сериал
12. «

    Молодому человеку часто нужна опора — поддержка зрелого опытного ума.

    Молодому человеку часто нужна опора — поддержка зрелого опытного ума.

    — Эдуард Лимонов · книга
13. «

    Кроме отсутствия инстинкта самосохранения подростки склонны к созданию идолов и поклонению им. Какое-то рудиментарное язычество.

    Кроме отсутствия инстинкта самосохранения подростки склонны к созданию идолов и поклонению им. Какое-то рудиментарное язычество.

    — Алексей Пехов · книга
14. «

    Удел молодых — борьба. Удел стариков — наблюдать и оберегать.

    Удел молодых — борьба. Удел стариков — наблюдать и оберегать.

    — Евгения Барбуца · книга
15. «

    Как вы, молодежь, все подсели на героин? Вот уж отчего надо бежать, как от чумы...

    Как вы, молодежь, все подсели на героин? Вот уж отчего надо бежать, как от чумы...

    — Реймонд Смит · фильм
16. «

    Но видит Бог, излишняя забота Такое же проклятье стариков, Как беззаботность — горе молодежи.

    Но видит Бог, излишняя забота Такое же проклятье стариков, Как беззаботность — горе молодежи.

    — Уильям Шекспир · книга
17. «

    Молодые тоже безжалостны, хотят выжить во что бы то ни стало.

    Молодые тоже безжалостны, хотят выжить во что бы то ни стало.

    — Айрис Мёрдок · книга
18. «

    Никакая родная кровь не в силах удержать молодость под родительским крылом, когда у нее вырастают крылья.

    Никакая родная кровь не в силах удержать молодость под родительским крылом, когда у нее вырастают крылья.

    — Анатолий Калинин · книга
19. «

    С годами замечаешь, что вокруг становится всё больше молодёжи.

    С годами замечаешь, что вокруг становится всё больше молодёжи.

    — Андрей Кнышев
20. «

    В наше время детей балуют чуть ли не всю жизнь, потакают всем их прихотям. И не в одной-единственной семье: так же растут дети соседей и соседей соседей. Всюду одно и то же. Все растут в уверенности, что они особые, лучше всех, и пытаются доказать это самим себе, совершить что-нибудь, чтобы оправдать свое право на исключительность. А если им не удается обрести это «что-нибудь»? Тогда у них остается только непомерное самомнение. Они растут, как луковицы цветов на гидропонике, плавая в бесцветной, прозрачной среде нигилизма. Вокруг такой луковицы нет ничего — ничего, что дало бы им ощущение реальности. Все их материальные потребности удовлетворяются. Они швыряются деньгами и жаждут развлечений. Но, упиваясь развлечениями, они предпочитают забыть о том, что у них за душой нет ничего, кроме непомерно раздутого самомнения. Оно питается соками их искусственного мира, пускает корни, и эти корни разрастаются вглубь и вширь, пока не превращаются в настоящие дикие заросли, где всякий дальнейший рост невозможен. Куда бы ни отправлялись эти юнцы, разросшиеся корни гордыни и тщеславия всюду с ними, занимая несравнимо больше места, чем та луковица, из которой они проросли. Они уже ничего не могут с собой поделать и лениво плывут по течению.

    В наше время детей балуют чуть ли не всю жизнь, потакают всем их прихотям. И не в одной-единственной семье: так же растут дети соседей и соседей соседей. Всюду одно и то же. Все растут в уверенности, что они особые, лучше всех, и пытаются доказать это самим себе, совершить что-нибудь, чтобы оправдать свое право на исключительность. А если им не удается обрести это «что-нибудь»? Тогда у них остается только непомерное самомнение. Они растут, как луковицы цветов на гидропонике, плавая в бесцветной, прозрачной среде нигилизма. Вокруг такой луковицы нет ничего — ничего, что дало бы им ощущение реальности. Все их материальные потребности удовлетворяются. Они швыряются деньгами и жаждут развлечений. Но, упиваясь развлечениями, они предпочитают забыть о том, что у них за душой нет ничего, кроме непомерно раздутого самомнения. Оно питается соками их искусственного мира, пускает корни, и эти корни разрастаются вглубь и вширь, пока не превращаются в настоящие дикие заросли, где всякий дальнейший рост невозможен. Куда бы ни отправлялись эти юнцы, разросшиеся корни гордыни и тщеславия всюду с ними, занимая несравнимо больше места, чем та луковица, из которой они проросли. Они уже ничего не могут с собой поделать и лениво плывут по течению.

    — Миюки Миябэ · книга