110 глубоких цитат про «пытки»

Собрали 110 цитат на тему «пытки» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   – Твоя попытка убрать Фитца и Симмонс провалилась, но Фитц может уже не быть прежним, так что я придумаю новые способы испортить остаток твоей жизни, и мы сделаем всё, чтобы вытащить из тебя сведения о Гидре, но твоя пытка... она будет внутри тебя. – И немного снаружи. – Да. Не без того. Ты посвятил всю свою жизнь самовлюблённому психопату, которому было плевать на всех, и теперь он мёртв. До конца жизни ты будешь мучиться вопросом «Кто ты без него?».

   – Твоя попытка убрать Фитца и Симмонс провалилась, но Фитц может уже не быть прежним, так что я придумаю новые способы испортить остаток твоей жизни, и мы сделаем всё, чтобы вытащить из тебя сведения о Гидре, но твоя пытка... она будет внутри тебя. – И немного снаружи. – Да. Не без того. Ты посвятил всю свою жизнь самовлюблённому психопату, которому было плевать на всех, и теперь он мёртв. До конца жизни ты будешь мучиться вопросом «Кто ты без него?».

   — агент «Щ.И.Т.а» Фил Колсон · сериал
2. «

   – А потом тебя заживо поджарят на костре, – не удержалась герцогиня Флем. – Ну и ладно, – кивнула нянюшка. – Ладно?! – Тут же от холода окочуриться можно. А что это за шкаф с шипами? Герцога затрясло. – Ага, – процедил он. – Заметила наконец? Это так называемая «железная дева». Самое последнее новшество. Тебе предстоит… – А ничего, если я загляну туда? – Мольбами ты ничего не добье…. – Герцог вдруг замолк.

   – А потом тебя заживо поджарят на костре, – не удержалась герцогиня Флем. – Ну и ладно, – кивнула нянюшка. – Ладно?! – Тут же от холода окочуриться можно. А что это за шкаф с шипами? Герцога затрясло. – Ага, – процедил он. – Заметила наконец? Это так называемая «железная дева». Самое последнее новшество. Тебе предстоит… – А ничего, если я загляну туда? – Мольбами ты ничего не добье…. – Герцог вдруг замолк.

   — Терри Пратчетт · книга
3. «

   Люди думают, что пытка — это боль. Это не боль, а время. Время, когда ты медленно осознаёшь, что твоя жизнь кончена. Кончена... <...> У тебя остался лишь кошмар.

   Люди думают, что пытка — это боль. Это не боль, а время. Время, когда ты медленно осознаёшь, что твоя жизнь кончена. Кончена... <...> У тебя остался лишь кошмар.

   — Фрэнк Касл / «Каратель» · сериал
4. «

   Нет более жестокой пытки, чем собственные чувства, особенно если они никому не нужны.

   Нет более жестокой пытки, чем собственные чувства, особенно если они никому не нужны.

   — Лика Верх · книга
5. «

   Пусть наши утраты будут для нас испытанием, но не пыткой.

   Пусть наши утраты будут для нас испытанием, но не пыткой.

   — Эльчин Сафарли · книга
6. «

   — Они ещё работают над ним. Он не сломался. Они попробовали все. — Хочешь, чтобы я принес картины Лероя Ньюмана? — Нет. Нам нельзя нарушать Женевские соглашения.

   — Они ещё работают над ним. Он не сломался. Они попробовали все. — Хочешь, чтобы я принес картины Лероя Ньюмана? — Нет. Нам нельзя нарушать Женевские соглашения.

   — Совершенно секретно! (Top Secret!) · фильм
7. «

   — Он точно не божественное создание? — Он определенно человек. — Пытку водой пробовала? — Дважды. — Зубочистки под ногти? — Я что, похожа на дилетанта? — «Nickelback» на повторе включала? — С этого я начала.

   — Он точно не божественное создание? — Он определенно человек. — Пытку водой пробовала? — Дважды. — Зубочистки под ногти? — Я что, похожа на дилетанта? — «Nickelback» на повторе включала? — С этого я начала.

   — Люцифер Морнингстар · сериал
8. «

   Любая цивилизация, какой бы альтруистичной она ни казалась, располагает средствами дознания и пыток, а также хорошо продуманной системой оправдания их применения.

   Любая цивилизация, какой бы альтруистичной она ни казалась, располагает средствами дознания и пыток, а также хорошо продуманной системой оправдания их применения.

   — Брайан Герберт · книга
9. «

   — Это твой последний шанс принять помилование от Верховного Советника, Дефстроук. — И согласиться на промывку мозгов в вашем тренировочном лагере? Чтобы стать такой же марионеткой, как ты? — Босс щедр. Я бы на его месте не дал тебе шанса. Большинство Юных Титанов погибли в Метрополисе пять лет назад. — Я не имею к этому никакого отношения! — Не важно. Ты всё равно выбрал не ту сторону. — Скажите это... своему Боссу...

