69 цитат про «принуждение», которые захочется сохранить

Собрали 69 цитат на тему «принуждение» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Простите меня за кавардак, но мы не ждали гостей. У нас тут черт ногу сломит. — Дети все такие. Мы с братом в детстве как безумные по всему дому носились, думали, что он лабиринт. — У тебя есть брат? — Да, младший. Моя мать держит его на цепи. — Очень разумно. Единственный метод заставить их заниматься уроками.

   — Простите меня за кавардак, но мы не ждали гостей. У нас тут черт ногу сломит. — Дети все такие. Мы с братом в детстве как безумные по всему дому носились, думали, что он лабиринт. — У тебя есть брат? — Да, младший. Моя мать держит его на цепи. — Очень разумно. Единственный метод заставить их заниматься уроками.

   — Грасиана Барренечея · фильм
2. «

   — Заставят служить на «Дельфине». Они станут моряками военно-морского флота, и, возможно, их не захотят отпустить по прибытии в порт, — изрек капитан Рейнс. — Какое, черт побери, они имеют право забирать наших людей вот так, где ни попадя? Неужели можно заставить моряка сделаться военным, если он того не хочет и служит на гражданском или торговом судне? — вскипел Джейми.

   — Заставят служить на «Дельфине». Они станут моряками военно-морского флота, и, возможно, их не захотят отпустить по прибытии в порт, — изрек капитан Рейнс. — Какое, черт побери, они имеют право забирать наших людей вот так, где ни попадя? Неужели можно заставить моряка сделаться военным, если он того не хочет и служит на гражданском или торговом судне? — вскипел Джейми.

   — Диана Гэблдон · книга
3. «

   Партия велела тебе не верить своим глазам и ушам. И это её окончательный, самый важный приказ. Сердце у него упало при мысли о том, какая огромная сила выстроилась против него, с какой легкостью собьет его в споре любой партийный идеолог – хитрыми доводами, которых он не то что опровергнуть – понять не сможет. И однако, он прав! Они не правы, а прав он. Очевидное, азбучное, верное надо защищать. Прописная истина истинна – и стой на этом! Прочно существует мир, его законы не меняются. Камни – твердые, вода – мокрая, предмет, лишенный опоры, устремляется к центру Земли.

   Партия велела тебе не верить своим глазам и ушам. И это её окончательный, самый важный приказ. Сердце у него упало при мысли о том, какая огромная сила выстроилась против него, с какой легкостью собьет его в споре любой партийный идеолог – хитрыми доводами, которых он не то что опровергнуть – понять не сможет. И однако, он прав! Они не правы, а прав он. Очевидное, азбучное, верное надо защищать. Прописная истина истинна – и стой на этом! Прочно существует мир, его законы не меняются. Камни – твердые, вода – мокрая, предмет, лишенный опоры, устремляется к центру Земли.

   — Джордж Оруэлл · книга
4. «

   Ложь царит повсюду, где существует принудительный режим. Запрет и контрабанда неотделимы друг от друга как в любви, так и в торговле.

   Ложь царит повсюду, где существует принудительный режим. Запрет и контрабанда неотделимы друг от друга как в любви, так и в торговле.

   — Жан-Батист Жозеф Фурье
5. «

   Не налагайте на себя более, чем можете понести. Помните, что Бог не по принуждению подает дары Свои, но когда Сам того хочет. Всё, что Он дает вам, вы получаете незаслуженно, исключительно по Его милосердию.

   Не налагайте на себя более, чем можете понести. Помните, что Бог не по принуждению подает дары Свои, но когда Сам того хочет. Всё, что Он дает вам, вы получаете незаслуженно, исключительно по Его милосердию.

   — Святитель Нектарий Эгинский
6. «

   …в сущности говоря, человека ни к чему не принудишь, человека можно лишь уничтожить, смерть – вот единственное насилие, которое можно по-настоящему над ним учинить. Человека не принудишь остаться в живых, не заставишь любить; по-настоящему властна над ним одна только смерть.

   …в сущности говоря, человека ни к чему не принудишь, человека можно лишь уничтожить, смерть – вот единственное насилие, которое можно по-настоящему над ним учинить. Человека не принудишь остаться в живых, не заставишь любить; по-настоящему властна над ним одна только смерть.

