160 цитат на тему «русские»

Собрали 160 цитат на тему «русские» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   После агрессии НАТО на Сербию 1999 года, один американский генерал посетил военный музей в Белграде. Генерал подошел к одному куратору музея, молодому, отставному сербскому офицеру и задал вопрос: — Ну что, тяжело было воевать с самой могущественной силой? — Не знаю, — ответил куратор, — мы никогда не воевали против русских.

   После агрессии НАТО на Сербию 1999 года, один американский генерал посетил военный музей в Белграде. Генерал подошел к одному куратору музея, молодому, отставному сербскому офицеру и задал вопрос: — Ну что, тяжело было воевать с самой могущественной силой? — Не знаю, — ответил куратор, — мы никогда не воевали против русских.
2. «

   О, черт бы взял эту вечную достоевщину, преследующую русского человека! И черт бы взял русского человека, который только ее и видит вокруг!

   О, черт бы взял эту вечную достоевщину, преследующую русского человека! И черт бы взял русского человека, который только ее и видит вокруг!

   — Виктор Пелевин · книга
3. «

   «Нормально» — вне всякий сомнений, одно из самых употребимых слов русского языка. Все у них нормально. Как дела — нормально. Как здоровье — нормально. О чем ни спросить — все нормально. При этом я не уставал удивляться, есть ли в России хоть что-нибудь, что вписывается в мое понимание нормы.

   «Нормально» — вне всякий сомнений, одно из самых употребимых слов русского языка. Все у них нормально. Как дела — нормально. Как здоровье — нормально. О чем ни спросить — все нормально. При этом я не уставал удивляться, есть ли в России хоть что-нибудь, что вписывается в мое понимание нормы.

   — Леннарт Дальгрен · книга
4. «

   — За что я люблю русских, так это за то, что гнилую картошку вы всегда берете позолоченной вилкой. — Если этот хрен немецкий про русских гадости говорит, скажите, что я его в сортир башкой макну!

   — За что я люблю русских, так это за то, что гнилую картошку вы всегда берете позолоченной вилкой. — Если этот хрен немецкий про русских гадости говорит, скажите, что я его в сортир башкой макну!
5. «

   Русский человек хорошо знает, как надо выживать, и плохо знает, как жить.

   Русский человек хорошо знает, как надо выживать, и плохо знает, как жить.

   — Стас Янковский
6. «

   — Сейчас модно держать странных животных. Вон наш участковый Кирюхин поимел себе коалу и теперь эвкалипт усаживает на приусадебном участке. Коалы страсть как эвкалиптовые листья любят. Кирюхин пытался конечно эвкалиптовой настойкой пропитывать наши отечественные березовые листья, но тот ни в какую. — Мда... На Руси, слава Богу, дураков лет на сто припасено.

   — Сейчас модно держать странных животных. Вон наш участковый Кирюхин поимел себе коалу и теперь эвкалипт усаживает на приусадебном участке. Коалы страсть как эвкалиптовые листья любят. Кирюхин пытался конечно эвкалиптовой настойкой пропитывать наши отечественные березовые листья, но тот ни в какую. — Мда... На Руси, слава Богу, дураков лет на сто припасено.

   — егерь Кузьмич · фильм
7. «

   Выражается сильно российский народ! И если наградит кого словцом, то пойдет оно ему в род и потомство, утащит он его с собою и на службу, и в отставку, и в Петербург, и на край света. И как уж потом ни хитри и ни облагораживай свое прозвище, хоть заставь пишущих людишек выводить его за наемную плату от древнекняжеского рода, ничто не поможет: каркнет само за себя прозвище во все свое воронье горло и скажет ясно, откуда вылетела птица. Произнесенное метко, все равно что писанное, не вырубливается топором. А уж куды бывает метко все то, что вышло из глубины Руси, где нет ни немецких, ни чухонских, ни всяких иных племен, а всё сам-самородок, живой и бойких русский ум, что не лезет за словом в карман, не высиживает его, как наседка цыплят, а влепливает сразу, как пашпорт на вечную носку, и нечего прибавлять уже потом, какой у тебя нос или губы, — одной чертой обрисован ты с ног до головы.