   — Это твой последний шанс принять помилование от Верховного Советника, Дефстроук. — И согласиться на промывку мозгов в вашем тренировочном лагере? Чтобы стать такой же марионеткой, как ты? — Босс щедр. Я бы на его месте не дал тебе шанса. Большинство Юных Титанов погибли в Метрополисе пять лет назад. — Я не имею к этому никакого отношения! — Не важно. Ты всё равно выбрал не ту сторону. — Скажите это... своему Боссу...

   — Рэйчел Роут (Рэйвен) · игра
10. «

    Уже в школе отец подсовывал статьи о пионерах-героях, но их Антон читать не любил: он сомневался, что никого не выдаст, если ему, как пионеру Смирнову, станут отпиливать ножовкой правую руку, и очень от этого мучился. ... Американский психоаналитик, пытаясь выяснить детские комплексы Антона, страшно удивился, узнав, что больше всего ребенок страдал от подобной мысли. И сказал, что теперь понимает разницу между своим и русским народом — по крайней мере, в середине двадцатого века.

    Уже в школе отец подсовывал статьи о пионерах-героях, но их Антон читать не любил: он сомневался, что никого не выдаст, если ему, как пионеру Смирнову, станут отпиливать ножовкой правую руку, и очень от этого мучился. ... Американский психоаналитик, пытаясь выяснить детские комплексы Антона, страшно удивился, узнав, что больше всего ребенок страдал от подобной мысли. И сказал, что теперь понимает разницу между своим и русским народом — по крайней мере, в середине двадцатого века.

    — Александр Чудаков · книга
11. «

    Пытка есть пытка, а унижение есть унижение, только если ты сам выбираешь, что будешь страдать.

    Пытка есть пытка, а унижение есть унижение, только если ты сам выбираешь, что будешь страдать.

    — Чак Паланик · книга
12. «

    Жизнь трудна. Жизнь трудна. Какое преуменьшение! «Трудна» – слишком мягкое слово для тех зверств, которые мы видели. Жизнь – это ад с редкими просветами неба, которые лишь делают надежду еще более болезненной. Жизнь невыносима. Уродлива. Мучительна. Это пытка.

    Жизнь трудна. Жизнь трудна. Какое преуменьшение! «Трудна» – слишком мягкое слово для тех зверств, которые мы видели. Жизнь – это ад с редкими просветами неба, которые лишь делают надежду еще более болезненной. Жизнь невыносима. Уродлива. Мучительна. Это пытка.

    — Эми Хармон · книга
13. «

    Нет для человека пытки страшней, чем презрение собственного ребенка.

    Нет для человека пытки страшней, чем презрение собственного ребенка.

    — Наринэ Абгарян · книга
14. «

    Иногда этот тяжёлый тюремный сон прерывался нечеловеческим, звериным воем. От него стыла кровь, леденело нутро. Крик нёсся из того же забетонированного подземелья. Где-то рядом мучили арестованного. Он мог быть виновным, мог не быть. Что это меняло? Истязали живого человека. Вой и чужая боль контузили не на час, не на день. На всю жизнь. Нас, разбуженных, схваченных за живое криком предсмертья, вскидывало с постелей в глубоком среднеазиатском тылу.

    Иногда этот тяжёлый тюремный сон прерывался нечеловеческим, звериным воем. От него стыла кровь, леденело нутро. Крик нёсся из того же забетонированного подземелья. Где-то рядом мучили арестованного. Он мог быть виновным, мог не быть. Что это меняло? Истязали живого человека. Вой и чужая боль контузили не на час, не на день. На всю жизнь. Нас, разбуженных, схваченных за живое криком предсмертья, вскидывало с постелей в глубоком среднеазиатском тылу.

    — Тамара Петкевич · книга
15. «

    Слушай, я знаю, это должно быть психологической пыткой и всё такое, но в ту ночь я выбрала спасти жизнь ЭмДжи, после того как он убил моего парня, так что вряд ли ты сможешь с этим конкурировать.

    Слушай, я знаю, это должно быть психологической пыткой и всё такое, но в ту ночь я выбрала спасти жизнь ЭмДжи, после того как он убил моего парня, так что вряд ли ты сможешь с этим конкурировать.

