439 цитат про «школа» для вдохновения

439 цитат про «школа»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   От мячика до мантии магистра Пролег немалый путь. И муки школьных лет, прошедших быстро, Приятно, братцы, помянуть.

   От мячика до мантии магистра Пролег немалый путь. И муки школьных лет, прошедших быстро, Приятно, братцы, помянуть.

   — Фридрих Шиллер
2. «

   Школа – это как бы сортировочная станция. Одни покидают ее рано, это те, кому предназначено работать руками, за мизерную плату. Бывает, конечно, что кто-то из них станет водопроводчиком-миллионером или богачом-автослесарем, но в целом в этом направлении далеко не уйдешь. Другие доучиваются до конца, примерно восемьдесят процентов, и идут на философию, психологию, социологию или экономику. В течение первого семестра их просеивают через мелкое сито, и оставшиеся могут рассчитывать на жалкие дипломишки. Дальше их ждут бесконечные поиски работы, административные конкурсы, которые им придется брать измором, разнообразные, но депрессивные должности вроде препода в «зоне приоритетного образования» или ответственного за связи с общественностью при местной администрации. И пополнят они эту ядовитую категорию граждан, которые, имея прекрасное образование, но не имея достойной работы, все понимают, но ничего не могут. Разочарованные, озлобленные, они будут постепенно скатываться все ниже, а потом найдут для своей неудовлетворенности какой-нибудь выход в виде винного погребка или увлечения восточными религиями. Есть, конечно, и крутые ребята, которые могут похвастаться и аттестатом с отличием, и железобетонным резюме – этакой вот пусковой установкой для вывода на желанную орбиту. Эти пользуются узкими каналами и, оказавшись под давлением, пойдут быстро и заберутся высоко. Для такого ускоренного продвижения лучше всего подойдет математика, но есть неплохие направления и для тех, кто обладает абстрактным мышлением, – всяких историков, мечтателей, художников и прочих чудиков.

   Школа – это как бы сортировочная станция. Одни покидают ее рано, это те, кому предназначено работать руками, за мизерную плату. Бывает, конечно, что кто-то из них станет водопроводчиком-миллионером или богачом-автослесарем, но в целом в этом направлении далеко не уйдешь. Другие доучиваются до конца, примерно восемьдесят процентов, и идут на философию, психологию, социологию или экономику. В течение первого семестра их просеивают через мелкое сито, и оставшиеся могут рассчитывать на жалкие дипломишки. Дальше их ждут бесконечные поиски работы, административные конкурсы, которые им придется брать измором, разнообразные, но депрессивные должности вроде препода в «зоне приоритетного образования» или ответственного за связи с общественностью при местной администрации. И пополнят они эту ядовитую категорию граждан, которые, имея прекрасное образование, но не имея достойной работы, все понимают, но ничего не могут. Разочарованные, озлобленные, они будут постепенно скатываться все ниже, а потом найдут для своей неудовлетворенности какой-нибудь выход в виде винного погребка или увлечения восточными религиями. Есть, конечно, и крутые ребята, которые могут похвастаться и аттестатом с отличием, и железобетонным резюме – этакой вот пусковой установкой для вывода на желанную орбиту. Эти пользуются узкими каналами и, оказавшись под давлением, пойдут быстро и заберутся высоко. Для такого ускоренного продвижения лучше всего подойдет математика, но есть неплохие направления и для тех, кто обладает абстрактным мышлением, – всяких историков, мечтателей, художников и прочих чудиков.

   — Николя Матье · книга
3. «

   — Ты самый главный в нашей школе, так даже в туалете написано! — Так это мы и написали.

   — Ты самый главный в нашей школе, так даже в туалете написано! — Так это мы и написали.
4. «

   После последнего звонка в школах в вытрезвитель попали 78 учеников, за хулиганство задержаны 96, мы как педагоги заявляем, это не наша недоработка, просто хороших книг стало меньше.

   После последнего звонка в школах в вытрезвитель попали 78 учеников, за хулиганство задержаны 96, мы как педагоги заявляем, это не наша недоработка, просто хороших книг стало меньше.
5. «

   — Сьюзи, пожалуйста, не бей свою парту. Относись к школьной собственности как к людям. — Окей. В следующий раз я ударю посильнее.

