181 высказываний на тему «Жизненные цитаты на тему «страдания»»

Тема «Жизненные цитаты на тему «страдания»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 181 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Из страданий появились сильнейшие души. Самые массивные персонажи опалены шрамами.

   Из страданий появились сильнейшие души. Самые массивные персонажи опалены шрамами.

   — Джебран Халиль Джебран
2. «

   Она поняла, что мир полон страданий, по сравнению с которыми ее собственные кажутся просто смешными.

   Она поняла, что мир полон страданий, по сравнению с которыми ее собственные кажутся просто смешными.

   — Колин Маккалоу · книга
3. «

   Когда люди восстают против страдания, это рождает героев, известных и неведомых.

   Когда люди восстают против страдания, это рождает героев, известных и неведомых.

   — Андреа Рита Дворкин
4. «

   Мы меряем любовь уровнем страдания. А здоровая любовь — это про то, насколько ты счастлив.

   Мы меряем любовь уровнем страдания. А здоровая любовь — это про то, насколько ты счастлив.

   — Михаил Лабковский
5. «

   Они вовсе не были преисполнены сострадания, нет, они хотели, чтобы страданий не было, а это разные вещи.

   Они вовсе не были преисполнены сострадания, нет, они хотели, чтобы страданий не было, а это разные вещи.

   — Ирина Сыромятникова · книга
6. «

   По-моему, Христова любовь к людям есть в своем роде невозможное на земле чудо. Правда, он был бог. Но мы-то не боги. Положим, я, например, глубоко могу страдать, но другой никогда ведь не может узнать, до какой степени я страдаю, потому что он другой, а не я, и, сверх того, редко человек согласится признать другого за страдальца (точно будто это чин). Почему не согласится, как ты думаешь? Потому, например, что от меня дурно пахнет, что у меня глупое лицо, потому что я раз когда-то отдавил ему ногу. <...> Отвлеченно ещё можно любить ближнего и даже иногда издали, но вблизи почти никогда.

   По-моему, Христова любовь к людям есть в своем роде невозможное на земле чудо. Правда, он был бог. Но мы-то не боги. Положим, я, например, глубоко могу страдать, но другой никогда ведь не может узнать, до какой степени я страдаю, потому что он другой, а не я, и, сверх того, редко человек согласится признать другого за страдальца (точно будто это чин). Почему не согласится, как ты думаешь? Потому, например, что от меня дурно пахнет, что у меня глупое лицо, потому что я раз когда-то отдавил ему ногу. <...> Отвлеченно ещё можно любить ближнего и даже иногда издали, но вблизи почти никогда.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
7. «

   ... Те, кому я Отдаю так много, всего мне больше Мук причиняют.

   ... Те, кому я Отдаю так много, всего мне больше Мук причиняют.

   — Сапфо
8. «

   Почему некоторые воспоминания причиняют страдания даже спустя много лет?

   Почему некоторые воспоминания причиняют страдания даже спустя много лет?

   — Ли Сын У · книга
9. «

   Жизнь несправедлива < ... > Она бессмысленна, глупа и полна боли, страданий и людей, которые хотят сделать тебе плохо. Все, что ты полюбишь, обязательно отнимут, сломают или разрушат, а ты останешься один-одинешенек и будешь только сражаться и бежать, бежать, бежать, чтобы выжить. Нет в этой клятой жизни ничего хорошего. И не будет никогда.

   Жизнь несправедлива < ... > Она бессмысленна, глупа и полна боли, страданий и людей, которые хотят сделать тебе плохо. Все, что ты полюбишь, обязательно отнимут, сломают или разрушат, а ты останешься один-одинешенек и будешь только сражаться и бежать, бежать, бежать, чтобы выжить. Нет в этой клятой жизни ничего хорошего. И не будет никогда.

   — Патрик Несс · книга
10. «

    Тот, кто имеет мужество любить, должен иметь мужество страдать.

    Тот, кто имеет мужество любить, должен иметь мужество страдать.

