221 цитата «Красивые цитаты про смерть» — что говорили умные люди

221 цитата про «Красивые цитаты про смерть»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Поисками внеземных цивилизаций человечество занято не первый век. А что мы там ищем? Нам эти цивилизации зачем? — Как зачем?! Для того, чтобы самим себе объяснить смысл своего существования. Что с нами будет после смерти? Кто такой Бог? Что это за звёзды над нами? Что такое бесконечность? Что значит время, которое никогда не кончается? Мы как-то разговаривали с писателем Андреем Битовым, и он сказал потрясающую фразу: «Для меня стопроцентным подтверждением существования Бога является то, что на тему смерти поставлено табу». Кто-то его в самом деле нам поставил, это табу. Мы не знаем, что будет Там. Хотя мы знаем, кажется, уже всё — наука раскрывает тайну за тайной. Поэтому страсть человечества узнать, что происходит там, на других планетах, — это попытка заглянуть в своё будущее. И попытка выяснить: ты вообще что-то значишь на этой Земле? Твоя жизнь — она для чего-то предназначена или это просто вспышка, никем не замеченная? Прошла и прошла... К тому же космос — это так красиво! Как в фильме «Пассажиры», где герои выходят на крыло космического корабля, а вокруг — эта бездна чёрная со светящимися звёздами. Я понимаю, что всё это мультфильм, графика. Но, слушайте, всё равно дух захватывает! И не у меня одного. Когда мы смотрим вверх, что-то же в нас начинает шевелиться. Мыслить начинаем яснее, чище становимся, когда видим звёздное небо над нами.

   — Поисками внеземных цивилизаций человечество занято не первый век. А что мы там ищем? Нам эти цивилизации зачем? — Как зачем?! Для того, чтобы самим себе объяснить смысл своего существования. Что с нами будет после смерти? Кто такой Бог? Что это за звёзды над нами? Что такое бесконечность? Что значит время, которое никогда не кончается? Мы как-то разговаривали с писателем Андреем Битовым, и он сказал потрясающую фразу: «Для меня стопроцентным подтверждением существования Бога является то, что на тему смерти поставлено табу». Кто-то его в самом деле нам поставил, это табу. Мы не знаем, что будет Там. Хотя мы знаем, кажется, уже всё — наука раскрывает тайну за тайной. Поэтому страсть человечества узнать, что происходит там, на других планетах, — это попытка заглянуть в своё будущее. И попытка выяснить: ты вообще что-то значишь на этой Земле? Твоя жизнь — она для чего-то предназначена или это просто вспышка, никем не замеченная? Прошла и прошла... К тому же космос — это так красиво! Как в фильме «Пассажиры», где герои выходят на крыло космического корабля, а вокруг — эта бездна чёрная со светящимися звёздами. Я понимаю, что всё это мультфильм, графика. Но, слушайте, всё равно дух захватывает! И не у меня одного. Когда мы смотрим вверх, что-то же в нас начинает шевелиться. Мыслить начинаем яснее, чище становимся, когда видим звёздное небо над нами.

   — Олег Меньшиков
2. «

   Жизнь не отдельный параграф, а смерть не поставишь в скобки.

   Жизнь не отдельный параграф, а смерть не поставишь в скобки.

   — Джон Амстердам · сериал
3. «

   Я не сплю, потому что сон — родственник смерти.

   Я не сплю, потому что сон — родственник смерти.
4. «

   ...но вы забыли, что в итоге стихи становятся травой, обочиною у дороги, да облаком над головой.

   ...но вы забыли, что в итоге стихи становятся травой, обочиною у дороги, да облаком над головой.

   — Владимир Григорьевич Полетаев
5. «

   Совершенство непривлекательно, по крайней мере, меня оно никогда не привлекало; привлекательно лишь совершенное наполовину: некая незавершенность, какой-нибудь, например, шрам. Совершенство абсолютно, поэтому по сути своей уже мертво.

   Совершенство непривлекательно, по крайней мере, меня оно никогда не привлекало; привлекательно лишь совершенное наполовину: некая незавершенность, какой-нибудь, например, шрам. Совершенство абсолютно, поэтому по сути своей уже мертво.

   — Арнон Грюнберг · книга
6. «

   Самая печальная радость — быть поэтом. Все остальное не в счет. Даже смерть.

   Самая печальная радость — быть поэтом. Все остальное не в счет. Даже смерть.

   — Федерико Гарсиа Лорка
7. «

   О, пусть я умру Под сенью вишневых цветов! Покину наш мир Весенней порой кисараги При свете полной луны.

   О, пусть я умру Под сенью вишневых цветов! Покину наш мир Весенней порой кисараги При свете полной луны.

   — Сайгё-хоси
8. «

   Умереть — пусть, но умереть, уткнув нос в чьё-то плечо...

