107 цитат: всё о «роскошь»

Собрали 107 цитат на тему «роскошь» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Степени роскоши: собственная машина, собственная вилла, собственное мнение.

   Степени роскоши: собственная машина, собственная вилла, собственное мнение.

   — Веслав Брудзиньский
2. «

   — Он делал золото! — Он просто добывал его из породы. — Суть в ином: у него столько золота, что он возомнил себя самым могущественным. Роскошь, сударыня, не для простых смертных. Лишь королю пристало жить по-королевски. — Мой муж заботится только о благе короля. — Будучи самым богатым из моих подданных, удерживая целую армию, создавая государство в государстве!?

   — Он делал золото! — Он просто добывал его из породы. — Суть в ином: у него столько золота, что он возомнил себя самым могущественным. Роскошь, сударыня, не для простых смертных. Лишь королю пристало жить по-королевски. — Мой муж заботится только о благе короля. — Будучи самым богатым из моих подданных, удерживая целую армию, создавая государство в государстве!?

   — Людовик XIV · фильм
3. «

   Дубай. (…) Здесь поднимают с морского дна миллионы тон песка и возводят искусственные архипелаги в форме карты мира. Здесь нет своих природных ресурсов: ввозят всё, в том числе и рабочую силу. И ради чего? Чтобы сооружать изысканные виллы для миллионеров? (…) Я твёрдо решил запечатлеть на плёнки всю эту чрезмерную роскошь. Зачем так изощряться и строить самые высокие башни в мире? Разумно ли прокладывать лыжную трассу в пустыне между двумя автострадами? Дубай явно стремится к тому, чтобы стать городом будущего, но мне кажется, что он уже отошёл в прошлое. На должной высоте должны быть наши идеалы, а не архитектурные излишества. Можно ли кого-нибудь в этом убедить? Я честно делал попытки… но не преуспел.

   Дубай. (…) Здесь поднимают с морского дна миллионы тон песка и возводят искусственные архипелаги в форме карты мира. Здесь нет своих природных ресурсов: ввозят всё, в том числе и рабочую силу. И ради чего? Чтобы сооружать изысканные виллы для миллионеров? (…) Я твёрдо решил запечатлеть на плёнки всю эту чрезмерную роскошь. Зачем так изощряться и строить самые высокие башни в мире? Разумно ли прокладывать лыжную трассу в пустыне между двумя автострадами? Дубай явно стремится к тому, чтобы стать городом будущего, но мне кажется, что он уже отошёл в прошлое. На должной высоте должны быть наши идеалы, а не архитектурные излишества. Можно ли кого-нибудь в этом убедить? Я честно делал попытки… но не преуспел.

   — Дом. История путешествия (Home) · фильм
4. «

   сколько было эпох – и все грязная война цвета чая

   сколько было эпох – и все грязная война цвета чая

   — Чуя Накахара
5. «

   Тщеславие и грубое излишество в наслаждениях — вот отличительные черты роскоши.

   Тщеславие и грубое излишество в наслаждениях — вот отличительные черты роскоши.

   — Иван Гончаров · книга
6. «

   Гили не смог бы объяснить, хотя и четко осознавал разницу между Барад-Эйтель и Амон-Химринг, если бы Айменел не сказал, что тут все слишком нолдорское. А когда Айменел это сказал, Гили сразу понял, что он имеет в виду: в рукотворных предметах и в манере общения не было той бесхитростной простоты, которая отличает синдар и все синдарское. Если синдар хотели, к примеру, сделать простой ковер, они ткали его простым: из грубой нити, в полоску. Если они хотели сделать роскошный ковер, они ткали гобелен с невиданным рисунком о всех цветах земли и неба. Если же нолдор хотели сделать роскошный ковер, они делали его роскошно простым: ткали из самой тонкой черной шерсти так, чтобы в нем по щиколотку утопали ноги, и украшали какой-нибудь единственной белой завитушкой. Здешние изделия были как венец лорда Маэдроса: простое и скромное серебро украшено камнями, которые и драгоценными-то не считаются, но вот отделаны эти камни так, что дыхание замирает. И так во всем, даже в том, как замок выглядел снаружи. В здешней скромности было слишком много гордости.

