231 лучших цитата на тему «Красивые цитаты про ночь»

231 цитата про «Красивые цитаты про ночь»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   В тесной хибарке моей Озарила все четыре угла Луна, заглянув в окно.

   В тесной хибарке моей Озарила все четыре угла Луна, заглянув в окно.

   — Мацуо Басё
2. «

   Когда становится достаточно темно, можно увидеть звезды.

   Когда становится достаточно темно, можно увидеть звезды.

   — Персидские пословицы и поговорки
3. «

   Если мы не сгорим, то как мы осветим ночь?

   Если мы не сгорим, то как мы осветим ночь?

   — Клотильда / «Belle cuisse» · фильм
4. «

   Скорбь бродила рядом, но не разлучила их. Ночь не стала оплотом страсти, лишь оплотом близости.

   Скорбь бродила рядом, но не разлучила их. Ночь не стала оплотом страсти, лишь оплотом близости.
5. «

   Чудится, словно С неба на землю летят Лунные блёстки, - Ночью ложится снег Путнику на рукава.

   Чудится, словно С неба на землю летят Лунные блёстки, - Ночью ложится снег Путнику на рукава.

   — Кагэки Кагава
6. «

   Млечный путь распластывал по волнам шлейф своих световых лет, и Океан мерцал лёгкими блестками, сыпавшимися с неба, словно монетки разменянной вечности.

   Млечный путь распластывал по волнам шлейф своих световых лет, и Океан мерцал лёгкими блестками, сыпавшимися с неба, словно монетки разменянной вечности.

   — Ромен Гари · книга
7. «

   Дух плывёт в ночи, и её дикие взъерошенные волосы танцуют в темноте.

   Дух плывёт в ночи, и её дикие взъерошенные волосы танцуют в темноте.
8. «

   Сумерки. Закат догорел. Скоро взойдет луна. Бледно-зелёный свет фонарей. Музыка из окна.

   Сумерки. Закат догорел. Скоро взойдет луна. Бледно-зелёный свет фонарей. Музыка из окна.

   — Джеймс Джойс
9. «

   Каждую ночь она засыпает одна. И лежа в кровати, обняв тонкой рукой подушку, она смотрит в окно, за которым падают листья на мокрый асфальт. Они падают бесшумно, но она слышит каждый удар листа о землю. Может быть, это удары её собственного сердца. И листопад превращается в странные, страшные часы, отчитывающее её время, её дыхание, и тьма за окном всё плотнее, и мир всё меньше, он становится крошечным, сжимаясь до размеров зрачка, он становится тесным, душным, а её сердце в нём — огромным, разрывая пространство, достигая мечтами самых дальних миров, оно стучит всё быстрее, всё более жадно глотает чужое тепло, всё отчаяннее ищет кого-то на тонущих в свете фонарей улицах городов, на тёмных тропинках забытых богом лесов, в гулкой пустоте степей и на томных влажных пляжах... А вокруг всё быстрее падают листья, падают стены, падают звёзды, падает небо...

   Каждую ночь она засыпает одна. И лежа в кровати, обняв тонкой рукой подушку, она смотрит в окно, за которым падают листья на мокрый асфальт. Они падают бесшумно, но она слышит каждый удар листа о землю. Может быть, это удары её собственного сердца. И листопад превращается в странные, страшные часы, отчитывающее её время, её дыхание, и тьма за окном всё плотнее, и мир всё меньше, он становится крошечным, сжимаясь до размеров зрачка, он становится тесным, душным, а её сердце в нём — огромным, разрывая пространство, достигая мечтами самых дальних миров, оно стучит всё быстрее, всё более жадно глотает чужое тепло, всё отчаяннее ищет кого-то на тонущих в свете фонарей улицах городов, на тёмных тропинках забытых богом лесов, в гулкой пустоте степей и на томных влажных пляжах... А вокруг всё быстрее падают листья, падают стены, падают звёзды, падает небо...

   — Аль Квотион · книга
10. «

    Тот, кого ты любишь, это ночь. Это темнота, сводящая тебя к осознанию звука, вкуса, касания. Это тугая повязка на глазах, заставляющая узнавать мир снова, наощупь, слышать в невероятной тишине дрожание ресниц, различать нюансы дыхания и снова сходить с ума от горячего шепота на обнаженной коже...

    Тот, кого ты любишь, это ночь. Это темнота, сводящая тебя к осознанию звука, вкуса, касания. Это тугая повязка на глазах, заставляющая узнавать мир снова, наощупь, слышать в невероятной тишине дрожание ресниц, различать нюансы дыхания и снова сходить с ума от горячего шепота на обнаженной коже...

