«страсть»: 704 цитаты со смыслом

Тема «страсть» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 704 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Девушки любят ушами, Губами, зубами, ртом, А так же другими местами, Одновременно притом...

   Девушки любят ушами, Губами, зубами, ртом, А так же другими местами, Одновременно притом...
2. «

   Геликон. <...> В настоящей страсти должна быть капля жестокости. Цезония. А в любви — чуточку насилия.

   Геликон. <...> В настоящей страсти должна быть капля жестокости. Цезония. А в любви — чуточку насилия.

   — Альбер Камю · книга
3. «

   Хватит мне всего! И денег, и женщин, и развлечений, и комфорта! Это все шелуха, целлофан. Это все средства существования! А само-то существование — где? Где оно? Рано или поздно, но все мы оказываемся наедине с жизненной сутью — и что мы тогда? Ничто! Жизнь проиграна, Данилов! Что есть жизнь? Жизнь есть страсть. Жизнь есть жажда. Страсть и жажда к тому, что ты принял за свою земную суть.

   Хватит мне всего! И денег, и женщин, и развлечений, и комфорта! Это все шелуха, целлофан. Это все средства существования! А само-то существование — где? Где оно? Рано или поздно, но все мы оказываемся наедине с жизненной сутью — и что мы тогда? Ничто! Жизнь проиграна, Данилов! Что есть жизнь? Жизнь есть страсть. Жизнь есть жажда. Страсть и жажда к тому, что ты принял за свою земную суть.

   — Владимир Орлов · книга
4. «

   Страсть изначально присуща человеку и она же его губит. Лучшее, что мы можем сделать, — это усмирить её.

   Страсть изначально присуща человеку и она же его губит. Лучшее, что мы можем сделать, — это усмирить её.

   — Билл Кинкейд (профессор философии) · фильм
5. «

   Дружба побуждает нас горячо принимать к сердцу интересы наших друзей, но относится очень холодно к угождению их страстям.

   Дружба побуждает нас горячо принимать к сердцу интересы наших друзей, но относится очень холодно к угождению их страстям.

   — Генри Филдинг · книга
6. «

   Женское сердце всегда хочет любви, а о любви им говорят ежедневно разными кислыми, слюнтявыми словами. Невольно хочется в любви перцу. Хочется уже не слов страсти, а трагически страстных поступков. И поэтому их любовниками всегда будут воры, убийцы, сутенеры и другая сволочь.

   Женское сердце всегда хочет любви, а о любви им говорят ежедневно разными кислыми, слюнтявыми словами. Невольно хочется в любви перцу. Хочется уже не слов страсти, а трагически страстных поступков. И поэтому их любовниками всегда будут воры, убийцы, сутенеры и другая сволочь.

   — Александр Куприн · книга
7. «

   — А еще я записал для тебя кассету, это сборник песен, которые я слушал во время былых характерообразующих отношений. Здесь еще пара песен, которые, думаю, тебе понравятся. Я считаю, что музыка добавляет некоторым событиям реалистичности, если ты меня понимаешь. — Да, спасибо. — Ближе к концу я записал несколько песен для расставания, на случай, если у вас не сложится. Разумеется, я не говорю, что это обязательный исход, но, сказать по правде, он вполне ожидаемый. Страсть, увы, скоротечна.

   — А еще я записал для тебя кассету, это сборник песен, которые я слушал во время былых характерообразующих отношений. Здесь еще пара песен, которые, думаю, тебе понравятся. Я считаю, что музыка добавляет некоторым событиям реалистичности, если ты меня понимаешь. — Да, спасибо. — Ближе к концу я записал несколько песен для расставания, на случай, если у вас не сложится. Разумеется, я не говорю, что это обязательный исход, но, сказать по правде, он вполне ожидаемый. Страсть, увы, скоротечна.

   — Субмарина (Submarine) · фильм
8. «

   Истинно, жажда покоя убивает страсть души, а потом идет, ухмыляясь, в погребальном шествии. Но вы, дети пространства, вы, беспокойные и в покое, вас не заманить в ловушку и не укротить. Не якорем, а парусом будет ваш дом. Не пленкой, затягивающей рану, будет он, а веком, что защищает глаз. Вы не сложите крылья, чтобы пройти в двери, не склоните голову, чтобы не удариться о потолок, и не будете сдерживать дыхание из страха, что стены потрескаются и рухнут. Вы не станете жить в гробницах, возведенных мертвыми для живых. И каким бы великолепным и величественным ни был ваш дом, он не будет хранить вашей тайны и не укроет вашу страсть. Ибо то, что в вас безгранично, пребывает в небесной обители, врата которой — утренний туман, а окна — песни и ночная тишина.

   Истинно, жажда покоя убивает страсть души, а потом идет, ухмыляясь, в погребальном шествии. Но вы, дети пространства, вы, беспокойные и в покое, вас не заманить в ловушку и не укротить. Не якорем, а парусом будет ваш дом. Не пленкой, затягивающей рану, будет он, а веком, что защищает глаз. Вы не сложите крылья, чтобы пройти в двери, не склоните голову, чтобы не удариться о потолок, и не будете сдерживать дыхание из страха, что стены потрескаются и рухнут. Вы не станете жить в гробницах, возведенных мертвыми для живых. И каким бы великолепным и величественным ни был ваш дом, он не будет хранить вашей тайны и не укроет вашу страсть. Ибо то, что в вас безгранично, пребывает в небесной обители, врата которой — утренний туман, а окна — песни и ночная тишина.

