418 цитат на тему «отцы и дети» для поста

418 цитат про «отцы и дети»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Что ты сказал? — Я сказал… После того, как он сбежал с завода, я сказал, что мне стыдно быть его отцом… — И ты ещё гадаешь почему он ушёл? Если бы я услышала, что родной отец стыдится меня – свою дочь, то тоже бы сбежала из дома! — И я. Стыдно, Хьюго! Стыдно! — Знаете, я вовсе не то хотел сказать! — Нет. Но ты должен пойти в тот театр, попросить прощения у сына и вернуть его домой. Вот к чему я, Хьюго.

   — Что ты сказал? — Я сказал… После того, как он сбежал с завода, я сказал, что мне стыдно быть его отцом… — И ты ещё гадаешь почему он ушёл? Если бы я услышала, что родной отец стыдится меня – свою дочь, то тоже бы сбежала из дома! — И я. Стыдно, Хьюго! Стыдно! — Знаете, я вовсе не то хотел сказать! — Нет. Но ты должен пойти в тот театр, попросить прощения у сына и вернуть его домой. Вот к чему я, Хьюго.

   — Элизабет · сериал
2. «

   Я люблю своих детей, вопросов нет, но моя жизнь — просто отстой. Всё именно так, если ты — родитель! Удовольствий в жизни больше нет! Тебя никто больше не трахнет, эта веселуха закончилась для тебя! Вы не можете спать, вы не спите, вы не можете есть. Вы больше не едите завтраки как люди, вы едите быстро, стоя возле раковины на кухне, какие-нибудь макароны с сыром, которые не понравились дочери. И она вам сразу же: «Жри быстрее!» «Да я тут просто пытаюсь...» Ты больше не веселишься. Друзья-холостяки спрашивают: «Ну чё, видел новый фильм?» «Нет, блядь, я не видел новый фильм!» Ты даже не можешь насладиться тем, что ты отец, ведь чем там гордиться? Мы все отстойные родители! Все совершают огромные ошибки. А потом говорят: «Ой! Вот это я лажанулся! Ничего не поделаешь».

   Я люблю своих детей, вопросов нет, но моя жизнь — просто отстой. Всё именно так, если ты — родитель! Удовольствий в жизни больше нет! Тебя никто больше не трахнет, эта веселуха закончилась для тебя! Вы не можете спать, вы не спите, вы не можете есть. Вы больше не едите завтраки как люди, вы едите быстро, стоя возле раковины на кухне, какие-нибудь макароны с сыром, которые не понравились дочери. И она вам сразу же: «Жри быстрее!» «Да я тут просто пытаюсь...» Ты больше не веселишься. Друзья-холостяки спрашивают: «Ну чё, видел новый фильм?» «Нет, блядь, я не видел новый фильм!» Ты даже не можешь насладиться тем, что ты отец, ведь чем там гордиться? Мы все отстойные родители! Все совершают огромные ошибки. А потом говорят: «Ой! Вот это я лажанулся! Ничего не поделаешь».

   — Луис Си Кей
3. «

   Годы пройдут — останется боль! Детство искалечил алкоголь...

   Годы пройдут — останется боль! Детство искалечил алкоголь...
4. «

   Зачем отпустил ты сына нашего? Не предпочитай серебра серебру; пусть оно будет как сор, в сравнении с сыном нашим.

   Зачем отпустил ты сына нашего? Не предпочитай серебра серебру; пусть оно будет как сор, в сравнении с сыном нашим.

   — Мать · книга
5. «

   Есть единственная причина, чтобы иметь детей — хочется.

   Есть единственная причина, чтобы иметь детей — хочется.

   — Дима · фильм
6. «

   Мартышка и Лягушка. Я стараюсь быть хорошим папой. Изо всех сил. Но когда вы садитесь в машину и спрашиваете: «Чем это тут пахнет? Ты что, ел конфеты?» — мне приходится врать. Sorry.

