36 глубоких цитат про «Красивые цитаты на тему «тоска»»

36 цитат про «Красивые цитаты на тему «тоска»»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Он скучал по ней. И на этом откосе второй раз за сегодняшний день осознал: его радует, что он по ней скучает.

   Он скучал по ней. И на этом откосе второй раз за сегодняшний день осознал: его радует, что он по ней скучает.

   — Януш Леон Вишневский · книга
2. «

   How can I then return in happy plight That am debarred the benefit of rest? When day's oppression is not eased by night, But day by night and night by day oppressed;

   How can I then return in happy plight That am debarred the benefit of rest? When day's oppression is not eased by night, But day by night and night by day oppressed;

   — Уильям Шекспир
3. «

   Что есть творчество? Попытка убаюкать жизнь в стихах, попытка жить сквозь певчество и отчество, и в пол строки — разменная тоска.

   Что есть творчество? Попытка убаюкать жизнь в стихах, попытка жить сквозь певчество и отчество, и в пол строки — разменная тоска.

   — Аль Квотион · книга
4. «

   А я люблю такой запах, как вот сейчас. Такой, и еще запах свежескошенного клевера и примятой полыни, когда едешь за стадом, запах дыма от поленьев и горящей осенней листвы. Так пахнет, должно быть, тоска по родине — запах дыма, встающего над кучами листьев, которые сжигают осенью на улицах в Миссуле.

   А я люблю такой запах, как вот сейчас. Такой, и еще запах свежескошенного клевера и примятой полыни, когда едешь за стадом, запах дыма от поленьев и горящей осенней листвы. Так пахнет, должно быть, тоска по родине — запах дыма, встающего над кучами листьев, которые сжигают осенью на улицах в Миссуле.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
5. «

   Унылых осеней прошёл над нами ряд, И нашей жизни дни развеял листопад. Пей! Ведь сказал мудрец, что лишь вина дурманом Мы можем одолеть тоски душевной яд.

   Унылых осеней прошёл над нами ряд, И нашей жизни дни развеял листопад. Пей! Ведь сказал мудрец, что лишь вина дурманом Мы можем одолеть тоски душевной яд.

   — Омар Хайям
6. «

   Сегодня с силою Внезапного недуга Нахлынула по родине тоска. Как грустен этот дым На синих небесах!

   Сегодня с силою Внезапного недуга Нахлынула по родине тоска. Как грустен этот дым На синих небесах!

   — Исикава Такубоку
7. «

   Душа моя затосковала ночью. А я любил изорванную в клочья, Исхлёстанную ветром темноту И звёзды, брезжущие на лету Над мокрыми сентябрьскими садами, Как бабочки с незрячими глазами, И на цыганской масленой реке Шатучий мост, и женщину в платке, Спадавшем с плеч над медленной водою, И эти руки, как перед бедою.

   Душа моя затосковала ночью. А я любил изорванную в клочья, Исхлёстанную ветром темноту И звёзды, брезжущие на лету Над мокрыми сентябрьскими садами, Как бабочки с незрячими глазами, И на цыганской масленой реке Шатучий мост, и женщину в платке, Спадавшем с плеч над медленной водою, И эти руки, как перед бедою.

   — Арсений Александрович Тарковский
8. «

   Всё в доме пасмурно и ветхо, скрипят ступени, мох в пазах... А за окном — рассвет и ветка в аквамариновых слезах. А за окном кричат вороны, и страшно яркая трава, и погромыхиванье грома, как будто валятся дрова. Смотрю в окно, от счастья плача, и, полусонная ещё, щекою чувствую горячей твоё прохладное плечо... Но ты в другом, далёком доме и даже в городе другом. Чужие властные ладони лежат на сердце дорогом. ... А это всё — и час рассвета, и сад, поющий под дождём, — я просто выдумала это, чтобы побыть с тобой вдвоём.

   Всё в доме пасмурно и ветхо, скрипят ступени, мох в пазах... А за окном — рассвет и ветка в аквамариновых слезах. А за окном кричат вороны, и страшно яркая трава, и погромыхиванье грома, как будто валятся дрова. Смотрю в окно, от счастья плача, и, полусонная ещё, щекою чувствую горячей твоё прохладное плечо... Но ты в другом, далёком доме и даже в городе другом. Чужие властные ладони лежат на сердце дорогом. ... А это всё — и час рассвета, и сад, поющий под дождём, — я просто выдумала это, чтобы побыть с тобой вдвоём.

   — Вероника Тушнова
9. «

   На душе скребли кошки — и печаль, ранее светлая, превращалась в глухую тоску, становясь с каждой минутой все темнее, словно там, внутри, садилось солнце.

   На душе скребли кошки — и печаль, ранее светлая, превращалась в глухую тоску, становясь с каждой минутой все темнее, словно там, внутри, садилось солнце.

   — Генри Лайон Олди · книга
10. «

    Тоскующая женщина – как кубик Рубика, который может собрать лишь один-единственный человек.

    Тоскующая женщина – как кубик Рубика, который может собрать лишь один-единственный человек.

    — Эльчин Сафарли · книга
11. «

    Она так скучала без него, что странно, как она все-таки не умерла.

    Она так скучала без него, что странно, как она все-таки не умерла.

    — Мария Парр · книга
12. «

    Деревья, очнувшись ото сна, будут перешептываться в сумраке и пить теплый ветер, напоенный влагой далекого Сириона. Но некому будет прийти в этот лес, чтобы танцевать с ней среди зарослей болиголова, говорить с ней о вещах простых и странных, смешных и страшных, охотиться в камышах у Эсгалдуина, любить ее на поляне в безлунную ночь... Обхватив руками серебристый тополь, чувствуя щекой и ладонями гладкость коры, она вспоминала, как странно сочеталась в его любви жажда обладать с желанием поклоняться. Как это пугало и захватывало... И как безнадежно это кончилось.

