57 фраз, которые всё говорят о «Красивые цитаты на тему «музыка»»

Собрали 57 цитат на тему «Красивые цитаты на тему «музыка»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Душа — под музыку — странствует. Странствует — изменяется. Вся моя жизнь — под музыку.

   Душа — под музыку — странствует. Странствует — изменяется. Вся моя жизнь — под музыку.

   — Марина Цветаева
2. «

   И Паганини... Он скрипку роняет, Слыша каприччио в рокоте волн. Сцена надеждами вновь озаряет Ноты расстроенных флейт и валторн. Нем Паганини. Струна безнадежна. Но наступает прощания час... Женщина плачет так тонко, так нежно, И хризолиты струятся из глаз. Узкими пальцами трогает розу, И, отразив торжество красоты, В трещине зеркала рушится проза И вырастает крыло высоты. Ангелом рвётся из рук его скрипка, В воздухе реют дворцы — всё она! Льётся эфир, будто не было крика. Тайна бессмертия разрешена.

   И Паганини... Он скрипку роняет, Слыша каприччио в рокоте волн. Сцена надеждами вновь озаряет Ноты расстроенных флейт и валторн. Нем Паганини. Струна безнадежна. Но наступает прощания час... Женщина плачет так тонко, так нежно, И хризолиты струятся из глаз. Узкими пальцами трогает розу, И, отразив торжество красоты, В трещине зеркала рушится проза И вырастает крыло высоты. Ангелом рвётся из рук его скрипка, В воздухе реют дворцы — всё она! Льётся эфир, будто не было крика. Тайна бессмертия разрешена.

   — Галактион Табидзе
3. «

   — Вот сколько это будет продолжаться, Джоуи? Говоришь, что нашёл наконец нормальную работу, а сам опять хватаешься за какую-то халтурку! «Скажи: сейчас всё иначе». — Сейчас всё иначе! — Эта халтура даёт пенсию? Медстраховку? Значит, здесь всё то же самое. Ты даже со мною честным быть не можешь. “Ладно, купить костюм — не проблема! Мама не поймёт всё равно, ей на меня плевать!” — Ладно, купить костюм — не проблема! Мама не поймёт всё равно, ей на меня плевать! «22!» — Что ты сейчас сказал?! — Ауч, можно я убегу, как ты обычно делаешь? «Нет. Не в этот раз. Повторяй за мной». — Мам, я знаю, у нас не всё гладко. Но ты права, мне сложно быть честным с тобой. Потому что, мам, я за что ни возьмусь — ты недовольна! — Джо, я не против твоей музыки. — Не против, когда я играю с церковным хором, но и только! Я сумел пробиться в такой квартет, а ты недовольна! — Твоему отцу карьера музыканта далась ой как непросто! Хочешь, как он, всю жизнь мыкаться? — Ему можно было играть, а мне нельзя? — У отца была я, большей частью нас кормило моё ателье. Не станет меня — ты пропадёшь! — Музыка — это то, чем я живу с момента, когда я просыпаюсь, до момента, когда я ложусь спать. — Мечта тебя не прокормит, Джоуи! — Тогда я не буду есть! Ведь речь идёт не о карьере, мам, а о смысле моей жизни. И отец, он считал так же. А что, если жизнь внезапно оборвётся… Получится, я прожил её… напрасно?..