   Умереть — пусть, но умереть, уткнув нос в чьё-то плечо...

   — Франсуаза Саган · книга
9. «

   Если смерти ангел бледный Мне предстанет, взор склонив, Свеет скорбь рукой победной - Знайте: я, как прежде, жив! Если светом бледным свечи, Ложе смерти озарив, Мне зальют лицо и плечи - Знайте: я, как прежде, жив!

   Если смерти ангел бледный Мне предстанет, взор склонив, Свеет скорбь рукой победной - Знайте: я, как прежде, жив! Если светом бледным свечи, Ложе смерти озарив, Мне зальют лицо и плечи - Знайте: я, как прежде, жив!

   — Петрос Дурьян
10. «

    Смерть и наслаждение, боль и радость, тревога и чудо рождения — вот пряжа, из которой соткана ткань человеческой любви.

    Смерть и наслаждение, боль и радость, тревога и чудо рождения — вот пряжа, из которой соткана ткань человеческой любви.

    — Ролло Мэй · книга
11. «

    Эта пустая красная планета прекрасна, не правда ли? Позволить тебе умереть здесь это выражение глубокого, искреннего сострадания, которое я испытываю к тебе.

    Эта пустая красная планета прекрасна, не правда ли? Позволить тебе умереть здесь это выражение глубокого, искреннего сострадания, которое я испытываю к тебе.

    — Фанниер Валентайн
12. «

    А почему я рискую своей жизнью во имя чужого народа? Чужих народов не бывает. Честь не лежит в столетии паскудной жизни, она лежит в миге достойной смерти.

    А почему я рискую своей жизнью во имя чужого народа? Чужих народов не бывает. Честь не лежит в столетии паскудной жизни, она лежит в миге достойной смерти.

    — Альберт Андиев
13. «

    Счастье – самое томное, алое самое из признаний в любви всем, кого пережил.

    Счастье – самое томное, алое самое из признаний в любви всем, кого пережил.

    — Франц Вертфоллен · книга
14. «

    Мне грезилось, что я — случайно позабытый На поле битвы, между мёртвых тел Израненный боец, врагами недобитый... Настала ночь; завыли волки; прилетел Зловещий ворон. Надо мной в тумане Плыла холодная красавица луна И в лица бледных, страшных трупов на поляне Глядела царственно, спокойствия полна. «Когда же смерть придет? Когда конец мученья? Добейте, люди-братья! Сжальтесь надо мной!» Вдруг — шорох, свет... Идут! В груди моей больной Блеснул горячий луч надежды на спасенье... Вы подошли ко мне... любимая рука Ударила меня ножом без сожаленья, И верен был удар, — и рана глубока.

    Мне грезилось, что я — случайно позабытый На поле битвы, между мёртвых тел Израненный боец, врагами недобитый... Настала ночь; завыли волки; прилетел Зловещий ворон. Надо мной в тумане Плыла холодная красавица луна И в лица бледных, страшных трупов на поляне Глядела царственно, спокойствия полна. «Когда же смерть придет? Когда конец мученья? Добейте, люди-братья! Сжальтесь надо мной!» Вдруг — шорох, свет... Идут! В груди моей больной Блеснул горячий луч надежды на спасенье... Вы подошли ко мне... любимая рука Ударила меня ножом без сожаленья, И верен был удар, — и рана глубока.

    — Анна Павловна Барыкова
15. «

    Преисподней нас нечем удивить.

    Преисподней нас нечем удивить.

    — Ильза Хаупштайн · фильм
16. «

    Fly me up on a silver wing Past the black where the sirens sing. Warm me up in the novice glow And drop me down to the dream below.

    Fly me up on a silver wing Past the black where the sirens sing. Warm me up in the novice glow And drop me down to the dream below.
17. «

    С деревьев падали мертвые листья. Черные вороны уже сидели на голых ветках.

    С деревьев падали мертвые листья. Черные вороны уже сидели на голых ветках.

    — Юрий Ильичёв · книга
18. «

    ... Кантор боялся так, как и подобает отважному воину: весь его вид выражал готовность умереть на месте, сомкнув зубы на глотке противника.

    ... Кантор боялся так, как и подобает отважному воину: весь его вид выражал готовность умереть на месте, сомкнув зубы на глотке противника.

    — Оксана Панкеева · книга
19. «

    Я должен позволять себе всё, что определяет меня, и меня определяет всё, что я себе позволяю.

    Я должен позволять себе всё, что определяет меня, и меня определяет всё, что я себе позволяю.

    — Франц Вертфоллен · книга
20. «

    Вы слышите шаги Смерти, идущей за вами?

    Вы слышите шаги Смерти, идущей за вами?

    — Кейт де Кандидо · книга