Топ-716 цитат: «осень»

716 цитат про «осень»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Осень остается на весь октябрь, а в редкие годы — до ноября. Над головой изо дня в день видна ясная, строгая синева небес, по которой (всегда с запада на восток) плывут спокойные белые корабли облаков с серыми килями. Днем поднимается неуемный ветер, он подгоняет вас, когда вы шагаете по дороге и под ногами хрустят невообразимо пестрые холмики опавших листьев. От этого ветра возникает ноющая боль, но не в костях, а где-то гораздо глубже. Возможно, он затрагивает в человеческой душе что-то древнее, некую струнку памяти о кочевьях и переселениях, и та твердит: в путь — или погибнешь… в путь — или погибнешь… Ветер бьется в дерево и стекло непроницаемых стен вашего дома, передавая по стрехам свое бесплотное волнение, так что рано или поздно приходится оставить дела и выйти посмотреть. А после обеда, ближе к вечеру, можно выйти на крыльцо или спуститься во двор и смотреть, как через пастбище Гриффена вверх на Школьный холм мчатся тени от облаков — свет, тьма, свет, тьма, словно боги открывают и закрывают ставни. Можно увидеть, как золотарник, самое живучее, вредное и прекрасное растение новоанглийской флоры, клонится под ветром подобно большому, погруженному в молчание, молитвенному собранию. И, если нет ни машин, ни самолетов, если по лесам к западу от города не бродит какой-нибудь дядюшка Джо, который бабахает из ружья, стоит завопить фазану, если тишину нарушает лишь медленное биение вашего собственного сердца, вы можете услышать и другой звук — голос жизни, движущейся к финалу очередного витка и ожидающей первого снега, чтобы завершить ритуал.

   Осень остается на весь октябрь, а в редкие годы — до ноября. Над головой изо дня в день видна ясная, строгая синева небес, по которой (всегда с запада на восток) плывут спокойные белые корабли облаков с серыми килями. Днем поднимается неуемный ветер, он подгоняет вас, когда вы шагаете по дороге и под ногами хрустят невообразимо пестрые холмики опавших листьев. От этого ветра возникает ноющая боль, но не в костях, а где-то гораздо глубже. Возможно, он затрагивает в человеческой душе что-то древнее, некую струнку памяти о кочевьях и переселениях, и та твердит: в путь — или погибнешь… в путь — или погибнешь… Ветер бьется в дерево и стекло непроницаемых стен вашего дома, передавая по стрехам свое бесплотное волнение, так что рано или поздно приходится оставить дела и выйти посмотреть. А после обеда, ближе к вечеру, можно выйти на крыльцо или спуститься во двор и смотреть, как через пастбище Гриффена вверх на Школьный холм мчатся тени от облаков — свет, тьма, свет, тьма, словно боги открывают и закрывают ставни. Можно увидеть, как золотарник, самое живучее, вредное и прекрасное растение новоанглийской флоры, клонится под ветром подобно большому, погруженному в молчание, молитвенному собранию. И, если нет ни машин, ни самолетов, если по лесам к западу от города не бродит какой-нибудь дядюшка Джо, который бабахает из ружья, стоит завопить фазану, если тишину нарушает лишь медленное биение вашего собственного сердца, вы можете услышать и другой звук — голос жизни, движущейся к финалу очередного витка и ожидающей первого снега, чтобы завершить ритуал.

   — Стивен Кинг · книга
2. «

   Берёзки прозрачны, скворечники немы, Утрами морозец хрустит по садам: И дачница в город везёт хризантемы, И дачник увязывает чемодан.

   Берёзки прозрачны, скворечники немы, Утрами морозец хрустит по садам: И дачница в город везёт хризантемы, И дачник увязывает чемодан.

   — Дмитрий Борисович Кедрин
3. «

   Осень для меня — время волшебства, когда мир окрашен цветами мастеров. А ведь многие страшатся этого сезона при всем его великолепии и романтике, воспринимая его как предвестие конца, зимней смерти. Но я осенью чувствую себя живой. Осень — это одновременно и начало, и конец.

   Осень для меня — время волшебства, когда мир окрашен цветами мастеров. А ведь многие страшатся этого сезона при всем его великолепии и романтике, воспринимая его как предвестие конца, зимней смерти. Но я осенью чувствую себя живой. Осень — это одновременно и начало, и конец.

   — Джин Пендзивол · книга
4. «

   Но как только выйдет солнце, Вспыхнут золотом сады, Заблестит моё оконце, И душа вдруг засмеётся От осенней красоты!

   Но как только выйдет солнце, Вспыхнут золотом сады, Заблестит моё оконце, И душа вдруг засмеётся От осенней красоты!
5. «

   Деревья обнажились и открыли Дорогу небу, воздуху и свету В твой легкий дом на берегу высоком И отразились в зеркале воды. Там девочка в туманно-серой дымке Несет цветы кому-то, и за нею Взлетают стаи серебристо-белых Птиц над горизонтальною водой.

   Деревья обнажились и открыли Дорогу небу, воздуху и свету В твой легкий дом на берегу высоком И отразились в зеркале воды. Там девочка в туманно-серой дымке Несет цветы кому-то, и за нею Взлетают стаи серебристо-белых Птиц над горизонтальною водой.

   — Эдит Сёдергран
6. «

   — Что ты несёшь, Ёжик? — Море. — Зачем тебе море? — Скоро зима, а я всё один да один...

   — Что ты несёшь, Ёжик? — Море. — Зачем тебе море? — Скоро зима, а я всё один да один...

   — Медвежонок · мультфильм
7. «

   Звени, звени, моя осень, Звени, мое солнце.

   Звени, звени, моя осень, Звени, мое солнце.