    — Энтони Троллоп
11. «

    Язык, подчеркивающий в слове «страсть» его родство со страданием, прав, хотя в повседневном употреблении, говоря «страсть», мы подразумеваем скорее судорожный порыв, удивляющий нас, и забываем, что речь идет о душевном страдании.

    Язык, подчеркивающий в слове «страсть» его родство со страданием, прав, хотя в повседневном употреблении, говоря «страсть», мы подразумеваем скорее судорожный порыв, удивляющий нас, и забываем, что речь идет о душевном страдании.

    — Альбер Камю · книга
12. «

    Страданье устает страданьем быть и к радостям относится серьезно, как будто бы в ярме обрыдлом бык траву жует почти религиозно.

    Страданье устает страданьем быть и к радостям относится серьезно, как будто бы в ярме обрыдлом бык траву жует почти религиозно.

    — Евгений Евтушенко
13. «

    Если произошло какое-либо несчастье, которого уже нельзя поправить, то отнюдь не следует допускать мысли о том, что всё могло бы быть иначе, а тем паче о том, как можно было бы его предотвратить: такие думы делают наши страдания невыносимыми, а нас — самоистязателями.

    Если произошло какое-либо несчастье, которого уже нельзя поправить, то отнюдь не следует допускать мысли о том, что всё могло бы быть иначе, а тем паче о том, как можно было бы его предотвратить: такие думы делают наши страдания невыносимыми, а нас — самоистязателями.

    — Артур Шопенгауэр
14. «

    — Так значит, вы решили испытать счастья, несмотря на то, что потом вам будет грустно? <...> И теперь вы в печали <...> Ну и в чём проблема? — Мне слишком грустно... Слушайте, мне нравилось это чувство влюблённости, очень. Но она уехала и я скучаю, и мне хреново. Я не думал, что будет так хреново. Зачем вообще радоваться, если всё в итоге заканчивается этим? Это того не стоило... — Страдальцы недостойны страдания... Знаете, я не помню, как вас зовут, но вы — образцовый идиот! По-вашему, общаться, целоваться, веселиться вместе — всё ради этого? Это любовь? <...> Вот любовь — тоска по ней. Когда её нет... Хочется умереть... Вы такой счастливый. Вы ходячая поэма. А вы, небось, мечтали о сказке, о каком-то Диснейленде... Вам этого хочется? Как вы не понимаете? Вот ваш приз! Вот, что вы всё время искали! И вот он наконец у вас в руках — прекрасный самородок любви. Сладкая любовная грусть, а вы хотите его выбросить... Вы ничегошеньки не поняли. — Я думал, это самое худшее... — Нет! Самое худшее — если вы её забудете. Когда вам станет наплевать, когда станет на всё наплевать, от этого никуда не деться. Так что радуйтесь, что сердце ещё бьётся, ради Бога! <...> Счастливый сукин сын, последний раз мне сердце разбила Мэрилин, когда мне было тридцать пять. Я бы всё отдал, чтобы снова это испытать...

    — Так значит, вы решили испытать счастья, несмотря на то, что потом вам будет грустно? <...> И теперь вы в печали <...> Ну и в чём проблема? — Мне слишком грустно... Слушайте, мне нравилось это чувство влюблённости, очень. Но она уехала и я скучаю, и мне хреново. Я не думал, что будет так хреново. Зачем вообще радоваться, если всё в итоге заканчивается этим? Это того не стоило... — Страдальцы недостойны страдания... Знаете, я не помню, как вас зовут, но вы — образцовый идиот! По-вашему, общаться, целоваться, веселиться вместе — всё ради этого? Это любовь? <...> Вот любовь — тоска по ней. Когда её нет... Хочется умереть... Вы такой счастливый. Вы ходячая поэма. А вы, небось, мечтали о сказке, о каком-то Диснейленде... Вам этого хочется? Как вы не понимаете? Вот ваш приз! Вот, что вы всё время искали! И вот он наконец у вас в руках — прекрасный самородок любви. Сладкая любовная грусть, а вы хотите его выбросить... Вы ничегошеньки не поняли. — Я думал, это самое худшее... — Нет! Самое худшее — если вы её забудете. Когда вам станет наплевать, когда станет на всё наплевать, от этого никуда не деться. Так что радуйтесь, что сердце ещё бьётся, ради Бога! <...> Счастливый сукин сын, последний раз мне сердце разбила Мэрилин, когда мне было тридцать пять. Я бы всё отдал, чтобы снова это испытать...

