749 фраз на тему «страдания» для дневника

Тема «страдания» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 749 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Знание, обретённое в страдании, всегда эффективнее знания, обретённого в радости.

   Знание, обретённое в страдании, всегда эффективнее знания, обретённого в радости.

   — Бернар Вербер · книга
2. «

   Страданиями нельзя оправдывать дни. Страдания пригодны исключительно для преодоления...

   Страданиями нельзя оправдывать дни. Страдания пригодны исключительно для преодоления...

   — Эльчин Сафарли · книга
3. «

   Если ваша любовь чиста, вы хотите, чтобы любимый человек был счастлив, даже если в его счастье в конце концов не окажется места для вас самих. Вы поступаете так, как будет лучше для него, и, может быть, не так, как было бы лучше для вас. Таковы величие и подлинная свобода любви. И есть нечистая эгоистичная любовь, которая говорит: «Это должно быть моим, и ничьим больше. Если я не получу это, оно никому и ни за что не достанется!» Нечистая любовь приносит несчастье.

   Если ваша любовь чиста, вы хотите, чтобы любимый человек был счастлив, даже если в его счастье в конце концов не окажется места для вас самих. Вы поступаете так, как будет лучше для него, и, может быть, не так, как было бы лучше для вас. Таковы величие и подлинная свобода любви. И есть нечистая эгоистичная любовь, которая говорит: «Это должно быть моим, и ничьим больше. Если я не получу это, оно никому и ни за что не достанется!» Нечистая любовь приносит несчастье.

   — Ринпоче Наванг Гехлек · книга
4. «

   И большая часть тех страданий, которая достается на нашу долю, проистекает из того, что мы делаем определённые и подчас ложные догадки о происходящем с нами. Например, мы приходим на работу, а кто-то из коллег не здоровается. Мы тут же предполагаем, что этот человек зол на нас. Это и есть ложная догадка. На самом же деле он мог быть просто озабочен собственными проблемами, например болезнью ребенка, которая занимала все его мысли. Единственный способ проверить, правильны ли наши догадки или нет, — это набраться смелости и задать вопрос, чтобы не бояться вступать в общение с окружающими тебя людьми. Но большинство людей этого почему-то не делают. За прошедшие несколько недель я только то и делал, что старался во всех ситуациях докопаться до истины. Я понял, что в прошлом часто неправильно воспринимал ситуацию, и поэтому решил всегда спрашивать напрямую, чтобы получить ответ и не пребывать в сомнении.

   И большая часть тех страданий, которая достается на нашу долю, проистекает из того, что мы делаем определённые и подчас ложные догадки о происходящем с нами. Например, мы приходим на работу, а кто-то из коллег не здоровается. Мы тут же предполагаем, что этот человек зол на нас. Это и есть ложная догадка. На самом же деле он мог быть просто озабочен собственными проблемами, например болезнью ребенка, которая занимала все его мысли. Единственный способ проверить, правильны ли наши догадки или нет, — это набраться смелости и задать вопрос, чтобы не бояться вступать в общение с окружающими тебя людьми. Но большинство людей этого почему-то не делают. За прошедшие несколько недель я только то и делал, что старался во всех ситуациях докопаться до истины. Я понял, что в прошлом часто неправильно воспринимал ситуацию, и поэтому решил всегда спрашивать напрямую, чтобы получить ответ и не пребывать в сомнении.

   — Робин Шарма · книга
5. «

   Переполненный страданиями, печалью и яростью, дающий надежду, чтобы потом её отобрать — такой мир мне не нужен!

   Переполненный страданиями, печалью и яростью, дающий надежду, чтобы потом её отобрать — такой мир мне не нужен!

   — Ноэль Вермилион / Мю-12 (Noel Vermillion / Mu-12) · аниме
6. «

   Тебе достаточно знать, что те, кто завидуют тебе, страдают, когда у тебя радость.

   Тебе достаточно знать, что те, кто завидуют тебе, страдают, когда у тебя радость.