   — Сьюзи, пожалуйста, не бей свою парту. Относись к школьной собственности как к людям. — Окей. В следующий раз я ударю посильнее.

   — Альфис (Alphys) · игра
6. «

   Отец проверяет дневник сына: физика — 2, химия — 2, история — 2, литература — 2, пение — 5. «Господи, этот дебил ещё и поёт!»

   Отец проверяет дневник сына: физика — 2, химия — 2, история — 2, литература — 2, пение — 5. «Господи, этот дебил ещё и поёт!»
7. «

   До тех пор, пока вы не подчинитесь школе и покорно дадите ей переделать себя в не годного никуда человека, до тех пор вас никуда не пустят, никуда не примут, не дадут никакого места и не допустят ни до какой работы.

   До тех пор, пока вы не подчинитесь школе и покорно дадите ей переделать себя в не годного никуда человека, до тех пор вас никуда не пустят, никуда не примут, не дадут никакого места и не допустят ни до какой работы.

   — Василий Розанов · книга
8. «

   — Вот, послушай: «В субботу я ел пиццу и смотрел телевизор. А в воскресенье я ничего не делал». Точка. За тридцать минут — пара предложений. Два дня из жизни подростка: суббота — пицца и телек, воскресенье — ничего! Я же не просил их написать поэму. Я просил написать о своих выходных. Хотел посмотреть, могут ли они написать больше двух строк... Не могут! А вот еще: «Я не люблю воскресенье. Я люблю субботу. Но в субботу отец не пустил меня гулять и отобрал мобильник». Ты же знаешь, Жанна, я пошел преподавать, чтобы прививать детям вкус к литературе. И что же? Мобильники и пицца! Потребительство и невежество. Вот наше будущее. Эти дети — наше будущее! Философы-реакционеры предсказывают вторжение варваров... А варвары уже здесь, в наших школах!

   — Вот, послушай: «В субботу я ел пиццу и смотрел телевизор. А в воскресенье я ничего не делал». Точка. За тридцать минут — пара предложений. Два дня из жизни подростка: суббота — пицца и телек, воскресенье — ничего! Я же не просил их написать поэму. Я просил написать о своих выходных. Хотел посмотреть, могут ли они написать больше двух строк... Не могут! А вот еще: «Я не люблю воскресенье. Я люблю субботу. Но в субботу отец не пустил меня гулять и отобрал мобильник». Ты же знаешь, Жанна, я пошел преподавать, чтобы прививать детям вкус к литературе. И что же? Мобильники и пицца! Потребительство и невежество. Вот наше будущее. Эти дети — наше будущее! Философы-реакционеры предсказывают вторжение варваров... А варвары уже здесь, в наших школах!

   — В доме (Dans la maison) · фильм
9. «

   Если без сердца идёте к детям, урок не состоится. Технологии состоятся, а урок — нет. Урок — это когда ребёнок набирает света. Если вести урок без сердца, вас увидят дети, запомнят что-то, сдадут что-то, потом экзамен, вы отметки поставите, а потом они «выплюнут» эти знания и всё.

   Если без сердца идёте к детям, урок не состоится. Технологии состоятся, а урок — нет. Урок — это когда ребёнок набирает света. Если вести урок без сердца, вас увидят дети, запомнят что-то, сдадут что-то, потом экзамен, вы отметки поставите, а потом они «выплюнут» эти знания и всё.

   — Шалва Александрович Амонашвили
10. «

    Да, все ищут любви, но при этом боятся ее найти. Страшно привязаться к кому-то, а потом его потерять. Но расставание — это часть жизни. Это планета расставаний. Странно, почему нас в детстве этому не учат? Нафига тебе таблица умножения, если тебе говорят: «Прости, теперь мы друзья»?

    Да, все ищут любви, но при этом боятся ее найти. Страшно привязаться к кому-то, а потом его потерять. Но расставание — это часть жизни. Это планета расставаний. Странно, почему нас в детстве этому не учат? Нафига тебе таблица умножения, если тебе говорят: «Прости, теперь мы друзья»?