   — Джебран Халиль Джебран · книга
9. «

   Любовь — самая сильная из всех страстей, потому что она одновременно завладевает головою, сердцем и телом.

   Любовь — самая сильная из всех страстей, потому что она одновременно завладевает головою, сердцем и телом.

   — Вольтер (Франсуа-Мари Аруэ)
10. «

    Чем ледяней и ближе дышит смерть, Тем жарче алость поцелуя, И стонет страсть в надгробном аллилуиа. В земных водах мерцает твердь. И не дышал бы страстно вешний цвет Так сладко, если б смерти жало По осени плодам не угрожало: Без тени смертной-страсти нет.

    Чем ледяней и ближе дышит смерть, Тем жарче алость поцелуя, И стонет страсть в надгробном аллилуиа. В земных водах мерцает твердь. И не дышал бы страстно вешний цвет Так сладко, если б смерти жало По осени плодам не угрожало: Без тени смертной-страсти нет.

    — Поликсена Соловьёва
11. «

    Можно тебя приучить к себе и приручить тебя? Мнению, обществу и судьбе бросить в лицо снаряд. Делать лишь то, от чего в груди будет пылать пожар, юными, смелыми обойти весь необъятный шар.

    Можно тебя приучить к себе и приручить тебя? Мнению, обществу и судьбе бросить в лицо снаряд. Делать лишь то, от чего в груди будет пылать пожар, юными, смелыми обойти весь необъятный шар.
12. «

    Тело бывшего любовника – это карта, затягивающая вас в свои глубины и возвращающая на поверхность ту часть вашего естества, которая где-то когда-то затерялась в пути. Это ещё и потускневшее, треснувшее зеркало, которое демонстрирует вам, насколько вы изменились; подобно любому зеркалу, оно мечтает вновь стать целым.

    Тело бывшего любовника – это карта, затягивающая вас в свои глубины и возвращающая на поверхность ту часть вашего естества, которая где-то когда-то затерялась в пути. Это ещё и потускневшее, треснувшее зеркало, которое демонстрирует вам, насколько вы изменились; подобно любому зеркалу, оно мечтает вновь стать целым.

    — Элиф Шафак · книга
13. «

    Страсть — как детство. Она банальна и наивна. Ей нельзя научиться, она — инстинкт, она накатывает сама. Переворачивает нас. Увлекает с собой. Все прочие чувства родом с Земли, а страсть — из космоса. Тем она и ценна: она ничего нам не даёт, но позволяет рискнуть. Забыть о приличиях. Не побояться непонимания окружающих, снисходительно покачивающих головами.

    Страсть — как детство. Она банальна и наивна. Ей нельзя научиться, она — инстинкт, она накатывает сама. Переворачивает нас. Увлекает с собой. Все прочие чувства родом с Земли, а страсть — из космоса. Тем она и ценна: она ничего нам не даёт, но позволяет рискнуть. Забыть о приличиях. Не побояться непонимания окружающих, снисходительно покачивающих головами.

    — Фредрик Бакман · книга
14. «

    Если тронуть страсти в человеке, То, конечно, правды не найдешь.

    Если тронуть страсти в человеке, То, конечно, правды не найдешь.

    — Сергей Александрович Есенин
15. «

    В любой страсти есть пугающий предел, за которым начинается пресыщение. Подойдя к этому пределу, внезапно осознаешь, что тебе не дано повысить градус того, что с тобой происходит, или хотя бы продлить мгновение, а значит, это конец. И плачешь заранее, ни с того ни с сего, украдкой, где-нибудь на углу улицы, впопыхах, в ужасе от того, что сам всё губишь, и в то же время надеешься с помощью слёз обмануть или отсрочить судьбу.

    В любой страсти есть пугающий предел, за которым начинается пресыщение. Подойдя к этому пределу, внезапно осознаешь, что тебе не дано повысить градус того, что с тобой происходит, или хотя бы продлить мгновение, а значит, это конец. И плачешь заранее, ни с того ни с сего, украдкой, где-нибудь на углу улицы, впопыхах, в ужасе от того, что сам всё губишь, и в то же время надеешься с помощью слёз обмануть или отсрочить судьбу.

    — Паскаль Киньяр · книга
16. «

    Страсть не должна богами управлять. Чем больше люди думают о мести, Тем более прилично нам прощать.

    Страсть не должна богами управлять. Чем больше люди думают о мести, Тем более прилично нам прощать.

    — Жан-Батист Мольер · книга
17. «

    И когда друг друга проклинали В страсти, раскаленной добела, Оба мы еще не понимали, Как земля для двух людей мала.

    И когда друг друга проклинали В страсти, раскаленной добела, Оба мы еще не понимали, Как земля для двух людей мала.

    — Анна Андреевна Ахматова
18. «

    Упование на то, что тебя любят «сумасшедшей любовью», – довольно известная ловушка для молодого сердца.

    Упование на то, что тебя любят «сумасшедшей любовью», – довольно известная ловушка для молодого сердца.

    — Тамара Петкевич · книга
19. «

    Я поцеловала его с такой страстностью, что могла поджечь лес. И я бы этого не заметила.

    Я поцеловала его с такой страстностью, что могла поджечь лес. И я бы этого не заметила.

    — Стефани Майер · книга
20. «

    Ревность — остроумнейшая страсть и, тем не менее, всё ещё величайшая глупость.

    Ревность — остроумнейшая страсть и, тем не менее, всё ещё величайшая глупость.

    — Фридрих Вильгельм Ницше