   — Вот сколько это будет продолжаться, Джоуи? Говоришь, что нашёл наконец нормальную работу, а сам опять хватаешься за какую-то халтурку! «Скажи: сейчас всё иначе». — Сейчас всё иначе! — Эта халтура даёт пенсию? Медстраховку? Значит, здесь всё то же самое. Ты даже со мною честным быть не можешь. “Ладно, купить костюм — не проблема! Мама не поймёт всё равно, ей на меня плевать!” — Ладно, купить костюм — не проблема! Мама не поймёт всё равно, ей на меня плевать! «22!» — Что ты сейчас сказал?! — Ауч, можно я убегу, как ты обычно делаешь? «Нет. Не в этот раз. Повторяй за мной». — Мам, я знаю, у нас не всё гладко. Но ты права, мне сложно быть честным с тобой. Потому что, мам, я за что ни возьмусь — ты недовольна! — Джо, я не против твоей музыки. — Не против, когда я играю с церковным хором, но и только! Я сумел пробиться в такой квартет, а ты недовольна! — Твоему отцу карьера музыканта далась ой как непросто! Хочешь, как он, всю жизнь мыкаться? — Ему можно было играть, а мне нельзя? — У отца была я, большей частью нас кормило моё ателье. Не станет меня — ты пропадёшь! — Музыка — это то, чем я живу с момента, когда я просыпаюсь, до момента, когда я ложусь спать. — Мечта тебя не прокормит, Джоуи! — Тогда я не буду есть! Ведь речь идёт не о карьере, мам, а о смысле моей жизни. И отец, он считал так же. А что, если жизнь внезапно оборвётся… Получится, я прожил её… напрасно?..

   — Джоуи (Joey) · мультфильм
4. «

   Ирландская народная музыка — самая шизофреничная на свете. Возможно ли, чтобы печаль и радость изливались одновременно в одной и той же ноте.

   Ирландская народная музыка — самая шизофреничная на свете. Возможно ли, чтобы печаль и радость изливались одновременно в одной и той же ноте.

   — Джонатан Кэрролл · книга
5. «

   Когда я сам для себя играю «Лунную сонату», у меня часто возникает чувство, будто я нахожусь на луне перед большим роялем и играю в то время, как луна, рояль и я вращаемся вокруг земного шара.

   Когда я сам для себя играю «Лунную сонату», у меня часто возникает чувство, будто я нахожусь на луне перед большим роялем и играю в то время, как луна, рояль и я вращаемся вокруг земного шара.

   — Юстейн Гордер · книга
6. «

   Помните, что говорит Дарвин о музыке? Он утверждает, что человечество научилось создавать музыку и наслаждаться ею гораздо раньше, чем обрело способность говорить. Быть может, оттого-то нас так глубоко волнует музыка. В наших душах сохранилась смутная память о тех туманных веках, когда мир переживал свое раннее детство.

   Помните, что говорит Дарвин о музыке? Он утверждает, что человечество научилось создавать музыку и наслаждаться ею гораздо раньше, чем обрело способность говорить. Быть может, оттого-то нас так глубоко волнует музыка. В наших душах сохранилась смутная память о тех туманных веках, когда мир переживал свое раннее детство.

   — Артур Конан Дойл · книга
7. «

   На минуту на минуту Серебра не пожалейте Музыкантов позовите Пусть сыграют нам на флейте

   На минуту на минуту Серебра не пожалейте Музыкантов позовите Пусть сыграют нам на флейте

   — Луи Арагон
8. «

   Вчера я видел мадам Виардо в роли глюковского Орфея. Это изумительное исполнение — в высшей степени трогательное и полное тончайших оттенков. Все от начала до конца неподражаемо прекрасно, и даже сейчас, когда я пишу эти строки, я не могу без волнения вспомнить первую сцену у гробницы Эвридики. Более изысканного изображения горя просто невозможно себе представить. В высшей степени благородное движение, которым Орфей берет с могилы брошенную лиру, когда боги, обнадежив его, приказали ему отправиться в потусторонний мир искать Эвридику. Когда же в руке Орфея очутилась наконец рука Эвридики и Орфей узнает ее не видя, это уже просто откровение. А когда в ответ на мольбы Эвридики Орфей оборачивается и убивает ее взглядом, отчаяние его над телом просто потрясающе. Ради одного этого стоит съездить в Париж, ибо такого искусства не увидишь больше нигде. Муж Виардо случайно наткнулся на меня и привел к ней за кулисы. Вышло весьма кстати: трудно было найти свидетельство более искреннего восхищения спектаклем, чем мое залитое слезами лицо.

