185 цитат про «Петербург» — коротко и по делу

Тема «Петербург» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 185 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Скрепив очки простой веревкой, седой старик читает книгу. Горит свеча, и мглистый воздух в страницах ветром шелестит. Старик, вздыхая гладит волос и хлеба черствую ковригу, Грызет зубов былых остатком и громко челюстью хрустит.

   Скрепив очки простой веревкой, седой старик читает книгу. Горит свеча, и мглистый воздух в страницах ветром шелестит. Старик, вздыхая гладит волос и хлеба черствую ковригу, Грызет зубов былых остатком и громко челюстью хрустит.

   — Даниил Хармс
2. «

   В Москве он так опускался, что в самом деле, если бы пожить там долго, дошел бы, чего доброго, и до спасения души; в Петербурге же он чувствовал себя опять порядочным человеком.

   В Москве он так опускался, что в самом деле, если бы пожить там долго, дошел бы, чего доброго, и до спасения души; в Петербурге же он чувствовал себя опять порядочным человеком.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
3. «

   Панель надо строить за МКАД. Достаточно, что пол-Москвы в хрущёвках. Ни в одной столице Европы не строят панельные дома. И в Москве, и в Питере надо запретить возводить панель.

   Панель надо строить за МКАД. Достаточно, что пол-Москвы в хрущёвках. Ни в одной столице Европы не строят панельные дома. И в Москве, и в Питере надо запретить возводить панель.

   — Сергей Юрьевич Полонский
4. «

   Жить в Петербурге действительно невозможно. Зато умереть тут — действительно красиво. Место, где люди живут хотя бы несколько столетий, обязательно станет напоминать о смерти. Любое место — необязательно Петербург. Хотя к Петербургу это относится особенно.

   Жить в Петербурге действительно невозможно. Зато умереть тут — действительно красиво. Место, где люди живут хотя бы несколько столетий, обязательно станет напоминать о смерти. Любое место — необязательно Петербург. Хотя к Петербургу это относится особенно.

   — Илья Стогoff · книга
5. «

   Ночь стучится в окна дождём И зовёт пройтись по мостам. Рано… Мы ещё подождём – Мы верны лишь белым ночам.

   Ночь стучится в окна дождём И зовёт пройтись по мостам. Рано… Мы ещё подождём – Мы верны лишь белым ночам.
6. «

   — Ну, где-где, в Ленинграде! — В каком Ленинграде? Города такого давно нет уже! — Города нет, а 3-я улица Строителей осталась...

   — Ну, где-где, в Ленинграде! — В каком Ленинграде? Города такого давно нет уже! — Города нет, а 3-я улица Строителей осталась...

   — Женя Лукашин · фильм
7. «

   Здесь везде памятники архитектуры конца какого-то века. Это же Питер!

   Здесь везде памятники архитектуры конца какого-то века. Это же Питер!

   — Саша («Квартет И») · фильм
8. «

   Посмотрите, посмотрите, Вот задумался о чем-то Незнакомец в альмавиве, Опершись на парапет...

   Посмотрите, посмотрите, Вот задумался о чем-то Незнакомец в альмавиве, Опершись на парапет...

   — Николай Яковлевич Агнивцев
9. «

   А может быть в Питер, и всё образуется...

   А может быть в Питер, и всё образуется...
10. «

    Город, где я напиваюсь, еще не проснувшись - Иначе не выйти под северный дождь, Не пробраться меж каплями, Чтоб как-нибудь выразить всё же твою невыразимую сущность, А, может быть, даже несмело шепнуть Незатейливый комплимент...

    Город, где я напиваюсь, еще не проснувшись - Иначе не выйти под северный дождь, Не пробраться меж каплями, Чтоб как-нибудь выразить всё же твою невыразимую сущность, А, может быть, даже несмело шепнуть Незатейливый комплимент...
11. «

    Как она сказала тогда? «Это Москва, Мэтт... город чудес в стране чудес...» А Санкт-Петербург, имперский город, так не похож на Москву. Там была пряничная разноцветная иконопись, пропитанная ароматом ладана, разукрашенная золотом, — какая-то туземная архитектура! Там — магия врубелевского демона в Третьяковке, висячих садов декадентского ресторана посреди грязных улиц, чудовищного даже для стойкого британца мороза, скрипящего снега. Тут – прохладная, влажная и свежая весна, строгие как Верховный суд, классические здания, ажурные мосты. Красота этого города настолько изощрена, что кажется и строгой, и порочной одновременно. Тут люди изнемогают рассудком от полуночного света.