   — Усман бин Аффан
7. «

   – Хорошо. Ясно ли вам, что страдание и есть та материя, из которой создан мир? – Почему? – Это можно объяснить только на примере. – Ну давай на примере. – Вы знаете историю про барона Мюнхгаузена, который поднял себя за волосы из болота? – Знаю, – сказал шофер. – В кино даже видел. – Реальность этого мира имеет под собой похожие основания. Только надо представить себе, что Мюнхгаузен висит в полной пустоте, изо всех сил сжимая себя за яйца, и кричит от невыносимой боли. С одной стороны, его вроде бы жалко. С другой стороны, пикантность его положения в том, что стоит ему отпустить свои яйца, и он сразу же исчезнет, ибо по своей природе он есть просто сосуд боли с седой косичкой, и если исчезнет боль, исчезнет он сам. ...–И что же твой Мюнхгаузен, боится отпустить свои яйца? – Я же говорю, тогда он исчезнет. – Так, может, лучше ему исчезнуть? На фиг нужна такая жизнь? – Верное замечание. Именно поэтому и существует общественный договор. – Общественный договор? Какой общественный договор? – Каждый отдельный Мюнхгаузен может решиться отпустить свои яйца, но... Но когда шесть миллиардов Мюнхгаузенов крест-накрест держат за яйца друг друга, миру ничего не угрожает. – Почему? – Да очень просто. Сам себя Мюнхгаузен может и отпустить, как вы правильно заметили. Но чем больней ему сделает кто-то другой, тем больнее он сделает тем двум, кого держит сам. И так шесть миллиардов раз. Понимаете? – Тьфу ты, – сплюнул он, – такое только баба придумать может. – И снова с вами не соглашусь, – сказала я. – Это предельно мужская картина мироздания. Я бы даже сказала, шовинистическая. Женщине просто нет в ней места. – Почему? – Потому что у женщины нет яиц.

   – Хорошо. Ясно ли вам, что страдание и есть та материя, из которой создан мир? – Почему? – Это можно объяснить только на примере. – Ну давай на примере. – Вы знаете историю про барона Мюнхгаузена, который поднял себя за волосы из болота? – Знаю, – сказал шофер. – В кино даже видел. – Реальность этого мира имеет под собой похожие основания. Только надо представить себе, что Мюнхгаузен висит в полной пустоте, изо всех сил сжимая себя за яйца, и кричит от невыносимой боли. С одной стороны, его вроде бы жалко. С другой стороны, пикантность его положения в том, что стоит ему отпустить свои яйца, и он сразу же исчезнет, ибо по своей природе он есть просто сосуд боли с седой косичкой, и если исчезнет боль, исчезнет он сам. ...–И что же твой Мюнхгаузен, боится отпустить свои яйца? – Я же говорю, тогда он исчезнет. – Так, может, лучше ему исчезнуть? На фиг нужна такая жизнь? – Верное замечание. Именно поэтому и существует общественный договор. – Общественный договор? Какой общественный договор? – Каждый отдельный Мюнхгаузен может решиться отпустить свои яйца, но... Но когда шесть миллиардов Мюнхгаузенов крест-накрест держат за яйца друг друга, миру ничего не угрожает. – Почему? – Да очень просто. Сам себя Мюнхгаузен может и отпустить, как вы правильно заметили. Но чем больней ему сделает кто-то другой, тем больнее он сделает тем двум, кого держит сам. И так шесть миллиардов раз. Понимаете? – Тьфу ты, – сплюнул он, – такое только баба придумать может. – И снова с вами не соглашусь, – сказала я. – Это предельно мужская картина мироздания. Я бы даже сказала, шовинистическая. Женщине просто нет в ней места. – Почему? – Потому что у женщины нет яиц.

   — Виктор Пелевин · книга
8. «

   Страдание — условие деятельности гения. Вы полагаете, что Шекспир и Гете творили бы или Платон философствовал бы, а Кант критиковал бы разум, если бы они нашли удовлетворение и довольство в окружавшем их действительном мире и если бы им было в нем хорошо, и их желания исполнялись? Только после того, как у нас возникает в известной мере разлад с действительным миром и недовольство им, мы обращаемся за удовлетворением к миру мысли.

   Страдание — условие деятельности гения. Вы полагаете, что Шекспир и Гете творили бы или Платон философствовал бы, а Кант критиковал бы разум, если бы они нашли удовлетворение и довольство в окружавшем их действительном мире и если бы им было в нем хорошо, и их желания исполнялись? Только после того, как у нас возникает в известной мере разлад с действительным миром и недовольство им, мы обращаемся за удовлетворением к миру мысли.

   — Артур Шопенгауэр
9. «

   — Знаете почему всегда будут новые войны? — Потому что память подделывает воспоминания, — сказал я. — Это сито, которое пропускает и предаёт забвению всё ужасное, превращая прошлое в сплошное приключение. В воспоминаниях-то каждый герой. О войне имеют право рассказывать только павшие — они прошли её до конца. Но их-то как раз заставили умолкнуть навеки. Равич покачал головой. — Просто человек не чувствует чужой боли, — сказал он. — В этом всё дело. И чужой смерти не чувствует. Проходит совсем немного времени, и он помнит уже только одно: как он сам уцелел.