    Деревья, очнувшись ото сна, будут перешептываться в сумраке и пить теплый ветер, напоенный влагой далекого Сириона. Но некому будет прийти в этот лес, чтобы танцевать с ней среди зарослей болиголова, говорить с ней о вещах простых и странных, смешных и страшных, охотиться в камышах у Эсгалдуина, любить ее на поляне в безлунную ночь... Обхватив руками серебристый тополь, чувствуя щекой и ладонями гладкость коры, она вспоминала, как странно сочеталась в его любви жажда обладать с желанием поклоняться. Как это пугало и захватывало... И как безнадежно это кончилось.

    — Ольга Брилёва · книга
13. «

    К западу, к западу — вглубь континента поезд уносит... Без моря тоскующие закрываю глаза.

    К западу, к западу — вглубь континента поезд уносит... Без моря тоскующие закрываю глаза.

    — Мати Тавара
14. «

    Even when this rain stops, when the clouds go away I stand here, just the same.

    Even when this rain stops, when the clouds go away I stand here, just the same.
15. «

    Нежная! Любимая кротость! Среди мимоз, что вокруг моего дома, расцвела в последние дни маленькая ветка. На утреннем солнце она золотой гроздью свисает перед белой стеной. Мягкая, как твоё сонное дыхание на моём плече...

    Нежная! Любимая кротость! Среди мимоз, что вокруг моего дома, расцвела в последние дни маленькая ветка. На утреннем солнце она золотой гроздью свисает перед белой стеной. Мягкая, как твоё сонное дыхание на моём плече...

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    Как трудно верить, что ко мне вернешься ты. Спасенья! Дождусь ли я, чтоб голос твой услышать вновь? Спасенья! Ища тебя, идя к тебе, я одолеть смогла бы И даль глухих степных дорог, и черствость душ. Спасенья! Миры немые страшно так в мой сон тревожный рвутся, И, просыпаясь, я кричу в отчаянье: «Спасенья!» Никто мне в дверь не постучит, лишь ветер зорькой ранней, И стоном горестным к тебе взываю я: «Спасенья!» Когда ж ревнивица-война тебя ко мне отпустит, Прекрасного, как мир, как свет и тень? Спасенья! Иль терпеливою мне стать, и твердою, как камень, Или корой дерев сухих, бесчувственных? Спасенья! Нет сил у Хасеки взывать, и призывать, и плакать, И ждать, отчаявшись, тебя, о, мой султан, — Спасенья!

    Как трудно верить, что ко мне вернешься ты. Спасенья! Дождусь ли я, чтоб голос твой услышать вновь? Спасенья! Ища тебя, идя к тебе, я одолеть смогла бы И даль глухих степных дорог, и черствость душ. Спасенья! Миры немые страшно так в мой сон тревожный рвутся, И, просыпаясь, я кричу в отчаянье: «Спасенья!» Никто мне в дверь не постучит, лишь ветер зорькой ранней, И стоном горестным к тебе взываю я: «Спасенья!» Когда ж ревнивица-война тебя ко мне отпустит, Прекрасного, как мир, как свет и тень? Спасенья! Иль терпеливою мне стать, и твердою, как камень, Или корой дерев сухих, бесчувственных? Спасенья! Нет сил у Хасеки взывать, и призывать, и плакать, И ждать, отчаявшись, тебя, о, мой султан, — Спасенья!
17. «

    А вопросы... Вопросы не знают ответа - Налетят, разожгут и умчатся, как корь. Соломон нам оставил два мудрых совета: Убегай от тоски и с глупцами не спорь.

    А вопросы... Вопросы не знают ответа - Налетят, разожгут и умчатся, как корь. Соломон нам оставил два мудрых совета: Убегай от тоски и с глупцами не спорь.

    — Саша Чёрный
18. «

    Было то время года, то время дня, когда ткань вещей пропитывается легкой щемящей печалью.

    Было то время года, то время дня, когда ткань вещей пропитывается легкой щемящей печалью.

    — Дон Делилло · книга
19. «

    Маленькие дриады тоскуют по сказкам. Как и маленькие ведьмаки. Потому что и тем и другим редко кто рассказывает сказки на сон грядущий. Маленькие дриады засыпают, вслушиваясь в шум деревьев. Маленькие ведьмаки засыпают, вслушиваясь в боль мышц. У нас тоже горели глаза, как у Браэенн, когда мы слушали сказки Весемира там, в Каэр Морхене... Но это было давно... Так давно...

    Маленькие дриады тоскуют по сказкам. Как и маленькие ведьмаки. Потому что и тем и другим редко кто рассказывает сказки на сон грядущий. Маленькие дриады засыпают, вслушиваясь в шум деревьев. Маленькие ведьмаки засыпают, вслушиваясь в боль мышц. У нас тоже горели глаза, как у Браэенн, когда мы слушали сказки Весемира там, в Каэр Морхене... Но это было давно... Так давно...

    — Анджей Сапковский · книга
20. «

    Как зеркало своей заповедной тоски, Свободный Человек, любить ты будешь Море, Своей безбрежностью хмелеть в родном просторе, Чьи бездны, как твой дух безудержный, — горьки;

    Как зеркало своей заповедной тоски, Свободный Человек, любить ты будешь Море, Своей безбрежностью хмелеть в родном просторе, Чьи бездны, как твой дух безудержный, — горьки;

    — Шарль Бодлер · книга