17 цитат про «тревога» от великих людей

Тема «тревога» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 17 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Никогда еще он не испытывал такой тревоги. Это был не страх, а именно тревога. Сейчас он мог абсолютно точно отличить эти чувства одно от другого. Страх непродолжителен и интенсивен. Как оргазм. Тревога другая. Она охватывает постепенно. И длится.

   Никогда еще он не испытывал такой тревоги. Это был не страх, а именно тревога. Сейчас он мог абсолютно точно отличить эти чувства одно от другого. Страх непродолжителен и интенсивен. Как оргазм. Тревога другая. Она охватывает постепенно. И длится.

   — Януш Леон Вишневский · книга
2. «

   Он уже хорошо знал это отвратительное состояние, странную смесь бессилия и апатии с панической тревогой, когда кажется, что смертельно устал и хочешь спать, а стоит лечь — и сон не идёт, в голову лезут всякие страсти, и если даже удаётся на несколько минут задремать, обязательно приснится какая-нибудь гадость.

   Он уже хорошо знал это отвратительное состояние, странную смесь бессилия и апатии с панической тревогой, когда кажется, что смертельно устал и хочешь спать, а стоит лечь — и сон не идёт, в голову лезут всякие страсти, и если даже удаётся на несколько минут задремать, обязательно приснится какая-нибудь гадость.

   — Оксана Панкеева · книга
3. «

   Я так боюсь, что всех, кого люблю, утрачу вновь... Я так теперь лелею и коплю людей любовь.

   Я так боюсь, что всех, кого люблю, утрачу вновь... Я так теперь лелею и коплю людей любовь.

   — Ольга Берггольц
4. «

   Везде, где есть люди — тревожно.

   Везде, где есть люди — тревожно.
5. «

   Мы существуем между воспоминаниями и воображением, между призраком прошлого и призраком будущего, мы воскрешаем пережитые страхи и придумываем новые угрозы, не можем разобраться в себе, путая реальность и вымысел. В довершении всех бед нам недостаточно изводить себя тревогами сегодняшнего дня — мы принимаемся размышлять над тревогами дня вчерашнего и в конце концов начинаем бояться самого страха, который коварно подкрадывается, множится, ширится.

   Мы существуем между воспоминаниями и воображением, между призраком прошлого и призраком будущего, мы воскрешаем пережитые страхи и придумываем новые угрозы, не можем разобраться в себе, путая реальность и вымысел. В довершении всех бед нам недостаточно изводить себя тревогами сегодняшнего дня — мы принимаемся размышлять над тревогами дня вчерашнего и в конце концов начинаем бояться самого страха, который коварно подкрадывается, множится, ширится.

   — Хосе Антонио Марина · книга
6. «

   В тревоге всегда есть частичка надежды, что всё обойдётся. В безысходности же нет ничего, кроме самой безысходности.

   В тревоге всегда есть частичка надежды, что всё обойдётся. В безысходности же нет ничего, кроме самой безысходности.

   — Александра Маринина · книга
7. «

   Если небо затянут тучи И на сердце лежит тревога. Верю, завтра все будет лучше, Даже если сегодня плохо.

   Если небо затянут тучи И на сердце лежит тревога. Верю, завтра все будет лучше, Даже если сегодня плохо.
8. «

   Тот счастлив, кто прошел среди мучений, Среди тревог и страсти жизни шумной, Подобно розе, что цветет бездумно, И легче по водам бегущей тени.

   Тот счастлив, кто прошел среди мучений, Среди тревог и страсти жизни шумной, Подобно розе, что цветет бездумно, И легче по водам бегущей тени.

   — Анна Андреевна Ахматова
9. «

   Если вы измеряете свой успех мерой чужих похвал и порицаний, ваша тревога будет бесконечной.

   Если вы измеряете свой успех мерой чужих похвал и порицаний, ваша тревога будет бесконечной.

   — Лао-Цзы
10. «

    — Любовь — это… тревога, — сказал он. — Хочешь доставить радость и боишься, что тебя увидят таким, каков ты есть. В то же время хочешь, чтобы тебя знали. Иными словами… ты наг, стонешь во тьме, теряешь всякую гордость… Я хотел, чтобы она видела меня и любила, хотя знала как облупленного, а я знал её. Теперь её рядом нет, и моё знание неполно. Целыми днями пытаюсь представить, чем она занимается, что говорит, с кем общается, как выглядит. Стараюсь восполнить потерянные часы, но чем дольше разлука, тем это труднее — неизвестность множится. Приходится додумывать. На самом деле, я просто не знаю. Ничего больше не знаю.

    — Любовь — это… тревога, — сказал он. — Хочешь доставить радость и боишься, что тебя увидят таким, каков ты есть. В то же время хочешь, чтобы тебя знали. Иными словами… ты наг, стонешь во тьме, теряешь всякую гордость… Я хотел, чтобы она видела меня и любила, хотя знала как облупленного, а я знал её. Теперь её рядом нет, и моё знание неполно. Целыми днями пытаюсь представить, чем она занимается, что говорит, с кем общается, как выглядит. Стараюсь восполнить потерянные часы, но чем дольше разлука, тем это труднее — неизвестность множится. Приходится додумывать. На самом деле, я просто не знаю. Ничего больше не знаю.

    — Одри Ниффенеггер · книга
11. «

    Эго — подлинное место тревоги.

    Эго — подлинное место тревоги.

    — Зигмунд Фрейд
12. «

    Иногда мудрость проявляется в незнании чего-либо. Тем более в счастье. Только неведение делает человека счастливым. Чем больше они узнают о том, что их тревожит, тем меньше счастья у них остается.

    Иногда мудрость проявляется в незнании чего-либо. Тем более в счастье. Только неведение делает человека счастливым. Чем больше они узнают о том, что их тревожит, тем меньше счастья у них остается.

    — Рафаэлло Джованьоли · книга
13. «

    Ванна смоет все твои тревоги.

    Ванна смоет все твои тревоги.

    — Мисато Кацураги · аниме
14. «

    Ничто так не успокаивает тревогу, как небольшая ностальгия.

    Ничто так не успокаивает тревогу, как небольшая ностальгия.

    — Морфеус · фильм
15. «

    Весенний ветер Развеял вишневый цвет Лишь в сновиденье. Очнулся, но сердце мое Тревога еще волнует...

    Весенний ветер Развеял вишневый цвет Лишь в сновиденье. Очнулся, но сердце мое Тревога еще волнует...

    — Сайгё-хоси
16. «

    Боль проходит понемногу, Не навек она дана. Есть конец мятежным стонам. Злую муку и тревогу Побеждает тишина.

    Боль проходит понемногу, Не навек она дана. Есть конец мятежным стонам. Злую муку и тревогу Побеждает тишина.

    — Александр Александрович Блок
17. «

    Наш век отнюдь не Век Тревоги. Это Век Пустоты. Наш век просто сорвался с якоря и несется в никуда.

    Наш век отнюдь не Век Тревоги. Это Век Пустоты. Наш век просто сорвался с якоря и несется в никуда.

    — Джордж Микеш