86 высказываний на тему «рассуждения»

Собрали 86 цитат на тему «рассуждения» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Думать в темноте опасно. Иногда цепочка рассуждений может завести так далеко, что уже не ясно кем ты являешься на самом деле и существуешь ли вообще.

   Думать в темноте опасно. Иногда цепочка рассуждений может завести так далеко, что уже не ясно кем ты являешься на самом деле и существуешь ли вообще.

   — Чистое небо (сборник) · книга
2. «

   Помните, что даже убежавший кофе и просыпанный сахар — к счастью. Все к счастью, когда есть кому об этом рассказать. Когда ты можешь говорить, чувствовать запахи, видеть краски.

   Помните, что даже убежавший кофе и просыпанный сахар — к счастью. Все к счастью, когда есть кому об этом рассказать. Когда ты можешь говорить, чувствовать запахи, видеть краски.

   — Александра Макарова · книга
3. «

   Начнем с нелепого — докопаемся до сути.

   Начнем с нелепого — докопаемся до сути.

   — Персонаж (Stranger Than Fiction) · фильм
4. «

   Философ ищет убеждения в истине уясненного, основательного. Для него слишком дорога истина, чтоб он стал отвергать её без соображения.

   Философ ищет убеждения в истине уясненного, основательного. Для него слишком дорога истина, чтоб он стал отвергать её без соображения.

   — Федор Федорович Сидонский
5. «

   В наше время многие политики имеют обыкновение с апломбом рассуждать о том, будто народ не заслуживает свободы до тех пор, пока не научится ею пользоваться. Это умозаключение сделало бы честь дураку из старой сказки, который решил не идти в воду, пока не научится плавать.

   В наше время многие политики имеют обыкновение с апломбом рассуждать о том, будто народ не заслуживает свободы до тех пор, пока не научится ею пользоваться. Это умозаключение сделало бы честь дураку из старой сказки, который решил не идти в воду, пока не научится плавать.

   — Томас Бабингтон Маколей
6. «

   Великую любовь придумали долгожители, бегущие от скуки. Те, кто жили навылет, жадно хватали воздух и сгорали на раз, кто никогда не знал праздности, но чьи дни были пропитаны любовью, сравняли её с каждодневностью. Возвышенную любовь придумали поэты, мастера слова. Проза жизни в ответ создала любовь-разочарование, далекую от описанных мечтателями и лириками идеалов. Вечную любовь придумали страшащиеся одиночества. Жажда жертвенности и перемен определили её смертность.

   Великую любовь придумали долгожители, бегущие от скуки. Те, кто жили навылет, жадно хватали воздух и сгорали на раз, кто никогда не знал праздности, но чьи дни были пропитаны любовью, сравняли её с каждодневностью. Возвышенную любовь придумали поэты, мастера слова. Проза жизни в ответ создала любовь-разочарование, далекую от описанных мечтателями и лириками идеалов. Вечную любовь придумали страшащиеся одиночества. Жажда жертвенности и перемен определили её смертность.

   — Аль Квотион · книга
7. «

   Понимающих литературу так же мало, как понимающих музыку, но предметом литературы часто бывает жизнь, которою все интересуются и потому читают и судят жизнь, воображая, что они судят литературу.

   Понимающих литературу так же мало, как понимающих музыку, но предметом литературы часто бывает жизнь, которою все интересуются и потому читают и судят жизнь, воображая, что они судят литературу.

   — Михаил Михайлович Пришвин · книга
8. «

   Но ведь если ты рассуждаешь о справедливости бытия и несправедливости окружающего мира, ты ничем не отличаешься от тех, кто обсуждает новости за чашкой чая. Неравенство, жестокость, невежество. Факт, что существует реальность, которую ты даже не можешь себе вообразить.

   Но ведь если ты рассуждаешь о справедливости бытия и несправедливости окружающего мира, ты ничем не отличаешься от тех, кто обсуждает новости за чашкой чая. Неравенство, жестокость, невежество. Факт, что существует реальность, которую ты даже не можешь себе вообразить.

   — Мива Рейджи
9. «

   Странное существо человек: он ненасытен, всегда недоволен, никогда не пребывает в мире с Богом или с самим собой! Дни его наполнены хлопотами и бесполезными терзаниями, а ночи полны суетных снов об исполнении неправедных и грешных желаний.

