Подборка «море» — 266 цитат

266 цитат про «море»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Море не ценит великих людей – качает их, как и всякую мелкую рыбешку.

   Море не ценит великих людей – качает их, как и всякую мелкую рыбешку.

   — Чарльз Диккенс · книга
2. «

   А вот я бы хотела жить на море. Болит у тебя душа, ты взял и на берег пошел. Сел, в даль посмотрел, книжку почитал и отдохнул душой. Лучшее лекарство.

   А вот я бы хотела жить на море. Болит у тебя душа, ты взял и на берег пошел. Сел, в даль посмотрел, книжку почитал и отдохнул душой. Лучшее лекарство.
3. «

   Когда ветер заглушает нашу песню, Тогда команда действует, как целый механизм, Тогда есть шанс вдохнуть береговой бриз. Ты соскользнул, тебя ловит рука товарища, Своих заслуг тут не считал никто никогда еще. Шторм играет нами своей гигантской лапой, Швырнуло так, что чуть не вылетели все мы за борт.

   Когда ветер заглушает нашу песню, Тогда команда действует, как целый механизм, Тогда есть шанс вдохнуть береговой бриз. Ты соскользнул, тебя ловит рука товарища, Своих заслуг тут не считал никто никогда еще. Шторм играет нами своей гигантской лапой, Швырнуло так, что чуть не вылетели все мы за борт.
4. «

   На море в нем всегда поднималось широкое, теплое чувство, – охватывая всю его душу, оно немного очищало ее от житейской скверны. Он ценил это и любил видеть себя лучшим тут, среди воды и воздуха, где думы о жизни и сама жизнь всегда теряют – первые – остроту, вторая – цену.

   На море в нем всегда поднималось широкое, теплое чувство, – охватывая всю его душу, оно немного очищало ее от житейской скверны. Он ценил это и любил видеть себя лучшим тут, среди воды и воздуха, где думы о жизни и сама жизнь всегда теряют – первые – остроту, вторая – цену.

   — Максим Горький · книга
5. «

   Если у тебя плохое настроение, как ты себе его улучшаешь? Можно классифицировать улучшения на две категории: первый — посмотреть на того, у кого ещё хуже и утешиться этим; второй — сравнить худшее с тем, что есть сейчас и осознать всю ничтожность проблем. Я придерживаюсь второй категории. Когда я сталкиваюсь с трудностями, то иду к морю напомнить себе, как ничтожна суета. Море — мой учебник и учитель.

   Если у тебя плохое настроение, как ты себе его улучшаешь? Можно классифицировать улучшения на две категории: первый — посмотреть на того, у кого ещё хуже и утешиться этим; второй — сравнить худшее с тем, что есть сейчас и осознать всю ничтожность проблем. Я придерживаюсь второй категории. Когда я сталкиваюсь с трудностями, то иду к морю напомнить себе, как ничтожна суета. Море — мой учебник и учитель.

   — Хасегава Тайзо (Мадао) · аниме
6. «

   Ночь выдалась темная, почти непроглядная. Вдали слышался гром, и сверкали острые молнии. Море пенилось, обрушивалось на прибрежные скалы. Я смотрела на буйство стихии и жалела, что вскоре не смогу больше им любоваться. Ни о чем не жалела и не плакала, а вот о море… уже тосковала. Странное чувство. Неправильное.

   Ночь выдалась темная, почти непроглядная. Вдали слышался гром, и сверкали острые молнии. Море пенилось, обрушивалось на прибрежные скалы. Я смотрела на буйство стихии и жалела, что вскоре не смогу больше им любоваться. Ни о чем не жалела и не плакала, а вот о море… уже тосковала. Странное чувство. Неправильное.

   — Ольга Шерстобитова · книга
7. «

   Оно [море] жило своей широкой жизнью, полной мощного движения. Стаи волн с шумом катились на берег и разбивались о песок, он слабо шипел, впитывая воду. Взмахивая белыми гривами, передовые волны с шумом ударялись грудью о берег и отступали, отражённые им, а их уже встречали другие, шедшие поддержать их. Обнявшись крепко, в пене и брызгах, они снова катились на берег и били его в стремлении расширить пределы своей жизни. От горизонта до берега, на всём протяжении моря, рождались эти гибкие и сильные волны и всё шли, шли плотной массой, тесно связанные друг с другом единством цели… Солнце всё ярче освещало их хребты, у далёких волн, на горизонте, они казались кроваво-красными. Ни одной капли не пропадало бесследно в этом титаническом движении водной массы, которая, казалось, воодушевлена какой-то сознательной целью и вот – достигает её этими широкими, ритмичными ударами. Увлекательна была красивая храбрость передовых, задорно прыгавших на молчаливый берег, и хорошо было смотреть, как вслед за ними спокойно и дружно идёт всё море, могучее море, уже окрашенное солнцем во все цвета радуги и полное сознания своей красоты и силы…

   Оно [море] жило своей широкой жизнью, полной мощного движения. Стаи волн с шумом катились на берег и разбивались о песок, он слабо шипел, впитывая воду. Взмахивая белыми гривами, передовые волны с шумом ударялись грудью о берег и отступали, отражённые им, а их уже встречали другие, шедшие поддержать их. Обнявшись крепко, в пене и брызгах, они снова катились на берег и били его в стремлении расширить пределы своей жизни. От горизонта до берега, на всём протяжении моря, рождались эти гибкие и сильные волны и всё шли, шли плотной массой, тесно связанные друг с другом единством цели… Солнце всё ярче освещало их хребты, у далёких волн, на горизонте, они казались кроваво-красными. Ни одной капли не пропадало бесследно в этом титаническом движении водной массы, которая, казалось, воодушевлена какой-то сознательной целью и вот – достигает её этими широкими, ритмичными ударами. Увлекательна была красивая храбрость передовых, задорно прыгавших на молчаливый берег, и хорошо было смотреть, как вслед за ними спокойно и дружно идёт всё море, могучее море, уже окрашенное солнцем во все цвета радуги и полное сознания своей красоты и силы…

   — Максим Горький · книга
8. «

   On the beach at night alone, As the old mother sways her to and fro singing her husky song, As I watch the bright stars shining, I think a thought of the clef of the universes and of the future. <...> All nations, colors, barbarisms, civilizations, languages, All identities I hat have existed or may exist on this globe, or any globe, All lives and deaths, all of the past, present, future, This vast similitude spans them, and always has spann'd, And shall forever span them and compactly hold and enclose them.