   Гили не смог бы объяснить, хотя и четко осознавал разницу между Барад-Эйтель и Амон-Химринг, если бы Айменел не сказал, что тут все слишком нолдорское. А когда Айменел это сказал, Гили сразу понял, что он имеет в виду: в рукотворных предметах и в манере общения не было той бесхитростной простоты, которая отличает синдар и все синдарское. Если синдар хотели, к примеру, сделать простой ковер, они ткали его простым: из грубой нити, в полоску. Если они хотели сделать роскошный ковер, они ткали гобелен с невиданным рисунком о всех цветах земли и неба. Если же нолдор хотели сделать роскошный ковер, они делали его роскошно простым: ткали из самой тонкой черной шерсти так, чтобы в нем по щиколотку утопали ноги, и украшали какой-нибудь единственной белой завитушкой. Здешние изделия были как венец лорда Маэдроса: простое и скромное серебро украшено камнями, которые и драгоценными-то не считаются, но вот отделаны эти камни так, что дыхание замирает. И так во всем, даже в том, как замок выглядел снаружи. В здешней скромности было слишком много гордости.

   — Ольга Брилёва · книга
7. «

   — Мой отец был сапожником. Он умер, когда я был молод и мне досталась его лавка. Он был простым человеком и шил простую обувь. Но я понял, что чем больше работы я вкладываю в обувь, тем больше на нее спрос. Тонкая кожа, украшения, мелкие детали... и время. Время прежде всего. Десятки часов на каждую пару. — Качество требует времени. — Да, думаю вы носили на себе целые годы чьих-то жизней.

   — Мой отец был сапожником. Он умер, когда я был молод и мне досталась его лавка. Он был простым человеком и шил простую обувь. Но я понял, что чем больше работы я вкладываю в обувь, тем больше на нее спрос. Тонкая кожа, украшения, мелкие детали... и время. Время прежде всего. Десятки часов на каждую пару. — Качество требует времени. — Да, думаю вы носили на себе целые годы чьих-то жизней.

   — Его Воробейшество · сериал
8. «

   сэр Томас Бертрам: — Жизнь вдали от роскоши и комфорта Мэнсфилд Парка, возможно, приведет Ваш разум в более трезвое состояние. Вы этого хотите, не так ли? Фанни Прайс: — Да. Этого. Эдмунд Бертрам: — Почему, Фанни? Фанни Прайс: — Чтобы снова быть дома. Среди любящих родных. Чтобы проявлять любовь, не боясь, не сдерживаясь. Чтобы чувствовать себя равной тем, кто рядом.

   сэр Томас Бертрам: — Жизнь вдали от роскоши и комфорта Мэнсфилд Парка, возможно, приведет Ваш разум в более трезвое состояние. Вы этого хотите, не так ли? Фанни Прайс: — Да. Этого. Эдмунд Бертрам: — Почему, Фанни? Фанни Прайс: — Чтобы снова быть дома. Среди любящих родных. Чтобы проявлять любовь, не боясь, не сдерживаясь. Чтобы чувствовать себя равной тем, кто рядом.

   — сэр Томас Бертрам · фильм
9. «

   Роскошь и чрезмерная изысканность предрекает верную гибель государству, ибо свидетельствуют о том, что все частные лица пекутся лишь о собственном благе, нисколько не заботясь о благе общественном.

   Роскошь и чрезмерная изысканность предрекает верную гибель государству, ибо свидетельствуют о том, что все частные лица пекутся лишь о собственном благе, нисколько не заботясь о благе общественном.

   — Франсуа де Ларошфуко
10. «

    Ведь женщине так легко оступиться, если она тщеславна и любит роскошь.

    Ведь женщине так легко оступиться, если она тщеславна и любит роскошь.

    — Ирвинг Стоун · книга
11. «

    И тут я поняла: роскошь – это продуманность.

    И тут я поняла: роскошь – это продуманность.

