188 цитат по теме «Красивые цитаты про счастье» без воды

Тема «Красивые цитаты про счастье» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 188 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Счастье – оно гордое. Редко приходит само – любит, чтобы его звали, искали, боролись за него.

   Счастье – оно гордое. Редко приходит само – любит, чтобы его звали, искали, боролись за него.

   — Олег Рой · книга
2. «

   Ух ты, обалдеть! Услышал твой голос — и уже счастлив.

   Ух ты, обалдеть! Услышал твой голос — и уже счастлив.

   — Алекс Хитченс (Хитч) · фильм
3. «

   Может ли хоть что-то на свете сравниться с таким сиянием женских глаз? В нем всё: и благодарность, и обещание, и награда, и ожидание… Приказ и просьба, требовательность и покорность, грех и благодать, сила и беспомощность, надежда и самоотречение… Кто-нибудь когда-нибудь сумел пересчитать компоненты, составляющие понятия Любовь и Счастье? И если ты не просто «М» в графе «пол», а действительно мужчина, нет цены, которая оказалась бы слишком велика за один такой взгляд. Отдать всё — пустой набор слов. Отдать то, чего нет и не могло бы быть, если бы не эти глаза…

   Может ли хоть что-то на свете сравниться с таким сиянием женских глаз? В нем всё: и благодарность, и обещание, и награда, и ожидание… Приказ и просьба, требовательность и покорность, грех и благодать, сила и беспомощность, надежда и самоотречение… Кто-нибудь когда-нибудь сумел пересчитать компоненты, составляющие понятия Любовь и Счастье? И если ты не просто «М» в графе «пол», а действительно мужчина, нет цены, которая оказалась бы слишком велика за один такой взгляд. Отдать всё — пустой набор слов. Отдать то, чего нет и не могло бы быть, если бы не эти глаза…

   — Евгений Красницкий · книга
4. «

   В жизни не бывает — и об этом прекрасно знает каждый дирижер — двух одинаковых концертов. Даже если партитура одна и та же, если оркестр состоит из тех же самых музыкантов, а концерт состоялся в том же самом концертном зале. Каждый концерт другой: иногда у нас от счастья на глазах выступают слезы, иногда нам хочется кричать от счастья, а иногда счастье лишает нас дара речи.

   В жизни не бывает — и об этом прекрасно знает каждый дирижер — двух одинаковых концертов. Даже если партитура одна и та же, если оркестр состоит из тех же самых музыкантов, а концерт состоялся в том же самом концертном зале. Каждый концерт другой: иногда у нас от счастья на глазах выступают слезы, иногда нам хочется кричать от счастья, а иногда счастье лишает нас дара речи.

   — Януш Леон Вишневский · книга
5. «

   О Боже, может ли что-то быть лучше, чем свежая булка в руке и парижскоая брусчатка под ногами?

   О Боже, может ли что-то быть лучше, чем свежая булка в руке и парижскоая брусчатка под ногами?

   — Ирина Богданова · книга
6. «

   Ночь распростерлась надо мной И отвечает мёртвым взглядом На тусклый взор души больной, Облитой острым, сладким ядом.

   Ночь распростерлась надо мной И отвечает мёртвым взглядом На тусклый взор души больной, Облитой острым, сладким ядом.

   — Александр Александрович Блок
7. «

   Внутри меня однажды стало тише И в этой тишине я разглядел твой образ, Мы сели на балу, я слышал, как ты дышишь, Скиталец изнутри меня сказал: «Ты дома, да!»

   Внутри меня однажды стало тише И в этой тишине я разглядел твой образ, Мы сели на балу, я слышал, как ты дышишь, Скиталец изнутри меня сказал: «Ты дома, да!»
8. «

   Что счастье? Чад безумной речи? Одна минута на пути, Где с поцелуем жадной встречи Слилось неслышное прости?

   Что счастье? Чад безумной речи? Одна минута на пути, Где с поцелуем жадной встречи Слилось неслышное прости?

   — Иннокентий Анненский
9. «

   — Я помню, как мы встретились, помню, как в тот день мне хотелось смотреть в твои глаза снова и снова, именно тогда я поняла, что тону, но твой взгляд удерживал меня на плаву. Твои бушующие воды всё сильнее заманивали меня и я не могла противостоять столь сильному течению... С самой первой встречи я была готова захлебнуться в тебе, чтобы мы всегда были вместе. Мне было плевать, что таят в себе глубины твоих вод, сколько там подводных камней, потому что впервые встретившись с тобой взглядом я поняла, что мы единое целое. Я знала, что именно ты подаришь мне безграничный океан чувств, счастья и любви, которая поглотит меня, так и случилось. Прошло столько лет, а у меня всё так же подкашиваются коленки, когда ты смотришь в мои глаза. Я утонула в тебе навсегда...

