181 афоризмов на тему «система»

Тема «система» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 181 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   We must secure the existence of our people and a future for white children. (Мы должны защитить само существование нашего народа и будущее для белых детей)

   We must secure the existence of our people and a future for white children. (Мы должны защитить само существование нашего народа и будущее для белых детей)

   — Дэвид Лэйн
2. «

   Систему нужно покидать как раз тогда, когда она отлажена, а не тогда, когда она перестает работать.

   Систему нужно покидать как раз тогда, когда она отлажена, а не тогда, когда она перестает работать.

   — Бернар Вербер · книга
3. «

   Как прекрасно почувствовать единство целого комплекса явлений, которые при непосредственном восприятии казались разрозненными.

   Как прекрасно почувствовать единство целого комплекса явлений, которые при непосредственном восприятии казались разрозненными.

   — Владимир Петрович Карцев · книга
4. «

   Мы приходим к удивительному парадоксу вот какого рода: система по определению есть то, что на части не делится. Если я разделил систему на две, значит, у меня две системы. Зачем мне говорить, что у меня одна система? Если я говорю «система», то это и есть фактически обозначение того, что оно, это целое, не может быть разделено на части.

   Мы приходим к удивительному парадоксу вот какого рода: система по определению есть то, что на части не делится. Если я разделил систему на две, значит, у меня две системы. Зачем мне говорить, что у меня одна система? Если я говорю «система», то это и есть фактически обозначение того, что оно, это целое, не может быть разделено на части.

   — Георгий Петрович Щедровицкий
5. «

   В наше время система предопределяет судьбу каждого из нас. И нам приходится смириться с этим навязанным счастьем. Но люди потеряли возможность осуществлять свои истинные мечты.

   В наше время система предопределяет судьбу каждого из нас. И нам приходится смириться с этим навязанным счастьем. Но люди потеряли возможность осуществлять свои истинные мечты.

   — Рикако Орё · аниме
6. «

   Система — это статистика. Если система правильная, ни за что не проиграешь. А счастье всегда может обмануть.

   Система — это статистика. Если система правильная, ни за что не проиграешь. А счастье всегда может обмануть.

   — Джек Лондон · книга
7. «

   Основные ценности любой общественной системы редко формируются простыми людьми. Чаще всего, они представляют систему взглядов «основной управляющей группы», такой как церковь, армия, банки, корпорации, правящая элита, или же их комбинацией. Эти группы разрабатывают скрытую программу развития общества, суды, налоги и др. структуры, служащие на благо их собственных интересов и поддерживающих вечную иллюзию того, что общественные ценности определяются самим обществом. Кроме того, правительства подавляют любые отклонения от заданного курса, которые могут им навредить.

   Основные ценности любой общественной системы редко формируются простыми людьми. Чаще всего, они представляют систему взглядов «основной управляющей группы», такой как церковь, армия, банки, корпорации, правящая элита, или же их комбинацией. Эти группы разрабатывают скрытую программу развития общества, суды, налоги и др. структуры, служащие на благо их собственных интересов и поддерживающих вечную иллюзию того, что общественные ценности определяются самим обществом. Кроме того, правительства подавляют любые отклонения от заданного курса, которые могут им навредить.

   — Жак Фреско · книга
8. «

   Всего-то и нужно, что замечать детали и как они складываются в систему. Когда ты поймёшь всю систему, ты сможешь экстраполировать будущее.

   Всего-то и нужно, что замечать детали и как они складываются в систему. Когда ты поймёшь всю систему, ты сможешь экстраполировать будущее.

   — Чак Паланик · книга
9. «

   Эти люди хотят сделать тебя слабым, чтобы держался в рамочках, выполнял их правила, жил, как они велят. <...> Хотят победить, но не тем, чтобы самим быть сильнее, а тем, чтобы тебя слабее сделать...

   Эти люди хотят сделать тебя слабым, чтобы держался в рамочках, выполнял их правила, жил, как они велят. <...> Хотят победить, но не тем, чтобы самим быть сильнее, а тем, чтобы тебя слабее сделать...

   — Кен Кизи · книга
10. «

    Чтобы видеть то, что происходит прямо перед вашим носом, необходимо отчаянно бороться.

    Чтобы видеть то, что происходит прямо перед вашим носом, необходимо отчаянно бороться.