    — Франц Вертфоллен · книга
12. «

    Если вокруг вас роскошь, она принадлежит вам, кто бы за нее ни платил — вы или другие.

    Если вокруг вас роскошь, она принадлежит вам, кто бы за нее ни платил — вы или другие.

    — О. Генри · книга
13. «

    И прежде уже чуждая мне и странная городская жизнь теперь опротивела мне так, что все те радости роскошной жизни, которые прежде мне казались радостями, стали для меня мучением. И как я ни старался найти в своей душе хоть какие-нибудь оправдания нашей жизни, я не мог без раздражения видеть ни своей, ни чужой гостиной, ни чисто, барски накрытого стола, ни экипажа, сытого кучера и лошадей, ни магазинов, театров, собраний. Я не мог не видеть рядом с этим голодных, холодных и униженных жителей Ляпинского дома. И не мог отделаться от мысли, что эти две вещи связаны, что одно происходит от другого.

    И прежде уже чуждая мне и странная городская жизнь теперь опротивела мне так, что все те радости роскошной жизни, которые прежде мне казались радостями, стали для меня мучением. И как я ни старался найти в своей душе хоть какие-нибудь оправдания нашей жизни, я не мог без раздражения видеть ни своей, ни чужой гостиной, ни чисто, барски накрытого стола, ни экипажа, сытого кучера и лошадей, ни магазинов, театров, собраний. Я не мог не видеть рядом с этим голодных, холодных и униженных жителей Ляпинского дома. И не мог отделаться от мысли, что эти две вещи связаны, что одно происходит от другого.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
14. «

    ...роскошь — это беззаботная жизнь!

    ...роскошь — это беззаботная жизнь!

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    Это вкуснее самого дивного шербета. Даже при дворце царя Сулеймана ибн Дауда я не едал такой роскоши.

    Это вкуснее самого дивного шербета. Даже при дворце царя Сулеймана ибн Дауда я не едал такой роскоши.

    — Гассан Абдуррахман ибн Хоттаб (Старик Хоттабыч) · фильм
16. «

    Не многие люди, увы, понимают, что роскошь и изобилие – это тяжкий груз. Для многих – непомерная тяжесть. Совершенство – тем более. Совершенство доступно богам, но боги в ответе за столькое, что нам себе даже и не представить. Потому что мы не хотим представлять.

    Не многие люди, увы, понимают, что роскошь и изобилие – это тяжкий груз. Для многих – непомерная тяжесть. Совершенство – тем более. Совершенство доступно богам, но боги в ответе за столькое, что нам себе даже и не представить. Потому что мы не хотим представлять.

    — Франц Вертфоллен · книга
17. «

    Творчество — это не роскошь для избранных, а общая биологическая потребность, часто не осознаваемая нами.

    Творчество — это не роскошь для избранных, а общая биологическая потребность, часто не осознаваемая нами.

    — Геннадий Иванович Иванов · книга
18. «

    — А как вы думаете, Владимир… Она взглянула в зеркало. — …может случиться, что в Москве нельзя будет достать французской краски для губ? Она взяла со столика золотой герленовский карандашик: — Как же тогда жить?

    — А как вы думаете, Владимир… Она взглянула в зеркало. — …может случиться, что в Москве нельзя будет достать французской краски для губ? Она взяла со столика золотой герленовский карандашик: — Как же тогда жить?

    — Анатолий Мариенгоф · книга
19. «

    Порок — та же роскошь.

    Порок — та же роскошь.

    — Оноре де Бальзак · книга
20. «

    Единственное, что знала Диотима о банковском деле, было то, что даже средние служащие банков ездили в командировки в первом классе, тогда как ей всегда приходилось довольствоваться вторым, если она путешествовала не в обществе своего мужа, и на этом строилось ее представление о роскоши, окружающей высших владык такого предприятия.

    Единственное, что знала Диотима о банковском деле, было то, что даже средние служащие банков ездили в командировки в первом классе, тогда как ей всегда приходилось довольствоваться вторым, если она путешествовала не в обществе своего мужа, и на этом строилось ее представление о роскоши, окружающей высших владык такого предприятия.

    — Роберт Музиль · книга