95 цитат на тему «наследие»

95 цитат про «наследие»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Константинополь был вторым, теперь это Стамбул. О том, как рухнул первый Рим, тебе расскажет Google, Крепче держись за стул, Москва — третий и последний, Но его дети не спешат войти в свое наследие.

   Константинополь был вторым, теперь это Стамбул. О том, как рухнул первый Рим, тебе расскажет Google, Крепче держись за стул, Москва — третий и последний, Но его дети не спешат войти в свое наследие.
2. «

   Неважно как мы сильно ненавидим и отрицаем наследие прошлого. Нам не убежать от него.

   Неважно как мы сильно ненавидим и отрицаем наследие прошлого. Нам не убежать от него.

   — Акира Карасума · аниме
3. «

   В каждом наброске, в каждом черновике - Учитель продолжается в своем ученике.

   В каждом наброске, в каждом черновике - Учитель продолжается в своем ученике.
4. «

   — Я признаю, что действовал за рамками своих прав. Я пошел против вас, отец, и готов принять любое ваше наказание. — Ты обещал моих воинов предателю, без моего разрешения. Ты повел мои войска в битву, которую я не одобрял. Твои действия недостойны наследника... Они достойны короля.

   — Я признаю, что действовал за рамками своих прав. Я пошел против вас, отец, и готов принять любое ваше наказание. — Ты обещал моих воинов предателю, без моего разрешения. Ты повел мои войска в битву, которую я не одобрял. Твои действия недостойны наследника... Они достойны короля.

   — король Эдуард Старший · сериал
5. «

   — Это летопись Уэссекса. В ней будет отмечено мое правление. От мгновения гибели моего брата до этих дней. Своего рода песнь, в которой не будет Утреда Беббанбургского. — Люди будут помнить мои поступки. — Но они умрут, как и все мы. А эти страницы останутся. Отметив поступок чернилами на бумаге — мы делаем его вечным. — Пока их не сожгут. — Их нужно хранить, верно. Когда, спустя столетия, ученые и люди будут читать и перечитывать написанное, им явится Альфред, они ничего не узнают о лорде Утреде. О твоей верности, мудрости, смелости, храбрости и дерзости. Почему ты здесь? <...> Что ты сказал бы мне, пока я еще могу слушать? — Прежде всего, я бы сказал, что ни за что не стал бы убивать вас. Даже приставив нож к горлу, я не отнял бы вашу жизнь. Я бы с радостью поколотил вас, но ни за что не стал бы тем, кто убил Альфреда, короля саксов. — Убив меня, ты заслужил бы место на этих страницах. — Такое наследие мне не нужно. Я уже заслужил на них свое место, но каждый из нас герой своей песни. Мое отсутствие понятно. — Там не будет указано, что Утред был опорой Альфреда. И много раз. Но я знаю, что так и есть. — Спасибо, милорд. — Ты веришь, что я могу отнять твою жизнь? Ты же преступник. Тогда будет написано, что Альфред, даже немощный и больной, смог найти в себе силы сразить воителя Утреда Рагнарсона. — Этого не случится. — Мне не хватит воли? — Мы с вами связаны. Вам не убить меня, также как мне не убить вас.

   — Это летопись Уэссекса. В ней будет отмечено мое правление. От мгновения гибели моего брата до этих дней. Своего рода песнь, в которой не будет Утреда Беббанбургского. — Люди будут помнить мои поступки. — Но они умрут, как и все мы. А эти страницы останутся. Отметив поступок чернилами на бумаге — мы делаем его вечным. — Пока их не сожгут. — Их нужно хранить, верно. Когда, спустя столетия, ученые и люди будут читать и перечитывать написанное, им явится Альфред, они ничего не узнают о лорде Утреде. О твоей верности, мудрости, смелости, храбрости и дерзости. Почему ты здесь? <...> Что ты сказал бы мне, пока я еще могу слушать? — Прежде всего, я бы сказал, что ни за что не стал бы убивать вас. Даже приставив нож к горлу, я не отнял бы вашу жизнь. Я бы с радостью поколотил вас, но ни за что не стал бы тем, кто убил Альфреда, короля саксов. — Убив меня, ты заслужил бы место на этих страницах. — Такое наследие мне не нужно. Я уже заслужил на них свое место, но каждый из нас герой своей песни. Мое отсутствие понятно. — Там не будет указано, что Утред был опорой Альфреда. И много раз. Но я знаю, что так и есть. — Спасибо, милорд. — Ты веришь, что я могу отнять твою жизнь? Ты же преступник. Тогда будет написано, что Альфред, даже немощный и больной, смог найти в себе силы сразить воителя Утреда Рагнарсона. — Этого не случится. — Мне не хватит воли? — Мы с вами связаны. Вам не убить меня, также как мне не убить вас.