   — Генрих Бёлль · книга
7. «

   Как-то Ветер сказал Солнцу: «Я сильнее. Видишь там старика в плаще? Держу пари, что раздену его быстрее, чем ты». Солнце спряталось за тучу, а Ветер начал дуть. Он дул все сильнее, пока не превратился в ураган, но старик лишь плотнее закутывался в плащ. Наконец ветер устал и стих. Тогда из-за тучи выглянуло Солнце и добродушно улыбнулось путнику. Вскоре старику стало жарко, и он снял плащ. И тогда Солнце сказало Ветру, что доброта и дружелюбие всегда действеннее, чем ярость и принуждение.

   Как-то Ветер сказал Солнцу: «Я сильнее. Видишь там старика в плаще? Держу пари, что раздену его быстрее, чем ты». Солнце спряталось за тучу, а Ветер начал дуть. Он дул все сильнее, пока не превратился в ураган, но старик лишь плотнее закутывался в плащ. Наконец ветер устал и стих. Тогда из-за тучи выглянуло Солнце и добродушно улыбнулось путнику. Вскоре старику стало жарко, и он снял плащ. И тогда Солнце сказало Ветру, что доброта и дружелюбие всегда действеннее, чем ярость и принуждение.
8. «

   «Лицом к деревне» - заданье дано, - за гусли, поэты-други! Поймите ж — лицо у меня одно — оно лицо, а не флюгер.

   «Лицом к деревне» - заданье дано, - за гусли, поэты-други! Поймите ж — лицо у меня одно — оно лицо, а не флюгер.

   — Владимир Маяковский
9. «

   То, чего ты хочешь, и то, что тебе действительно нужно, — это вовсе не обязательно одно и то же. Страсть и принуждение — совершенно разные вещи.

   То, чего ты хочешь, и то, что тебе действительно нужно, — это вовсе не обязательно одно и то же. Страсть и принуждение — совершенно разные вещи.

   — Джоанн Харрис · книга
10. «

    Жизнь заставляет человека многое делать добровольно.

    Жизнь заставляет человека многое делать добровольно.

    — Станислав Ежи Лец · книга
11. «

    Приучить — уже принудить. Но принуждение, ставшее привычкой, незаметно.

    Приучить — уже принудить. Но принуждение, ставшее привычкой, незаметно.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
12. «

    — Я бы вышла замуж за того... — Кого любила... Я не прошу тебя любить меня, как его. Но я надеюсь на твою нежность и доброту, хотя бы. — Тебе этого хватит? А как же страсть? Тебе не нужна та, что сгорает от любви? Что помчится по полю боя, только бы услышать твой голос? — Я не знаю... Со мной так не было... — Что же они с нами сделали?..

    — Я бы вышла замуж за того... — Кого любила... Я не прошу тебя любить меня, как его. Но я надеюсь на твою нежность и доброту, хотя бы. — Тебе этого хватит? А как же страсть? Тебе не нужна та, что сгорает от любви? Что помчится по полю боя, только бы услышать твой голос? — Я не знаю... Со мной так не было... — Что же они с нами сделали?..

    — Елизавета Йоркская · сериал
13. «

    Свобода и принуждение — две стороны единой необходимости, необходимости быть таким, а не иным. Ты свободен поступать так и принужден так не делать. Свободно говоришь на своем языке и принужден не устраивать мешанину из разных. Свободен играть в кости, но принужден соблюдать правила игры, не портя из новыми условиями.

    Свобода и принуждение — две стороны единой необходимости, необходимости быть таким, а не иным. Ты свободен поступать так и принужден так не делать. Свободно говоришь на своем языке и принужден не устраивать мешанину из разных. Свободен играть в кости, но принужден соблюдать правила игры, не портя из новыми условиями.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
14. «

    Принуждение к нищенству не менее отвратительно, чем принуждение к проституции. А каждая брошенная в кружку монета — это отчасти поощрение нищенства. Недаром известная мудрость призывает давать человеку не рыбу, а сеть для ловли этой рыбы.

