159 афоризмов на тему «похороны»

159 цитат про «похороны»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Мистер Кэррингтон оставил чёткие инструкции касательно того, как должны пройти похороны. Его нужно облачить в просто чёрный костюм марки «Хэрроу энд Санс» и положить в простой дубовый гроб. — Человек из народа. До последнего. — Церковь должна утопать в белоснежных орхидеях, а гроб на кладбище Окленд должны доставить в карете, запряжённый вороными барбансоны, в сопровождении духового оркестра. — Я погорячилась.

   — Мистер Кэррингтон оставил чёткие инструкции касательно того, как должны пройти похороны. Его нужно облачить в просто чёрный костюм марки «Хэрроу энд Санс» и положить в простой дубовый гроб. — Человек из народа. До последнего. — Церковь должна утопать в белоснежных орхидеях, а гроб на кладбище Окленд должны доставить в карете, запряжённый вороными барбансоны, в сопровождении духового оркестра. — Я погорячилась.

   — Джозеф Андерс · сериал
2. «

   И на его похоронах никто не плакал, Кроме дождя, что на язык лопаты капал. На его похоронах никто не плакал, А ведь ушёл Российский критик и духовный папа!

   И на его похоронах никто не плакал, Кроме дождя, что на язык лопаты капал. На его похоронах никто не плакал, А ведь ушёл Российский критик и духовный папа!
3. «

   There's nothing like a funeral To make you feel alive.

   There's nothing like a funeral To make you feel alive.
4. «

   На похоронах всегда несут одну и ту же чушь. Говорят, каким ты был милым, замечательным и полным жизни, и что пришло твое время, и пути Господни неисповедимы. Никогда не скажут ничего плохого. Ты можешь быть хоть гигантским дерьмом в унитазе, и все равно запахнешь розой.

   На похоронах всегда несут одну и ту же чушь. Говорят, каким ты был милым, замечательным и полным жизни, и что пришло твое время, и пути Господни неисповедимы. Никогда не скажут ничего плохого. Ты можешь быть хоть гигантским дерьмом в унитазе, и все равно запахнешь розой.

   — Джорджия «Джордж» Ласс · сериал
5. «

   — Как прошли мои похороны? — Капитан сказал о тебе много хороших слов. — Портос даже слезу пустил. — Жаль, что я это пропустил.

   — Как прошли мои похороны? — Капитан сказал о тебе много хороших слов. — Портос даже слезу пустил. — Жаль, что я это пропустил.

   — Атос · сериал
6. «

   Смерть — это воровка. Она забирает у нас и хранит человека тем, кем он был. Когда смерть крадёт у нас такого неповторимого человека, как Аманда, то у нас исчезает не только её прошлое, но и то, кем она была каждый день. Аманда была особой, но ей всегда было не легко, у неё забрали детство, юность была не простой, ей не повезло носить фамилию преступника, но она носила её с достоинством, пока не приобрела себе новую — Аманда Портер. Это имя стало её собственным, не нуждающимся в предыстории, у неё был мужчина, который любил её, все её сильные и слабые стороны. Аманда, мы все приняли тебя и любим тебя, будем защищать мужа и сына, которых ты оставила, сестру, с которой ты только познакомилась, мы будем встречать каждый новый день как дар, с той же храбростью и уверенностью, с которой ты прожила всю свою жизнь.

   Смерть — это воровка. Она забирает у нас и хранит человека тем, кем он был. Когда смерть крадёт у нас такого неповторимого человека, как Аманда, то у нас исчезает не только её прошлое, но и то, кем она была каждый день. Аманда была особой, но ей всегда было не легко, у неё забрали детство, юность была не простой, ей не повезло носить фамилию преступника, но она носила её с достоинством, пока не приобрела себе новую — Аманда Портер. Это имя стало её собственным, не нуждающимся в предыстории, у неё был мужчина, который любил её, все её сильные и слабые стороны. Аманда, мы все приняли тебя и любим тебя, будем защищать мужа и сына, которых ты оставила, сестру, с которой ты только познакомилась, мы будем встречать каждый новый день как дар, с той же храбростью и уверенностью, с которой ты прожила всю свою жизнь.