    — Никита Колесников · фильм
11. «

    У меня в школе была учительница, бедная. Я сколько её помню, она всегда была в одной и той же шапке. Видимо, думала, это парик, я не знаю. Я её потом через много лет встретил и она была в этой же шапке... Если бы не шапка, я бы её вообще не узнал. И постфактум я понял, что, блин, неправильно так! Они учат детей, они должны очень много зарабатывать. У учителей должны быть лучшие зарплаты, лучшие жилищные условия, а шапка так вообще пи**атая. вообще топ! Учитель не должен собирать деньги на занавески. Это унизительно. Он должен давать деньги на занавески. Типа: «Каргинов, вчера проезжала мимо вашего дома, посмотрела в окна... Ты либо окно заложи кирпичом, либо вот тебе деньги, поставь что-нибудь нормальное». И вот тогда и дети себя будут чувствовать круто, и все себя в школе будут чувствовать тебя круто, потому что учитель это тот самый человек, который должен этот баланс контролировать.

    У меня в школе была учительница, бедная. Я сколько её помню, она всегда была в одной и той же шапке. Видимо, думала, это парик, я не знаю. Я её потом через много лет встретил и она была в этой же шапке... Если бы не шапка, я бы её вообще не узнал. И постфактум я понял, что, блин, неправильно так! Они учат детей, они должны очень много зарабатывать. У учителей должны быть лучшие зарплаты, лучшие жилищные условия, а шапка так вообще пи**атая. вообще топ! Учитель не должен собирать деньги на занавески. Это унизительно. Он должен давать деньги на занавески. Типа: «Каргинов, вчера проезжала мимо вашего дома, посмотрела в окна... Ты либо окно заложи кирпичом, либо вот тебе деньги, поставь что-нибудь нормальное». И вот тогда и дети себя будут чувствовать круто, и все себя в школе будут чувствовать тебя круто, потому что учитель это тот самый человек, который должен этот баланс контролировать.

    — Тимур Каргинов
12. «

    — Здесь как в школе. — Мне кажется, что мы будем говорить это всю оставшуюся жизнь. — Только с первого взгляда здесь всё как в школе, но на самом деле здесь всё намного хуже. — Вот что мы будем говорить всю оставшуюся жизнь.

    — Здесь как в школе. — Мне кажется, что мы будем говорить это всю оставшуюся жизнь. — Только с первого взгляда здесь всё как в школе, но на самом деле здесь всё намного хуже. — Вот что мы будем говорить всю оставшуюся жизнь.

    — Дарья Моргендорффер · мультфильм
13. «

    Ваш мальчик не овладеет как следует дурными привычками, если вы не пошлете его в хорошую школу.

    Ваш мальчик не овладеет как следует дурными привычками, если вы не пошлете его в хорошую школу.

    — Гектор Хью Манро
14. «

    Матери не должны думать о том, как они соберут детей в школу, должны об этом заботиться власти. Он высказал мнение о необходимости поддержки ребенка до трех лет, что уже фактически осуществлено в совхозе имени Ленина. Говоря о молодых специалистах, кандидат отметил: «Они должны иметь две вещи. Они должны точно знать, что их примут на работу и им должны обеспечить достойную зарплату. Когда средняя зарплата в совхозе 78-79 тысяч, это говорит только об одном: у всех есть уверенность в завтрашнем дне. И только тогда молодые семьи начинают рожать.

    Матери не должны думать о том, как они соберут детей в школу, должны об этом заботиться власти. Он высказал мнение о необходимости поддержки ребенка до трех лет, что уже фактически осуществлено в совхозе имени Ленина. Говоря о молодых специалистах, кандидат отметил: «Они должны иметь две вещи. Они должны точно знать, что их примут на работу и им должны обеспечить достойную зарплату. Когда средняя зарплата в совхозе 78-79 тысяч, это говорит только об одном: у всех есть уверенность в завтрашнем дне. И только тогда молодые семьи начинают рожать.

    — Павел Николаевич Грудинин
15. «

    Говорят, что надо мыслить шире, тянуться к звёздам. И после этого запирают нас на 12 лет, указывают, где сидеть, куда писать и как думать. А потом нам исполняется 18 — и несмотря на то, что у нас в голове ещё не было ни одной собственной мысли, нас заставляют принимать самые важные решения в жизни. И если у тебя нет денег и с оценками не очень, то большинство решений принимается за тебя.

