Подборка «полиция» — 119 цитат

119 цитат про «полиция»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Чем ты опять недоволен? Этот тип убил полицейского, а ты хочешь, чтобы я осыпал его подарками? — Не факт, что убил он, но как бы там ни было, ты мог бы выполнять свою работу не перегибая палку. — Роже, ты начинаешь мне надоедать. Ты мне не начальник! Такие типы — это черви, а их следует давить. Если бы на месте того полицейского был твой отец или брат, ты бы говорил по-другому. — Ты так думаешь? — Не сомневаюсь. Ты не профессионал. — Я расскажу тебе историю, Люсьен. Я ее никогда не рассказываю. Представь себе, у меня был брат, которого я очень любил. В 44-м люди из гестапо схватили его на улице Лористон. Не знаю, хорошо ли ты понимаешь, о чем я говорю. Они так «одарили» его «подарками» в твоем стиле, что он умер. — Не надо смешивать. — Я пришел в полицию не за этим. Когда я получал жетон, я понимал, что меня могут убить, но я также понимал, что если я полицейский, то это не значит, что мне все позволено! Тот, кто прибегает к таким методам, опускается еще ниже тех, кого он считает червями.

   — Чем ты опять недоволен? Этот тип убил полицейского, а ты хочешь, чтобы я осыпал его подарками? — Не факт, что убил он, но как бы там ни было, ты мог бы выполнять свою работу не перегибая палку. — Роже, ты начинаешь мне надоедать. Ты мне не начальник! Такие типы — это черви, а их следует давить. Если бы на месте того полицейского был твой отец или брат, ты бы говорил по-другому. — Ты так думаешь? — Не сомневаюсь. Ты не профессионал. — Я расскажу тебе историю, Люсьен. Я ее никогда не рассказываю. Представь себе, у меня был брат, которого я очень любил. В 44-м люди из гестапо схватили его на улице Лористон. Не знаю, хорошо ли ты понимаешь, о чем я говорю. Они так «одарили» его «подарками» в твоем стиле, что он умер. — Не надо смешивать. — Я пришел в полицию не за этим. Когда я получал жетон, я понимал, что меня могут убить, но я также понимал, что если я полицейский, то это не значит, что мне все позволено! Тот, кто прибегает к таким методам, опускается еще ниже тех, кого он считает червями.

   — Люсьен Даррос · фильм
2. «

   На такой скорости ездят всего два типа людей: копы и преступники. Нас обвиняют в превышении полномочии из-за того, что мы постоянно устраиваем гонщикам аварий. Но нам не нужен честный поединок. Мы должны побеждать всякий раз, когда включаем сирену, иначе люди быстро решат, что мы не можем их защитить. Страх — это уважение, если подвергаете опасности те неблагодарные массы, которые мы должны защищать. Мы ответим всем что у нас есть.

   На такой скорости ездят всего два типа людей: копы и преступники. Нас обвиняют в превышении полномочии из-за того, что мы постоянно устраиваем гонщикам аварий. Но нам не нужен честный поединок. Мы должны побеждать всякий раз, когда включаем сирену, иначе люди быстро решат, что мы не можем их защитить. Страх — это уважение, если подвергаете опасности те неблагодарные массы, которые мы должны защищать. Мы ответим всем что у нас есть.
3. «

   Что за чудесная идея — полиция, превосходящая сограждан образованностью и высотой помыслов, полиция — образец для подражания!

   Что за чудесная идея — полиция, превосходящая сограждан образованностью и высотой помыслов, полиция — образец для подражания!

   — Борис Акунин · книга
4. «

   — Как-то нехорошо перед Ксан Ксанычем получилось. Надо как-то конфуз сгладить. У нас для вас подарок есть! Лена, давай сало! — Это для Якубовича. — Сало отдала! — Что я матери скажу? — Какие? — Слабые, которые в метро по трое ходят.

   — Как-то нехорошо перед Ксан Ксанычем получилось. Надо как-то конфуз сгладить. У нас для вас подарок есть! Лена, давай сало! — Это для Якубовича. — Сало отдала! — Что я матери скажу? — Какие? — Слабые, которые в метро по трое ходят.

   — Игорь Караваев
5. «

   — Ограбление банков у вас не частое явление? — Никогда не было, это впервые. За этот год только несколько драк и мелкая кража из магазина, так что это очень серьезное происшествие. — Далеко банк отсюда? — В пятидесяти метрах. — Да вы шутите? Грабят под носом у полиции? Я хочу увидеть этого сорвиголову.

   — Ограбление банков у вас не частое явление? — Никогда не было, это впервые. За этот год только несколько драк и мелкая кража из магазина, так что это очень серьезное происшествие. — Далеко банк отсюда? — В пятидесяти метрах. — Да вы шутите? Грабят под носом у полиции? Я хочу увидеть этого сорвиголову.