   — Король Уэссекса Альфред Великий · сериал
6. «

   Наследие Тревиля в том, что он оставил после себя более справедливый мир.

   Наследие Тревиля в том, что он оставил после себя более справедливый мир.

   — Арамис · сериал
7. «

   — Кэрол, остановись... Твой папа не хотел всего этого. Когда он завещал тебе познавать мир... когда его казнили... Не такой судьбы он для тебя хотел. — И без тебя знаю! Но разве я могу оставить его неотомщённым? Просто вспомни всю нашу боль, что мы пережили с его смертью! Всё, что он нам оставил — это вопросы без ответов. — Твой отец хотел тебе сказать нечто важное, не так ли? Думаю, когда понимаешь, что конец близок, ты говоришь лишь то, что хотелось сказать больше всего. — И что же он хотел сказать? — Правду. Конечная цель алхимии — установка гармоничной связи между всеми её звеньями и окружающим миром посредством знания всего. — «Гармония», да? Хочешь, чтобы я приняла мир, что забрал у меня отца? Он бы никогда такого не сказал! — Но он бы сказал, что «прощение — это решение ошибки». Сказал бы, чтобы ты не держала зла ни на кого.

   — Кэрол, остановись... Твой папа не хотел всего этого. Когда он завещал тебе познавать мир... когда его казнили... Не такой судьбы он для тебя хотел. — И без тебя знаю! Но разве я могу оставить его неотомщённым? Просто вспомни всю нашу боль, что мы пережили с его смертью! Всё, что он нам оставил — это вопросы без ответов. — Твой отец хотел тебе сказать нечто важное, не так ли? Думаю, когда понимаешь, что конец близок, ты говоришь лишь то, что хотелось сказать больше всего. — И что же он хотел сказать? — Правду. Конечная цель алхимии — установка гармоничной связи между всеми её звеньями и окружающим миром посредством знания всего. — «Гармония», да? Хочешь, чтобы я приняла мир, что забрал у меня отца? Он бы никогда такого не сказал! — Но он бы сказал, что «прощение — это решение ошибки». Сказал бы, чтобы ты не держала зла ни на кого.

   — Эльфнайн (Elfnein) · аниме
8. «

   Когда меня не станет и опустеет зал, Чернильными листами на устах я все сказал: Что будет дальше с нами, кто здесь смотрящий. Клеем стихи как оригами и кидаем в ящик.

   Когда меня не станет и опустеет зал, Чернильными листами на устах я все сказал: Что будет дальше с нами, кто здесь смотрящий. Клеем стихи как оригами и кидаем в ящик.
9. «

   Видите ли, полгода назад я подстригался и сделал в высшей степени странное открытие. В этом серебряном волоске я увидел отражение всех моих трудов... <...> В этот момент я понял: я должен найти наследника.

   Видите ли, полгода назад я подстригался и сделал в высшей степени странное открытие. В этом серебряном волоске я увидел отражение всех моих трудов... <...> В этот момент я понял: я должен найти наследника.

   — Вилли Вонка · фильм
10. «

    Неверно, что мудрец великий в своих наследниках живет: Увы, продлится род, но мудрость не перейдет из рода в род.

    Неверно, что мудрец великий в своих наследниках живет: Увы, продлится род, но мудрость не перейдет из рода в род.

    — Рудаки
11. «

    Наш гордый народ был обречён на изгнание, но никто не разрушит наше единство, ибо нас связывает Кхала — священный союз всех наших мыслей и эмоций. Сегодня мы вернём родной мир! И с ним — наше наследие!

    Наш гордый народ был обречён на изгнание, но никто не разрушит наше единство, ибо нас связывает Кхала — священный союз всех наших мыслей и эмоций. Сегодня мы вернём родной мир! И с ним — наше наследие!

    — Артанис
12. «

    Наши истории — вот то, что мы таскаем за собою в наших странствиях через океаны и границы, через жизнь. Небольшой запас забавных случаев, всех этих «а потом случилось вот что», наших личных «жили-были когда-то». Мы — это наши истории, а когда мы уходим, то, если повезет, наши истории обеспечат нам жизнь вечную.

    Наши истории — вот то, что мы таскаем за собою в наших странствиях через океаны и границы, через жизнь. Небольшой запас забавных случаев, всех этих «а потом случилось вот что», наших личных «жили-были когда-то». Мы — это наши истории, а когда мы уходим, то, если повезет, наши истории обеспечат нам жизнь вечную.