   Мартышка и Лягушка. Я стараюсь быть хорошим папой. Изо всех сил. Но когда вы садитесь в машину и спрашиваете: «Чем это тут пахнет? Ты что, ел конфеты?» — мне приходится врать. Sorry.

   — Фредрик Бакман · книга
7. «

   Быть родителем нелегко. Сколько ни старайся, твои дети всё равно со временем поймут, что этот мир — одна большая куча дерьма, что он развращён, жесток. А ты просто хочешь уберечь их от него. Хочешь, чтобы они думали, что мир безопасен и справедлив. Что плохие будут наказаны, а хорошие получат награду. Потому что, если они поверят в это, поверишь и ты сам.

   Быть родителем нелегко. Сколько ни старайся, твои дети всё равно со временем поймут, что этот мир — одна большая куча дерьма, что он развращён, жесток. А ты просто хочешь уберечь их от него. Хочешь, чтобы они думали, что мир безопасен и справедлив. Что плохие будут наказаны, а хорошие получат награду. Потому что, если они поверят в это, поверишь и ты сам.

   — Джексон Герво · сериал
8. «

   — Крайне невоспитанный юноша. Вам не кажется, что в этом доля и вашей вины? — Они так быстро растут, что ее даже не успеваешь осознать — свою вину.

   — Крайне невоспитанный юноша. Вам не кажется, что в этом доля и вашей вины? — Они так быстро растут, что ее даже не успеваешь осознать — свою вину.

   — Виктоша
9. «

   Безумная девочка. Но она не знает, как нужно вести себя с родителями. Просто игнорировать их недостаточно. Их надо арестовать, отдать под суд, заставить признать себя виновными, отправить их куда-нибудь в глушь, чтоб научились самокритике!

   Безумная девочка. Но она не знает, как нужно вести себя с родителями. Просто игнорировать их недостаточно. Их надо арестовать, отдать под суд, заставить признать себя виновными, отправить их куда-нибудь в глушь, чтоб научились самокритике!

   — Тео (брат-близнец Изабель) · фильм
10. «

    Как! Вопреки отцу посмел он полюбить!

    Как! Вопреки отцу посмел он полюбить!

    — Жан-Батист Мольер · книга
11. «

    Момент, когда ваше дитя заявляет, что ненавидит вас, — а через это проходит каждый ребенок — это как удар ногой в живот.

    Момент, когда ваше дитя заявляет, что ненавидит вас, — а через это проходит каждый ребенок — это как удар ногой в живот.

    — Кэтрин Стокетт · книга
12. «

    Знай его отец, сколько еще таких же мучительных минут проведет его сын в ожидании этой девушки, глаза его вылезли бы из орбит, и он навсегда остался бы лупоглазым. Но сын тогда и сам этого еще не знал.

    Знай его отец, сколько еще таких же мучительных минут проведет его сын в ожидании этой девушки, глаза его вылезли бы из орбит, и он навсегда остался бы лупоглазым. Но сын тогда и сам этого еще не знал.

    — Фредрик Бакман · книга
13. «

    Такого дяди племянница, а вавилоны на голове устраиваешь!

    Такого дяди племянница, а вавилоны на голове устраиваешь!

