333 цитаты по теме «насилие» без воды

Собрали 333 цитаты на тему «насилие» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — ... По желанию, насилие может быть применено и к нему, только надо заготовить пароль безопасности. – Что это? – Ну, такое специальное слово. Вы его говорите, и вас сразу перестают терзать и мучать. – Да? А для жизни у тебя такого нет? Я бы серьезно вложился. – Работаем, Федор Семенович, работаем, – улыбнулся Дамиан.

   — ... По желанию, насилие может быть применено и к нему, только надо заготовить пароль безопасности. – Что это? – Ну, такое специальное слово. Вы его говорите, и вас сразу перестают терзать и мучать. – Да? А для жизни у тебя такого нет? Я бы серьезно вложился. – Работаем, Федор Семенович, работаем, – улыбнулся Дамиан.

   — Виктор Пелевин · книга
2. «

   Душу можно насиловать лишь до определенного момента. Потом она просто ломается, как кость ноги.

   Душу можно насиловать лишь до определенного момента. Потом она просто ломается, как кость ноги.

   — Януш Леон Вишневский · книга
3. «

   ... сила и власть, безусловно, важны и нужны, но главный вопрос в том, как их использовать.

   ... сила и власть, безусловно, важны и нужны, но главный вопрос в том, как их использовать.

   — Огненный путь (Agneepath) (2012) · фильм
4. «

   — Ты идешь по дорожке, в конце которой твоя дочь будет читать в газетах, как ее мама начинала со взяток, а закончила должностным преступлением. — Ты не знаешь, по какой дороге я иду. — Возможно, но я не видел, чтобы ты опускалась так низко. — А еще ты не видел меня в синяках. Не видел меня, лежащей у ступенек, после столкновения с лестницы. И как я молила Бога, чтобы не потерять ребенка. Мигель был моим парнем. Он два года колотил меня, как боксерскую грушу. Я тогда еще не была копом. — В твоем... в твоем досье ничего нет о домашнем насилии. — Я не писала заявлений. Я его подставила. — Зачем? — Он бы не остановился, пока не убил.

   — Ты идешь по дорожке, в конце которой твоя дочь будет читать в газетах, как ее мама начинала со взяток, а закончила должностным преступлением. — Ты не знаешь, по какой дороге я иду. — Возможно, но я не видел, чтобы ты опускалась так низко. — А еще ты не видел меня в синяках. Не видел меня, лежащей у ступенек, после столкновения с лестницы. И как я молила Бога, чтобы не потерять ребенка. Мигель был моим парнем. Он два года колотил меня, как боксерскую грушу. Я тогда еще не была копом. — В твоем... в твоем досье ничего нет о домашнем насилии. — Я не писала заявлений. Я его подставила. — Зачем? — Он бы не остановился, пока не убил.

   — Роберт Шталь · сериал
5. «

   А сколько в истории было случаев, когда любовь проповедовали злые? И учили всех любви, и заставляли любить насильно, и убивали тех, кто не хочет любить или любит неправильно?

   А сколько в истории было случаев, когда любовь проповедовали злые? И учили всех любви, и заставляли любить насильно, и убивали тех, кто не хочет любить или любит неправильно?

   — Борис Акунин · книга
6. «

   When the violence causes silence We must be mistaken.

   When the violence causes silence We must be mistaken.
7. «

   Люди не ценят утра. Через силу просыпаются под звон будильника, который разбивает их сон, как удар топора, и тотчас предаются печальной суете. Скажите мне, каким может быть день, начатый столь насильственным актом! Что должно происходить с людьми, которые вседневно с помощью будильника получают небольшой электрический шок! Они изо дня в день привыкают к насилию и изо дня в день отучаются от наслаждения.

   Люди не ценят утра. Через силу просыпаются под звон будильника, который разбивает их сон, как удар топора, и тотчас предаются печальной суете. Скажите мне, каким может быть день, начатый столь насильственным актом! Что должно происходить с людьми, которые вседневно с помощью будильника получают небольшой электрический шок! Они изо дня в день привыкают к насилию и изо дня в день отучаются от наслаждения.

   — Милан Кундера · книга
8. «

   Терпение — это не бездействие. А насилие — это не демонстрация силы.

   Терпение — это не бездействие. А насилие — это не демонстрация силы.

   — Джимми Бакстер · сериал
9. «

   Разве деньги — это не такой же надежный способ устройства человеческих отношений, как насилие, разве не позволяют они отказаться от его наивного применения? Это одухотворенное насилие, особая, гибкая, высокоразвитая и творческая форма насилия. Разве коммерция не зиждется на хитрости и принуждении, на сверхприбыли и эксплуатации, только они цивилизованы, перенесены целиком внутрь человека, даже, можно сказать, облечены в облик его свободы?