   — Эмили Торн / Аманда Кларк · сериал
7. «

   В дни перед похоронами я долгие часы стояла у гроба и смотрела на людей, проходивших через Колонный зал. Они вели себя по-разному. Кто нёс цветы, кто смотрел с любопытством, очень многие плакали. Мне было страшно оттого, что мои собственные чувства были противоречивы: я одновременно испытывала боль и облегчение, ругала себя, что я плохая дочь. Почему-то подумала, что, если бы я родилась в лачуге безвестного грузинского сапожника, как легко и естественно было мне, вместе с другими, ненавидеть того далёкого тирана, его партию, его дела и слова. Разве не ясно, где чёрное, а где белое? Но я родилась его дочерью. В детстве любимой… Странная мысль…

   В дни перед похоронами я долгие часы стояла у гроба и смотрела на людей, проходивших через Колонный зал. Они вели себя по-разному. Кто нёс цветы, кто смотрел с любопытством, очень многие плакали. Мне было страшно оттого, что мои собственные чувства были противоречивы: я одновременно испытывала боль и облегчение, ругала себя, что я плохая дочь. Почему-то подумала, что, если бы я родилась в лачуге безвестного грузинского сапожника, как легко и естественно было мне, вместе с другими, ненавидеть того далёкого тирана, его партию, его дела и слова. Разве не ясно, где чёрное, а где белое? Но я родилась его дочерью. В детстве любимой… Странная мысль…

   — Светлана Аллилуева
8. «

   — Сожалею, приятель, но похороны придётся отменить. — Что!? — То есть, могила вырыта и покойник лежит готовенький, в лучшем виде, хоть сейчас на тот свет, но похоронам не бывать. Это уж вы мне поверьте. — В чём дело? Разве я мало вам заплатил? — О нет! Дело тут не в деньгах. За двадцать долларов я могу похоронить любого. Но тут ничего не выйдет. — Да что же это такое? Я хочу его похоронить, вы хотите похоронить, я уверен, что и сам покойник за это предложение, считайте, что оно прошло единогласно! — Нет, это всё верно, вы поступили благородно, как истинный христианин. — Ну вот что, приятель! Я коммивояжёр — «Дамские корсеты», мне ваши похвалы ни к чему, я это не кушаю. Иду по улице, а человек вдруг падает замертво на землю. Битый час толпятся вокруг него зеваки и никто палец о палец не ударит. Я сделал то, что сделал бы каждый нормальный человек! — Пошли Генри, нам пора ехать. — Погоди немного, и покойнику пора ехать, такой товар долго держать на солнце не стоит. — Конечно, но в нашем городе есть люди, которые этого ни в коем случае не допустят. — Не допустят? Чего? — Не дадут хоронить его, понимаете? — У вас на кладбище? Разве на вашем кладбище собралось такое уж изысканное общество? Там никого, кроме отъявленных убийц и пьяниц нету. — Но они белыми явились на свет, а старик Сэм — индеец. — Никогда не думал, что нужно быть чем-то ещё кроме трупа, чтобы попасть на кладбище. С каких это пор так повелось в вашем городе? — Как только город стал цивилизованным.

   — Сожалею, приятель, но похороны придётся отменить. — Что!? — То есть, могила вырыта и покойник лежит готовенький, в лучшем виде, хоть сейчас на тот свет, но похоронам не бывать. Это уж вы мне поверьте. — В чём дело? Разве я мало вам заплатил? — О нет! Дело тут не в деньгах. За двадцать долларов я могу похоронить любого. Но тут ничего не выйдет. — Да что же это такое? Я хочу его похоронить, вы хотите похоронить, я уверен, что и сам покойник за это предложение, считайте, что оно прошло единогласно! — Нет, это всё верно, вы поступили благородно, как истинный христианин. — Ну вот что, приятель! Я коммивояжёр — «Дамские корсеты», мне ваши похвалы ни к чему, я это не кушаю. Иду по улице, а человек вдруг падает замертво на землю. Битый час толпятся вокруг него зеваки и никто палец о палец не ударит. Я сделал то, что сделал бы каждый нормальный человек! — Пошли Генри, нам пора ехать. — Погоди немного, и покойнику пора ехать, такой товар долго держать на солнце не стоит. — Конечно, но в нашем городе есть люди, которые этого ни в коем случае не допустят. — Не допустят? Чего? — Не дадут хоронить его, понимаете? — У вас на кладбище? Разве на вашем кладбище собралось такое уж изысканное общество? Там никого, кроме отъявленных убийц и пьяниц нету. — Но они белыми явились на свет, а старик Сэм — индеец. — Никогда не думал, что нужно быть чем-то ещё кроме трупа, чтобы попасть на кладбище. С каких это пор так повелось в вашем городе? — Как только город стал цивилизованным.

   — похоронных дел мастер · фильм
9. «

   Да как можно заниматься нашим делом иначе, чем с благочестивым цинизмом, если хочешь сберечь свою душу?

   Да как можно заниматься нашим делом иначе, чем с благочестивым цинизмом, если хочешь сберечь свою душу?

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    На похоронах трудно избежать пафоса и тайного, глубоко запрятанного удовлетворения от того, что не ты лежишь в этом ужасном полированном ящике.