    Говорят, что надо мыслить шире, тянуться к звёздам. И после этого запирают нас на 12 лет, указывают, где сидеть, куда писать и как думать. А потом нам исполняется 18 — и несмотря на то, что у нас в голове ещё не было ни одной собственной мысли, нас заставляют принимать самые важные решения в жизни. И если у тебя нет денег и с оценками не очень, то большинство решений принимается за тебя.

    — Ханна Бейкер · сериал
16. «

    Не люблю школу: там заставляют сосредотачиваться на том, чего ты не хочешь знать.

    Не люблю школу: там заставляют сосредотачиваться на том, чего ты не хочешь знать.

    — Леонардо Ди Каприо
17. «

    Нет никого старше, чем выпускник, и никого моложе, чем первокурсник.

    Нет никого старше, чем выпускник, и никого моложе, чем первокурсник.
18. «

    Ах, школа? Мне не нравится туда ходить. Но если я туда не хожу, то начинаю нервничать. Если бы я не смогла ходить в школу, то мне бы захотелось туда ещё сильнее. Странно, да?

    Ах, школа? Мне не нравится туда ходить. Но если я туда не хожу, то начинаю нервничать. Если бы я не смогла ходить в школу, то мне бы захотелось туда ещё сильнее. Странно, да?
19. «

    — Ты где? — В аду! — Ясно, выйдешь со школы — позвонишь!

    — Ты где? — В аду! — Ясно, выйдешь со школы — позвонишь!
20. «

    Он читал все, что выходило, посещал театры, публичные лекции, слушал, как объясняет Араго явления поляризации света, восхищался сообщением Жоффруа Сент-Илера о двойной функции внутренней и наружной сонной артерии, питающих одна — лицо, другая мозг, был в курсе всей жизни, не отставал от науки, сопоставлял теории Сен-Симона и Фурье, расшифровывал иероглифы, любил, надломив поднятый камешек, порассуждать о геологии, мог нарисовать на память бабочку шелкопряда, обнаруживал погрешности против французского языка в словаре Академии, штудировал Пюисегюра и Делеза, воздерживался от всяких утверждений и отрицаний, до чудес и привидений включительно, перелистывал комплекты Монитера и размышлял. Он утверждал, что будущность — в руках школьного учителя, и живо интересовался вопросами воспитания. Он требовал, чтобы общество неутомимо трудилось над поднятием своего морального и интеллектуального уровня, над превращением науки в общедоступную ценность, над распространением возвышенных идей, над духовным развитием молодежи. Но он опасался, как бы скудность современных методов преподавания, убожество господствующих взглядов, ограничивающихся признанием двух-трех так называемых классических веков, тиранический догматизм казенных наставников, схоластика и рутина не превратили бы в конце концов наши школы в искусственные рассадники тупоумия.

    Он читал все, что выходило, посещал театры, публичные лекции, слушал, как объясняет Араго явления поляризации света, восхищался сообщением Жоффруа Сент-Илера о двойной функции внутренней и наружной сонной артерии, питающих одна — лицо, другая мозг, был в курсе всей жизни, не отставал от науки, сопоставлял теории Сен-Симона и Фурье, расшифровывал иероглифы, любил, надломив поднятый камешек, порассуждать о геологии, мог нарисовать на память бабочку шелкопряда, обнаруживал погрешности против французского языка в словаре Академии, штудировал Пюисегюра и Делеза, воздерживался от всяких утверждений и отрицаний, до чудес и привидений включительно, перелистывал комплекты Монитера и размышлял. Он утверждал, что будущность — в руках школьного учителя, и живо интересовался вопросами воспитания. Он требовал, чтобы общество неутомимо трудилось над поднятием своего морального и интеллектуального уровня, над превращением науки в общедоступную ценность, над распространением возвышенных идей, над духовным развитием молодежи. Но он опасался, как бы скудность современных методов преподавания, убожество господствующих взглядов, ограничивающихся признанием двух-трех так называемых классических веков, тиранический догматизм казенных наставников, схоластика и рутина не превратили бы в конце концов наши школы в искусственные рассадники тупоумия.

    — Виктор Гюго · книга