661 цитата про «ночь» для вдохновения

661 цитата про «ночь»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Пришедшую ночью мысль надо, как женщину, рассмотреть при дневном свете.

   Пришедшую ночью мысль надо, как женщину, рассмотреть при дневном свете.

   — Станислав Ежи Лец · книга
2. «

   То, что один день отделён от другого, — вероятно, одна из замечательнейших особенностей жизни на нашей планете. В этом можно усмотреть истинное милосердие. Мы не обречены на непрерывное восхождение по ступеням бытия — маленькие передышки постоянно позволяют нам подкрепить свои силы и отдохнуть от самих себя.

   То, что один день отделён от другого, — вероятно, одна из замечательнейших особенностей жизни на нашей планете. В этом можно усмотреть истинное милосердие. Мы не обречены на непрерывное восхождение по ступеням бытия — маленькие передышки постоянно позволяют нам подкрепить свои силы и отдохнуть от самих себя.

   — Айрис Мёрдок · книга
3. «

   Не важно, сколько лет мы прожили на свете: ночь, осеняя мир тьмою, приносит с собой все те страхи, что гнездятся в нас с детства.

   Не важно, сколько лет мы прожили на свете: ночь, осеняя мир тьмою, приносит с собой все те страхи, что гнездятся в нас с детства.

   — Пауло Коэльо · книга
4. «

   Холодное зимнее небо затоптано всякой дрянью. Звезды свалились вниз на землю в сумасшедший гоpод, в кривые улицы.

   Холодное зимнее небо затоптано всякой дрянью. Звезды свалились вниз на землю в сумасшедший гоpод, в кривые улицы.

   — Анатолий Мариенгоф · книга
5. «

   Тревоги дня не облегчает ночь, А ночь, как день, томит меня тоскою.

   Тревоги дня не облегчает ночь, А ночь, как день, томит меня тоскою.

   — Уильям Шекспир
6. «

   Дух плывёт в ночи, и её дикие взъерошенные волосы танцуют в темноте.

   Дух плывёт в ночи, и её дикие взъерошенные волосы танцуют в темноте.
7. «

   — Это только на одну ночь. — За одну ночь многое может произойти.

   — Это только на одну ночь. — За одну ночь многое может произойти.

   — Эллисон Арджент · сериал
8. «

   Ночь расстелила полотно, А дочь луна достала лютню. В окно повеет тишиной, И улицы безлюдны.

   Ночь расстелила полотно, А дочь луна достала лютню. В окно повеет тишиной, И улицы безлюдны.
9. «

   Тёмно-синяя ночь Пеленала меня в полусон Крыльями книг, Мыслями рыб, Шёпотом про тебя.

   Тёмно-синяя ночь Пеленала меня в полусон Крыльями книг, Мыслями рыб, Шёпотом про тебя.

   — Алик Якубович · книга
10. «

    — Мерлин, это один из двух-трех случаев в моей жизни, когда я действительно рад тебя видеть. — Я тоже, милорд. Как ты себя чувствуешь? — Как покойник, но, по крайней мере, еще теплый. — Представляю. — Вижу, у нас обоих ночь была еще та... — Все было не так плохо. Просто бесконечная ночь, крысы, затхлые подушки, дырявое ведро вместо... — Я сожалею, что с тобой это случилось, правда. Я сразу же объяснил им, что ты просто не мог отравить меня.

    — Мерлин, это один из двух-трех случаев в моей жизни, когда я действительно рад тебя видеть. — Я тоже, милорд. Как ты себя чувствуешь? — Как покойник, но, по крайней мере, еще теплый. — Представляю. — Вижу, у нас обоих ночь была еще та... — Все было не так плохо. Просто бесконечная ночь, крысы, затхлые подушки, дырявое ведро вместо... — Я сожалею, что с тобой это случилось, правда. Я сразу же объяснил им, что ты просто не мог отравить меня.

    — Артур Пендрагон · сериал
11. «

    Я оборотень. Днём — брутальный самец, ночью — воспитанный мужчина.

    Я оборотень. Днём — брутальный самец, ночью — воспитанный мужчина.

    — Брэндон · игра
12. «

    Ночь короче дня, День убьет меня. Мир иллюзий в нем сгорает.

    Ночь короче дня, День убьет меня. Мир иллюзий в нем сгорает.
13. «

    Правда, надо признать, что с сумерками в эту долину опускались чары какого-то волшебного великолепия и окутывали её вплоть до утренней зари. Ужасающая бедность скрывалась, точно под вуалью; жалкие лачуги, торчащие дымовые трубы, клочки тощей растительности, окружённые плетнем из проволоки и дощечек от старых бочек, ржавые рубцы шахт, где добывалась железная руда, груды шлака из доменных печей — всё это словно исчезало; дым, пар и копоть от доменных печей, гончарных и дымогарных труб преображались и поглощались ночью. Насыщенный пылью воздух, душный и тяжёлый днём, превращался с заходом солнца в яркое волшебство красок: голубой, пурпурной, вишневой и кроваво-красной с удивительно прозрачными зелеными и желтыми полосами в темнеющем небе. Когда царственное солнце уходило на покой, каждая доменная печь спешила надеть на себя корону пламени; тёмные груды золы и угольной пыли мерцали дрожащими огнями, и каждая гончарня дерзко венчала себя ореолом света. Единое царство дня распадалось на тысячу мелких феодальных владений горящего угля. Остальные улицы в долине заявляли о себе слабо светящимися желтыми цепочками газовых фонарей, а на главных площадях и перекрёстках к ним примешивался зеленоватый свет и резкое холодное сияние фонарей электрических. Переплетающиеся линии железных дорог отмечали огнями места пересечений и вздымали прямоугольные созвездия красных и зелёных сигнальных звёзд. Поезда превращались в чёрных членистых огнедышащих змеев... А над всем этим высоко в небе, словно недостижимая и полузабытая мечта, сиял иной мир, вновь открытый Парлодом, не подчиненный ни солнцу, ни доменным печам, — мир звёзд.