   Выражается сильно российский народ! И если наградит кого словцом, то пойдет оно ему в род и потомство, утащит он его с собою и на службу, и в отставку, и в Петербург, и на край света. И как уж потом ни хитри и ни облагораживай свое прозвище, хоть заставь пишущих людишек выводить его за наемную плату от древнекняжеского рода, ничто не поможет: каркнет само за себя прозвище во все свое воронье горло и скажет ясно, откуда вылетела птица. Произнесенное метко, все равно что писанное, не вырубливается топором. А уж куды бывает метко все то, что вышло из глубины Руси, где нет ни немецких, ни чухонских, ни всяких иных племен, а всё сам-самородок, живой и бойких русский ум, что не лезет за словом в карман, не высиживает его, как наседка цыплят, а влепливает сразу, как пашпорт на вечную носку, и нечего прибавлять уже потом, какой у тебя нос или губы, — одной чертой обрисован ты с ног до головы.

   — Николай Гоголь · книга
8. «

   В руках он нёс великую дубину, без которой не обходится никакое начинание на Руси.

   В руках он нёс великую дубину, без которой не обходится никакое начинание на Руси.

   — Михаил Булгаков · книга
9. «

   Наш народ миролюбив и незлобив. 800 лет провел в боях и походах.

   Наш народ миролюбив и незлобив. 800 лет провел в боях и походах.

   — Геннадий Андреевич Зюганов
10. «

    Прежде, в недавнее еще время, мы говорили, что чиновники наши берут взятки, что у нас нет ни дорог, ни торговли, ни правильного суда... <...> А потом мы догадались, что болтать, все только болтать о наших язвах не стоит труда, что это ведет только к пошлости и доктринству; мы увидали, что и умники наши, так называемые передовые люди и обличители, никуда не годятся, что мы занимаемся вздором, толкуем о каком-то искусстве, бессознательном творчестве, о парламентаризме, об адвокатуре и черт знает о чем, когда дело идет о насущном хлебе, когда грубейшее суеверие нас душит, когда все наши акционерные общества лопаются единственно оттого, что оказывается недостаток в честных людях, когда сама свобода, о которой хлопочет правительство, едва ли пойдет нам впрок, потому что мужик наш рад самого себя обокрасть, чтобы только напиться дурману в кабаке.

    Прежде, в недавнее еще время, мы говорили, что чиновники наши берут взятки, что у нас нет ни дорог, ни торговли, ни правильного суда... <...> А потом мы догадались, что болтать, все только болтать о наших язвах не стоит труда, что это ведет только к пошлости и доктринству; мы увидали, что и умники наши, так называемые передовые люди и обличители, никуда не годятся, что мы занимаемся вздором, толкуем о каком-то искусстве, бессознательном творчестве, о парламентаризме, об адвокатуре и черт знает о чем, когда дело идет о насущном хлебе, когда грубейшее суеверие нас душит, когда все наши акционерные общества лопаются единственно оттого, что оказывается недостаток в честных людях, когда сама свобода, о которой хлопочет правительство, едва ли пойдет нам впрок, потому что мужик наш рад самого себя обокрасть, чтобы только напиться дурману в кабаке.

    — Иван Сергеевич Тургенев · книга
11. «

    Русский человек славится своим умением находить выход из самых трудных ситуаций, но ещё более он славится своим умением находить туда вход.

    Русский человек славится своим умением находить выход из самых трудных ситуаций, но ещё более он славится своим умением находить туда вход.

    — Стас Янковский
12. «

    Лезу — стотысячный случай — на стол. Давно посетителям осточертело. Знают заранее всё, как по нотам: Буду звать (новое дело!), Куда-то идти, спасать кого-то. В извинение пьяной нагрузки Хозяин гостям объясняет: — Русский!

    Лезу — стотысячный случай — на стол. Давно посетителям осточертело. Знают заранее всё, как по нотам: Буду звать (новое дело!), Куда-то идти, спасать кого-то. В извинение пьяной нагрузки Хозяин гостям объясняет: — Русский!

    — Владимир Маяковский
13. «

    Да и вообще у нас, в русском обществе, самые лучшие манеры у тех, которые биты бывали.

