105 цитат на тему «Жизненные цитаты на тему «свобода»»

Тема «Жизненные цитаты на тему «свобода»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 105 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Может быть, я могу подойти ближе к тому, что действительно существует глубоко внутри меня, – иногда гнев, иногда страх, иногда любовь и забота, иногда красота, иногда сила, иногда ярость, – не скрывая этих чувств от себя. Может быть, я могу научиться ценить богатство и разнообразие того, чем я являюсь. Может быть, я открыто могу быть в большей степени собой. Если так, я могу жить по своим собственным пережитым ценностям, хотя мне известны все социальные нормы. Я могу позволить себе быть всей этой сложной совокупностью чувств, смыслов и ценностей со своим партнером – быть достаточно свободным, чтобы отдаваться любви, гневу, нежности, как они во мне существуют. Тогда, возможно, я могу быть реальным партнером, потому что я на пути к становлению быть реальным человеком. И я надеюсь, что могу помочь моему партнеру следовать своим собственным путем к своей неповторимой человечности, которую я готов с любовью принять.

   Может быть, я могу подойти ближе к тому, что действительно существует глубоко внутри меня, – иногда гнев, иногда страх, иногда любовь и забота, иногда красота, иногда сила, иногда ярость, – не скрывая этих чувств от себя. Может быть, я могу научиться ценить богатство и разнообразие того, чем я являюсь. Может быть, я открыто могу быть в большей степени собой. Если так, я могу жить по своим собственным пережитым ценностям, хотя мне известны все социальные нормы. Я могу позволить себе быть всей этой сложной совокупностью чувств, смыслов и ценностей со своим партнером – быть достаточно свободным, чтобы отдаваться любви, гневу, нежности, как они во мне существуют. Тогда, возможно, я могу быть реальным партнером, потому что я на пути к становлению быть реальным человеком. И я надеюсь, что могу помочь моему партнеру следовать своим собственным путем к своей неповторимой человечности, которую я готов с любовью принять.

   — Карл Роджерс · книга
2. «

   У свободы и презрения — свои пределы. В конце концов всегда один является орудием другого.

   У свободы и презрения — свои пределы. В конце концов всегда один является орудием другого.

   — Анджей Сапковский · книга
3. «

   Мир простирался перед нами не как чистый лист, полный возможностей, а как лабиринт протоптанных троп, вроде изъеденной термитами древесины. Шагни в сторону из прямой и узкой колеи материализма и карьеры, и сразу оказываешься в другой — в колее для людей, выступивших из основной колеи. А уж эта колея была так проезжена... ( в том числе и нашими собственными родителями). Хочешь мотаться по миру? Быть новым Керуаком? О'кей, скачи прямо в колею «Даешь Европу». Хочешь стать бунтарем? Художником-авангардистом? Иди к букинисту и покупай себе альтернативную стезю, всю в пыли, изъеденную молью, рассыпавшуюся в прах. На каком бы поприще мы себя ни воображали, все оборачивалось каким-нибудь клише под нашими ногами, как рекламный буклет с джипом на первой полосе или расхожая реприза хохмача-юмориста. Все архетипы, казалось нам, к тому времени, когда нам придется получать дипломы, станут сплошной банальщиной, включая и тот, который мы как раз в те дни примеряли, — затертого интеллектуала в черном. Заваленные идеями и стилями прошлого, мы нигде не ощущали открытого пространства. Ну да, конечно, это классический симптом подросткового нарциссизма — полагать, что конец истории выпадает как раз на время твоего прибытия на эту землю. И почти каждая семнадцатилетняя девчонка, всем озабоченная и читающая Камю, рано или поздно свою колею все-таки находит. Тем не менее какая-то часть этой моей школьной глобоклаустрофобии так меня и не покинула и даже, кажется, становится еще острее по мере того, как ползет время. И мучает меня не отсутствие буквального пространства, а, скорее, глубокая тоска по пространству метафорическому: освобождение, побег, хоть какая-нибудь свобода, не ведущая в тупик...