    — Салман Рушди · книга
13. «

    — Твой отец, — сказала Верити, — всегда хорошо ко мне относился. Но у него был бешеный, необузданный и мятежный нрав — совершенно не такой как у тебя. Ты тоже готов выступить против власти, когда видишь, как чьи-то права несправедливо посягают. Он же своей необузданностью бросал вызов и наслаждался этим. — И ты думаешь, что в этом Валентин похож на него? Наверняка у многих молодых людей... — У них по-другому. Или это только мне так кажется. Будто он способен с улыбкой столкнуть кого-нибудь в пропасть. — Что ж, неплохая рекомендация для сына твоей невестки.

    — Твой отец, — сказала Верити, — всегда хорошо ко мне относился. Но у него был бешеный, необузданный и мятежный нрав — совершенно не такой как у тебя. Ты тоже готов выступить против власти, когда видишь, как чьи-то права несправедливо посягают. Он же своей необузданностью бросал вызов и наслаждался этим. — И ты думаешь, что в этом Валентин похож на него? Наверняка у многих молодых людей... — У них по-другому. Или это только мне так кажется. Будто он способен с улыбкой столкнуть кого-нибудь в пропасть. — Что ж, неплохая рекомендация для сына твоей невестки.

    — Уинстон Грэхем · книга
14. «

    — Мои автоскореры собрали все «проклятые мелодии» вместе. Этому миру недолго осталось. — А? Ты что — хочешь уничтожить мир? — Этот неразрешённый вопрос папа оставил мне. Если я разберу весь мир на кусочки и проанализирую, то смогу познать всё. — Другими словами — «абсолютное знание». Пусть будет так. А что ты с ним собираешься делать дальше? — Ничего. — Что, прости?! — Папа оставил мне задачу: познать секреты мира. И больше ничего. — Эх... У тебя что — нет своей мечты? Гению свойственно мечтать бесконечно и делиться мечтами с другими! Если будешь удовлетворённой достигнутым результатом, то никогда не раскроешь свой потенциал! — Что ты хочешь этим сказать? Что отец оставил мне только свои мечты? — Да, именно это. И если ты так относишься к своей работе, то я сомневаюсь, что ты чего-то ею достигнешь. Ведь только гений способен преодолеть границы вселенной и постичь абсолютное знание! А малолетка вроде тебя слишком мала, чтобы быть таким гением! Не ошибусь, если скажу, что я — единственный настоящий гений в этом мире! Мне никто не ровня! Абсолютное знание будет пренадлежать мне! — И что ты собираешься с ним делать? — Конечно же, ради всего человечества я отвергну все грани добра и зла! Я возьму под контроль твоё Устройство! [Кэрол пронзает доктора со спины.] — Слышал бы ты себя. Такому кретину как ты никогда не стать гением.

    — Мои автоскореры собрали все «проклятые мелодии» вместе. Этому миру недолго осталось. — А? Ты что — хочешь уничтожить мир? — Этот неразрешённый вопрос папа оставил мне. Если я разберу весь мир на кусочки и проанализирую, то смогу познать всё. — Другими словами — «абсолютное знание». Пусть будет так. А что ты с ним собираешься делать дальше? — Ничего. — Что, прости?! — Папа оставил мне задачу: познать секреты мира. И больше ничего. — Эх... У тебя что — нет своей мечты? Гению свойственно мечтать бесконечно и делиться мечтами с другими! Если будешь удовлетворённой достигнутым результатом, то никогда не раскроешь свой потенциал! — Что ты хочешь этим сказать? Что отец оставил мне только свои мечты? — Да, именно это. И если ты так относишься к своей работе, то я сомневаюсь, что ты чего-то ею достигнешь. Ведь только гений способен преодолеть границы вселенной и постичь абсолютное знание! А малолетка вроде тебя слишком мала, чтобы быть таким гением! Не ошибусь, если скажу, что я — единственный настоящий гений в этом мире! Мне никто не ровня! Абсолютное знание будет пренадлежать мне! — И что ты собираешься с ним делать? — Конечно же, ради всего человечества я отвергну все грани добра и зла! Я возьму под контроль твоё Устройство! [Кэрол пронзает доктора со спины.] — Слышал бы ты себя. Такому кретину как ты никогда не стать гением.

    — Кэрол Малус Динхайм (Carol Malus Dienheim) · аниме
15. «

    В наследство нашим внукам останутся фейсбуки. Сто тысяч инстаграммок божественной еды. «Кем были наши предки? Они творили луки. Их радовали пати. Но иногда — коты».