    Да и вообще у нас, в русском обществе, самые лучшие манеры у тех, которые биты бывали.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
14. «

    Вот взять меня — кем я был? А кем я стал? Мягко говоря, всем! А почему? Да потому что я — русский солдат! А русский солдат никогда не сдаётся. Один хрен, ему терять нечего. Это и есть наша главная военная тайна.

    Вот взять меня — кем я был? А кем я стал? Мягко говоря, всем! А почему? Да потому что я — русский солдат! А русский солдат никогда не сдаётся. Один хрен, ему терять нечего. Это и есть наша главная военная тайна.

    — «Пуля» · фильм
15. «

    Русский — рисковый безумец, быстро взлетающий, быстро падающий, и быстро взмывающий снова. Горящий и сгорающий. Нас побаиваются во всём мире и стараются держаться подальше. С нами небезопасно, но с нами и нескучно.

    Русский — рисковый безумец, быстро взлетающий, быстро падающий, и быстро взмывающий снова. Горящий и сгорающий. Нас побаиваются во всём мире и стараются держаться подальше. С нами небезопасно, но с нами и нескучно.

    — Радислав Гандапас
16. «

    — Они что, обкуренные, раз так прут? — А мы тогда кто, раз так стоим? — А мы — русские, нам так положено!

    — Они что, обкуренные, раз так прут? — А мы тогда кто, раз так стоим? — А мы — русские, нам так положено!

    — Грозовые ворота · фильм
17. «

    Все национальности в мире — ИМЕНА СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫЕ, и только мы, РУССКИЕ — прилагательное.

    Все национальности в мире — ИМЕНА СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫЕ, и только мы, РУССКИЕ — прилагательное.

    — Михаил Задорнов
18. «

    Говорят: целый народ нельзя подавлять без конца. Ложь! Можно! Мы же видим, как наш народ опустошился, одичал, и снизошло на него равнодушие уже не только к судьбам страны, уже не только к судьбе соседа, но даже к собственной судьбе и судьбе детей. Равнодушие, последняя спасительная реакция организма, стала нашей определяющей чертой. Оттого и популярность водки – невиданная даже по русским масштабам. Это – страшное равнодушие, когда человек видит свою жизнь не надколотой, не с отломанным уголком, а так безнадежно раздробленной, так вдоль и поперек изгаженной, что только ради алкогольного забвения еще стоит оставаться жить. Вот если бы водку запретили – тотчас бы у нас вспыхнула революция.

    Говорят: целый народ нельзя подавлять без конца. Ложь! Можно! Мы же видим, как наш народ опустошился, одичал, и снизошло на него равнодушие уже не только к судьбам страны, уже не только к судьбе соседа, но даже к собственной судьбе и судьбе детей. Равнодушие, последняя спасительная реакция организма, стала нашей определяющей чертой. Оттого и популярность водки – невиданная даже по русским масштабам. Это – страшное равнодушие, когда человек видит свою жизнь не надколотой, не с отломанным уголком, а так безнадежно раздробленной, так вдоль и поперек изгаженной, что только ради алкогольного забвения еще стоит оставаться жить. Вот если бы водку запретили – тотчас бы у нас вспыхнула революция.

    — Александр Солженицын · книга
19. «

    Русские умеют развлекаться даже тем, как русские раздали прозвища всем, кто их окружает. Белорусов русские называют «бульбаши», украинцев — хохлы, среднеазиатов — чурки, кавказцев — хачи, евреев — жиды... А русских никак обидно не назовёшь. Они лингвистически защищённые.

    Русские умеют развлекаться даже тем, как русские раздали прозвища всем, кто их окружает. Белорусов русские называют «бульбаши», украинцев — хохлы, среднеазиатов — чурки, кавказцев — хачи, евреев — жиды... А русских никак обидно не назовёшь. Они лингвистически защищённые.

    — Тимур Каргинов
20. «

    Таков уж русский человек: страсть сильная зазнаться с тем, который бы хотя одним чином был его повыше, и шапочное знакомство с графом или князем для него лучше всяких тесных дружеских отношений.

    Таков уж русский человек: страсть сильная зазнаться с тем, который бы хотя одним чином был его повыше, и шапочное знакомство с графом или князем для него лучше всяких тесных дружеских отношений.

    — Николай Гоголь · книга