   Мир простирался перед нами не как чистый лист, полный возможностей, а как лабиринт протоптанных троп, вроде изъеденной термитами древесины. Шагни в сторону из прямой и узкой колеи материализма и карьеры, и сразу оказываешься в другой — в колее для людей, выступивших из основной колеи. А уж эта колея была так проезжена... ( в том числе и нашими собственными родителями). Хочешь мотаться по миру? Быть новым Керуаком? О'кей, скачи прямо в колею «Даешь Европу». Хочешь стать бунтарем? Художником-авангардистом? Иди к букинисту и покупай себе альтернативную стезю, всю в пыли, изъеденную молью, рассыпавшуюся в прах. На каком бы поприще мы себя ни воображали, все оборачивалось каким-нибудь клише под нашими ногами, как рекламный буклет с джипом на первой полосе или расхожая реприза хохмача-юмориста. Все архетипы, казалось нам, к тому времени, когда нам придется получать дипломы, станут сплошной банальщиной, включая и тот, который мы как раз в те дни примеряли, — затертого интеллектуала в черном. Заваленные идеями и стилями прошлого, мы нигде не ощущали открытого пространства. Ну да, конечно, это классический симптом подросткового нарциссизма — полагать, что конец истории выпадает как раз на время твоего прибытия на эту землю. И почти каждая семнадцатилетняя девчонка, всем озабоченная и читающая Камю, рано или поздно свою колею все-таки находит. Тем не менее какая-то часть этой моей школьной глобоклаустрофобии так меня и не покинула и даже, кажется, становится еще острее по мере того, как ползет время. И мучает меня не отсутствие буквального пространства, а, скорее, глубокая тоска по пространству метафорическому: освобождение, побег, хоть какая-нибудь свобода, не ведущая в тупик...

   — Наоми Кляйн · книга
4. «

   Человек в действительности свободен, но он этого не сознает.

   Человек в действительности свободен, но он этого не сознает.

   — Бардо Тхёдол. Тибетская книга мертвых · книга
5. «

   Мы все живём в великолепное время. Мы можем писать музыку, готовить еду, рисовать картины, заниматься искусством и любовью с невероятной, беспрецедентной свободой. Это всё — здесь, только возьми и сделай.

   Мы все живём в великолепное время. Мы можем писать музыку, готовить еду, рисовать картины, заниматься искусством и любовью с невероятной, беспрецедентной свободой. Это всё — здесь, только возьми и сделай.

   — Том Хиддлстон
6. «

   Кто родился свободным, тот холопом не будет. Никогда.

   Кто родился свободным, тот холопом не будет. Никогда.

   — Елизавета Дворецкая · книга
7. «

   Каждый маленький шаг человека к свободе был поводом для свирепой битвы между теми, кто хочет, чтобы мы знали больше и были мудрее и сильнее, и теми, кто хочет заставить нас быть покорными и смиренными.

   Каждый маленький шаг человека к свободе был поводом для свирепой битвы между теми, кто хочет, чтобы мы знали больше и были мудрее и сильнее, и теми, кто хочет заставить нас быть покорными и смиренными.

   — Филип Пулман · книга
8. «

   Как профессор в двух областях — неврологии и психиатрии — я полностью сознаю пределы, в которых человек подвластен биологическим, психологическим и социальным условиям. Но кроме того, что я профессор в двух областях медицины, я еще и человек, выживший в четырех лагерях — концентрационных лагерях — и в этом качестве могу свидетельствовать, в какой невероятной степени человек способен не поддаваться и мужественно противостоять даже самым худшим из мыслимых условий.

   Как профессор в двух областях — неврологии и психиатрии — я полностью сознаю пределы, в которых человек подвластен биологическим, психологическим и социальным условиям. Но кроме того, что я профессор в двух областях медицины, я еще и человек, выживший в четырех лагерях — концентрационных лагерях — и в этом качестве могу свидетельствовать, в какой невероятной степени человек способен не поддаваться и мужественно противостоять даже самым худшим из мыслимых условий.