   Странное существо человек: он ненасытен, всегда недоволен, никогда не пребывает в мире с Богом или с самим собой! Дни его наполнены хлопотами и бесполезными терзаниями, а ночи полны суетных снов об исполнении неправедных и грешных желаний.

   — Джек Лондон · книга
10. «

    — Он парень гениальный! — Да, усыплял одними рассуждениями.

    — Он парень гениальный! — Да, усыплял одними рассуждениями.

    — Индиана Джонс и Королевство Хрустального Черепа (Indiana Jones and the Kingdom of the Crystal Skull) · фильм
11. «

    Рассуждения, порой, накладывают на естественную злобу равнодушную жестокость.

    Рассуждения, порой, накладывают на естественную злобу равнодушную жестокость.

    — Жан-Франсуа Паро · книга
12. «

    — Разве вы не умерли бы ради любви? В конце концов, что такое жизнь без любви? — Ничто! Если верить вам, поэтам. — Я всегда считал, что женщина достаточно умна, чтобы понять что я говорю, а не настолько умна, чтобы производить свои мысли и суждения. Вам, мисс Годвин, удалось доказать, что я неправ.

    — Разве вы не умерли бы ради любви? В конце концов, что такое жизнь без любви? — Ничто! Если верить вам, поэтам. — Я всегда считал, что женщина достаточно умна, чтобы понять что я говорю, а не настолько умна, чтобы производить свои мысли и суждения. Вам, мисс Годвин, удалось доказать, что я неправ.

    — Лорд Байрон · фильм
13. «

    – Такой религии я не знаю, – сказал он, немного помолчав. – Такая никогда не была… нужна. Если я тебя хорошо понял, а боюсь, что это так, ты думаешь о каком-то эволюционирующем боге, который развивается во времени и растет, поднимаясь на все более высокие уровни могущества, к осознанию собственного бессилия? Этот твой бог – существо, которое влезло в божественность, как в ситуацию, из которой нет выхода, а поняв это, предалось отчаянию. Да, но отчаявшийся бог – это ведь человек, мой милый. Ты говоришь о человеке… Это не только скверная философия, но и скверная мистика.

    – Такой религии я не знаю, – сказал он, немного помолчав. – Такая никогда не была… нужна. Если я тебя хорошо понял, а боюсь, что это так, ты думаешь о каком-то эволюционирующем боге, который развивается во времени и растет, поднимаясь на все более высокие уровни могущества, к осознанию собственного бессилия? Этот твой бог – существо, которое влезло в божественность, как в ситуацию, из которой нет выхода, а поняв это, предалось отчаянию. Да, но отчаявшийся бог – это ведь человек, мой милый. Ты говоришь о человеке… Это не только скверная философия, но и скверная мистика.

    — Станислав Лем · книга
14. «

    Отвлеченные рассуждения всегда очень интересны, но в моральном отношении они ровно ничего не стоят.

    Отвлеченные рассуждения всегда очень интересны, но в моральном отношении они ровно ничего не стоят.

    — Оскар Уайльд · книга
15. «

    Господь дал им способность рассуждать, но не дал способности думать?

    Господь дал им способность рассуждать, но не дал способности думать?

    — Леонид Шебаршин · книга
16. «

    …Здесь нужны внимание и рассуждение, чтобы он не верил некоторым снам, но знал бы, от Бога они или от беса. Но так как не все имеют такое рассуждение, то пусть он снам не верит вовсе. Впрочем, сновидения от Бога распознаются. Иногда они видятся в глубоком сне, иногда в тонком, как бы то ли спящему, то ли нет, и в краткое время. А когда человек просыпается, то полон радости, виденное увлекает ум и вызывает созерцание. И целые годы он вспоминает об этом, и оно незабываемо. А сны от бесов наполняют душу смятением. И когда человек просыпается и ум хочет вспомнить виденное, то наполняется страхом. И сердце этого не принимает. Но и если он это видит во сне, видения не останавливаются, но изменяются в видах и образах, в местах и способах, в поступках и движениях. И по этим изменениям, и мятежным и бесстыдным, ты можешь узнать, откуда они.