    — Аль Квотион · книга
11. «

    – Освобождение… Примирение… Ты, мой любимый, не умер… Я больше не буду терять тебя каждый день… Не только по ночам ты будешь со мной… Ты навсегда мой… Ты во всем мой… Я – это ты… Я – это ты… ты…

    – Освобождение… Примирение… Ты, мой любимый, не умер… Я больше не буду терять тебя каждый день… Не только по ночам ты будешь со мной… Ты навсегда мой… Ты во всем мой… Я – это ты… Я – это ты… ты…

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Новый год. На небе звёзды, как хрусталь. Чисты, морозны. Снег душист, как мандарин золотой. А тот — с луною схож. Пойдёшь гулять со мною? Если нет, то я один. Разве могут нас морозы напугать? Глотают слёзы вдоль дороги фонари, словно дети, с жизнью в ссоре. Ах, не видишь? Что за горе - ты прищурившись смотри.

    Новый год. На небе звёзды, как хрусталь. Чисты, морозны. Снег душист, как мандарин золотой. А тот — с луною схож. Пойдёшь гулять со мною? Если нет, то я один. Разве могут нас морозы напугать? Глотают слёзы вдоль дороги фонари, словно дети, с жизнью в ссоре. Ах, не видишь? Что за горе - ты прищурившись смотри.

    — Борис Рыжий
13. «

    Ночь, бархатная ночь. Крупицы серебра звеня, Искрятся в блеске лунном. Будто в немом раздумье Пригорюнилась земля.

    Ночь, бархатная ночь. Крупицы серебра звеня, Искрятся в блеске лунном. Будто в немом раздумье Пригорюнилась земля.
14. «

    Внезапно у меня все поплыло перед глазами. Я словно тонул в бурных морских волнах, сражаясь с ночью и смертью. Вдруг милосердный свет маяка приветливо сверкнул мне сквозь бурю и страх и указал путь к спасению. В одно мгновение дни мучений и годы тоски пронеслись мимо меня и исчезли. Что-то очень сильное стеснило мне сердце, что-то безымянное переполнило грудь, что-то невыразимое захлестнуло душу, я судорожно сжал руки, поднял голову, я одновременно рыдал, кричал, шептал: «Я дома!» – и, шатаясь, переступил порог.

    Внезапно у меня все поплыло перед глазами. Я словно тонул в бурных морских волнах, сражаясь с ночью и смертью. Вдруг милосердный свет маяка приветливо сверкнул мне сквозь бурю и страх и указал путь к спасению. В одно мгновение дни мучений и годы тоски пронеслись мимо меня и исчезли. Что-то очень сильное стеснило мне сердце, что-то безымянное переполнило грудь, что-то невыразимое захлестнуло душу, я судорожно сжал руки, поднял голову, я одновременно рыдал, кричал, шептал: «Я дома!» – и, шатаясь, переступил порог.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    Ты еще помнишь, как трудно нам было расстаться? Как мы снова и снова протягивали друг другу руки, словно даже одна короткая ночь могла похитить нас друг у друга?

    Ты еще помнишь, как трудно нам было расстаться? Как мы снова и снова протягивали друг другу руки, словно даже одна короткая ночь могла похитить нас друг у друга?

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    Жизнь слишком коротка, чтобы спать каждую ночь.

    Жизнь слишком коротка, чтобы спать каждую ночь.

    — Юлия Боримская · книга
17. «

    Крадись в мой сон, приди в ночи кромешной, когда ласкает звезды лунный свет, я буду для тебя святой и грешной, пускай разоблачает нас рассвет.

    Крадись в мой сон, приди в ночи кромешной, когда ласкает звезды лунный свет, я буду для тебя святой и грешной, пускай разоблачает нас рассвет.
18. «

    Странная ночь, долгая ночь - Некого винить, некому помочь. Странная ночь, долгая ночь - Что же ты меня не прогонишь прочь?

    Странная ночь, долгая ночь - Некого винить, некому помочь. Странная ночь, долгая ночь - Что же ты меня не прогонишь прочь?
19. «

    Ночь — это самое удивительное время суток! Только после заката и начинается настоящая жизнь.

    Ночь — это самое удивительное время суток! Только после заката и начинается настоящая жизнь.

    — Макс Фрай · книга
20. «

    Ночь распростерлась надо мной И отвечает мёртвым взглядом На тусклый взор души больной, Облитой острым, сладким ядом.

    Ночь распростерлась надо мной И отвечает мёртвым взглядом На тусклый взор души больной, Облитой острым, сладким ядом.

    — Александр Александрович Блок