    — Хоуп Майклсон · сериал
16. «

    – Рокэ, хотите воды? – закатные твари, он не должен называть Ворона по имени. Здесь не должен! – Герцог Эпинэ, – поморщился Алва, – не припомню, чтоб мы пили на брудершафт. – Прошу прощенья, – с благодарностью извинился Робер, – так вам налить? Я, по крайней мере, хочу пить. – Тогда попросите полковника, – посоветовал Ворон. – Эта вода солёная, она тут для красоты. Пресной сегодня ещё не приносили. – Хорошо, – Робер понял, что задыхается, – сейчас попрошу. Морен с удивлением уставился на Первого маршала Талигойи, с бергерской методичностью расставлявшего на столе кувшин и кубки. – Господин комендант, – вот так и делают глупости, бесполезные, ненужные, гробящие себя и других, – потрудитесь разлить воду. – Монсеньор, – вздёрнул подбородок Морен, – я прошу объяснений. – Вот они, – Робер вытащил пистолет, положил на край стола. Ненависть была холодной и тяжёлой, как промёрзший валун. – Наливайте. До краёв! Морен вздрогнул, но кувшин наклонил. Полилась вода. Блестящая струя, издевательски булькая, наполняла один за другим роскошные, впору королю, кубки. Алатский хрусталь, темнота, жара, соль... Руки Морена дрожали. И хорошо. Очень хорошо, просто превосходно!

    – Рокэ, хотите воды? – закатные твари, он не должен называть Ворона по имени. Здесь не должен! – Герцог Эпинэ, – поморщился Алва, – не припомню, чтоб мы пили на брудершафт. – Прошу прощенья, – с благодарностью извинился Робер, – так вам налить? Я, по крайней мере, хочу пить. – Тогда попросите полковника, – посоветовал Ворон. – Эта вода солёная, она тут для красоты. Пресной сегодня ещё не приносили. – Хорошо, – Робер понял, что задыхается, – сейчас попрошу. Морен с удивлением уставился на Первого маршала Талигойи, с бергерской методичностью расставлявшего на столе кувшин и кубки. – Господин комендант, – вот так и делают глупости, бесполезные, ненужные, гробящие себя и других, – потрудитесь разлить воду. – Монсеньор, – вздёрнул подбородок Морен, – я прошу объяснений. – Вот они, – Робер вытащил пистолет, положил на край стола. Ненависть была холодной и тяжёлой, как промёрзший валун. – Наливайте. До краёв! Морен вздрогнул, но кувшин наклонил. Полилась вода. Блестящая струя, издевательски булькая, наполняла один за другим роскошные, впору королю, кубки. Алатский хрусталь, темнота, жара, соль... Руки Морена дрожали. И хорошо. Очень хорошо, просто превосходно!

    — Вера Камша · книга
17. «

    Худшая из пыток — вечное повторение.

    Худшая из пыток — вечное повторение.

    — Джонатан Франзен · книга
18. «

    — Скажи мне, где это место, Аякс. Я всё равно его найду... и ты это знаешь, так зачем тебе всё это? — Ни хрена я тебе не скажу! — Ааа... Хочешь проверить, на сколько ты крут? Тебе не нужно умирать здесь сегодня — оставим это на завтра. И кроме того, ломаются все, Аякс. Значит, ты хочешь «рассказать» мне, где убежище? Нет? Ладно, тогда продолжим.

    — Скажи мне, где это место, Аякс. Я всё равно его найду... и ты это знаешь, так зачем тебе всё это? — Ни хрена я тебе не скажу! — Ааа... Хочешь проверить, на сколько ты крут? Тебе не нужно умирать здесь сегодня — оставим это на завтра. И кроме того, ломаются все, Аякс. Значит, ты хочешь «рассказать» мне, где убежище? Нет? Ладно, тогда продолжим.

    — Майкл Рудин · книга
19. «

    Ты говоришь по-американски? Признаюсь, я не всегда следую заветам Господа нашего. Но знаешь, у него есть пара отличных идей. «Око за око». Слышал об этом когда-нибудь? Если ты отберёшь что-нибудь у меня, я имею право отобрать что-нибудь у тебя. Ты забрал наше лекарство. Так что, если ты не против, я заберу твой палец. Око за око. Нельзя красть наш Нектар. Это на память.

    Ты говоришь по-американски? Признаюсь, я не всегда следую заветам Господа нашего. Но знаешь, у него есть пара отличных идей. «Око за око». Слышал об этом когда-нибудь? Если ты отберёшь что-нибудь у меня, я имею право отобрать что-нибудь у тебя. Ты забрал наше лекарство. Так что, если ты не против, я заберу твой палец. Око за око. Нельзя красть наш Нектар. Это на память.

    — Морган Дюваль · игра
20. «

    — Ты не плохо выглядишь, — бросил Глокта через плечо. — За исключением ожогов на лице, конечно. Ты похудел. — Голод помогает. — В самом деле, в самом деле. Я сбросил вес в Гуркхуле. И не только потому, что от меня отрезали куски.

    — Ты не плохо выглядишь, — бросил Глокта через плечо. — За исключением ожогов на лице, конечно. Ты похудел. — Голод помогает. — В самом деле, в самом деле. Я сбросил вес в Гуркхуле. И не только потому, что от меня отрезали куски.

    — Джо Аберкромби · книга