    — Алик (друг Кости) · фильм
14. «

    ... Мы едем на троллейбусе № 23. Он останавливается у Столешникова переулка, у магазина «Меха». За окном — распятая шкура волка, черно-бурые лисы, свернувшиеся клубочком, шапки из зайцев, каракуль. Был вечер, и в витрине уже зажгли освещение. «Магазин убитых», — сказала моя дочь. Она не могла простить человечеству ни ружей, ни бомб, ни самой смерти как системы. Потом, когда обе мои бывшие жены разлучили меня с дочерью — одна из высоких и благородных соображений («этот подлец никогда не увидит моей дочери!»), а вторая из-за нестерпимой, болезненной ревности, — я часто приезжал к её детскому саду и, стоя в тени дерева, издали видел, как в смешном строю красных, голубых, розовых шапочек плывёт и её цыплячья шапочка, для защиты от ветра изнутри подбитая шелком. Я чувствовал, что моя дочь скучает без меня. Я это не просто знал, а чувствовал. Нас не разлучали ни километры, ни океаны, ни снега. Нас разлучали страсти, ужасающая жестокость характеров, желание сделать маленького человека, рожденного для добра, орудием злобной мести. Никогда, до самой смерти я не смогу простить этого ни себе, ни обеим этим женщинам, моим бывшим женам, которых я любил и которые клялись мне в вечной любви. <...> «Мне пора на витрину, — думал я, — туда, где распят серый волк над свёрнутой в калачик черно-бурой лисой. В магазин убитых». Так я думал о себе, и это была правда. Я был убит. То, что осталось от меня, было уже другим человеком.

    ... Мы едем на троллейбусе № 23. Он останавливается у Столешникова переулка, у магазина «Меха». За окном — распятая шкура волка, черно-бурые лисы, свернувшиеся клубочком, шапки из зайцев, каракуль. Был вечер, и в витрине уже зажгли освещение. «Магазин убитых», — сказала моя дочь. Она не могла простить человечеству ни ружей, ни бомб, ни самой смерти как системы. Потом, когда обе мои бывшие жены разлучили меня с дочерью — одна из высоких и благородных соображений («этот подлец никогда не увидит моей дочери!»), а вторая из-за нестерпимой, болезненной ревности, — я часто приезжал к её детскому саду и, стоя в тени дерева, издали видел, как в смешном строю красных, голубых, розовых шапочек плывёт и её цыплячья шапочка, для защиты от ветра изнутри подбитая шелком. Я чувствовал, что моя дочь скучает без меня. Я это не просто знал, а чувствовал. Нас не разлучали ни километры, ни океаны, ни снега. Нас разлучали страсти, ужасающая жестокость характеров, желание сделать маленького человека, рожденного для добра, орудием злобной мести. Никогда, до самой смерти я не смогу простить этого ни себе, ни обеим этим женщинам, моим бывшим женам, которых я любил и которые клялись мне в вечной любви. <...> «Мне пора на витрину, — думал я, — туда, где распят серый волк над свёрнутой в калачик черно-бурой лисой. В магазин убитых». Так я думал о себе, и это была правда. Я был убит. То, что осталось от меня, было уже другим человеком.

    — Юрий Визбор · книга
15. «

    Не так страшен чёрт, как его малютки.

    Не так страшен чёрт, как его малютки.

    — Николай Семёнович Лесков
16. «

    Когда я учился рисовать, профессор мне сказал: если родителям нравится, значит — дерьмо.

    Когда я учился рисовать, профессор мне сказал: если родителям нравится, значит — дерьмо.

    — Серж Генсбур · фильм
17. «

    — Чё ты там смастерил? — Гроб. — Кого? Гроб? Да ты что, мать заругает... Да у тебя целое кладби́ще!

    — Чё ты там смастерил? — Гроб. — Кого? Гроб? Да ты что, мать заругает... Да у тебя целое кладби́ще!

    — Сергей Михайлович (Михалыч) · фильм
18. «

    То, что говорит отец, правильно.

    То, что говорит отец, правильно.

    — Маргит Сандему · книга
19. «

    На то и существуют дети, чтобы портить родителям нервы. А без этого и жить было бы неинтересно.

    На то и существуют дети, чтобы портить родителям нервы. А без этого и жить было бы неинтересно.

    — Николь Де Бюрон · книга
20. «

    Разлад отцов с детьми — залог тех постоянных изменений, в которых что-то ищет Бог, играя сменой поколений.

    Разлад отцов с детьми — залог тех постоянных изменений, в которых что-то ищет Бог, играя сменой поколений.

    — Игорь Губерман