    Принуждение к нищенству не менее отвратительно, чем принуждение к проституции. А каждая брошенная в кружку монета — это отчасти поощрение нищенства. Недаром известная мудрость призывает давать человеку не рыбу, а сеть для ловли этой рыбы.

    — Сергей Лукьяненко · книга
15. «

    Часто мы неосознанно отдаем предпочтение клетке, привычной жердочке, а не свободному выбору, возможности вылететь через открытую дверцу. А ведь дверца открыта, широко открыта <...> Отчего так? Не оттого ли, что свобода пугает нас больше, чем принуждение?

    Часто мы неосознанно отдаем предпочтение клетке, привычной жердочке, а не свободному выбору, возможности вылететь через открытую дверцу. А ведь дверца открыта, широко открыта <...> Отчего так? Не оттого ли, что свобода пугает нас больше, чем принуждение?

    — Тома Д’Ансенбур · книга
16. «

    Маяковского стали вводить принудительно, как картофель при Екатерине. Это было его второй смертью. В ней он неповинен.

    Маяковского стали вводить принудительно, как картофель при Екатерине. Это было его второй смертью. В ней он неповинен.

    — Борис Леонидович Пастернак · книга
17. «

    Испытывая страх в душе, ты принуждаешь себя ненавидеть.

    Испытывая страх в душе, ты принуждаешь себя ненавидеть.
18. «

    Отказываться, возражать, протестовать, спорить и задавать вопросы запрещено.

    Отказываться, возражать, протестовать, спорить и задавать вопросы запрещено.

    — Ватари Ватару · книга
19. «

    Существует характерный рассказ о поведении крестьянина, который сам признал, что государственная власть, встречая человека своевольного, должна бывает принудить его к порядку строгими, даже иногда деспотическими мерами. В Петербурге весной таял лед на Неве, и переходить через реку по льду стало опасно. Градоначальник распорядился поставить полицейских на берегу Невы и запрещать переход по льду. Какой‑то крестьянин, несмотря на крики городового, пошел по льду, провалился и стал тонуть. Городовой спас его от гибели, а крестьянин вместо благодарности стал упрекать его: «Чего смотрите?» Городовой говорит ему: «Я же тебе кричал». — «Кричал! Надо было в морду дать!»

    Существует характерный рассказ о поведении крестьянина, который сам признал, что государственная власть, встречая человека своевольного, должна бывает принудить его к порядку строгими, даже иногда деспотическими мерами. В Петербурге весной таял лед на Неве, и переходить через реку по льду стало опасно. Градоначальник распорядился поставить полицейских на берегу Невы и запрещать переход по льду. Какой‑то крестьянин, несмотря на крики городового, пошел по льду, провалился и стал тонуть. Городовой спас его от гибели, а крестьянин вместо благодарности стал упрекать его: «Чего смотрите?» Городовой говорит ему: «Я же тебе кричал». — «Кричал! Надо было в морду дать!»

    — Николай Онуфриевич Лосский · книга
20. «

    Мне пришло раз на мысль, что если б захотели вполне раздавить, уничтожить человека, наказать его самым ужасным наказанием, так что самый страшный убийца содрогнулся бы от этого наказания и пугался его заранее, то стоило бы только придать работе характер совершенной, полнейшей бесполезности и бессмыслицы. <...> Разумеется, такое наказание обратилось бы в пытку, в мщение и было бы бессмысленно, потому что не достигало бы никакой разумной цели. Но так как часть такой пытки, бессмыслицы, унижения и стыда есть непременно и во всякой вынужденной работе, то и каторжная работа несравненно мучительнее всякой вольной, именно тем, что вынужденная.

    Мне пришло раз на мысль, что если б захотели вполне раздавить, уничтожить человека, наказать его самым ужасным наказанием, так что самый страшный убийца содрогнулся бы от этого наказания и пугался его заранее, то стоило бы только придать работе характер совершенной, полнейшей бесполезности и бессмыслицы. <...> Разумеется, такое наказание обратилось бы в пытку, в мщение и было бы бессмысленно, потому что не достигало бы никакой разумной цели. Но так как часть такой пытки, бессмыслицы, унижения и стыда есть непременно и во всякой вынужденной работе, то и каторжная работа несравненно мучительнее всякой вольной, именно тем, что вынужденная.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга