«Красивые цитаты на тему «страдания»»: 16 цитат со смыслом

16 цитат про «Красивые цитаты на тему «страдания»»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Своё место ты найдёшь там, где нужа меньше всего. Вступай в наше сыскное бюро. Нам твой дар ни к чему. Нужна только твоя доброта. Ты ведь не хочешь, чтобы люди умирали? И потому так страдаешь. Ты нужна нам, потому что у тебя огромное сердце. А дар твой нам не нужен. Твоя доброта — вот что важно.

   Своё место ты найдёшь там, где нужа меньше всего. Вступай в наше сыскное бюро. Нам твой дар ни к чему. Нужна только твоя доброта. Ты ведь не хочешь, чтобы люди умирали? И потому так страдаешь. Ты нужна нам, потому что у тебя огромное сердце. А дар твой нам не нужен. Твоя доброта — вот что важно.

   — Ранпо Эдогава · аниме
2. «

   Порой наше сердце сходит с ума — отказывается признавать любовь. Неужели это так трудно? Без любви нет жизни, но когда к нам приходит это чувство, мы замираем от страха перед страданиями и предпочитаем делать вид, что ничего не происходит.

   Порой наше сердце сходит с ума — отказывается признавать любовь. Неужели это так трудно? Без любви нет жизни, но когда к нам приходит это чувство, мы замираем от страха перед страданиями и предпочитаем делать вид, что ничего не происходит.

   — Голос за кадром · сериал
3. «

   S’il n’était rien de bleu que le ciel et la mer, De blond que les épis, de rose que les roses, S’il n’était de beauté qu’aux insensibles choses, Le plaisir d’admirer ne serait point amer.

   S’il n’était rien de bleu que le ciel et la mer, De blond que les épis, de rose que les roses, S’il n’était de beauté qu’aux insensibles choses, Le plaisir d’admirer ne serait point amer.

   — Сюлли-Прюдом
4. «

   И смерть я взглядами впиваю, И пью, без страха умереть, И, видя, что, смотря, я гибну, Я умираю, чтоб смотреть. Но пусть умру, тебя увидев, И если я теперь сражен, И если видеть — умиранье, Тебя не видеть — смертный сон, Не смертный сон, а смертный ужас, Терзанье, бешенство, боязнь, Ужасней: жизнь, — а ужас жизни, Когда живешь несчастным, — казнь.

   И смерть я взглядами впиваю, И пью, без страха умереть, И, видя, что, смотря, я гибну, Я умираю, чтоб смотреть. Но пусть умру, тебя увидев, И если я теперь сражен, И если видеть — умиранье, Тебя не видеть — смертный сон, Не смертный сон, а смертный ужас, Терзанье, бешенство, боязнь, Ужасней: жизнь, — а ужас жизни, Когда живешь несчастным, — казнь.

   — Педро Кальдерон де ла Барка · книга
5. «

   Меня не радует твоя печаль, Раскаянье твоё не веселит. Сочувствие обидчика едва ль Залечит язвы жгучие обид.

   Меня не радует твоя печаль, Раскаянье твоё не веселит. Сочувствие обидчика едва ль Залечит язвы жгучие обид.

   — Уильям Шекспир
6. «

   Однажды... я набрался духу и задал Афине мучивший меня вопрос: почему она так спокойно восприняла моё решение уйти от неё? — Потому что привыкла всю жизнь сносить страдания молча, — сказала она.

   Однажды... я набрался духу и задал Афине мучивший меня вопрос: почему она так спокойно восприняла моё решение уйти от неё? — Потому что привыкла всю жизнь сносить страдания молча, — сказала она.

   — Пауло Коэльо · книга
7. «

   Всегда найдутся женские глаза, чтобы они, всю боль твою глуша, а если и не всю, то часть её, увидели страдание твоё.

   Всегда найдутся женские глаза, чтобы они, всю боль твою глуша, а если и не всю, то часть её, увидели страдание твоё.

   — Евгений Евтушенко
8. «

   Ты ищешь дверь в привычный мир, но она навсегда закрылась. У тебя нет выбора: ты отправляешься в путь по незнакомым землям. Наблюдаешь, как живут люди. Понимаешь, что все страдают.

   Ты ищешь дверь в привычный мир, но она навсегда закрылась. У тебя нет выбора: ты отправляешься в путь по незнакомым землям. Наблюдаешь, как живут люди. Понимаешь, что все страдают.

