26 фраз, которые всё говорят о «монастырь»

Тема «монастырь» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 26 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Вот что означает быть монахом, сын мой, вот какова реальность монастырской жизни. С одной стороны, беспощадная жестокость, с другой — страх и трусость, эгоистический интеллект, или бессмысленная преданность. Вот что представляла собой инквизиция.

   Вот что означает быть монахом, сын мой, вот какова реальность монастырской жизни. С одной стороны, беспощадная жестокость, с другой — страх и трусость, эгоистический интеллект, или бессмысленная преданность. Вот что представляла собой инквизиция.

   — Жорж Санд · книга
2. «

   Главнейшие правила хранения естества и чувств монастырской братии. 1-е. Ум — от лукавых помыслов. 2-е. Сердце — от злых похотей и вознесения. 3-е. Взор — от женских прелестей. 4-е. Слух — от суетных и стихотворных бесед, а наипаче злословных и подчиняющих, сиречь начальствующих. 5-е. Язык — от осуждения и ропота на все сущие движения и действия. 6-е. Всего себя и сущее в теле от сластолюбия и пьянственного излишества.

   Главнейшие правила хранения естества и чувств монастырской братии. 1-е. Ум — от лукавых помыслов. 2-е. Сердце — от злых похотей и вознесения. 3-е. Взор — от женских прелестей. 4-е. Слух — от суетных и стихотворных бесед, а наипаче злословных и подчиняющих, сиречь начальствующих. 5-е. Язык — от осуждения и ропота на все сущие движения и действия. 6-е. Всего себя и сущее в теле от сластолюбия и пьянственного излишества.

   — Семён Степанович Гейченко · книга
3. «

   ... разговоры на трапезе были запрещены, все смотрели в свои тарелки и ели быстро, чтобы успеть до звонка.

   ... разговоры на трапезе были запрещены, все смотрели в свои тарелки и ели быстро, чтобы успеть до звонка.

   — Мария Кикоть · книга
4. «

   Светлую заутреню 1956 года я встретил в Москве у стен храма Новодевичьего монастыря. Народу было так много, что войти внутрь было нельзя, и я стоял в толпе снаружи около открытого окна. Видно, моя грешная судьба – всё стоять только «около церковных стен», из ночи греха видеть горящий огнями храм, только издали слышать Божественные песни. Но слава Богу за всякую Его милость... Прощение! Великое прощение снова, еще раз дается этой толпе, этому городу и всему миру.

   Светлую заутреню 1956 года я встретил в Москве у стен храма Новодевичьего монастыря. Народу было так много, что войти внутрь было нельзя, и я стоял в толпе снаружи около открытого окна. Видно, моя грешная судьба – всё стоять только «около церковных стен», из ночи греха видеть горящий огнями храм, только издали слышать Божественные песни. Но слава Богу за всякую Его милость... Прощение! Великое прощение снова, еще раз дается этой толпе, этому городу и всему миру.

   — Сергей Иосифович Фудель
5. «

   Целый год после этого я словно крылышки за плечами чувствовал.

   Целый год после этого я словно крылышки за плечами чувствовал.

   — Преподобный Нектарий Оптинский
6. «

   Шёл от монастыря к монастырю, называл её имя. К концу дня в обители на горе Таку меня попросили подождать у двери – и пустая сеть моего сердца мигом отяжелела.

   Шёл от монастыря к монастырю, называл её имя. К концу дня в обители на горе Таку меня попросили подождать у двери – и пустая сеть моего сердца мигом отяжелела.

   — Мария Фариса · книга
7. «

   Святогорские монахи — сущие беглые солдаты, а не святые отцы, им нужен не отец Иона, а хороший унтер-лейтенант с большою дубиной!

   Святогорские монахи — сущие беглые солдаты, а не святые отцы, им нужен не отец Иона, а хороший унтер-лейтенант с большою дубиной!

   — Семён Степанович Гейченко · книга
8. «

   Рыба, выброшенная на берег, умирает; подобно этому и монах, выйдя из кельи и смешавшись с толпой мирян, отклоняется от истины.