    Как она сказала тогда? «Это Москва, Мэтт... город чудес в стране чудес...» А Санкт-Петербург, имперский город, так не похож на Москву. Там была пряничная разноцветная иконопись, пропитанная ароматом ладана, разукрашенная золотом, — какая-то туземная архитектура! Там — магия врубелевского демона в Третьяковке, висячих садов декадентского ресторана посреди грязных улиц, чудовищного даже для стойкого британца мороза, скрипящего снега. Тут – прохладная, влажная и свежая весна, строгие как Верховный суд, классические здания, ажурные мосты. Красота этого города настолько изощрена, что кажется и строгой, и порочной одновременно. Тут люди изнемогают рассудком от полуночного света.

    — Елена Котова · книга
12. «

    В Петербурге разработан классический метод кадрежа: перевозите девушку на противоположный берег, и она никуда от вас не денется, пока не сведут мосты, часов в пять утра.

    В Петербурге разработан классический метод кадрежа: перевозите девушку на противоположный берег, и она никуда от вас не денется, пока не сведут мосты, часов в пять утра.

    — Фредерик Бегбедер · книга
13. «

    Ну, а город нам поможет, Всех укутает собой. Улыбается прохожим Серый кот на мостовой, Знает тайну он простую: В Петербурге снег – к добру! А метель опять рисует Белым мелом по стеклу…

    Ну, а город нам поможет, Всех укутает собой. Улыбается прохожим Серый кот на мостовой, Знает тайну он простую: В Петербурге снег – к добру! А метель опять рисует Белым мелом по стеклу…
14. «

    Ленинградская жизнь сразу же показалась Тане более породистой, с интересным корешком, и как-то лучше обставленной во всех отношениях, — и улицы, и вещи, и люди обладали большим удельным весом, что ли.

    Ленинградская жизнь сразу же показалась Тане более породистой, с интересным корешком, и как-то лучше обставленной во всех отношениях, — и улицы, и вещи, и люди обладали большим удельным весом, что ли.

    — Людмила Улицкая · книга
15. «

    Но коль выпало мне питерцем быть, Никогда Москва не станет родной, Но я знать хочу её и любить, Так покажите, москвичи, город свой.

    Но коль выпало мне питерцем быть, Никогда Москва не станет родной, Но я знать хочу её и любить, Так покажите, москвичи, город свой.
16. «

    Как я рад, как я рад, Что поеду в Ленинград!

    Как я рад, как я рад, Что поеду в Ленинград!

    — Корней Иванович Чуковский
17. «

    Не важно, из Питера ты или из Москвы, всех нас объединяет одно — 3-я улица Строителей, дом 25, кв.12.

    Не важно, из Питера ты или из Москвы, всех нас объединяет одно — 3-я улица Строителей, дом 25, кв.12.
18. «

    Санкт-Петербург — капризный город. Словно ветреная, избалованная красавица, которая сначала дарит улыбки, а потом ускользает, скрывшись в пестрой толпе. Сегодня она мила и игрива, а уже завтра на что-то обижена. Не угадаешь, не поймешь и не застрахуешься от неожиданных перемен настроения. Такие же чудеса творятся с погодой в Санкт-Петербурге. Только что светило солнце, миг — и резко потемнело, наползли низкие тучи с Невы, и начался дождь. Мелкий, моросливый, по такому не поймешь, то ли он закончится с минуты на минуту, то ли будет надоедать сутки.

    Санкт-Петербург — капризный город. Словно ветреная, избалованная красавица, которая сначала дарит улыбки, а потом ускользает, скрывшись в пестрой толпе. Сегодня она мила и игрива, а уже завтра на что-то обижена. Не угадаешь, не поймешь и не застрахуешься от неожиданных перемен настроения. Такие же чудеса творятся с погодой в Санкт-Петербурге. Только что светило солнце, миг — и резко потемнело, наползли низкие тучи с Невы, и начался дождь. Мелкий, моросливый, по такому не поймешь, то ли он закончится с минуты на минуту, то ли будет надоедать сутки.

    — Анна Одувалова · книга
19. «

    А в глазах плещет радость, и ветер всегда с Невы. И зонтов здесь не надо, под каплями синевы Мы растем быстрее и тянемся к небу, ввысь, Где мечты зажглись...

    А в глазах плещет радость, и ветер всегда с Невы. И зонтов здесь не надо, под каплями синевы Мы растем быстрее и тянемся к небу, ввысь, Где мечты зажглись...

    — Поль Корде · книга
20. «

    Петербург — самый страшный, зовущий и молодящий кровь — из европейских городов.

    Петербург — самый страшный, зовущий и молодящий кровь — из европейских городов.

    — Александр Александрович Блок