    …Здесь нужны внимание и рассуждение, чтобы он не верил некоторым снам, но знал бы, от Бога они или от беса. Но так как не все имеют такое рассуждение, то пусть он снам не верит вовсе. Впрочем, сновидения от Бога распознаются. Иногда они видятся в глубоком сне, иногда в тонком, как бы то ли спящему, то ли нет, и в краткое время. А когда человек просыпается, то полон радости, виденное увлекает ум и вызывает созерцание. И целые годы он вспоминает об этом, и оно незабываемо. А сны от бесов наполняют душу смятением. И когда человек просыпается и ум хочет вспомнить виденное, то наполняется страхом. И сердце этого не принимает. Но и если он это видит во сне, видения не останавливаются, но изменяются в видах и образах, в местах и способах, в поступках и движениях. И по этим изменениям, и мятежным и бесстыдным, ты можешь узнать, откуда они.

    — Старец Иосиф Исихаст
17. «

    Если ты рассуждаешь логически, это еще не говорит, что ты прав. Это лишь доказывает, что ты не сумасшедший.

    Если ты рассуждаешь логически, это еще не говорит, что ты прав. Это лишь доказывает, что ты не сумасшедший.
18. «

    Кончается ли всё со смертью, нет ли после нее еще чего то? Быть может, для художника расстаться с жизнью вовсе не самое трудное? Мне, разумеется, обо всём этом ничего не известно, но всякий раз, когда я вижу звёзды, я начинаю мечтать так же непроизвольно, как я мечтаю, глядя на чёрные точки, которыми на географической карте обозначены города и деревни. Почему, спрашиваю я себя, светлые точки на небосклоне должны быть менее доступны для нас, чем черные точки на карте Франции? Подобно тому, как нас везет поезд, когда мы едем в Руан или Тараскон, смерть уносит нас к звёздам. Впрочем, в этом рассуждении бесспорно лишь одно: пока мы живём, мы не можем отправиться на звезду, равно как, умерев, не можем сесть в поезд. Вполне вероятно, что холера, сифилис, чахотка, рак — не что иное, как небесные средства передвижения, играющие ту же роль, что пароходы, омнибусы и поезда на земле. А естественная смерть от старости равнозначна пешему способу передвижения.

    Кончается ли всё со смертью, нет ли после нее еще чего то? Быть может, для художника расстаться с жизнью вовсе не самое трудное? Мне, разумеется, обо всём этом ничего не известно, но всякий раз, когда я вижу звёзды, я начинаю мечтать так же непроизвольно, как я мечтаю, глядя на чёрные точки, которыми на географической карте обозначены города и деревни. Почему, спрашиваю я себя, светлые точки на небосклоне должны быть менее доступны для нас, чем черные точки на карте Франции? Подобно тому, как нас везет поезд, когда мы едем в Руан или Тараскон, смерть уносит нас к звёздам. Впрочем, в этом рассуждении бесспорно лишь одно: пока мы живём, мы не можем отправиться на звезду, равно как, умерев, не можем сесть в поезд. Вполне вероятно, что холера, сифилис, чахотка, рак — не что иное, как небесные средства передвижения, играющие ту же роль, что пароходы, омнибусы и поезда на земле. А естественная смерть от старости равнозначна пешему способу передвижения.

    — Винсент Ван Гог
19. «

    Слишком много энергии тратится на непривлекательных людей. Зачем спать с человеком, который тебя не возбуждает? Но люди так делают. Или делали. Нет, наверняка все еще делают.

    Слишком много энергии тратится на непривлекательных людей. Зачем спать с человеком, который тебя не возбуждает? Но люди так делают. Или делали. Нет, наверняка все еще делают.

    — Рик Янси · книга
20. «

    У них в голове все перепуталось. Обо всём они судят превратно — не кое о чем, а обо всём! Всё, что они считают истинным, на самом деле ложно, а всё, что они считают ложным, в действительности истинно.

    У них в голове все перепуталось. Обо всём они судят превратно — не кое о чем, а обо всём! Всё, что они считают истинным, на самом деле ложно, а всё, что они считают ложным, в действительности истинно.

    — Рэймонд Смаллиан · книга