   — Я помню, как мы встретились, помню, как в тот день мне хотелось смотреть в твои глаза снова и снова, именно тогда я поняла, что тону, но твой взгляд удерживал меня на плаву. Твои бушующие воды всё сильнее заманивали меня и я не могла противостоять столь сильному течению... С самой первой встречи я была готова захлебнуться в тебе, чтобы мы всегда были вместе. Мне было плевать, что таят в себе глубины твоих вод, сколько там подводных камней, потому что впервые встретившись с тобой взглядом я поняла, что мы единое целое. Я знала, что именно ты подаришь мне безграничный океан чувств, счастья и любви, которая поглотит меня, так и случилось. Прошло столько лет, а у меня всё так же подкашиваются коленки, когда ты смотришь в мои глаза. Я утонула в тебе навсегда...

   — Николь
10. «

    Влачил я, сам не зная почему, Жизнь, словно взятую взаймы из книги, В которую вникал, но смысл понять не мог, Меж тем как суть её таилась между строк. <...> Так долго я плутал в любви, в печали, Боролся с тенью, тратил силы зря В забавах, что меня не исцеляли, И всё мечтал, что близится заря. Я впился взглядом в жизнь, и мне открылось, Что часто смелость не спасает в битве, А быстрота — в погоне; что и горе И счастье растревожить нас бессильны; Что истины нельзя достигнуть в споре И что истоки наших грёз темны, А счастье — бег времён и плеск волны!

    Влачил я, сам не зная почему, Жизнь, словно взятую взаймы из книги, В которую вникал, но смысл понять не мог, Меж тем как суть её таилась между строк. <...> Так долго я плутал в любви, в печали, Боролся с тенью, тратил силы зря В забавах, что меня не исцеляли, И всё мечтал, что близится заря. Я впился взглядом в жизнь, и мне открылось, Что часто смелость не спасает в битве, А быстрота — в погоне; что и горе И счастье растревожить нас бессильны; Что истины нельзя достигнуть в споре И что истоки наших грёз темны, А счастье — бег времён и плеск волны!

    — Гуго фон Гофмансталь
11. «

    Разница между существованием и жизнью состоит в умении любить и быть счастливым.

    Разница между существованием и жизнью состоит в умении любить и быть счастливым.
12. «

    Жизнь вообще очень короткая штука, если тебе дорог человек, надо вот так хватать обеими руками и держать сильно-сильно, а то завтра обернешься и никого нет.

    Жизнь вообще очень короткая штука, если тебе дорог человек, надо вот так хватать обеими руками и держать сильно-сильно, а то завтра обернешься и никого нет.

    — Василий Геннадьевич Фролов (ВазГен) · сериал
13. «

    Осторожно принюхавшись к дымящейся чашке, барышня неожиданно поняла, что влюбилась. Причём не просто так, а на всю оставшуюся жизнь. И да, разумеется, в напиток из странных зёрен.

    Осторожно принюхавшись к дымящейся чашке, барышня неожиданно поняла, что влюбилась. Причём не просто так, а на всю оставшуюся жизнь. И да, разумеется, в напиток из странных зёрен.

    — Макс Фрай · книга
14. «

    ... ему хочется спросить, с каким звуком сердце разбивается от счастья, когда один вид любимого человека заполняет всё твоё существо, как не заполнит ни пища, ни кровь, ни воздух, когда тебе кажется, что ты был рождён для короткого мига и что вот он наступил, бог знает почему.

    ... ему хочется спросить, с каким звуком сердце разбивается от счастья, когда один вид любимого человека заполняет всё твоё существо, как не заполнит ни пища, ни кровь, ни воздух, когда тебе кажется, что ты был рождён для короткого мига и что вот он наступил, бог знает почему.

    — Деннис Лихэйн · книга
15. «

    Счастья довольно много Тогда бывает, Когда тело вдруг невесомо Парит на ветру, Плечи, грудь и колени, И вдруг так воздушно Встречает другое тело, В таком же Легком полете.