   — Александр Ботников · книга
6. «

   — У меня всегда была слабость к мужчинам в форме. — А у меня всегда к ним какая-то твердость...

   — У меня всегда была слабость к мужчинам в форме. — А у меня всегда к ним какая-то твердость...

   — Эмметт Ханикатт · сериал
7. «

   Вот только самый честный и простодушный полицейский, воспитанный на громких звездно-полосатых идеалах, рано или поздно поймет: на улицах есть не только Тьма и Свет. Есть еще договоренности, уступки, соглашения. Информаторы, ловушки, провокации. Рано или поздно приходится сдавать своих, подбрасывать в чужие карманы пакетики с героином, бить по почкам, аккуратно, чтобы не оставалось следов. И все — ради тех, самых простых, правил. Охранять закон. Преследовать Зло. Защищать невиновных.

   Вот только самый честный и простодушный полицейский, воспитанный на громких звездно-полосатых идеалах, рано или поздно поймет: на улицах есть не только Тьма и Свет. Есть еще договоренности, уступки, соглашения. Информаторы, ловушки, провокации. Рано или поздно приходится сдавать своих, подбрасывать в чужие карманы пакетики с героином, бить по почкам, аккуратно, чтобы не оставалось следов. И все — ради тех, самых простых, правил. Охранять закон. Преследовать Зло. Защищать невиновных.

   — Сергей Лукьяненко · книга
8. «

   Хорошие копы не такие, как обычные люди. Мы бежим на выстрелы. Пьём, когда грустим. Трахаемся, когда злимся. И пока мы не нужны людям, нас ненавидят. И меня это бесит.

   Хорошие копы не такие, как обычные люди. Мы бежим на выстрелы. Пьём, когда грустим. Трахаемся, когда злимся. И пока мы не нужны людям, нас ненавидят. И меня это бесит.

   — Детектив Найт · сериал
9. «

   — Маленькие пончики или вафли? — Люцифер, нельзя воровать еду в полицейском участке. — Или что? Меня поставят в угол, чтобы я подумал о своем поступке?

   — Маленькие пончики или вафли? — Люцифер, нельзя воровать еду в полицейском участке. — Или что? Меня поставят в угол, чтобы я подумал о своем поступке?

   — Люцифер Морнингстар · сериал
10. «

    — Вы кто такие, парни? — Жетон помните? КБР. — Чёрт, что это такое? — Калифорнийское Бюро Расследований. — И что это? — Мы как ФБР, только к нам идти ближе.

    — Вы кто такие, парни? — Жетон помните? КБР. — Чёрт, что это такое? — Калифорнийское Бюро Расследований. — И что это? — Мы как ФБР, только к нам идти ближе.

    — Уэйн Ригсби · сериал
11. «

    Лучшее оружие, что есть у полицейских — это доброе сердце.

    Лучшее оружие, что есть у полицейских — это доброе сердце.

    — Линда Эскивель · сериал
12. «

    У каждого полицейского есть дело, которое не даёт ему покоя.

    У каждого полицейского есть дело, которое не даёт ему покоя.

    — инспектор Морелль · фильм
13. «

    Я полицейский и я тебя арестую. Ты нарушил закон, не я его писал, может я даже не согласен с ним, но я заставлю тебя его соблюдать и, как бы ты не молил, клянчил, просил или пытался понравится, я все ровно засажу тебя за решетку. Если ты побежишь, я догоню тебя, если нападешь — я буду драться, выстрелишь — получишь пулю в ответ. Отступать мне запрещает закон. Я — следствие твоего преступления, неоплаченный счет, твоя судьба со стволом и значком, но за ним бьется такое же сердце, как и у тебя. Я проливаю кровь, думаю, люблю и меня можно убить, но я не один. За мной стоят тысячи таких же как я сестер и братьев, готовых отдать за меня жизнь, а я за них. Мы друг за друга горой, тонкая синяя линия, предохраняющая жертву от хищника, добро от зла. Мы — полицейские...

    Я полицейский и я тебя арестую. Ты нарушил закон, не я его писал, может я даже не согласен с ним, но я заставлю тебя его соблюдать и, как бы ты не молил, клянчил, просил или пытался понравится, я все ровно засажу тебя за решетку. Если ты побежишь, я догоню тебя, если нападешь — я буду драться, выстрелишь — получишь пулю в ответ. Отступать мне запрещает закон. Я — следствие твоего преступления, неоплаченный счет, твоя судьба со стволом и значком, но за ним бьется такое же сердце, как и у тебя. Я проливаю кровь, думаю, люблю и меня можно убить, но я не один. За мной стоят тысячи таких же как я сестер и братьев, готовых отдать за меня жизнь, а я за них. Мы друг за друга горой, тонкая синяя линия, предохраняющая жертву от хищника, добро от зла. Мы — полицейские...