   Разве деньги — это не такой же надежный способ устройства человеческих отношений, как насилие, разве не позволяют они отказаться от его наивного применения? Это одухотворенное насилие, особая, гибкая, высокоразвитая и творческая форма насилия. Разве коммерция не зиждется на хитрости и принуждении, на сверхприбыли и эксплуатации, только они цивилизованы, перенесены целиком внутрь человека, даже, можно сказать, облечены в облик его свободы?

   — Роберт Музиль · книга
10. «

    Она [ненависть] работает, расщепляя возлюбленного на человека, которого я люблю, и на подлинный предмет-причину моей любви к нему, на то, что в нем больше, чем он сам [у Кьеркегора это Бог]. Иногда ненависть — единственное доказательство того, что я тебя действительно люблю.

    Она [ненависть] работает, расщепляя возлюбленного на человека, которого я люблю, и на подлинный предмет-причину моей любви к нему, на то, что в нем больше, чем он сам [у Кьеркегора это Бог]. Иногда ненависть — единственное доказательство того, что я тебя действительно люблю.

    — Славой Жижек · книга
11. «

    Основой выживания является право и абсолютная необходимость сопротивляться тому, кто обращает против тебя силу. Мораль самозащиты заключается в защите права личности на жизнь. Она не терпит насилия и проявляется в стойкой решимости дать отпор любому напавшему на вас. Бессознательное желание уничтожить любого, кто обращает против тебя силу — это возвышенное отношение к ценности и уникальности жизни.

    Основой выживания является право и абсолютная необходимость сопротивляться тому, кто обращает против тебя силу. Мораль самозащиты заключается в защите права личности на жизнь. Она не терпит насилия и проявляется в стойкой решимости дать отпор любому напавшему на вас. Бессознательное желание уничтожить любого, кто обращает против тебя силу — это возвышенное отношение к ценности и уникальности жизни.

    — Терри Гудкайнд · книга
12. «

    Самая большая радость для мужчины — это побеждать врагов, гнать их перед собой, отнимать у них имущество, видеть, как плачут их близкие, ездить на их лошадях, сжимать в своих объятиях их дочерей и жен.

    Самая большая радость для мужчины — это побеждать врагов, гнать их перед собой, отнимать у них имущество, видеть, как плачут их близкие, ездить на их лошадях, сжимать в своих объятиях их дочерей и жен.

    — Чингисхан
13. «

    — Помнишь ту женщину, в магазине? Ты не попыталась ей помочь. — Я же сказала. Это не наше дело. — Когда один человек обижает другого, разве это не наше дело? — Я понимаю, о чем ты говоришь, но что я могла сделать? — Если все будут так думать, то кто же тогда позаботиться о тех, кто не может постоять за себя сам? — Что я должна была делать? Это могло кончиться насилием. — Есть вещи пострашнее насилия. — И что же это? — Безразличие.

    — Помнишь ту женщину, в магазине? Ты не попыталась ей помочь. — Я же сказала. Это не наше дело. — Когда один человек обижает другого, разве это не наше дело? — Я понимаю, о чем ты говоришь, но что я могла сделать? — Если все будут так думать, то кто же тогда позаботиться о тех, кто не может постоять за себя сам? — Что я должна была делать? Это могло кончиться насилием. — Есть вещи пострашнее насилия. — И что же это? — Безразличие.

    — Генри · фильм
14. «

    Так происходит всегда, все ни**е*ы, которые меняют мир, умирают, но умирают они не своей смертью, а насильственной.

    Так происходит всегда, все ни**е*ы, которые меняют мир, умирают, но умирают они не своей смертью, а насильственной.

    — Тупак Шакур
15. «

    Предательство и насилие – это копья, заостренные с обоих концов: того, кто пускает их в дело, они ранят больней, чем его противника.

    Предательство и насилие – это копья, заостренные с обоих концов: того, кто пускает их в дело, они ранят больней, чем его противника.

    — Эмили Бронте · книга
16. «

    — Почему? — прошептала она. — Почему я? — Потому что я люблю тебя. — сказал Себастьян. Он испытывал дискомфорт. Напряженный и сосредоточенный, как будто он пытался достать что-то, к чему не мог прикоснуться. — Я не хочу сделать тебе больно.. — Ты не… Ты уже причинил мне боль. Ты пытался… — Не имеет значения, что я сделал тебе больно, — сказал он, — Ведь ты принадлежишь мне. Я могу делать с тобой все, что захочу. Но я не хочу, чтобы другие люди дотрагивались до тебя, обладали тобой или причиняли боль. Я хочу, чтобы ты была рядом, восхищалась мной и видела, что я сделал, чего достиг. Ведь это любовь, не так ли? — Нет, — сказала Клэри мягким и печальным голосом. — Это не так. — Она шагнула на встречу к нему и ее нога ударилась об невидимый круг из рун. Она не могла идти дальше. — Если ты любишь кого-то, ты хочешь чтобы он любил тебя тоже.

