526 глубоких цитат про «предательство»

Тема «предательство» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 526 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Верить клятвам предателя — все равно что верить благочестию дьявола.

   Верить клятвам предателя — все равно что верить благочестию дьявола.

   — Елизавета I Английская
2. «

   — Ты предатель, Дуротан! — Нет. Я тот, кто ценит пути предков, как и ты раньше. — Это время прошло! Теперь мы все лишь топливо для скверны!

   — Ты предатель, Дуротан! — Нет. Я тот, кто ценит пути предков, как и ты раньше. — Это время прошло! Теперь мы все лишь топливо для скверны!

   — Дуротан · фильм
3. «

   ...злоба наконец утихла, превратившись в глухую тоску. Желание рвать и метать отпустило — теперь ему хотелось лишь завыть от бессилия, уйти куда-нибудь прочь от посторонних глаз, от знакомых и незнакомых людей, скрыться в пустынях, чащобах и снегах, остаться в одиночестве. Хорошо быть одному — ибо отшельнику никогда не испытать подобных мук. Отшельнику не познать ни любви, ни ревности, ни злобы, ни предательства. Счастливчики...

   ...злоба наконец утихла, превратившись в глухую тоску. Желание рвать и метать отпустило — теперь ему хотелось лишь завыть от бессилия, уйти куда-нибудь прочь от посторонних глаз, от знакомых и незнакомых людей, скрыться в пустынях, чащобах и снегах, остаться в одиночестве. Хорошо быть одному — ибо отшельнику никогда не испытать подобных мук. Отшельнику не познать ни любви, ни ревности, ни злобы, ни предательства. Счастливчики...

   — Александр Прозоров · книга
4. «

   Предательство разрушительно в первую очередь для тебя самого. Поверь, я знаю об этом не понаслышке.

   Предательство разрушительно в первую очередь для тебя самого. Поверь, я знаю об этом не понаслышке.

   — Алексей Воробьёв
5. «

   Сердце не прощает предательства. Если не слушать своё сердце, оно станет мстить и не успокоится до тех пор, пока не уничтожит полностью.

   Сердце не прощает предательства. Если не слушать своё сердце, оно станет мстить и не успокоится до тех пор, пока не уничтожит полностью.

   — Дмитрий Алексеевич Калинин · книга
6. «

   На самом деле человек предаёт самого себя, а не других.

   На самом деле человек предаёт самого себя, а не других.

   — Искандер Беюк · сериал
7. «

   Было чувство, будто прочная стена, которая много лет защищала его спину, внезапно рухнула и за ней открылась пропасть. Почти всю жизнь Мистина был Ингвару опорой, но и сам опирался на него. Чувство взаимной верности было важнее, чем их пожизненное соперничество, неизбежное между сильными, гордыми, честолюбивыми мужчинами. Мысль о том, что Ингвару больше нельзя доверять, что Ингвар предал его, поразила… пустотой. Земля ушла из-под ног. Он больше не был уверен ни в чем.

   Было чувство, будто прочная стена, которая много лет защищала его спину, внезапно рухнула и за ней открылась пропасть. Почти всю жизнь Мистина был Ингвару опорой, но и сам опирался на него. Чувство взаимной верности было важнее, чем их пожизненное соперничество, неизбежное между сильными, гордыми, честолюбивыми мужчинами. Мысль о том, что Ингвару больше нельзя доверять, что Ингвар предал его, поразила… пустотой. Земля ушла из-под ног. Он больше не был уверен ни в чем.

   — Елизавета Дворецкая · книга
8. «

   ... Душа, совершившая предательство, всякую неожиданность воспринимает как начало возмездия.

   ... Душа, совершившая предательство, всякую неожиданность воспринимает как начало возмездия.

   — Фазиль Искандер · книга
9. «

   Наша жизнь может быть вечной, но наша верность не такова.

   Наша жизнь может быть вечной, но наша верность не такова.

