20 афоризмов на тему «моральные ценности»

Собрали 20 цитат на тему «моральные ценности» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Простота не есть такая добродетель, которую следовало бы добавить к существованию. Это само существование, от которого отбросили все лишнее.

   Простота не есть такая добродетель, которую следовало бы добавить к существованию. Это само существование, от которого отбросили все лишнее.

   — Андре Конт-Спонвиль
2. «

   Путь менестреля пролегал на север, через просторную долину, где накануне бились две великие армии. Сражённые воины обеих сторон лежали повсюду, а кто они были — не так уж и важно. В дальнем конце долины, на возвышении, стояли лагерем победители. Менестрель добрался туда незадолго до заката. Его приняли с почётом. В лагере он узнал, что девять солдат арестованы за трусость и дезертирство, и их должны повесить на рассвете. Той ночью командующий попросил менестреля сыграть «Огонь бессмертных». Он хотел напомнить своим верным солдатам о том, что пасть в бою за свой народ — высшая честь, а дезертирам — о вечном позоре, павшем на их имена. Менестрель согласился, ведь то была его работа. Но сначала он незаметно положил в лютню маленький камешек, который подобрал на поле боя, ещё горячий от пролитой на него крови. А затем он исполнил песню, о которой его попросили, не изменив ни единой ноты, ни единого слова. Но лютня, которая обычно пела так весело и ярко, из-за камешка звучала холодно и тихо. И солдаты задумались не о чести и доблести, а о павших друзьях, о матерях, которые уже не принесут сыновьям обед в поле, когда те будут собирать урожай, и не попрекнут их тем, что они замарали последнюю чистую рубаху. Когда песня стихла, а ночной костёр стал догорать, командующий велел палачу заготовить девять крепких верёвок. Но к утру дезертиры пропали. Их кандалы неведомо как оказались открыты, хотя единственный ключ висел у командующего на шее. Всякий мудрый менестрель знает — дело не в том, какую песню петь, а в том, как.

   Путь менестреля пролегал на север, через просторную долину, где накануне бились две великие армии. Сражённые воины обеих сторон лежали повсюду, а кто они были — не так уж и важно. В дальнем конце долины, на возвышении, стояли лагерем победители. Менестрель добрался туда незадолго до заката. Его приняли с почётом. В лагере он узнал, что девять солдат арестованы за трусость и дезертирство, и их должны повесить на рассвете. Той ночью командующий попросил менестреля сыграть «Огонь бессмертных». Он хотел напомнить своим верным солдатам о том, что пасть в бою за свой народ — высшая честь, а дезертирам — о вечном позоре, павшем на их имена. Менестрель согласился, ведь то была его работа. Но сначала он незаметно положил в лютню маленький камешек, который подобрал на поле боя, ещё горячий от пролитой на него крови. А затем он исполнил песню, о которой его попросили, не изменив ни единой ноты, ни единого слова. Но лютня, которая обычно пела так весело и ярко, из-за камешка звучала холодно и тихо. И солдаты задумались не о чести и доблести, а о павших друзьях, о матерях, которые уже не принесут сыновьям обед в поле, когда те будут собирать урожай, и не попрекнут их тем, что они замарали последнюю чистую рубаху. Когда песня стихла, а ночной костёр стал догорать, командующий велел палачу заготовить девять крепких верёвок. Но к утру дезертиры пропали. Их кандалы неведомо как оказались открыты, хотя единственный ключ висел у командующего на шее. Всякий мудрый менестрель знает — дело не в том, какую песню петь, а в том, как.

   — Герардус Льюлин · игра
3. «

   Если бы я встретил человека, который уяснил бы мне ценность наших моральных идей, я послушал бы его и пошел за ним. Но я не нахожу никого: ни учеников, ни еще меньше — учителей.

   Если бы я встретил человека, который уяснил бы мне ценность наших моральных идей, я послушал бы его и пошел за ним. Но я не нахожу никого: ни учеников, ни еще меньше — учителей.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
4. «

   – В нас остается все меньше человечного, – заметил я, когда японский вездеход тронулся с места. – В смысле? – удивился Сеня, достав из пайка испеченный мамой хлеб и жуя его вприкуску с новоприобретенным салом. – Не особо заморачиваемся, что человек погиб. Вместо этого радуемся, что после него осталось столько добра... – Мертвым все равно. А нам еще жить, – буркнул телепат. – Вот и я о том же. Полностью с тобой согласен. Просто удивляюсь, как быстро в нас начали отмирать привычные моральные принципы. – Естественный отбор и эволюция, – равнодушно заметил Арсений. – Ящерица тоже, чтобы выжить, отбрасывает лишнее. – Но у нее хвост отрастает заново. – Так и в обществе, если оно продолжит существовать, утвердятся куда более подходящие действительности нормы, – серьезно изрек Арсений.