    — Брайан Тейлор · фильм
14. «

    — Это всё из-за меня. — Что? — Он уходит. Я думала, что смогу так жить, но выходит — не гожусь. — Никогда так не говорите. — Как? — Не принижайте себя. — Я не уверена, что во мне есть то, что нужно, чтобы быть женой полицейского. Он очень старается, а эти все ублюдки всё обгадят и конец...

    — Это всё из-за меня. — Что? — Он уходит. Я думала, что смогу так жить, но выходит — не гожусь. — Никогда так не говорите. — Как? — Не принижайте себя. — Я не уверена, что во мне есть то, что нужно, чтобы быть женой полицейского. Он очень старается, а эти все ублюдки всё обгадят и конец...

    — Миссис Гонсалес · фильм
15. «

    Некоторые вещи оставляют след в душе, измеряемый не годами, а пролитой кровью и болью, необходимостью идти на сделки с совестью, чтобы достать плохих парней, пока однажды не заглянешь в зеркало и задумаешься, на какой же ты стороне после этого. Тогда наступает момент, когда полицейский значок больше не означает, что ты хороший парень, а лишь то, что ты один из своих. Я хотела быть хорошим парнем, иначе, что я тогда здесь делаю?

    Некоторые вещи оставляют след в душе, измеряемый не годами, а пролитой кровью и болью, необходимостью идти на сделки с совестью, чтобы достать плохих парней, пока однажды не заглянешь в зеркало и задумаешься, на какой же ты стороне после этого. Тогда наступает момент, когда полицейский значок больше не означает, что ты хороший парень, а лишь то, что ты один из своих. Я хотела быть хорошим парнем, иначе, что я тогда здесь делаю?

    — Лорел Гамильтон · книга
16. «

    — Джек, тише, это дом трезвенников, если они услышат звон бокалов, то выставят меня. — За звон? Не за то, что принимаете мужчину в частной гостиной? — Мужчину? Я думала, вы полицейский.

    — Джек, тише, это дом трезвенников, если они услышат звон бокалов, то выставят меня. — За звон? Не за то, что принимаете мужчину в частной гостиной? — Мужчину? Я думала, вы полицейский.

    — Фрайни Фишер · сериал
17. «

    Есть всё же у нас друзья в полиции! Звонил Лейстред, сказал, что они едут сюда, наперегонки готовят наручники, все офицеры, кого ты выставил идиотами, — а таких очень много!

    Есть всё же у нас друзья в полиции! Звонил Лейстред, сказал, что они едут сюда, наперегонки готовят наручники, все офицеры, кого ты выставил идиотами, — а таких очень много!

    — Доктор Джон Ватсон · сериал
18. «

    Дружить с ментом и не юзать его — это просто моветон.

    Дружить с ментом и не юзать его — это просто моветон.

    — Гриша Измайлов · сериал
19. «

    Люди идут в правоохранительные органы по трем основным причинам. Первая — стабильный заработок и работа, быть санитаром общества. Вторая — жажда власти над другими людьми. Такие быстро уходят от работы с людьми, стараясь получить должности, где придется как можно меньше контактировать с людьми, которым нужна помощь, и больше управлять подчиненными. Это человеческая природа, даже у мразей есть извращенное чувство совести и необходимость оправдывать свои действия перед самим собой. Третья — альтруизм и желание помогать, а так же жажда справедливости, и даже у опытных полицейских, уже набравшихся цинизма, он остается. Другие причины, так или иначе, привязаны к этим трем, они основа.

    Люди идут в правоохранительные органы по трем основным причинам. Первая — стабильный заработок и работа, быть санитаром общества. Вторая — жажда власти над другими людьми. Такие быстро уходят от работы с людьми, стараясь получить должности, где придется как можно меньше контактировать с людьми, которым нужна помощь, и больше управлять подчиненными. Это человеческая природа, даже у мразей есть извращенное чувство совести и необходимость оправдывать свои действия перед самим собой. Третья — альтруизм и желание помогать, а так же жажда справедливости, и даже у опытных полицейских, уже набравшихся цинизма, он остается. Другие причины, так или иначе, привязаны к этим трем, они основа.

    — Дю Кейн
20. «

    Ну конечно я опасен. Я полицейский. Я могу делать ужасные вещи с людьми безнаказанно.

    Ну конечно я опасен. Я полицейский. Я могу делать ужасные вещи с людьми безнаказанно.

    — Раст Коул · сериал