    Правда, надо признать, что с сумерками в эту долину опускались чары какого-то волшебного великолепия и окутывали её вплоть до утренней зари. Ужасающая бедность скрывалась, точно под вуалью; жалкие лачуги, торчащие дымовые трубы, клочки тощей растительности, окружённые плетнем из проволоки и дощечек от старых бочек, ржавые рубцы шахт, где добывалась железная руда, груды шлака из доменных печей — всё это словно исчезало; дым, пар и копоть от доменных печей, гончарных и дымогарных труб преображались и поглощались ночью. Насыщенный пылью воздух, душный и тяжёлый днём, превращался с заходом солнца в яркое волшебство красок: голубой, пурпурной, вишневой и кроваво-красной с удивительно прозрачными зелеными и желтыми полосами в темнеющем небе. Когда царственное солнце уходило на покой, каждая доменная печь спешила надеть на себя корону пламени; тёмные груды золы и угольной пыли мерцали дрожащими огнями, и каждая гончарня дерзко венчала себя ореолом света. Единое царство дня распадалось на тысячу мелких феодальных владений горящего угля. Остальные улицы в долине заявляли о себе слабо светящимися желтыми цепочками газовых фонарей, а на главных площадях и перекрёстках к ним примешивался зеленоватый свет и резкое холодное сияние фонарей электрических. Переплетающиеся линии железных дорог отмечали огнями места пересечений и вздымали прямоугольные созвездия красных и зелёных сигнальных звёзд. Поезда превращались в чёрных членистых огнедышащих змеев... А над всем этим высоко в небе, словно недостижимая и полузабытая мечта, сиял иной мир, вновь открытый Парлодом, не подчиненный ни солнцу, ни доменным печам, — мир звёзд.

    — Герберт Уэллс · книга
14. «

    И море принесет человеку причины надеяться, как ночь приносит кортеж своих снов.

    И море принесет человеку причины надеяться, как ночь приносит кортеж своих снов.

    — Джек
15. «

    Днём, при солнечном свете, мы видим только Землю, ночью мы видим весь мир. Словно блестящая световая пыль была рассыпана по всему небосклону. От тихих сияющих звёзд, казалось, нисходил на землю покой, и потому в природе было всё так торжественно и тихо.

    Днём, при солнечном свете, мы видим только Землю, ночью мы видим весь мир. Словно блестящая световая пыль была рассыпана по всему небосклону. От тихих сияющих звёзд, казалось, нисходил на землю покой, и потому в природе было всё так торжественно и тихо.

    — Владимир Арсеньев · книга
16. «

    Музыку хорошо слушать ночью. Когда не видны лица людей.

    Музыку хорошо слушать ночью. Когда не видны лица людей.

    — Сэй Сёнагон · книга
17. «

    Ночью все становится другим, И ты выходишь не снимая нимб.

    Ночью все становится другим, И ты выходишь не снимая нимб.
18. «

    Если мы не сгорим, то как мы осветим ночь?

    Если мы не сгорим, то как мы осветим ночь?

    — Клотильда / «Belle cuisse» · фильм
19. «

    Сколько раз, ночами я не мог уснуть, уже давно не счесть. Сколько слов, меня стегает словно плеть, неважно, ведь ты рядом. Шёпот твой, словно лепестки роз, ласкает мочку уха. Нежный свет, накрыл тебя как тёплый плед и всё что было, тает.

    Сколько раз, ночами я не мог уснуть, уже давно не счесть. Сколько слов, меня стегает словно плеть, неважно, ведь ты рядом. Шёпот твой, словно лепестки роз, ласкает мочку уха. Нежный свет, накрыл тебя как тёплый плед и всё что было, тает.
20. «

    Тот, кого ты любишь, это ночь. Это темнота, сводящая тебя к осознанию звука, вкуса, касания. Это тугая повязка на глазах, заставляющая узнавать мир снова, наощупь, слышать в невероятной тишине дрожание ресниц, различать нюансы дыхания и снова сходить с ума от горячего шепота на обнаженной коже...

    Тот, кого ты любишь, это ночь. Это темнота, сводящая тебя к осознанию звука, вкуса, касания. Это тугая повязка на глазах, заставляющая узнавать мир снова, наощупь, слышать в невероятной тишине дрожание ресниц, различать нюансы дыхания и снова сходить с ума от горячего шепота на обнаженной коже...

    — Аль Квотион · книга