636 цитат про «писатели» от великих людей

Собрали 636 цитат на тему «писатели» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   В мире нет нехватки в прекрасных писателях, но есть недостаток в надежных читателях. Поэтому я предлагаю, чтобы всем безработным выдавали очередной чек на получение пособия в обмен на список прочитанных книг.

   В мире нет нехватки в прекрасных писателях, но есть недостаток в надежных читателях. Поэтому я предлагаю, чтобы всем безработным выдавали очередной чек на получение пособия в обмен на список прочитанных книг.

   — Курт Воннегут
2. «

   Писательство — это и маска, и разоблачение.

   Писательство — это и маска, и разоблачение.

   — Элвин Брукс Уайт
3. «

   Заслуга одних состоит в том, что они хорошо пишут. Заслуга других в том, что они не пишут совсем.

   Заслуга одних состоит в том, что они хорошо пишут. Заслуга других в том, что они не пишут совсем.

   — Жан де Лабрюйер
4. «

   Советской прозы не существует вообще. Но есть отдельные отличные книжки. Их следует прочесть.

   Советской прозы не существует вообще. Но есть отдельные отличные книжки. Их следует прочесть.

   — Сергей Довлатов · книга
5. «

   У Достоевского есть вещи, которым веришь и которым не веришь, но есть и такие правдивые, что, читая их, чувствуешь, как меняешься сам, — слабость и безумие, порок и святость, одержимость азарта становились реальностью, как становились реальностью пейзажи и дороги Тургенева и передвижение войск, театр военных действий, офицеры, солдаты и сражения у Толстого.

   У Достоевского есть вещи, которым веришь и которым не веришь, но есть и такие правдивые, что, читая их, чувствуешь, как меняешься сам, — слабость и безумие, порок и святость, одержимость азарта становились реальностью, как становились реальностью пейзажи и дороги Тургенева и передвижение войск, театр военных действий, офицеры, солдаты и сражения у Толстого.

   — Эрнест Хемингуэй
6. «

   Только то, что было исповедью писателя, только то создание, в котором он сжег себя дотла, — для того ли, чтобы родиться для новых созданий, или для того, чтобы умереть, — только оно может стать великим.

   Только то, что было исповедью писателя, только то создание, в котором он сжег себя дотла, — для того ли, чтобы родиться для новых созданий, или для того, чтобы умереть, — только оно может стать великим.

   — Александр Александрович Блок
7. «

   — Почему ты продолжаешь писать? Почему продолжаешь портить репутацию моей семьи? — Это всё голоса. Не могу их остановить, они ко мне приходят. Когда ем, когда сплю, когда иду по залу... И сладостные мечты юной девы, и неудержимое тщеславие придворного, подлые замыслы убийц, мольбы их несчастных жертв... Только когда я переношу их голоса, их слова, на пергамент, они исчезают, освободившись, и лишь тогда мой мозг успокаивается, обретая покой. Я бы помешался, если бы не записывал эти голоса. — Не одержимость ли это? — Возможно, ты права.

   — Почему ты продолжаешь писать? Почему продолжаешь портить репутацию моей семьи? — Это всё голоса. Не могу их остановить, они ко мне приходят. Когда ем, когда сплю, когда иду по залу... И сладостные мечты юной девы, и неудержимое тщеславие придворного, подлые замыслы убийц, мольбы их несчастных жертв... Только когда я переношу их голоса, их слова, на пергамент, они исчезают, освободившись, и лишь тогда мой мозг успокаивается, обретая покой. Я бы помешался, если бы не записывал эти голоса. — Не одержимость ли это? — Возможно, ты права.

   — Эдуард де Вер (17-й граф Оксфорд) · фильм
8. «

   Мистер Флеминг предупреждает, что, если вы не перечислите гонорар вовремя, миссис Флеминг придется всю следующую неделю питаться одной спаржей.

   Мистер Флеминг предупреждает, что, если вы не перечислите гонорар вовремя, миссис Флеминг придется всю следующую неделю питаться одной спаржей.

   — Ян Флеминг
9. «

   Из двух соавторов каждый уверен, что на его долю выпал весь труд и только пол гонорара.

   Из двух соавторов каждый уверен, что на его долю выпал весь труд и только пол гонорара.

   — Агата Кристи
10. «

    – Я считаю Сент-Мэри-Мид, – многозначительно отчеканил он, – лужей со стоячей водой. Он взглянул на всех вызывающе, ожидая возражений, но никто не возмутился; мне кажется, это его разочаровало. – Сравнение не очень удачное, милый Рэймонд, – живо отозвалась мисс Марпл. – Мне кажется, если посмотреть в микроскоп на каплю воды из стоячей лужи, жизнь там, наоборот, так и кипит. – Конечно, там кишит всякая мелочь, – сказал литератор. – Но ведь это тоже жизнь, в принципе мало отличающаяся от всякой другой, – сказала мисс Марпл. – Вы равняете себя с инфузорией из стоячей лужи, тетя Джейн? – Мой милый, это же основная мысль твоего последнего романа, я запомнила. Остроумные молодые люди обычно не любят, когда их собственные изречения обращают против них.

    – Я считаю Сент-Мэри-Мид, – многозначительно отчеканил он, – лужей со стоячей водой. Он взглянул на всех вызывающе, ожидая возражений, но никто не возмутился; мне кажется, это его разочаровало. – Сравнение не очень удачное, милый Рэймонд, – живо отозвалась мисс Марпл. – Мне кажется, если посмотреть в микроскоп на каплю воды из стоячей лужи, жизнь там, наоборот, так и кипит. – Конечно, там кишит всякая мелочь, – сказал литератор. – Но ведь это тоже жизнь, в принципе мало отличающаяся от всякой другой, – сказала мисс Марпл. – Вы равняете себя с инфузорией из стоячей лужи, тетя Джейн? – Мой милый, это же основная мысль твоего последнего романа, я запомнила. Остроумные молодые люди обычно не любят, когда их собственные изречения обращают против них.

    — Агата Кристи · книга
11. «

    Меня сделали писателем песни отца и речи безумных.

    Меня сделали писателем песни отца и речи безумных.

    — Ганс Кристиан Андерсен
12. «

    Профессия писателя — самая одинокая на свете. Именно это сразу же воспринимаем как данность мы, решившие зарабатывать на жизнь таким способом. По моему мнению, если бы нам хотелось получше узнать людей, мы бы пошли работать гидами или пианистами в гостиницу.

    Профессия писателя — самая одинокая на свете. Именно это сразу же воспринимаем как данность мы, решившие зарабатывать на жизнь таким способом. По моему мнению, если бы нам хотелось получше узнать людей, мы бы пошли работать гидами или пианистами в гостиницу.

    — Феликс Пальма · книга
13. «

    Писательство все чаще и чаще кажется мне родом недуга, эдаким странным вирусом, который отделяет автора от других людей и побуждает его совершать бессмысленные поступки (к примеру, запираться в комнате и долгими часами сидеть перед чистым листом бумаги вместо того, чтобы ласкать юное создание с нежной кожей).

    Писательство все чаще и чаще кажется мне родом недуга, эдаким странным вирусом, который отделяет автора от других людей и побуждает его совершать бессмысленные поступки (к примеру, запираться в комнате и долгими часами сидеть перед чистым листом бумаги вместо того, чтобы ласкать юное создание с нежной кожей).

    — Фредерик Бегбедер · книга
14. «

    — У вас есть все необходимое, мадам? — Да, я запаслась всем. У меня груды бумаги и океаны чернил. И я уверена, у Робина есть джин. Что еще нужно девушке? — Вы привезли с собой свои чернила? — Как всегда. Кто я такая без чернил?!

    — У вас есть все необходимое, мадам? — Да, я запаслась всем. У меня груды бумаги и океаны чернил. И я уверена, у Робина есть джин. Что еще нужно девушке? — Вы привезли с собой свои чернила? — Как всегда. Кто я такая без чернил?!

    — Эркюль Пуаро · сериал
15. «

    Больше всего на свете я сожалею о том, что моя мать так и не узнала, что я стала писателем.

    Больше всего на свете я сожалею о том, что моя мать так и не узнала, что я стала писателем.

    — Джоан Роулинг
16. «

    Мне кажется, мама, писателя начинают ценить только тогда, когда он уже умер. Вдруг все резко вспоминают, каким он был прекрасным человеком! Как талантливо излагал свои мысли! Как заглядывал людям прямо в душу! Но вот только пока писатель еще жив, никому он не нужен. Никто и не замечает даже, что он живой, что он трудится для читателя, ждет ответа, отклика…

    Мне кажется, мама, писателя начинают ценить только тогда, когда он уже умер. Вдруг все резко вспоминают, каким он был прекрасным человеком! Как талантливо излагал свои мысли! Как заглядывал людям прямо в душу! Но вот только пока писатель еще жив, никому он не нужен. Никто и не замечает даже, что он живой, что он трудится для читателя, ждет ответа, отклика…

    — Айя
17. «

    Помню, Иосиф Бродский высказался следующим образом: — Ирония есть нисходящая метафора. Я удивился: — Что это значит — нисходящая метафора? — Объясняю, — сказал Иосиф, — вот послушайте. «Её глаза как бирюза» — это восходящая метафора. А «её глаза как тормоза» — это нисходящая метафора.

    Помню, Иосиф Бродский высказался следующим образом: — Ирония есть нисходящая метафора. Я удивился: — Что это значит — нисходящая метафора? — Объясняю, — сказал Иосиф, — вот послушайте. «Её глаза как бирюза» — это восходящая метафора. А «её глаза как тормоза» — это нисходящая метафора.

    — Сергей Довлатов · книга
18. «

    Человек, который хочет сделаться писателем, раньше всего должен стать хорошим читателем.

    Человек, который хочет сделаться писателем, раньше всего должен стать хорошим читателем.

    — Самуил Маршак
19. «

    Страсть к перу, право, всё равно, что страсть к бутылке. Человек должен научиться себя обуздывать.

    Страсть к перу, право, всё равно, что страсть к бутылке. Человек должен научиться себя обуздывать.

    — Уильям Голдинг · книга
20. «

    У писателя, как у любого мастерового человека, после окончания серьезной работы всегда остаются отходы производства: не вошедшие (по разным соображениям) в повесть, рассказ или роман эпизоды, образы, диалоги, детали… Все это годами копится в блокнотах и записных книжках, «остывает» – ведь ты отдаляешься во времени от написания своих вещей – и, наконец, забывается… Но иногда, случайно, наткнешься вдруг на такой неиспользованный образ или диалог – и задумаешься, и обязательно мысль побежит дальше, дальше, отыскивая новые дорожки, рождая новые ассоциации. И давние какие-то картинки, давние слова или детали вдруг освещаются совсем с другой стороны. Вернее, на них просто падает отсвет сегодняшнего дня. Эге, думаешь ты со сметкой мастерового, а ведь эта рухлядь еще может послужить…

    У писателя, как у любого мастерового человека, после окончания серьезной работы всегда остаются отходы производства: не вошедшие (по разным соображениям) в повесть, рассказ или роман эпизоды, образы, диалоги, детали… Все это годами копится в блокнотах и записных книжках, «остывает» – ведь ты отдаляешься во времени от написания своих вещей – и, наконец, забывается… Но иногда, случайно, наткнешься вдруг на такой неиспользованный образ или диалог – и задумаешься, и обязательно мысль побежит дальше, дальше, отыскивая новые дорожки, рождая новые ассоциации. И давние какие-то картинки, давние слова или детали вдруг освещаются совсем с другой стороны. Вернее, на них просто падает отсвет сегодняшнего дня. Эге, думаешь ты со сметкой мастерового, а ведь эта рухлядь еще может послужить…

    — Дина Рубина · книга