   — Елена Генриховна Гуро
8. «

   — Любите вы уличное пение? — обратился вдруг Раскольников к одному, уже немолодому, прохожему, ставшему рядом с ним у шарманки и имевшему вид фланера. Тот дико посмотрел и удивился. — Я люблю, — продолжал Раскольников, но с таким видом, как будто вовсе и не об уличном пении говорил, — я люблю, как поют под шарманку в холодный, темный и сырой осенний вечер, непременно в сырой, когда у всех прохожих бледно-зеленые и больные лица; или, еще лучше, когда снег мокрый падает, совсем прямо, без ветру, знаете? а сквозь него фонари с газом блистают... — Не знаю-с... Извините... — пробормотал господин, испуганный и вопросом, и странным видом Раскольникова, и перешел на другую сторону улицы.

   — Любите вы уличное пение? — обратился вдруг Раскольников к одному, уже немолодому, прохожему, ставшему рядом с ним у шарманки и имевшему вид фланера. Тот дико посмотрел и удивился. — Я люблю, — продолжал Раскольников, но с таким видом, как будто вовсе и не об уличном пении говорил, — я люблю, как поют под шарманку в холодный, темный и сырой осенний вечер, непременно в сырой, когда у всех прохожих бледно-зеленые и больные лица; или, еще лучше, когда снег мокрый падает, совсем прямо, без ветру, знаете? а сквозь него фонари с газом блистают... — Не знаю-с... Извините... — пробормотал господин, испуганный и вопросом, и странным видом Раскольникова, и перешел на другую сторону улицы.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
9. «

   Мне сегодня приснилась опять Золотая пора листопада... Будто падаю в листья, Их готов целовать, Как сестру обнимая и брата. Будто сам я такой же листок, Унесённый с высокого клёна, И лежу на родимой землице — сынок, И на небо гляжу удивлённо. И вся жизнь предстает предо мной Дымкой розовой, облаком дивным, И торопится вдаль по дороге лесной, Где бродил я подростком наивным. Перелётные птицы летят, Отзвенели своё, отсвистели. Скоро вьюги печали мои утолят, Скоро землю застелют метели.

   Мне сегодня приснилась опять Золотая пора листопада... Будто падаю в листья, Их готов целовать, Как сестру обнимая и брата. Будто сам я такой же листок, Унесённый с высокого клёна, И лежу на родимой землице — сынок, И на небо гляжу удивлённо. И вся жизнь предстает предо мной Дымкой розовой, облаком дивным, И торопится вдаль по дороге лесной, Где бродил я подростком наивным. Перелётные птицы летят, Отзвенели своё, отсвистели. Скоро вьюги печали мои утолят, Скоро землю застелют метели.

   — Александр Алексеевич Шаганов
10. «

    Мои пальцы из рук твоих выпали. Ты уходишь — нахмурила брови.

    Мои пальцы из рук твоих выпали. Ты уходишь — нахмурила брови.

    — Андрей Белый
11. «

    Поздняя осень. Погружен в раздумья, встречаю полдень при свете лампы...

    Поздняя осень. Погружен в раздумья, встречаю полдень при свете лампы...

    — Иида Дакоцу
12. «

    Мало кому суждено — любить грустную осень.

    Мало кому суждено — любить грустную осень.
13. «

    Aimons-nous doucement. L’Amour dans sa guérite, Ténébreux, embusqué, bande son arc fatal. Je connais les engins de son vieil arsenal:

    Aimons-nous doucement. L’Amour dans sa guérite, Ténébreux, embusqué, bande son arc fatal. Je connais les engins de son vieil arsenal:

    — Шарль Бодлер
14. «

    Как-то раз весной вдруг наступила осень.

    Как-то раз весной вдруг наступила осень.
15. «

    Вот и сентябрь... О, с какой неохотой из трубы выползает отощавший за лето дым.

    Вот и сентябрь... О, с какой неохотой из трубы выползает отощавший за лето дым.

    — Михаил Борисович Бару
16. «

    Есть угрюмая в осени проредь - как бы выношенность бытия: так просторно, что не о чем спорить и любая дорога — твоя. В этом призрачном тусклом пыланье, где возможности воспалены, исполняют любые желанья... Только не называют цены.

    Есть угрюмая в осени проредь - как бы выношенность бытия: так просторно, что не о чем спорить и любая дорога — твоя. В этом призрачном тусклом пыланье, где возможности воспалены, исполняют любые желанья... Только не называют цены.

    — Алексей Пурин
17. «

    Уходящая осень Красные листья клёнов По пути рассыпает.

    Уходящая осень Красные листья клёнов По пути рассыпает.

    — Накагава Оцую
18. «

    Нарисую осень за окошком: У плетня подсолнух, георгин. Листиков оранжевых лукошко, Ельник, что порой необходим.

    Нарисую осень за окошком: У плетня подсолнух, георгин. Листиков оранжевых лукошко, Ельник, что порой необходим.
19. «

    Осенний день высок и тих, Лишь слышно — ворон глухо Зовёт товарищей своих, Да кашляет старуха.

    Осенний день высок и тих, Лишь слышно — ворон глухо Зовёт товарищей своих, Да кашляет старуха.

    — Александр Александрович Блок
20. «

    В такую погоду хозяин придержит собаку, Не даст ей скитаться по мокрым холодным дворам, А я на плечах несу клочья осеннего мрака - Я собственной жизни безвольный и верный служака, И каждое утро гоню себя из дому сам.

    В такую погоду хозяин придержит собаку, Не даст ей скитаться по мокрым холодным дворам, А я на плечах несу клочья осеннего мрака - Я собственной жизни безвольный и верный служака, И каждое утро гоню себя из дому сам.