   — Знаете почему всегда будут новые войны? — Потому что память подделывает воспоминания, — сказал я. — Это сито, которое пропускает и предаёт забвению всё ужасное, превращая прошлое в сплошное приключение. В воспоминаниях-то каждый герой. О войне имеют право рассказывать только павшие — они прошли её до конца. Но их-то как раз заставили умолкнуть навеки. Равич покачал головой. — Просто человек не чувствует чужой боли, — сказал он. — В этом всё дело. И чужой смерти не чувствует. Проходит совсем немного времени, и он помнит уже только одно: как он сам уцелел.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    Страдание вдохновляет больше, чем радость.

    Страдание вдохновляет больше, чем радость.

    — Натали Имбрулия
11. «

    Больше всего страданий мы причиняем самым близким нам людям. Так было всегда, так устроен человек.

    Больше всего страданий мы причиняем самым близким нам людям. Так было всегда, так устроен человек.
12. «

    В мире временных, постоянно сменяющих друг друга явлений всем людям хочется, чтобы их счастье длилось вечно, а страдания побыстрей закончились. Потому что если страдания будут продолжаться бесконечно, можно сойти с ума. И человеку нужен какой-то очень сильный стимул, чтобы этого с ним не произошло...

    В мире временных, постоянно сменяющих друг друга явлений всем людям хочется, чтобы их счастье длилось вечно, а страдания побыстрей закончились. Потому что если страдания будут продолжаться бесконечно, можно сойти с ума. И человеку нужен какой-то очень сильный стимул, чтобы этого с ним не произошло...

    — Олег Рой · книга
13. «

    Сердце твое работает спазмами. Ты благодарен тем, кто вызывает боль в твоем сердце; ты страдаешь не за них, но страдаешь, чтобы насладиться роскошью страдания.

    Сердце твое работает спазмами. Ты благодарен тем, кто вызывает боль в твоем сердце; ты страдаешь не за них, но страдаешь, чтобы насладиться роскошью страдания.

    — Генри Миллер · книга
14. «

    Людям очень трудно отказаться от целесообразности всего происходящего в мире и, значит, трудно понять безвинное страдание. Многим кажется, что если есть безвинное страдание, то, значит, нет Бога, нет промысла Божьего. Это один из аргументов атеизма и, может быть, самый сильный.

    Людям очень трудно отказаться от целесообразности всего происходящего в мире и, значит, трудно понять безвинное страдание. Многим кажется, что если есть безвинное страдание, то, значит, нет Бога, нет промысла Божьего. Это один из аргументов атеизма и, может быть, самый сильный.

    — Николай Александрович Бердяев · книга
15. «

    Страдание — постоянный спутник жизни. Полностью счастлив я был лишь в детстве. Полностью счастливый человек, наверное, не может заниматься творчеством.

    Страдание — постоянный спутник жизни. Полностью счастлив я был лишь в детстве. Полностью счастливый человек, наверное, не может заниматься творчеством.

    — Андрей Тарковский
16. «

    Страдание необходимо до тех пор, пока вы не понимаете, что можете обходиться без него.

    Страдание необходимо до тех пор, пока вы не понимаете, что можете обходиться без него.

    — Экхарт Толле
17. «

    Лучше страдать, чем потерять ясность ума. <...> Страдания делают нас сильнее.

    Лучше страдать, чем потерять ясность ума. <...> Страдания делают нас сильнее.

    — Люсьен Гримо · сериал
18. «

    Страдание порождает ненависть... И даёт возможность познать боль...

    Страдание порождает ненависть... И даёт возможность познать боль...

    — Нагато Узумаки · аниме
19. «

    Увы, каждый из нас способен рухнуть в грязь, измученному сердцу грязь кажется освежающей.

    Увы, каждый из нас способен рухнуть в грязь, измученному сердцу грязь кажется освежающей.

    — Жорж Бернанос · книга
20. «

    Однажды мне сказали, что я стану психопатом, если не научусь любить. Я хочу знать — что такого офигительного в том, чтобы любить? Я, наверное, впервые в жизни дала волю чувствам, а моё сердце вырвали из груди...

    Однажды мне сказали, что я стану психопатом, если не научусь любить. Я хочу знать — что такого офигительного в том, чтобы любить? Я, наверное, впервые в жизни дала волю чувствам, а моё сердце вырвали из груди...

    — Шейн Маккатчен · сериал