    — Джордж Оруэлл · книга
11. «

    – Слушай-ка, эти собраньица всегда у вас так проходят? – Всегда? – Хардинг перестает напевать. Он больше не жует свои щеки, но по-прежнему смотрит куда-то вперед, над плечом Макмерфи. – Эти посиделки с групповой терапией всегда у вас так проходят? Побоище на птичьем дворе? Хардинг рывком повернул голову, и глаза его наткнулись на Макмерфи так, как будто он только сейчас заметил, что перед ним кто-то сидит. Он опять прикусывает щеки, лицо у него проваливается посередине, и можно подумать, что он улыбается. Он расправляет плечи, отваливается на спинку и принимает спокойный вид. – На птичьем дворе? Боюсь, что ваши причудливые сельские метафоры не доходят до меня, мой друг. Не имею ни малейшего представления, о чем вы говорите. – Ага, тогда я тебе объясню. – Макмерфи повышает голос; он не оглядывается на других острых, но говорит для них. – Стая замечает пятнышко крови у какой-нибудь курицы и начинает клевать и расклевывает до крови, до костей и перьев. Чаще всего в такой свалке кровь появляется еще на одной курице, и тогда – ее очередь. Потом еще на других кровь, их тоже заклевывают до смерти; дальше – больше. Вот так за несколько часов выходит в расход весь птичник, я сам видел. Жуткое дело. А помешать им – курям – можно только, если надеть наглазники. Чтобы они не видели. Хардинг сплетает длинные пальцы на колене, подтягивает колено к себе, откидывается на спинку. – На птичьем дворе. В самом деле приятная аналогия, друг мой. – Вот это самое я и вспомнил, пока сидел на вашем собрании, если хочешь знать грязную правду. Похожи на стаю грязных курей. – Так получается, это я – курица с пятнышком крови? – А кто же? Они по-прежнему улыбаются друг другу, но голоса их стали такими сдавленными, тихими, что мне приходится мести совсем рядом, иначе не слышу. Другие острые подходят поближе. – А еще хочешь знать? Хочешь знать, чей клевок первый? Хардинг ждет продолжения. – Сестры этой, вот чей.

    – Слушай-ка, эти собраньица всегда у вас так проходят? – Всегда? – Хардинг перестает напевать. Он больше не жует свои щеки, но по-прежнему смотрит куда-то вперед, над плечом Макмерфи. – Эти посиделки с групповой терапией всегда у вас так проходят? Побоище на птичьем дворе? Хардинг рывком повернул голову, и глаза его наткнулись на Макмерфи так, как будто он только сейчас заметил, что перед ним кто-то сидит. Он опять прикусывает щеки, лицо у него проваливается посередине, и можно подумать, что он улыбается. Он расправляет плечи, отваливается на спинку и принимает спокойный вид. – На птичьем дворе? Боюсь, что ваши причудливые сельские метафоры не доходят до меня, мой друг. Не имею ни малейшего представления, о чем вы говорите. – Ага, тогда я тебе объясню. – Макмерфи повышает голос; он не оглядывается на других острых, но говорит для них. – Стая замечает пятнышко крови у какой-нибудь курицы и начинает клевать и расклевывает до крови, до костей и перьев. Чаще всего в такой свалке кровь появляется еще на одной курице, и тогда – ее очередь. Потом еще на других кровь, их тоже заклевывают до смерти; дальше – больше. Вот так за несколько часов выходит в расход весь птичник, я сам видел. Жуткое дело. А помешать им – курям – можно только, если надеть наглазники. Чтобы они не видели. Хардинг сплетает длинные пальцы на колене, подтягивает колено к себе, откидывается на спинку. – На птичьем дворе. В самом деле приятная аналогия, друг мой. – Вот это самое я и вспомнил, пока сидел на вашем собрании, если хочешь знать грязную правду. Похожи на стаю грязных курей. – Так получается, это я – курица с пятнышком крови? – А кто же? Они по-прежнему улыбаются друг другу, но голоса их стали такими сдавленными, тихими, что мне приходится мести совсем рядом, иначе не слышу. Другие острые подходят поближе. – А еще хочешь знать? Хочешь знать, чей клевок первый? Хардинг ждет продолжения. – Сестры этой, вот чей.

    — Кен Кизи · книга
12. «

    Вообще система вас угробить может только физически. Ежели система вас ломает как индивидуума, это свидетельство вашей собственной хрупкости. И смысл данной системы, может быть, именно в том, что она выявляет хрупкость эту, сущность человека вообще, наиболее полным образом. Если, конечно, она его не уничтожает физически.

    Вообще система вас угробить может только физически. Ежели система вас ломает как индивидуума, это свидетельство вашей собственной хрупкости. И смысл данной системы, может быть, именно в том, что она выявляет хрупкость эту, сущность человека вообще, наиболее полным образом. Если, конечно, она его не уничтожает физически.

    — Иосиф Александрович Бродский
13. «

    Находясь в системе, важно понимать все ее скользкие «рекомендации» и по возможности бороться с ней, хотя бы в собственной жизни. Но как бы там ни было, всякий инакомыслящий человек нуждается в одобрении, потому что он не есть бог самому себе. Его неутомимо терзают сомнения, и угнетает давление, струящееся ни с одной, так с другой стороны. Это неизбежно. Всегда не хватает некой печати, поставленной кем-то свыше, иначе все попытки познания бытия — жалкий выброс энергии в пустоту. Каким бы мудрым и стойким ни был такой индивидуум, он всегда один или в меньшинстве. Ему с детства подсказывало чутье, что большинство — идиоты, и все же этому нет прямого доказательства. Кто прав, а кто нет — до сих пор не ясно. Это как тыкать пальцем в небо — попадешь в облака. Возможно, ошибается каждый, кто открывает рот, так было бы разумно с одной стороны, и, пожалуй, бессмысленно с другой.