   – В нас остается все меньше человечного, – заметил я, когда японский вездеход тронулся с места. – В смысле? – удивился Сеня, достав из пайка испеченный мамой хлеб и жуя его вприкуску с новоприобретенным салом. – Не особо заморачиваемся, что человек погиб. Вместо этого радуемся, что после него осталось столько добра... – Мертвым все равно. А нам еще жить, – буркнул телепат. – Вот и я о том же. Полностью с тобой согласен. Просто удивляюсь, как быстро в нас начали отмирать привычные моральные принципы. – Естественный отбор и эволюция, – равнодушно заметил Арсений. – Ящерица тоже, чтобы выжить, отбрасывает лишнее. – Но у нее хвост отрастает заново. – Так и в обществе, если оно продолжит существовать, утвердятся куда более подходящие действительности нормы, – серьезно изрек Арсений.

   — Элиан Тарс · книга
5. «

   Поступки человека социально обусловлены по своей природе. Именно в поступке в полной мере раскрывается социальная, а в том числе и моральная ценность личности.

   Поступки человека социально обусловлены по своей природе. Именно в поступке в полной мере раскрывается социальная, а в том числе и моральная ценность личности.

   — Теймураз Джафарли · книга
6. «

   — Да, моя дорогая — проговорил мистер Кэррисфорд — Конечно, это тяжело. Иди и сядь сюда, на скамеечку, и помни только одно: ты принцесса. — Да, — отвечала Сара с улыбкой, — и я могу раздавать народу хлеб и булки.

   — Да, моя дорогая — проговорил мистер Кэррисфорд — Конечно, это тяжело. Иди и сядь сюда, на скамеечку, и помни только одно: ты принцесса. — Да, — отвечала Сара с улыбкой, — и я могу раздавать народу хлеб и булки.

   — Фрэнсис Бёрнетт · книга
7. «

   Чем больше мы ценим вещи, тем меньше мы ценим самих себя.

   Чем больше мы ценим вещи, тем меньше мы ценим самих себя.

   — Брюс Ли
8. «

   Этика благоговения перед жизнью — это этика любви, расширенной до всемирных пределов.

   Этика благоговения перед жизнью — это этика любви, расширенной до всемирных пределов.

   — Альберт Швейцер
9. «

   Быть означает давать выражение всем задаткам, талантам и дарованиям, которыми наделён каждый из нас. Это значит преодолевать узкие рамки своего собственного «я», развивать и обновлять себя и при этом проявлять интерес и любовь к другим, желание не брать, а давать.

   Быть означает давать выражение всем задаткам, талантам и дарованиям, которыми наделён каждый из нас. Это значит преодолевать узкие рамки своего собственного «я», развивать и обновлять себя и при этом проявлять интерес и любовь к другим, желание не брать, а давать.

   — Эрих Фромм
10. «

    — Мы — агенты ФБР. Люди привыкли считать нас хорошими парнями. — А разве Гитлер считал себя плохим? — Хотите сказать, ФБР и Гитлер — это одно и то же? — Хочу сказать, что все зависит от точки зрения и моральных ценностей.

    — Мы — агенты ФБР. Люди привыкли считать нас хорошими парнями. — А разве Гитлер считал себя плохим? — Хотите сказать, ФБР и Гитлер — это одно и то же? — Хочу сказать, что все зависит от точки зрения и моральных ценностей.

    — Дот Хатчисон · книга
11. «

    А вы соблюдайте постановления Мои и законы Мои и не делайте всех этих мерзостей, ни туземец, ни пришлец, живущий между вами, ибо все эти мерзости делали люди сей земли, что пред вами, и осквернилась земля; чтоб и вас не свергнула с себя земля, когда вы станете осквернять её, как она свергнула народы, бывшие прежде вас; ибо если кто будет делать все эти мерзости, то души делающих это истреблены будут из народа своего.

    А вы соблюдайте постановления Мои и законы Мои и не делайте всех этих мерзостей, ни туземец, ни пришлец, живущий между вами, ибо все эти мерзости делали люди сей земли, что пред вами, и осквернилась земля; чтоб и вас не свергнула с себя земля, когда вы станете осквернять её, как она свергнула народы, бывшие прежде вас; ибо если кто будет делать все эти мерзости, то души делающих это истреблены будут из народа своего.

    — Библия. Ветхий Завет. Книга Левит · книга
12. «

    Идея благоговения перед жизнью возникает как реалистический ответ на реалистический вопрос о том, как человек и мир соотносятся друг с другом. О мире человек знает только то, что все существующее, как и он сам, является проявлением воли к жизни... Единственно возможный способ придать смысл его существованию заключается в том, чтобы возвысить его естественную связь с миром и сделать ее духовной.

    Идея благоговения перед жизнью возникает как реалистический ответ на реалистический вопрос о том, как человек и мир соотносятся друг с другом. О мире человек знает только то, что все существующее, как и он сам, является проявлением воли к жизни... Единственно возможный способ придать смысл его существованию заключается в том, чтобы возвысить его естественную связь с миром и сделать ее духовной.