    — Луи · сериал
15. «

    Дождь, ветер, солнце точат известняк, делают его меньше. Человека точат страдания и старые раны, которым он сам не даёт затянуться.

    Дождь, ветер, солнце точат известняк, делают его меньше. Человека точат страдания и старые раны, которым он сам не даёт затянуться.

    — Мария Фариса · книга
16. «

    Что за дикая эпоха: на благо человека стремится усовершенствовать анестезирующие средства для облегчения физических страданий, но параллельно с этим делает все возможное для усиления страданий моральных!

    Что за дикая эпоха: на благо человека стремится усовершенствовать анестезирующие средства для облегчения физических страданий, но параллельно с этим делает все возможное для усиления страданий моральных!

    — Жорис-Карл Гюисманс · книга
17. «

    Сожаление о страданиях преступника, конечно, не есть одобрение или оправдание преступлений. Напротив, чем большую жалость возбуждают во мне прискорбные последствия чьих-нибудь грехов, тем сильнее моё осуждение этих грехов.

    Сожаление о страданиях преступника, конечно, не есть одобрение или оправдание преступлений. Напротив, чем большую жалость возбуждают во мне прискорбные последствия чьих-нибудь грехов, тем сильнее моё осуждение этих грехов.

    — Владимир Сергеевич Соловьёв · книга
18. «

    (Вопрос: считаете ли Вы, что хороший писатель должен страдать?) — Нет, жизнь и так тяжела. Идею, что «хороший писатель должен страдать», придумали мужчины. Флобер ходил и ныл, ах, как ему тяжело живется, как он страдает, пока какая-то женщина неплохо его обслуживала в быту. Женщин же никто в быту не обслуживает. Женщины выполняют всю реальную работу, а не придумывают себе страдания.

    (Вопрос: считаете ли Вы, что хороший писатель должен страдать?) — Нет, жизнь и так тяжела. Идею, что «хороший писатель должен страдать», придумали мужчины. Флобер ходил и ныл, ах, как ему тяжело живется, как он страдает, пока какая-то женщина неплохо его обслуживала в быту. Женщин же никто в быту не обслуживает. Женщины выполняют всю реальную работу, а не придумывают себе страдания.

    — Урсула Ле Гуин
19. «

    Сломанные дети. Слишком рано. Слишком страшно. Они погрузились во тьму еще до того, как познали все радости света.

    Сломанные дети. Слишком рано. Слишком страшно. Они погрузились во тьму еще до того, как познали все радости света.

    — Александра Макарова · книга
20. «

    Однажды мы с Татьяной Александровной, моей женой, в одно прекрасное воскресное утро сидели в скверике в Цюрихе, а мимо шли улыбающиеся пожилые люди — совершенно счастливые. И вдруг Таня меня спрашивает: «А ты бы хотел жить здесь? Нет, не переместиться сюда, а родиться здесь?» — «Да не приведи господи! — воскликнул я. — Они же не знают страданий!»

    Однажды мы с Татьяной Александровной, моей женой, в одно прекрасное воскресное утро сидели в скверике в Цюрихе, а мимо шли улыбающиеся пожилые люди — совершенно счастливые. И вдруг Таня меня спрашивает: «А ты бы хотел жить здесь? Нет, не переместиться сюда, а родиться здесь?» — «Да не приведи господи! — воскликнул я. — Они же не знают страданий!»

    — Зиновий Гердт · книга