   Рыба, выброшенная на берег, умирает; подобно этому и монах, выйдя из кельи и смешавшись с толпой мирян, отклоняется от истины.

   — Анатоль Франс · книга
9. «

   Все друг за другом следили. Не напишешь ты – напишут на тебя. Ничего в этом огромном монастыре не могло утаиться от игумении. Количеством доносов измерялась верность сестры Матушке. Особо рьяных доносчиц Матушка жаловала чинами – они становились старшими на послушаниях, помощницами благочинной, матушкиными келейницами, старшими в скитах, а потом и игумениями подшефных матушке монастырей по всей России.

   Все друг за другом следили. Не напишешь ты – напишут на тебя. Ничего в этом огромном монастыре не могло утаиться от игумении. Количеством доносов измерялась верность сестры Матушке. Особо рьяных доносчиц Матушка жаловала чинами – они становились старшими на послушаниях, помощницами благочинной, матушкиными келейницами, старшими в скитах, а потом и игумениями подшефных матушке монастырей по всей России.

   — Мария Кикоть · книга
10. «

    — Стены монастыря… Воздух монастыря!... Меня всегда сюда тянуло. — Тянуло, конечно, монастырь-то женский!

    — Стены монастыря… Воздух монастыря!... Меня всегда сюда тянуло. — Тянуло, конечно, монастырь-то женский!

    — Арамис · фильм
11. «

    Восста из мертвых земле Оптинская, яко иногда Лазарь четверодневный; прииде Господь по мольбам отцев преподобных на место погребения ея и рече: Гряди вон. Восста пустынь и на служение исшед, пеленами обвита…

    Восста из мертвых земле Оптинская, яко иногда Лазарь четверодневный; прииде Господь по мольбам отцев преподобных на место погребения ея и рече: Гряди вон. Восста пустынь и на служение исшед, пеленами обвита…

    — Нина Павлова · книга
12. «

    Хоть в монахи ушёл, Однако печаль останется мне Уделом в этом мире, Пока душа не расстанется С бренным телом.

    Хоть в монахи ушёл, Однако печаль останется мне Уделом в этом мире, Пока душа не расстанется С бренным телом.

    — Дзякурэн-хоси
13. «

    ... реальная монастырская жизнь совсем не такая, как ее описывают в книгах.

    ... реальная монастырская жизнь совсем не такая, как ее описывают в книгах.

    — Мария Кикоть · книга
14. «

    — Сейчас опять польёт. — От этой воды мы все здесь сгниём, — шёпот. — Господь нас не оставит. — Не знаю… — Не смей в нём сомневаться. Зашумел дождь. От влаги погасли последние свечи. «Бог давно не живёт здесь», — подумал Кабра. Он крепко сжал веки и вспомнил самое яркое из солнц — солнце Баии.

    — Сейчас опять польёт. — От этой воды мы все здесь сгниём, — шёпот. — Господь нас не оставит. — Не знаю… — Не смей в нём сомневаться. Зашумел дождь. От влаги погасли последние свечи. «Бог давно не живёт здесь», — подумал Кабра. Он крепко сжал веки и вспомнил самое яркое из солнц — солнце Баии.

    — Мария Фариса · книга
15. «

    Монастыри – тихая пристань; они подобны светочам, которые светят людям, приходящим издалека, привлекая всех к своей тишине.

    Монастыри – тихая пристань; они подобны светочам, которые светят людям, приходящим издалека, привлекая всех к своей тишине.

    — Иоанн Златоуст
16. «

    ... Старайся жить в монастыре страннически, себе внимая и помалкивая и не входя ни в какие дела. Тогда и уразумеешь самим делом апостольское слово: Любящим Бога …все содействует ко благу (Рим. 8:28). Сказано в псалмах: Много скорбей у праведных (Пс. 33:20) и Много наказаний грешному (Пс. 31:10). В каком бы положении христианин ни находился, не может избежать скорбей и болезней.