   On the beach at night alone, As the old mother sways her to and fro singing her husky song, As I watch the bright stars shining, I think a thought of the clef of the universes and of the future. <...> All nations, colors, barbarisms, civilizations, languages, All identities I hat have existed or may exist on this globe, or any globe, All lives and deaths, all of the past, present, future, This vast similitude spans them, and always has spann'd, And shall forever span them and compactly hold and enclose them.

   — Уолт Уитмен
9. «

   Художники часто изображали Главную добродетель Балагоразумия, Мудрость, как морского зверя, бороздящего морские пучины. Вероятно, это проистекает из особенности человеческого восприятия моря, как источника жизни и безграничного родника благоразумия и мудрости.

   Художники часто изображали Главную добродетель Балагоразумия, Мудрость, как морского зверя, бороздящего морские пучины. Вероятно, это проистекает из особенности человеческого восприятия моря, как источника жизни и безграничного родника благоразумия и мудрости.

   — Бестиарий · игра
10. «

    Давай уедем туда, где камни дышут, Где море неспешно берег лижет, Под старыми пальмами, солнце светит, Слепит в глаза и мы заснём под ночным небом.

    Давай уедем туда, где камни дышут, Где море неспешно берег лижет, Под старыми пальмами, солнце светит, Слепит в глаза и мы заснём под ночным небом.
11. «

    Когда так много позади всего, в особенности — горя, поддержки чьей-нибудь не жди, сядь в поезд, высадись у моря. Оно обширнее. Оно и глубже. Это превосходство — не слишком радостное. Но уж если чувствовать сиротство, то лучше в тех местах, чей вид волнует, нежели язвит.

    Когда так много позади всего, в особенности — горя, поддержки чьей-нибудь не жди, сядь в поезд, высадись у моря. Оно обширнее. Оно и глубже. Это превосходство — не слишком радостное. Но уж если чувствовать сиротство, то лучше в тех местах, чей вид волнует, нежели язвит.

    — Иосиф Александрович Бродский
12. «

    Раньше я руководил другой базой, оптовой, так сказать. А теперь вот повысили: две тысячи метров над уровнем моря.

    Раньше я руководил другой базой, оптовой, так сказать. А теперь вот повысили: две тысячи метров над уровнем моря.

    — директор турбазы · фильм
13. «

    У моря тоже есть свои мигрени.

    У моря тоже есть свои мигрени.

    — Виктор Гюго · книга
14. «

    Это только кажется, что море большое. На самом деле оно маленькое, бесследно в нем ничего не исчезает.

    Это только кажется, что море большое. На самом деле оно маленькое, бесследно в нем ничего не исчезает.

    — Крош · мультфильм
15. «

    — Вы меня обманули. Оказывается, тут до моря 10 километров! — Это отлив...

    — Вы меня обманули. Оказывается, тут до моря 10 километров! — Это отлив...

    — Тимур Тания
16. «

    Море — ведь тоже молитвенник, оно свидетельствует о Боге.

    Море — ведь тоже молитвенник, оно свидетельствует о Боге.

    — Жан-Поль Сартр · книга
17. «

    Разве моря кромка голубая льнёт печально к берегу губами? Вон как вольно рыщут волны в поле. В небе благодать, а солнце — в море! Что за свет, пронзающий навылет, на трепещущую вечность вылит? Божье сердце бьётся в синем свете: бьётся вне и времени и смерти.

    Разве моря кромка голубая льнёт печально к берегу губами? Вон как вольно рыщут волны в поле. В небе благодать, а солнце — в море! Что за свет, пронзающий навылет, на трепещущую вечность вылит? Божье сердце бьётся в синем свете: бьётся вне и времени и смерти.

    — Висенте Алейсандре
18. «

    Я люблю, когда ветер в лицо. Не терплю, — когда в спину!

    Я люблю, когда ветер в лицо. Не терплю, — когда в спину!
19. «

    ...море было, как черный шелк, и Лоренс Бизли, самый поэтичный пассажир, с чувством космического восторга и ужаса смотрел, как купол неба, перевернувшись, отражен в зеркальном противокуполе воды: словно бы моря и вовсе не было, словно бы корабль, сияя огнями десяти палуб, несется в алмазной бездне, полной миллиардов огромных немерцающих звезд.

    ...море было, как черный шелк, и Лоренс Бизли, самый поэтичный пассажир, с чувством космического восторга и ужаса смотрел, как купол неба, перевернувшись, отражен в зеркальном противокуполе воды: словно бы моря и вовсе не было, словно бы корабль, сияя огнями десяти палуб, несется в алмазной бездне, полной миллиардов огромных немерцающих звезд.

    — Татьяна Толстая · книга
20. «

    Горы нужно заслужить — море же дарит себя безвозмездно.

    Горы нужно заслужить — море же дарит себя безвозмездно.

    — Паола Дзаннонер · книга