13 цитат «Красивые цитаты про общество» на каждый день

Тема «Красивые цитаты про общество» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 13 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Мир казался мне чудесным сиропом страшно сложного состава: вкусно, увлекательно, а из чего он сделан — не разберёшь, какие гадости в нём растворены — неизвестно.

   Мир казался мне чудесным сиропом страшно сложного состава: вкусно, увлекательно, а из чего он сделан — не разберёшь, какие гадости в нём растворены — неизвестно.

   — Антон Макаренко · книга
2. «

   Это нормально, когда целые города страдают ради одной любви.

   Это нормально, когда целые города страдают ради одной любви.

   — Алеся Казанцева · книга
3. «

   Как необычно: супружеская пара наслаждается обществом друг друга.

   Как необычно: супружеская пара наслаждается обществом друг друга.

   — Кэролайн Пенвенен · сериал
4. «

   Мне все казалось – вообще, всегда, – что меня раздавили на улице лошади.

   Мне все казалось – вообще, всегда, – что меня раздавили на улице лошади.

   — Василий Розанов · книга
5. «

   Светское общество — это танец, а я уже стара танцевать.

   Светское общество — это танец, а я уже стара танцевать.

   — Стюарт Тёртон · книга
6. «

   — Вот скажи, ты знаешь, чего желаешь? Я покачала головой. — Они, — Таис указала в окно на деревню, — делают всё, чтобы ты не знала. Теперь у тебя есть время. Подумай.

   — Вот скажи, ты знаешь, чего желаешь? Я покачала головой. — Они, — Таис указала в окно на деревню, — делают всё, чтобы ты не знала. Теперь у тебя есть время. Подумай.

   — Мария Фариса · книга
7. «

   — Куда исчезают стиль и манеры, миссис Хьюз? — Может быть люди устали от стиля и манер? — Я считаю, что, перефразируя доктора Джонсона, если вы устали от стиля — значит, вы устали от жизни!

   — Куда исчезают стиль и манеры, миссис Хьюз? — Может быть люди устали от стиля и манер? — Я считаю, что, перефразируя доктора Джонсона, если вы устали от стиля — значит, вы устали от жизни!

   — миссис Хьюз · сериал
8. «

   Всякая социальная доктрина, разрушающая семью, негодна и, кроме того, неприменима. Семья — это кристалл общества.

   Всякая социальная доктрина, разрушающая семью, негодна и, кроме того, неприменима. Семья — это кристалл общества.

   — Виктор Гюго
9. «

   Женщины — цветы. Если не станешь для них чистой водой, они ни за что не зацветут

   Женщины — цветы. Если не станешь для них чистой водой, они ни за что не зацветут

   — Дэндзиро · аниме
10. «

    Локки наблюдал за «веревочными танцорами», странным образом ощущая сродство с ними. В это утро он, как и ярмарочные артисты, тоже разыгрывал сложнейший спектакль, где каждый миг мог случиться провал.

    Локки наблюдал за «веревочными танцорами», странным образом ощущая сродство с ними. В это утро он, как и ярмарочные артисты, тоже разыгрывал сложнейший спектакль, где каждый миг мог случиться провал.

    — Скотт Линч · книга
11. «

    Безлюдье, как и палач, не ведает жалости.

    Безлюдье, как и палач, не ведает жалости.

    — Ханна Кент · книга
12. «

    Высота законов — это честь государства; высота нравов — это честь общества.

    Высота законов — это честь государства; высота нравов — это честь общества.

    — Василий Розанов · книга
13. «

    Лейтенант Твардовский вынимает из кармана маленький томик и кладет его на землю, на муравьиную дорожку. Но это не заставит муравьев свернуть со своего вековечного пути. Они влезают на преграду и равнодушно, торопливо ползут по горьким словам, напечатанным на бумаге большими черными буквами: «ЕВРОПЕЙСКОЕ ВОСПИТАНИЕ». Они упорно тащат свои смешные травинки. Книга не заставит их сбиться с Пути, которым следовали до них миллионы других муравьев и который другие миллионы проложили. Сколько тысячелетий они уже трудятся и сколько тысячелетий предстоит еще трудиться этому смешному, трагическому и неутомимому племени? Сколько новых соборов воздвигнут они своему Богу, наградившему их таким хрупким телосложением и столь тяжелой ношей? Зачем бороться и молиться, надеяться и верить? Мир, в котором страдают и умирают люди, ничем не отличается от мира, в котором страдают и умирают муравьи: это жестокий и непостижимый мир, где главное — нести все дальше и дальше нелепую травинку или соломинку, все дальше и дальше, в поте лица своего и ценой своих кровавых слез, дальше и дальше! не останавливаясь даже для того, чтобы перевести дыхание и спросить, зачем…

    Лейтенант Твардовский вынимает из кармана маленький томик и кладет его на землю, на муравьиную дорожку. Но это не заставит муравьев свернуть со своего вековечного пути. Они влезают на преграду и равнодушно, торопливо ползут по горьким словам, напечатанным на бумаге большими черными буквами: «ЕВРОПЕЙСКОЕ ВОСПИТАНИЕ». Они упорно тащат свои смешные травинки. Книга не заставит их сбиться с Пути, которым следовали до них миллионы других муравьев и который другие миллионы проложили. Сколько тысячелетий они уже трудятся и сколько тысячелетий предстоит еще трудиться этому смешному, трагическому и неутомимому племени? Сколько новых соборов воздвигнут они своему Богу, наградившему их таким хрупким телосложением и столь тяжелой ношей? Зачем бороться и молиться, надеяться и верить? Мир, в котором страдают и умирают люди, ничем не отличается от мира, в котором страдают и умирают муравьи: это жестокий и непостижимый мир, где главное — нести все дальше и дальше нелепую травинку или соломинку, все дальше и дальше, в поте лица своего и ценой своих кровавых слез, дальше и дальше! не останавливаясь даже для того, чтобы перевести дыхание и спросить, зачем…

    — Ромен Гари · книга