    — Альберт Швейцер
13. «

    Тетушка Александра была последней могиканшей, хранительницей заветов: у нее были изысканно-старомодные манеры барышни из хорошей семьи: готовность подпереть любые моральные устои при малейшем на них покушении; склонность к осуждению ближнего своего и неисцелимая страсть к сплетням.

    Тетушка Александра была последней могиканшей, хранительницей заветов: у нее были изысканно-старомодные манеры барышни из хорошей семьи: готовность подпереть любые моральные устои при малейшем на них покушении; склонность к осуждению ближнего своего и неисцелимая страсть к сплетням.

    — Харпер Ли · книга
14. «

    Часто говорю: «Прежде чем что-то сказать, спросите себя, каково это будет для собеседника?»

    Часто говорю: «Прежде чем что-то сказать, спросите себя, каково это будет для собеседника?»

    — Лори Готтлиб · книга
15. «

    Математика хорошо, но принципы морали-гораздо важнее.

    Математика хорошо, но принципы морали-гораздо важнее.

    — Луиза Мэй Олкотт · книга
16. «

    Идолы забывались, строения разрушались, искусство уничтожалось, а воспоминания о великих приключениях опошлялись Ибо с ходом времени менялись и моральные ценности.

    Идолы забывались, строения разрушались, искусство уничтожалось, а воспоминания о великих приключениях опошлялись Ибо с ходом времени менялись и моральные ценности.
17. «

    Поступай так, чтобы максима твоей воли могла бы быть всеобщим законом.

    Поступай так, чтобы максима твоей воли могла бы быть всеобщим законом.

    — Иммануил Кант
18. «

    Мы устроили себе жизнь, противную и нравственной и физической природе человека, и все силы своего ума напрягаем на то, чтобы уверить человека, что это-то и есть самая настоящая жизнь. Все, что мы называем культурой: наши науки и искусства, усовершенствования приятностей жизни,— это попытки обмануть нравственные требования человека; все, что называем гигиеной и медициной,— это попытки обмануть естественные, физические требования человеческой природы.

    Мы устроили себе жизнь, противную и нравственной и физической природе человека, и все силы своего ума напрягаем на то, чтобы уверить человека, что это-то и есть самая настоящая жизнь. Все, что мы называем культурой: наши науки и искусства, усовершенствования приятностей жизни,— это попытки обмануть нравственные требования человека; все, что называем гигиеной и медициной,— это попытки обмануть естественные, физические требования человеческой природы.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
19. «

    Если считать, что будущее обладает огромной ценностью, а способы повлиять на него все же имеются, то это и есть самое мощное воздействие, которое только можно предпринять.

    Если считать, что будущее обладает огромной ценностью, а способы повлиять на него все же имеются, то это и есть самое мощное воздействие, которое только можно предпринять.

    — Ник Бекстед
20. «

    Воспитанные люди, по моему мнению, должны удовлетворять след<ующим> условиям: ... 5) Они не уничижают себя с тою целью, чтобы вызвать в другом сочувствие. Они не играют на струнах чужих душ, чтоб в ответ им вздыхали и нянчились с ними. Они не говорят: «Меня не понимают!» или: «Я разменялся на мелкую монету! Я б<...>!!.», потому что всё это бьет на дешевый эффект, пошло, старо, фальшиво… 6) Они не суетны. Их не занимают такие фальшивые бриллианты, как знакомства с знаменитостями, рукопожатие пьяного Плевако, восторг встречного в Salon’e, известность по портретным… Они смеются над фразой: «Я представитель печати!!», которая к лицу только Родзевичам и Левенбергам. Делая на грош, они не носятся со своей папкой на сто рублей и не хвастают тем, что их пустили туда, куда других не пустили… Истинные таланты всегда сидят в потёмках, в толпе, подальше от выставки… Даже Крылов сказал, что пустую бочку слышнее, чем полную…

    Воспитанные люди, по моему мнению, должны удовлетворять след<ующим> условиям: ... 5) Они не уничижают себя с тою целью, чтобы вызвать в другом сочувствие. Они не играют на струнах чужих душ, чтоб в ответ им вздыхали и нянчились с ними. Они не говорят: «Меня не понимают!» или: «Я разменялся на мелкую монету! Я б<...>!!.», потому что всё это бьет на дешевый эффект, пошло, старо, фальшиво… 6) Они не суетны. Их не занимают такие фальшивые бриллианты, как знакомства с знаменитостями, рукопожатие пьяного Плевако, восторг встречного в Salon’e, известность по портретным… Они смеются над фразой: «Я представитель печати!!», которая к лицу только Родзевичам и Левенбергам. Делая на грош, они не носятся со своей папкой на сто рублей и не хвастают тем, что их пустили туда, куда других не пустили… Истинные таланты всегда сидят в потёмках, в толпе, подальше от выставки… Даже Крылов сказал, что пустую бочку слышнее, чем полную…

    — Антон Павлович Чехов