   — Клаус Майклсон · сериал
10. «

    — Нет, я не призрак. Я должна была бы им быть, так как ты меня убил. Ведь ты меня убил, не так ли? Это ты воспользовался моим обмороком и повесил на дереве. Граф де ля Фер убил свою жену и скрывается под именем Атос. Ты должен был обрадоваться, увидев меня живой — это бы доказывало, что ты не законченный убийца. — Я не скрываюсь, я пытаюсь забыть. — Забыть? Что забыть? — Твое предательство, твое вранье. — Мой секрет. Ты даже не дал мне объясниться. Ты казнил меня, приговорил к смерти без суда! — Ты обманула меня самым гнусным способом, ты меня обесчестила. Зачем ты вернулась? — Чтобы отомстить тебе! Чтобы рассказать правду, чтобы увидеть твои боль, страдания, сожаления! — Сожаления? Как ты можешь думать, что между нами все еще возможна любовь? Ты безумна! Как случилось, что ты жива? — Да, я жива. Я жива, более чем!

    — Нет, я не призрак. Я должна была бы им быть, так как ты меня убил. Ведь ты меня убил, не так ли? Это ты воспользовался моим обмороком и повесил на дереве. Граф де ля Фер убил свою жену и скрывается под именем Атос. Ты должен был обрадоваться, увидев меня живой — это бы доказывало, что ты не законченный убийца. — Я не скрываюсь, я пытаюсь забыть. — Забыть? Что забыть? — Твое предательство, твое вранье. — Мой секрет. Ты даже не дал мне объясниться. Ты казнил меня, приговорил к смерти без суда! — Ты обманула меня самым гнусным способом, ты меня обесчестила. Зачем ты вернулась? — Чтобы отомстить тебе! Чтобы рассказать правду, чтобы увидеть твои боль, страдания, сожаления! — Сожаления? Как ты можешь думать, что между нами все еще возможна любовь? Ты безумна! Как случилось, что ты жива? — Да, я жива. Я жива, более чем!

    — Миледи Винтер · фильм
11. «

    Предают только друзья, враги лишают надежды.

    Предают только друзья, враги лишают надежды.

    — Августо Кури · книга
12. «

    Что, в человеческих отношениях, оскорбляет больше и глубже всего на свете? Говорят: внезапное предательство со стороны друга. Когда-то я сам был того же мнения. Но дружеские предательства — такое обычное и частое зло, что, в конце концов, от них нарастает мозоль на сердце, и боль притупляет свою остроту. С годами я, по горькому опыту, убедился, что кое-что жалит и жжёт больнее. Например: Предательский удар врага, в котором ты имел глупость уважать честного человека, а потому и церемонился с ним, как с «рыцарем». Не верьте во врагов-рыцарей. Это — химера: зверь, который выставляет вперёд львиную голову, чтобы вы не заметили зажатого между ног хвоста со змеиным жалом на конце. Когда вас предаёт друг, вы, по крайней мере, имеете утешение сказать ему: — Иуда! Когда вас предаёт враг-»рыцарь», вам некому и нечего сказать, кроме, как самому себе: — Дурак!

    Что, в человеческих отношениях, оскорбляет больше и глубже всего на свете? Говорят: внезапное предательство со стороны друга. Когда-то я сам был того же мнения. Но дружеские предательства — такое обычное и частое зло, что, в конце концов, от них нарастает мозоль на сердце, и боль притупляет свою остроту. С годами я, по горькому опыту, убедился, что кое-что жалит и жжёт больнее. Например: Предательский удар врага, в котором ты имел глупость уважать честного человека, а потому и церемонился с ним, как с «рыцарем». Не верьте во врагов-рыцарей. Это — химера: зверь, который выставляет вперёд львиную голову, чтобы вы не заметили зажатого между ног хвоста со змеиным жалом на конце. Когда вас предаёт друг, вы, по крайней мере, имеете утешение сказать ему: — Иуда! Когда вас предаёт враг-»рыцарь», вам некому и нечего сказать, кроме, как самому себе: — Дурак!

    — Александр Амфитеатров
13. «

    Fuck you and your killing lies I hate your pissing attitude Why did you have to go so low? Trueler — Copycat!