   Вчера я видел мадам Виардо в роли глюковского Орфея. Это изумительное исполнение — в высшей степени трогательное и полное тончайших оттенков. Все от начала до конца неподражаемо прекрасно, и даже сейчас, когда я пишу эти строки, я не могу без волнения вспомнить первую сцену у гробницы Эвридики. Более изысканного изображения горя просто невозможно себе представить. В высшей степени благородное движение, которым Орфей берет с могилы брошенную лиру, когда боги, обнадежив его, приказали ему отправиться в потусторонний мир искать Эвридику. Когда же в руке Орфея очутилась наконец рука Эвридики и Орфей узнает ее не видя, это уже просто откровение. А когда в ответ на мольбы Эвридики Орфей оборачивается и убивает ее взглядом, отчаяние его над телом просто потрясающе. Ради одного этого стоит съездить в Париж, ибо такого искусства не увидишь больше нигде. Муж Виардо случайно наткнулся на меня и привел к ней за кулисы. Вышло весьма кстати: трудно было найти свидетельство более искреннего восхищения спектаклем, чем мое залитое слезами лицо.

   — Чарльз Диккенс
9. «

   — Влюбиться? Как оно? Расскажи. — На что это похоже? Это как... Когда слушаешь музыку, играющую в другой комнате, и ты подпеваешь, потому что действительно любишь эту песню. Потом дверь закрывается, или приходит поезд, и ты больше не слышишь музыку, но ты продолжаешь петь. И потом, неважно сколько времени прошло, ты опять слышишь музыку, и ты по прежнему попадаешь в такт.

   — Влюбиться? Как оно? Расскажи. — На что это похоже? Это как... Когда слушаешь музыку, играющую в другой комнате, и ты подпеваешь, потому что действительно любишь эту песню. Потом дверь закрывается, или приходит поезд, и ты больше не слышишь музыку, но ты продолжаешь петь. И потом, неважно сколько времени прошло, ты опять слышишь музыку, и ты по прежнему попадаешь в такт.

   — Нина Суон · фильм
10. «

    Просто помните: музыка – это не только оркестры и поп-звезды, альбомы и концерты. Это вы. Потому что музыка Вселенной звучит повсюду. Когда вы одни, просто закройте глаза и вы услышите её – музыку в своей голове. Потому что каждый из вас музыкант, у каждого есть душа. У каждого из вас.

    Просто помните: музыка – это не только оркестры и поп-звезды, альбомы и концерты. Это вы. Потому что музыка Вселенной звучит повсюду. Когда вы одни, просто закройте глаза и вы услышите её – музыку в своей голове. Потому что каждый из вас музыкант, у каждого есть душа. У каждого из вас.

    — 10 Доктор · сериал
11. «

    Музыка — это язык души; это область чувств и настроений; это — в звуках выраженная жизнь души.

    Музыка — это язык души; это область чувств и настроений; это — в звуках выраженная жизнь души.

    — Александр Серов
12. «

    Его искусство достойно внимания богов.

    Его искусство достойно внимания богов.

    — Игорь Стравинский · фильм
13. «

    Слова безмолвствуют, когда музыка заполняет тишину.

    Слова безмолвствуют, когда музыка заполняет тишину.
14. «

    Страстные звуки музыки проникали в его душу, смешиваясь с его собственной любовью и его собственным горем, и он забыл обо всём на свете.

    Страстные звуки музыки проникали в его душу, смешиваясь с его собственной любовью и его собственным горем, и он забыл обо всём на свете.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
15. «

    Музыка стоит на втором месте после молчания, когда речь идет о том, чтобы выразить невыразимое.

    Музыка стоит на втором месте после молчания, когда речь идет о том, чтобы выразить невыразимое.