    Счастья довольно много Тогда бывает, Когда тело вдруг невесомо Парит на ветру, Плечи, грудь и колени, И вдруг так воздушно Встречает другое тело, В таком же Легком полете.

    — Карл Кролов
16. «

    Тот, кто верит, что лишь солнце принесет счастье — никогда не танцевал под дождем.

    Тот, кто верит, что лишь солнце принесет счастье — никогда не танцевал под дождем.

    — Мэтт Шейд · сериал
17. «

    Я – твой раб, ты – моя повелительница. Ты – самоё ценное, что у меня есть. Ты – счастье сердца моего.

    Я – твой раб, ты – моя повелительница. Ты – самоё ценное, что у меня есть. Ты – счастье сердца моего.

    — Султан Ахмед · сериал
18. «

    Ты больше никуда не спешишь. Поняла: этот путь и есть твоё назначение. А так как спешить некуда, едва просыпаешься, спрашиваешь себя: как я могу обрадовать Создателя своей жизнью?

    Ты больше никуда не спешишь. Поняла: этот путь и есть твоё назначение. А так как спешить некуда, едва просыпаешься, спрашиваешь себя: как я могу обрадовать Создателя своей жизнью?

    — Мария Фариса · книга
19. «

    Она фыркает и хихикает, падая в подушки. На стене беззвучно поет гитара, рисунки на стенах оживают в наших глазах, она утыкается лицом мне в грудь, а я лежу и думаю, что рай, наверное, должен быть сделан из таких маленьких комнат, в которых живут своей жизнью маленькие, счастливые люди. Такие, как мы. И, пожалуй, это был бы обычный день, один из, ничем не примечательный. Если бы не одно но: мы лежим в залитой солнечным светом комнате, когда за окнами — ночь.

    Она фыркает и хихикает, падая в подушки. На стене беззвучно поет гитара, рисунки на стенах оживают в наших глазах, она утыкается лицом мне в грудь, а я лежу и думаю, что рай, наверное, должен быть сделан из таких маленьких комнат, в которых живут своей жизнью маленькие, счастливые люди. Такие, как мы. И, пожалуй, это был бы обычный день, один из, ничем не примечательный. Если бы не одно но: мы лежим в залитой солнечным светом комнате, когда за окнами — ночь.

    — Аль Квотион · книга
20. «

    В течение целой недели они любили друг друга все ночи подряд. Страсть к цыганке никак не становилась привычною, и Гаспар всякий раз находил свою подругу еще более необычной, не такой, как накануне, и от этого любил её все больше, и с каждым разом наслаждение их было всё острее, а объятья — всё требовательнее и крепче, и по-прежнему она после отталкивала его и погружалась в свой одинокий сон, дышавший эгоизмом и пресыщением, и опять он смотрел на неё, спящую, взором, полным тревоги и нежности, сознавая хрупкость их счастья и самого их бытия. Благодаря ей весь мир вокруг преобразился: солнце было вольно сиять или не сиять, всходить или заходить, трава дерзко пробивалась к свету, цветы распускались, а люди кричали или улыбались. Отныне всё было единственным и неповторимым, а Гаспар становился всего лишь восхищенным зрителем несравненной картины мира. Понемногу он это постигал. Вся его философия растаяла в объятиях цыганки, он это понимал и нисколько об этом не печалился, ибо он был счастлив. Он вновь рождался на свет...

    В течение целой недели они любили друг друга все ночи подряд. Страсть к цыганке никак не становилась привычною, и Гаспар всякий раз находил свою подругу еще более необычной, не такой, как накануне, и от этого любил её все больше, и с каждым разом наслаждение их было всё острее, а объятья — всё требовательнее и крепче, и по-прежнему она после отталкивала его и погружалась в свой одинокий сон, дышавший эгоизмом и пресыщением, и опять он смотрел на неё, спящую, взором, полным тревоги и нежности, сознавая хрупкость их счастья и самого их бытия. Благодаря ей весь мир вокруг преобразился: солнце было вольно сиять или не сиять, всходить или заходить, трава дерзко пробивалась к свету, цветы распускались, а люди кричали или улыбались. Отныне всё было единственным и неповторимым, а Гаспар становился всего лишь восхищенным зрителем несравненной картины мира. Понемногу он это постигал. Вся его философия растаяла в объятиях цыганки, он это понимал и нисколько об этом не печалился, ибо он был счастлив. Он вновь рождался на свет...

    — Эрик-Эмманюэль Шмитт · книга