   — Виктор Франкл · книга
9. «

   Ключ к злу? Свобода. Ключ к свободе? Деньги.

   Ключ к злу? Свобода. Ключ к свободе? Деньги.

   — Глен Дункан · книга
10. «

    — Голодный раб мечтает стать сытым, а сытый — свободным, — пояснил сановник. — Он забывает, что на свободе ему придется самому кормить себя, а голод помогает ему помнить свое место.

    — Голодный раб мечтает стать сытым, а сытый — свободным, — пояснил сановник. — Он забывает, что на свободе ему придется самому кормить себя, а голод помогает ему помнить свое место.

    — Вадим Арчер · книга
11. «

    Люблю жить ночью. Ночью иная степень свободы...

    Люблю жить ночью. Ночью иная степень свободы...

    — Эльчин Сафарли · книга
12. «

    Свобода сто́ит не меньше короны.

    Свобода сто́ит не меньше короны.

    — Екатерина Медичи · сериал
13. «

    Когда у человека отнимают свободу и приучают его жить в клетке, он теряет способность мыслить как прежде.

    Когда у человека отнимают свободу и приучают его жить в клетке, он теряет способность мыслить как прежде.

    — Стивен Кинг · книга
14. «

    Свободен лишь тот, кто пока не заметил клетку.

    Свободен лишь тот, кто пока не заметил клетку.
15. «

    — С чего ты взяла, что если я животное, то непременно завидую человеку и мечтаю оказаться на его месте? — удивилась Адская Тьма. — А разве нет? — Конечно, нет. Всё, что мне нужно, — это быть свободной, чтобы никто меня не понукал и не взбирался мне на спину, потому что это больно. Больно до онемения! То, что я не хочу страдать по вине человека, не значит, что я сама хочу быть человеком и мучить другую лошадь. Я лишь хочу, чтобы человек не делал из меня свою рабыню. — Я понимаю, — кивнула Лара, — но мир так устроен, что единственный способ избежать рабства — это самой стать хозяйкой. — Вздор! Вы, люди, такие смешные.

    — С чего ты взяла, что если я животное, то непременно завидую человеку и мечтаю оказаться на его месте? — удивилась Адская Тьма. — А разве нет? — Конечно, нет. Всё, что мне нужно, — это быть свободной, чтобы никто меня не понукал и не взбирался мне на спину, потому что это больно. Больно до онемения! То, что я не хочу страдать по вине человека, не значит, что я сама хочу быть человеком и мучить другую лошадь. Я лишь хочу, чтобы человек не делал из меня свою рабыню. — Я понимаю, — кивнула Лара, — но мир так устроен, что единственный способ избежать рабства — это самой стать хозяйкой. — Вздор! Вы, люди, такие смешные.

    — Виктория Килеева · книга
16. «

    Никто не свободен. Только дети и дураки думают иначе.

    Никто не свободен. Только дети и дураки думают иначе.

    — Джордж Мартин · книга
17. «

    Какая же это свобода, если я всё время прячусь?

    Какая же это свобода, если я всё время прячусь?

    — Виктория Килеева · книга
18. «

    Сила и свобода заключаются в том, что ты знаешь, чего ты хочешь.

    Сила и свобода заключаются в том, что ты знаешь, чего ты хочешь.

    — Ричард Йейтс · книга
19. «

    Единственная польза от галстука в том, что можно прийти домой и снять его и получить ощущение, будто мы свободны от чего-то, сами не зная от чего.

    Единственная польза от галстука в том, что можно прийти домой и снять его и получить ощущение, будто мы свободны от чего-то, сами не зная от чего.

    — Пауло Коэльо · книга
20. «

    Может быть, мы так привыкли без конца вкалывать, что даже от какой-то капельки свободы нам и то становится не по себе.

    Может быть, мы так привыкли без конца вкалывать, что даже от какой-то капельки свободы нам и то становится не по себе.

    — Эрих Мария Ремарк · книга