    — Олдос Хаксли
16. «

    Ники заиграл какой-то цыганский напев и в странном танце пустился по кругу, сверкая в лунном свете белыми с высокой шнуровкой сапогами. Присев на обугленный пень, я пил вино прямо из горлышка. Как и всегда, я чувствовал, что сердце мое разрывается от звуков прекрасной музыки. Какой же может быть в этом грех, думал я, что плохого, кроме разве что возможности заново пережить собственную жизнь в этом ужасном месте? И вскоре я уже молча и безутешно плакал. Мне казалось, что музыка все еще продолжает звучать, но вдруг я обнаружил, что Ники оказался рядом со мной и пытается меня утешить. Мы сидели бок о бок, и он говорил, что мир полон несправедливости и что мы оба оказались пленниками ужасного, Богом забытого уголка Франции, но настанет день, когда мы наконец вырвемся отсюда. А я в тот момент вспомнил о матери, ставшей пленницей нашего замка на высокой горе, и меня охватила невыразимая и невыносимая печаль. Ники заиграл снова и велел мне забыть обо всем и танцевать. Да, именно музыка и танец способны заставить нас сделать это, хотел сказать ему я. Так почему же тогда их считают греховными? Как можно считать, что они есть зло? Я присоединился к Никола в его круговой пляске. Поистине золотые звуки лились со струн его скрипки и устремлялись ввысь, к звездам. Теперь я плясал вокруг Ники, а он заиграл еще более быструю, неистовую мелодию. Распахнув, словно крылья, полы плаща, я откинул назад голову и посмотрел на звезды. Звуки музыки окутали меня туманной пеленой – и поляна ведьм перестала для меня существовать. Остались только горы и распахнутое над ними небо.

    Ники заиграл какой-то цыганский напев и в странном танце пустился по кругу, сверкая в лунном свете белыми с высокой шнуровкой сапогами. Присев на обугленный пень, я пил вино прямо из горлышка. Как и всегда, я чувствовал, что сердце мое разрывается от звуков прекрасной музыки. Какой же может быть в этом грех, думал я, что плохого, кроме разве что возможности заново пережить собственную жизнь в этом ужасном месте? И вскоре я уже молча и безутешно плакал. Мне казалось, что музыка все еще продолжает звучать, но вдруг я обнаружил, что Ники оказался рядом со мной и пытается меня утешить. Мы сидели бок о бок, и он говорил, что мир полон несправедливости и что мы оба оказались пленниками ужасного, Богом забытого уголка Франции, но настанет день, когда мы наконец вырвемся отсюда. А я в тот момент вспомнил о матери, ставшей пленницей нашего замка на высокой горе, и меня охватила невыразимая и невыносимая печаль. Ники заиграл снова и велел мне забыть обо всем и танцевать. Да, именно музыка и танец способны заставить нас сделать это, хотел сказать ему я. Так почему же тогда их считают греховными? Как можно считать, что они есть зло? Я присоединился к Никола в его круговой пляске. Поистине золотые звуки лились со струн его скрипки и устремлялись ввысь, к звездам. Теперь я плясал вокруг Ники, а он заиграл еще более быструю, неистовую мелодию. Распахнув, словно крылья, полы плаща, я откинул назад голову и посмотрел на звезды. Звуки музыки окутали меня туманной пеленой – и поляна ведьм перестала для меня существовать. Остались только горы и распахнутое над ними небо.

    — Энн Райс · книга
17. «

    Похоже, кроме меня никто не обращал на музыку внимания. А мне она проникала прямо под кожу.

    Похоже, кроме меня никто не обращал на музыку внимания. А мне она проникала прямо под кожу.

    — Ками Гарсия · книга
18. «

    Музыка говорит о том таинственном и возвышенном, о чем мечтает душа, что она предчувствует. В мелодии как бы раскрываются высшие идеи и чувства, которые бессилен выразить человеческий язык. Это – откровение бесконечного.

    Музыка говорит о том таинственном и возвышенном, о чем мечтает душа, что она предчувствует. В мелодии как бы раскрываются высшие идеи и чувства, которые бессилен выразить человеческий язык. Это – откровение бесконечного.

    — Жорж Санд · книга
19. «

    Если я хочу вспомнить что-нибудь, мне надо только поставить нужную пластинку, и всё оживает передо мной.

    Если я хочу вспомнить что-нибудь, мне надо только поставить нужную пластинку, и всё оживает передо мной.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
20. «

    Есть музыка, которой нужен воздух. Опусти стекло...

    Есть музыка, которой нужен воздух. Опусти стекло...

    — Клэр Колбурн · фильм