    Находясь в системе, важно понимать все ее скользкие «рекомендации» и по возможности бороться с ней, хотя бы в собственной жизни. Но как бы там ни было, всякий инакомыслящий человек нуждается в одобрении, потому что он не есть бог самому себе. Его неутомимо терзают сомнения, и угнетает давление, струящееся ни с одной, так с другой стороны. Это неизбежно. Всегда не хватает некой печати, поставленной кем-то свыше, иначе все попытки познания бытия — жалкий выброс энергии в пустоту. Каким бы мудрым и стойким ни был такой индивидуум, он всегда один или в меньшинстве. Ему с детства подсказывало чутье, что большинство — идиоты, и все же этому нет прямого доказательства. Кто прав, а кто нет — до сих пор не ясно. Это как тыкать пальцем в небо — попадешь в облака. Возможно, ошибается каждый, кто открывает рот, так было бы разумно с одной стороны, и, пожалуй, бессмысленно с другой.

    — Д.
14. «

    Когда вокруг тебя разваливается громадная система, не совать нос не в свое дело поможет разве что прожить дольше, но не уцелеть.

    Когда вокруг тебя разваливается громадная система, не совать нос не в свое дело поможет разве что прожить дольше, но не уцелеть.

    — Маркус Зусак · книга
15. «

    — Окей, наша система проста, как моя песня. В основе лежит револьвер системы «Кольт». — Позвольте, а какое место в вашей системе занимает человек? — Sorry, человек находится вот здесь. На него работает вся система «Кольт». — Вот капиталист, проклятый. А если я не согласен!? — Хм, хороший вопрос. Для несогласных у нас есть специальное место (кладбище), pleas — Секундочку, уважаемый, а в чём чудо? — Just moment lady and jentelmen, чудо в том, что перед револьвером не наш человек. Наш человек револьвером управляет. Мы добились того, что на нас работают другие. — Кто? — Да кто угодно, вот например вы. — Я? Да я ни за какие деньги... — Правильно не за какие, а за наши деньги. Вот вам сто долларов, вытрите с доски. — Щас x6 — Коллега, держитесь. — ... Щас, нашли дурака! — Мы согласны! — Ну вот, я нашёл. Не вы, так другие. One, two, three... beautiful, 150 миллионов. — Good Bay, Америка!

    — Окей, наша система проста, как моя песня. В основе лежит револьвер системы «Кольт». — Позвольте, а какое место в вашей системе занимает человек? — Sorry, человек находится вот здесь. На него работает вся система «Кольт». — Вот капиталист, проклятый. А если я не согласен!? — Хм, хороший вопрос. Для несогласных у нас есть специальное место (кладбище), pleas — Секундочку, уважаемый, а в чём чудо? — Just moment lady and jentelmen, чудо в том, что перед револьвером не наш человек. Наш человек револьвером управляет. Мы добились того, что на нас работают другие. — Кто? — Да кто угодно, вот например вы. — Я? Да я ни за какие деньги... — Правильно не за какие, а за наши деньги. Вот вам сто долларов, вытрите с доски. — Щас x6 — Коллега, держитесь. — ... Щас, нашли дурака! — Мы согласны! — Ну вот, я нашёл. Не вы, так другие. One, two, three... beautiful, 150 миллионов. — Good Bay, Америка!

    — Американец · мультфильм
16. «

    Система побеждает в тот миг, когда ей удается заставить людей полюбить свою тюрьму.

    Система побеждает в тот миг, когда ей удается заставить людей полюбить свою тюрьму.

    — Фредерик Бегбедер · книга
17. «

    Yes I've been through it They know I do it for the people I'm fighting so we be equal For my son and my sequel And anybody who listenin' In they system like venom I get in 'em and spread visciously This is me.

    Yes I've been through it They know I do it for the people I'm fighting so we be equal For my son and my sequel And anybody who listenin' In they system like venom I get in 'em and spread visciously This is me.
18. «

    Воля к системе есть недостаток честности.

    Воля к системе есть недостаток честности.

    — Фридрих Вильгельм Ницше · книга
19. «

    Неправильное применение и расходование ресурсов обществом, ориентированным на деньги, создает их искусственный дефицит.

    Неправильное применение и расходование ресурсов обществом, ориентированным на деньги, создает их искусственный дефицит.

    — Жак Фреско · книга
20. «

    …Если боишься радикальных перемен, поневоле становишься частью системы и вынужден врать, как все, иначе тебя выгонят.

    …Если боишься радикальных перемен, поневоле становишься частью системы и вынужден врать, как все, иначе тебя выгонят.

    — Элена Ферранте · книга