   — Мария Фариса · книга
9. «

   Я хочу просто любить и быть любимым… это ведь так естественно! И так сложно! Люди умудряются величайшую усладу жизни превратить в страдания…

   Я хочу просто любить и быть любимым… это ведь так естественно! И так сложно! Люди умудряются величайшую усладу жизни превратить в страдания…

   — Наталья Солнцева · книга
10. «

    Люди исказили образ, основным стало само страдание, оно стало самоцелью, конечным пунктом, и завершённым образом для многих и многих. И наш мир стал серым. Мы сами сделали его таким. И серый мир наших ошибок, нашей склонности к самобичеванию и самолюбованию при этом, пророс корнями в землю, в небо, в быт, в искусство, в чувства людей, в их отношения друг к другу, в их жизнь. Пророс глубоко, угнездился в сердце, уснул тяжёлым камнем в глазах. Но даже в самом сером мире должно быть немного места ярким краскам.

    Люди исказили образ, основным стало само страдание, оно стало самоцелью, конечным пунктом, и завершённым образом для многих и многих. И наш мир стал серым. Мы сами сделали его таким. И серый мир наших ошибок, нашей склонности к самобичеванию и самолюбованию при этом, пророс корнями в землю, в небо, в быт, в искусство, в чувства людей, в их отношения друг к другу, в их жизнь. Пророс глубоко, угнездился в сердце, уснул тяжёлым камнем в глазах. Но даже в самом сером мире должно быть немного места ярким краскам.

    — Аль Квотион · книга
11. «

    Кто-то замечательно назвал тоску «сумерками страдания».

    Кто-то замечательно назвал тоску «сумерками страдания».

    — Эмиль Мишель Чоран (Сьоран)
12. «

    Как это случилось? О, друг, как это случается?! Я рванулась, другой ответил, я услышала большие слова, проще которых нет, и которые я, может быть, в первый раз за жизнь слышу. «Связь?» Не знаю. Я и ветром в ветвях связана. От руки — до губ — и где же предел? И есть ли предел? Земные дороги коротки. Что из этого выйдет — не знаю. Знаю: большая боль. Иду на страдание.

    Как это случилось? О, друг, как это случается?! Я рванулась, другой ответил, я услышала большие слова, проще которых нет, и которые я, может быть, в первый раз за жизнь слышу. «Связь?» Не знаю. Я и ветром в ветвях связана. От руки — до губ — и где же предел? И есть ли предел? Земные дороги коротки. Что из этого выйдет — не знаю. Знаю: большая боль. Иду на страдание.

    — Марина Цветаева
13. «

    Отчаяние. Разочарование. Ненависть. Горечь. Печаль. Я вижу лица множества людей, что корчатся в бездне собственных страданий. Хи-хи-хи! ХА-ХА-ХА-ХА!!!

    Отчаяние. Разочарование. Ненависть. Горечь. Печаль. Я вижу лица множества людей, что корчатся в бездне собственных страданий. Хи-хи-хи! ХА-ХА-ХА-ХА!!!

    — Хазама Хонока (Hazama Honoka) · аниме
14. «

    За ярким солнцем моей любви скрывались тихие пожары, раны, струпья бессонницы.

    За ярким солнцем моей любви скрывались тихие пожары, раны, струпья бессонницы.

    — Франсуаза Саган · книга
15. «

    Как кладбищенская норка, он в клетке из ребер живет, укрываясь средь листьев сухих, что остались от мертвого сердца.

    Как кладбищенская норка, он в клетке из ребер живет, укрываясь средь листьев сухих, что остались от мертвого сердца.

    — Томас Харрис · книга
16. «

    Утопала в трясине и сама себя вытаскивала из трясины. Наблюдала за зверьём, чтобы понять, какие ягоды лучше не трогать, а какие есть можно. Съедала что-нибудь неизвестное и слушала своё тело: выживу я или нет? В такие моменты каждый удар сердца был как раскат грома. Я выживала и шла дальше. По ночам мне было страшно и одиноко. Утешать меня было некому — я сама себя утешала. Хотелось кричать от холода и от боли — и я кричала. Потом сама себя обнимала, свернувшись на мху клубочком.

    Утопала в трясине и сама себя вытаскивала из трясины. Наблюдала за зверьём, чтобы понять, какие ягоды лучше не трогать, а какие есть можно. Съедала что-нибудь неизвестное и слушала своё тело: выживу я или нет? В такие моменты каждый удар сердца был как раскат грома. Я выживала и шла дальше. По ночам мне было страшно и одиноко. Утешать меня было некому — я сама себя утешала. Хотелось кричать от холода и от боли — и я кричала. Потом сама себя обнимала, свернувшись на мху клубочком.

    — Мария Фариса · книга