    Fuck you and your killing lies I hate your pissing attitude Why did you have to go so low? Trueler — Copycat!
14. «

    Даже не знаю, как описать её лицо. Красивое. Но бывает красота, которая очевидна, общепринята и вызывает скорее рыночные, чем личные чувства. А это лицо было другим. Про такие лица думаешь, что способен распознать их очарование только сам, а все остальные ничего не поймут и не заметят — и на основании этого сразу записываешь увиденное в личную собственность. Потом, когда выясняется, что эта односторонняя сделка не имеет силы, и остальные тоже отлично все поняли, чувствуешь себя преданным...

    Даже не знаю, как описать её лицо. Красивое. Но бывает красота, которая очевидна, общепринята и вызывает скорее рыночные, чем личные чувства. А это лицо было другим. Про такие лица думаешь, что способен распознать их очарование только сам, а все остальные ничего не поймут и не заметят — и на основании этого сразу записываешь увиденное в личную собственность. Потом, когда выясняется, что эта односторонняя сделка не имеет силы, и остальные тоже отлично все поняли, чувствуешь себя преданным...

    — Виктор Пелевин · книга
15. «

    — Ты в порядке? — Да. — Знаешь, однажды я тоже был в порядке. Моя девушка напилась. Всю ночь провела где-то, а утром вернулась уже будучи замужем. Я всем говорил, что мне наплевать, переспал с пятью женщинами за три дня, заехал на пешеходную дорожку, до бессознательного состояния избил подозреваемого, был отстранён. Но я был в порядке.

    — Ты в порядке? — Да. — Знаешь, однажды я тоже был в порядке. Моя девушка напилась. Всю ночь провела где-то, а утром вернулась уже будучи замужем. Я всем говорил, что мне наплевать, переспал с пятью женщинами за три дня, заехал на пешеходную дорожку, до бессознательного состояния избил подозреваемого, был отстранён. Но я был в порядке.

    — Кэтрин Бэннинг · фильм
16. «

    The ones we trusted the most, Pushed us far away.

    The ones we trusted the most, Pushed us far away.
17. «

    — Будь ты проклят! Убийца! — Разве я не твой король? — Ты предал само право быть королем. Ты предал Господа! — Я Господа предал?! Моя корона перешла ко мне от моего брата, а к моему брату от моего отца. Я был рожден, чтобы стать королем, это мое право, дарованное мне Господом! Ты вступаешься за простого человека и в то же время проклинаешь королевкую власть, его оберегающую. Мое право на трон. И ставишь под сомнение права всех, кто правил до меня. Великих правителей, оборонявших эту страну от варварских орд, кто возвеличил ее, давал порядок, смысл и даже веру всем своим поданным в течение многих веков. И ты все это подвергаешь сомнению. Ты! И нам пришлось принять вашу заветную великую Хартию, навязанную тобой, торговцем шерстью! Я королевских кровей! Я правая рука Бога! И тебе не позволено указывать каким мне быть королем!

    — Будь ты проклят! Убийца! — Разве я не твой король? — Ты предал само право быть королем. Ты предал Господа! — Я Господа предал?! Моя корона перешла ко мне от моего брата, а к моему брату от моего отца. Я был рожден, чтобы стать королем, это мое право, дарованное мне Господом! Ты вступаешься за простого человека и в то же время проклинаешь королевкую власть, его оберегающую. Мое право на трон. И ставишь под сомнение права всех, кто правил до меня. Великих правителей, оборонявших эту страну от варварских орд, кто возвеличил ее, давал порядок, смысл и даже веру всем своим поданным в течение многих веков. И ты все это подвергаешь сомнению. Ты! И нам пришлось принять вашу заветную великую Хартию, навязанную тобой, торговцем шерстью! Я королевских кровей! Я правая рука Бога! И тебе не позволено указывать каким мне быть королем!