    В наследство нашим внукам останутся фейсбуки. Сто тысяч инстаграммок божественной еды. «Кем были наши предки? Они творили луки. Их радовали пати. Но иногда — коты».

    — Тамара Лисицкая · книга
16. «

    Как костёр, ты ничего не оставил после себя.

    Как костёр, ты ничего не оставил после себя.
17. «

    И счастье личное ты в десять раз умножишь, Коль, вместо одного, создашь десятерых: От смерти понести какой ущерб ты можешь, Продолжив бытие в наследниках своих?

    И счастье личное ты в десять раз умножишь, Коль, вместо одного, создашь десятерых: От смерти понести какой ущерб ты можешь, Продолжив бытие в наследниках своих?

    — Уильям Шекспир
18. «

    Совместную деятельность всего племени медиков можно приблизительно оценить, основываясь на тех образчиках, которые доступны для наблюдения. То же верно в отношении сантехников, таксистов, проституток и представителей всех остальных профессий, в которых не бывает «суперзвезд». В силу «звездной» динамики то, что мы именуем «литературным наследием» и «литературными шедеврами», представляет собой лишь крохотную долю коллективно созданного. Вот в чем штука. Это-то и мешает нам выявлять таланты. Допустим, вы приписываете успех Оноре де Бальзака, французского романиста XIX столетия, его беспощадному «реализму», «прозрениям», «остроте чувств», «проработке характеров», «умению увлечь читателя» и так далее. Эти «превосходные» качества можно признать необходимой предпосылкой к созданию превосходного произведения при условии и только при условии, что те, кто не обладает так называемым «талантом», лишены этих качеств. А что, если существовали еще десятки столь же прекрасных литературных творений, которые до нас не дошли? Если и вправду были написаны и исчезли не менее ценные рукописи, то, как мне ни жаль, ваш кумир Бальзак отличается от своих безвестных соперников лишь тем, что ему невероятно повезло. Более того, преклоняясь перед Бальзаком, вы допускаете несправедливость по отношению к другим. Я вовсе не имею в виду, что Бальзак не был талантлив, я только хочу сказать, что талант его менее уникален, чем кажется.

    Совместную деятельность всего племени медиков можно приблизительно оценить, основываясь на тех образчиках, которые доступны для наблюдения. То же верно в отношении сантехников, таксистов, проституток и представителей всех остальных профессий, в которых не бывает «суперзвезд». В силу «звездной» динамики то, что мы именуем «литературным наследием» и «литературными шедеврами», представляет собой лишь крохотную долю коллективно созданного. Вот в чем штука. Это-то и мешает нам выявлять таланты. Допустим, вы приписываете успех Оноре де Бальзака, французского романиста XIX столетия, его беспощадному «реализму», «прозрениям», «остроте чувств», «проработке характеров», «умению увлечь читателя» и так далее. Эти «превосходные» качества можно признать необходимой предпосылкой к созданию превосходного произведения при условии и только при условии, что те, кто не обладает так называемым «талантом», лишены этих качеств. А что, если существовали еще десятки столь же прекрасных литературных творений, которые до нас не дошли? Если и вправду были написаны и исчезли не менее ценные рукописи, то, как мне ни жаль, ваш кумир Бальзак отличается от своих безвестных соперников лишь тем, что ему невероятно повезло. Более того, преклоняясь перед Бальзаком, вы допускаете несправедливость по отношению к другим. Я вовсе не имею в виду, что Бальзак не был талантлив, я только хочу сказать, что талант его менее уникален, чем кажется.

    — Нассим Николас Талеб · книга
19. «

    Мои издатели, HBO и читатели хотят следующую книгу. Но никто не хочет ее сильнее, чем я. Когда я сгибаюсь под этим давлением, я напоминаю себе, что судить обо мне будут по книгам. Если их будут читать через лет 50, никто не будет говорить, что достоинством книги является то, что она вышла в срок. Будут оценивать содержание.

    Мои издатели, HBO и читатели хотят следующую книгу. Но никто не хочет ее сильнее, чем я. Когда я сгибаюсь под этим давлением, я напоминаю себе, что судить обо мне будут по книгам. Если их будут читать через лет 50, никто не будет говорить, что достоинством книги является то, что она вышла в срок. Будут оценивать содержание.

    — Джордж Мартин
20. «

    Наследовать болезни имеют право даже самые отдаленные родственники.

    Наследовать болезни имеют право даже самые отдаленные родственники.

    — Эмиль Кроткий (Эммануил Яковлевич Герман)