    — Почему? — прошептала она. — Почему я? — Потому что я люблю тебя. — сказал Себастьян. Он испытывал дискомфорт. Напряженный и сосредоточенный, как будто он пытался достать что-то, к чему не мог прикоснуться. — Я не хочу сделать тебе больно.. — Ты не… Ты уже причинил мне боль. Ты пытался… — Не имеет значения, что я сделал тебе больно, — сказал он, — Ведь ты принадлежишь мне. Я могу делать с тобой все, что захочу. Но я не хочу, чтобы другие люди дотрагивались до тебя, обладали тобой или причиняли боль. Я хочу, чтобы ты была рядом, восхищалась мной и видела, что я сделал, чего достиг. Ведь это любовь, не так ли? — Нет, — сказала Клэри мягким и печальным голосом. — Это не так. — Она шагнула на встречу к нему и ее нога ударилась об невидимый круг из рун. Она не могла идти дальше. — Если ты любишь кого-то, ты хочешь чтобы он любил тебя тоже.

    — Кассандра Клэр · книга
17. «

    Без насилий по отношению к насильникам нельзя избавить народ от насильников.

    Без насилий по отношению к насильникам нельзя избавить народ от насильников.

    — Владимир Ильич Ленин
18. «

    — Ты посчитаешь, что я сошла с ума. Но это я во всем виновата, в основном... Кэй ударила кулаком по полированному столику красного дерева. Раздался звук, похожий на выстрел из малокалиберного пистолета. Бев подпрыгнула. — Не смей так говорить, — сказала Кэй. Ее щеки горели, карие глаза сверкали от негодования. — Сколько лет мы с тобой дружим? Девять? Десять? Если ты еще раз скажешь, что ты во всем виновата, меня стошнит. Поняла? Меня сейчас чуть не стошнило, мать твою. Ты сейчас не виновата ни в чем, и раньше не была виновата, и не будешь виновата никогда. Неужели ты не понимаешь, что почти все твои друзья знали, что рано или поздно он тебя покалечит, может быть, убьет? Беверли смотрела на нее широко раскрытыми глазами. — И твоя самая большая вина в том, что ты продолжала жить с ним и дала случиться тому, что случилось. Но теперь ты ушла от него. Благодари Бога, что он защитил тебя. И ты сидишь здесь, с поломанными ногтями, порезанной ногой, со следами от ремня на спине, и говоришь мне, что ты во всем виновата?!

    — Ты посчитаешь, что я сошла с ума. Но это я во всем виновата, в основном... Кэй ударила кулаком по полированному столику красного дерева. Раздался звук, похожий на выстрел из малокалиберного пистолета. Бев подпрыгнула. — Не смей так говорить, — сказала Кэй. Ее щеки горели, карие глаза сверкали от негодования. — Сколько лет мы с тобой дружим? Девять? Десять? Если ты еще раз скажешь, что ты во всем виновата, меня стошнит. Поняла? Меня сейчас чуть не стошнило, мать твою. Ты сейчас не виновата ни в чем, и раньше не была виновата, и не будешь виновата никогда. Неужели ты не понимаешь, что почти все твои друзья знали, что рано или поздно он тебя покалечит, может быть, убьет? Беверли смотрела на нее широко раскрытыми глазами. — И твоя самая большая вина в том, что ты продолжала жить с ним и дала случиться тому, что случилось. Но теперь ты ушла от него. Благодари Бога, что он защитил тебя. И ты сидишь здесь, с поломанными ногтями, порезанной ногой, со следами от ремня на спине, и говоришь мне, что ты во всем виновата?!

    — Стивен Кинг · книга
19. «

    Расстаться с жестоким обращением – все равно что бросить принимать наркотик. <...> Это самое сложное, что вам предстоит в жизни, потому что все знакомо, привычно, вы уже многого не замечаете. Насилие для вас – единственное подтверждение любви к вам.

    Расстаться с жестоким обращением – все равно что бросить принимать наркотик. <...> Это самое сложное, что вам предстоит в жизни, потому что все знакомо, привычно, вы уже многого не замечаете. Насилие для вас – единственное подтверждение любви к вам.

    — Даниэла Стил · книга
20. «

    Границы, усвоенные мной в детстве, оказались неспособны удержать меня от того, чтобы выбраться и навредить кому-нибудь.

    Границы, усвоенные мной в детстве, оказались неспособны удержать меня от того, чтобы выбраться и навредить кому-нибудь.

    — Тед Банди