    — барон Уильям д’Обинье · фильм
18. «

    Я столько раз в своей жизни переживала предательство, обиду, разочарование... Как описать словами первые мгновения, первые чувства после того, как только что всё случилось... Сначала волна жара, которая окатывает откуда-то из головы, из того места, где у малышей находится родничок... Только — только жар доходит до ног, как на тебя сверху выливается ушат ледяной воды: память начинает подкидывать обрывки воспоминаний и мозг пытается заставить тебя понять... Но понять невозможно... И тогда ты глохнешь... Вокруг что-то происходит, ты по инерции летишь в потоке жизни и отвечаешь на звонки или письма, даже соглашаешься вечером пойти с друзьями в кино... Но это всего лишь способ защититься, спрятаться от волны, которая пока только накатывает... На самом деле, ты ещё до конца не понимаешь масштаба своей глухоты и силу боли, которая надолго теперь поселится внутри тебя... Ты ждешь наступления ночи... Ведь это время, когда можно остаться наедине с собой и попытаться разобраться: как это могло случиться с тобой? Ты можешь лежать, уставившись в потолок... А можешь уткнуться носом в подушку... Вот и слёзы... Это хорошо... Это значит, что жить будешь... Есть шансы... Проваливаясь в забытье, выныривая из него, ты всё равно продолжаешь бесконечный диалог с тем, кто так безжалостно выбил тебя из седла... Наступает утро. Хорошо, если за окном пасмурно... А если это лето? Или ты в отпуске... На море... Жизнь вокруг бурлит, блещет и переливается новым днем, а тебе нечем дышать... Хочется вздохнуть глубоко и выдохнуть: «Ох...» Нет... У тебя теперь нет и этого. Ты на дне. С тобой только боль, отчаяние и непонимание.

    Я столько раз в своей жизни переживала предательство, обиду, разочарование... Как описать словами первые мгновения, первые чувства после того, как только что всё случилось... Сначала волна жара, которая окатывает откуда-то из головы, из того места, где у малышей находится родничок... Только — только жар доходит до ног, как на тебя сверху выливается ушат ледяной воды: память начинает подкидывать обрывки воспоминаний и мозг пытается заставить тебя понять... Но понять невозможно... И тогда ты глохнешь... Вокруг что-то происходит, ты по инерции летишь в потоке жизни и отвечаешь на звонки или письма, даже соглашаешься вечером пойти с друзьями в кино... Но это всего лишь способ защититься, спрятаться от волны, которая пока только накатывает... На самом деле, ты ещё до конца не понимаешь масштаба своей глухоты и силу боли, которая надолго теперь поселится внутри тебя... Ты ждешь наступления ночи... Ведь это время, когда можно остаться наедине с собой и попытаться разобраться: как это могло случиться с тобой? Ты можешь лежать, уставившись в потолок... А можешь уткнуться носом в подушку... Вот и слёзы... Это хорошо... Это значит, что жить будешь... Есть шансы... Проваливаясь в забытье, выныривая из него, ты всё равно продолжаешь бесконечный диалог с тем, кто так безжалостно выбил тебя из седла... Наступает утро. Хорошо, если за окном пасмурно... А если это лето? Или ты в отпуске... На море... Жизнь вокруг бурлит, блещет и переливается новым днем, а тебе нечем дышать... Хочется вздохнуть глубоко и выдохнуть: «Ох...» Нет... У тебя теперь нет и этого. Ты на дне. С тобой только боль, отчаяние и непонимание.

    — Екатерина Сиванова · книга
19. «

    — Что такого Гарретт ему наплел, чтобы контролировать его? Может, поэтому он предал нас. — Я вполне уверена, что всё намного проще. Он злодей. — Ну, я не верю, что люди рождаются злодеями. Что-то должно было случиться.

    — Что такого Гарретт ему наплел, чтобы контролировать его? Может, поэтому он предал нас. — Я вполне уверена, что всё намного проще. Он злодей. — Ну, я не верю, что люди рождаются злодеями. Что-то должно было случиться.

    — Лео Фитц (Leo Fitz) · сериал
20. «

    — Ты что, не понимаешь? Я сделал это ради тебя. Эти двое — они предали тебя. — Я не просил об этом. — Но ты этого заслуживаешь. Я нашел на чердаке дневники Хоффмана. Он понимал, как тяжело терять другого человека. Хотел показать миру, что нельзя бросать людей. — Не тебе решать, кто с кем хочет быть! И не мне...

    — Ты что, не понимаешь? Я сделал это ради тебя. Эти двое — они предали тебя. — Я не просил об этом. — Но ты этого заслуживаешь. Я нашел на чердаке дневники Хоффмана. Он понимал, как тяжело терять другого человека. Хотел показать миру, что нельзя бросать людей. — Не тебе решать, кто с кем хочет быть! И не мне...

    — Подражатель · сериал