    ... Старайся жить в монастыре страннически, себе внимая и помалкивая и не входя ни в какие дела. Тогда и уразумеешь самим делом апостольское слово: Любящим Бога …все содействует ко благу (Рим. 8:28). Сказано в псалмах: Много скорбей у праведных (Пс. 33:20) и Много наказаний грешному (Пс. 31:10). В каком бы положении христианин ни находился, не может избежать скорбей и болезней.

    — Амвросий Оптинский
17. «

    Чем больше времени человек живет в монастыре, тем труднее ему уйти, поскольку сама личность человека погружается в эту среду: с определенными эмоциями, убеждениями, мировоззрением, отношениями. Жизнь «в миру», если она была, постепенно забывается, становится чем-то нереальным.

    Чем больше времени человек живет в монастыре, тем труднее ему уйти, поскольку сама личность человека погружается в эту среду: с определенными эмоциями, убеждениями, мировоззрением, отношениями. Жизнь «в миру», если она была, постепенно забывается, становится чем-то нереальным.

    — Мария Кикоть · книга
18. «

    ... «культ личности матушки», подменивший здесь веру во Христа и на котором все здесь зиждется. Скудная трапеза сестер и детей, состоящая главным образом из пожертвованных просроченных продуктов, где даже в скоромный день редко бывает рыба или молочные продукты, и про матушкины роскошные обеды, про непрестанную работу без отдыха, про эти выматывающие душу занятия, про сестер, которые от такой жизни теряли рассудок, ну и конечно же – про туалетную бумагу! Точнее, про ее отсутствие.

    ... «культ личности матушки», подменивший здесь веру во Христа и на котором все здесь зиждется. Скудная трапеза сестер и детей, состоящая главным образом из пожертвованных просроченных продуктов, где даже в скоромный день редко бывает рыба или молочные продукты, и про матушкины роскошные обеды, про непрестанную работу без отдыха, про эти выматывающие душу занятия, про сестер, которые от такой жизни теряли рассудок, ну и конечно же – про туалетную бумагу! Точнее, про ее отсутствие.

    — Мария Кикоть · книга
19. «

    — Вы, ведь, живёте в монастыре? — Совершенно верно, ха-ха-ха — И много там народа? — Так, несколько стариков... Хе-хе, в наши дни мало желающих служить Господу...

    — Вы, ведь, живёте в монастыре? — Совершенно верно, ха-ха-ха — И много там народа? — Так, несколько стариков... Хе-хе, в наши дни мало желающих служить Господу...
20. «

    ... Недавно ко мне в каливу зашли два католика-архитектора из Рима... Что такое Православие, они не понимали, но настроены были по-доброму. «Почему, – спросили они меня, – монахи сидят здесь? Почему они не идут в мир на общественное служение?» – «А разве, – ответил я, – маяки не должны стоять на скалах? Что, прикажете им переехать в города и подключиться к работе уличных фонарей? У маяков свое служение, у фонарей свое». Монах – это не лампочка, которая висит над городским тротуаром и светит пешеходам, чтобы те не спотыкались. Монах есть далекий маяк, утвержденный высоко на скалах и своим сиянием освещающий моря и океаны для того, чтобы корабли шли верным путем и достигали Бога – пункта своего назначения.

    ... Недавно ко мне в каливу зашли два католика-архитектора из Рима... Что такое Православие, они не понимали, но настроены были по-доброму. «Почему, – спросили они меня, – монахи сидят здесь? Почему они не идут в мир на общественное служение?» – «А разве, – ответил я, – маяки не должны стоять на скалах? Что, прикажете им переехать в города и подключиться к работе уличных фонарей? У маяков свое служение, у фонарей свое». Монах – это не лампочка, которая висит над городским тротуаром и светит пешеходам, чтобы те не спотыкались. Монах есть далекий маяк, утвержденный высоко на скалах и своим сиянием освещающий моря и океаны для того, чтобы корабли шли верным путем и достигали Бога – пункта своего назначения.

    — Паисий Святогорец