    На похоронах трудно избежать пафоса и тайного, глубоко запрятанного удовлетворения от того, что не ты лежишь в этом ужасном полированном ящике.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
11. «

    Легче, чем пух, камень плиты. Брось на нее цветы. Твой player гоняет отличный рок, Но зря ты вошел с ним за эту ограду. Зря ты спросил, кто сюда лег. Здесь похоронен ты.

    Легче, чем пух, камень плиты. Брось на нее цветы. Твой player гоняет отличный рок, Но зря ты вошел с ним за эту ограду. Зря ты спросил, кто сюда лег. Здесь похоронен ты.
12. «

    — Я была на похоронах, попрощалась с ним. — Это не значит, что ты с этим смирилась.

    — Я была на похоронах, попрощалась с ним. — Это не значит, что ты с этим смирилась.

    — Фэллон Кэррингтон · сериал
13. «

    Мэрилин нет с нами уже целый месяц. Вспоминая её похороны, я поражаюсь собственному спокойствию в тот день. Моё сердце будто онемело. Возможно, это как-то связано с тем, что я был рядом, когда она умирала. Я сделал всё, что было в моих силах. Я редко отходил от неё и считал её последние вдохи. И этот последний поцелуй в ледяную щёку – именно тогда я по-настоящему сказал «прощай».

    Мэрилин нет с нами уже целый месяц. Вспоминая её похороны, я поражаюсь собственному спокойствию в тот день. Моё сердце будто онемело. Возможно, это как-то связано с тем, что я был рядом, когда она умирала. Я сделал всё, что было в моих силах. Я редко отходил от неё и считал её последние вдохи. И этот последний поцелуй в ледяную щёку – именно тогда я по-настоящему сказал «прощай».

    — Ирвин Ялом
14. «

    Люди готовы завидовать даже красивым похоронам.

    Люди готовы завидовать даже красивым похоронам.

    — Владислав Гжегорчик
15. «

    По похоронам можно понять, каков человек.

    По похоронам можно понять, каков человек.

    — Мюбиджел · сериал
16. «

    Возраст у меня такой, что, покупая обувь, я каждый раз задумываюсь: «Не в этих ли штиблетах меня будут хоронить?»

    Возраст у меня такой, что, покупая обувь, я каждый раз задумываюсь: «Не в этих ли штиблетах меня будут хоронить?»

    — Сергей Довлатов · книга
17. «

    У него никогда не болело сердце, когда он засыпал грязью крошечные тела. Он никогда не грустил и не плакал. «Хорошо, что ты умер так рано. Тебе повезло. Тебе больше не пришлось страдать». Это были единственные слова, которые он им говорил. «Эй, малыш, сколько месяцев ты прожил? Два? Три? Протянул полгода? Тогда, этого должно было хватить. Даже не думай перерождаться. Тебя все равно ждет, в итоге, такая же участь. А если так уж тебе этого хочется, возвращайся сорняком, растущим на краю дороги или щенком. Тогда ты будешь в сто раз счастливее. Ты слышишь, да? Никогда, никогда больше не рождайся человеком». Это была еще одна вещь, которую он говорил им.

    У него никогда не болело сердце, когда он засыпал грязью крошечные тела. Он никогда не грустил и не плакал. «Хорошо, что ты умер так рано. Тебе повезло. Тебе больше не пришлось страдать». Это были единственные слова, которые он им говорил. «Эй, малыш, сколько месяцев ты прожил? Два? Три? Протянул полгода? Тогда, этого должно было хватить. Даже не думай перерождаться. Тебя все равно ждет, в итоге, такая же участь. А если так уж тебе этого хочется, возвращайся сорняком, растущим на краю дороги или щенком. Тогда ты будешь в сто раз счастливее. Ты слышишь, да? Никогда, никогда больше не рождайся человеком». Это была еще одна вещь, которую он говорил им.

    — Асано Ацуко · книга
18. «

    Похоронное бюро — это монумент смерти; иными словами, это монумент ужасу.

    Похоронное бюро — это монумент смерти; иными словами, это монумент ужасу.

    — Хавьер Серкас · книга
19. «

    Как только мы стали хоронить, мы стали людьми. Когда кого-то хоронят, мы спрашиваем: «Кого хоронят?» Никогда не спрашиваем: «Зачем хоронят?»

    Как только мы стали хоронить, мы стали людьми. Когда кого-то хоронят, мы спрашиваем: «Кого хоронят?» Никогда не спрашиваем: «Зачем хоронят?»

    — Михаил Юрьевич Елизаров
20. «

    Чьи похороны, тот и заказывает музыку.

    Чьи похороны, тот и заказывает музыку.

    — Мартин Эмис · книга