Подборка «творчество» — 632 цитаты

632 цитаты про «творчество»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   В каком-то смысле мне никогда не приходилось «создавать» историю... Я вижу картины. Некоторые из них чем-то — может быть, запахом — похожи друг на друга, и это их объединяет. Не нужно им мешать — наблюдай тихонько, и они начнут сливаться воедино. Если очень повезет (со мной так ещё не бывало), целая серия картин сольется до того здорово, что получится готовая история, а писателю ничего и делать не придется. Но чаще (это как раз мой случай) остаются незаполненные места. Вот тут-то самое время подумать, определить, почему такой-то персонаж в таком-то месте делает то-то и то-то. Я представления не имею, так ли работают другие писатели и вообще так ли нужно писать. Но я по-другому не умею. У меня первыми всегда появляются образы.

   В каком-то смысле мне никогда не приходилось «создавать» историю... Я вижу картины. Некоторые из них чем-то — может быть, запахом — похожи друг на друга, и это их объединяет. Не нужно им мешать — наблюдай тихонько, и они начнут сливаться воедино. Если очень повезет (со мной так ещё не бывало), целая серия картин сольется до того здорово, что получится готовая история, а писателю ничего и делать не придется. Но чаще (это как раз мой случай) остаются незаполненные места. Вот тут-то самое время подумать, определить, почему такой-то персонаж в таком-то месте делает то-то и то-то. Я представления не имею, так ли работают другие писатели и вообще так ли нужно писать. Но я по-другому не умею. У меня первыми всегда появляются образы.

   — Клайв Стейплз Льюис
2. «

   Писательская работа в целом в том и состоит, чтобы видеть причинно-следственную связь там, где она на первый взгляд отсутствует.

   Писательская работа в целом в том и состоит, чтобы видеть причинно-следственную связь там, где она на первый взгляд отсутствует.

   — Аристарх Ромашин · книга
3. «

   Художник живёт в двух мирах...

   Художник живёт в двух мирах...

   — Дэвид Митчелл · книга
4. «

   Время, затраченное на поиски вдохновения, — прелюдия шедевра.

   Время, затраченное на поиски вдохновения, — прелюдия шедевра.
5. «

   Трэш — музыка для умных. В нем присутствует очень много интеллекта: и в музыке, и в лирике, и даже в делах самих групп. Трэш породил кучу умных парней. Может быть, мы не похожи на всяких интеллектуалов и ботаников, но каждый из нас умен именно в своем деле — профессионально и творчески. Мы все всегда были дальновидными.

   Трэш — музыка для умных. В нем присутствует очень много интеллекта: и в музыке, и в лирике, и даже в делах самих групп. Трэш породил кучу умных парней. Может быть, мы не похожи на всяких интеллектуалов и ботаников, но каждый из нас умен именно в своем деле — профессионально и творчески. Мы все всегда были дальновидными.

   — Скотт Иэн
6. «

   Я за своим успехом не слежу. Я даже не знаю: есть ли он? Это ничего не меняет. У меня существует зависимость, как у алкоголика. Возможно, творчество и есть своего рода алкоголизм. Алкоголик будет пить, независимо от того, нравится это кому-то или нет. Творчество – это болезнь, но болезнь счастливая, светлая, не дай бог выздороветь.

   Я за своим успехом не слежу. Я даже не знаю: есть ли он? Это ничего не меняет. У меня существует зависимость, как у алкоголика. Возможно, творчество и есть своего рода алкоголизм. Алкоголик будет пить, независимо от того, нравится это кому-то или нет. Творчество – это болезнь, но болезнь счастливая, светлая, не дай бог выздороветь.

   — Виктория Токарева · книга
7. «

   Понимаешь, каждый человек родился творцом. Ну, конечно, каждый в своём деле. И каждый, Володя, должен в меру своих сил, способностей, творить. Всё чтоб лучшее в нём, всё чтоб самое хорошее в нём оставалось другим. Оставалось людям.

   Понимаешь, каждый человек родился творцом. Ну, конечно, каждый в своём деле. И каждый, Володя, должен в меру своих сил, способностей, творить. Всё чтоб лучшее в нём, всё чтоб самое хорошее в нём оставалось другим. Оставалось людям.

   — Андрей Григорьевич Сарафанов · фильм
8. «

   Боль — глина. Можно сделать из неё комок и бросить в другого, а можно размять и слепить вазу. И боль может приносить пользу, если ей правильно распорядиться.

   Боль — глина. Можно сделать из неё комок и бросить в другого, а можно размять и слепить вазу. И боль может приносить пользу, если ей правильно распорядиться.

   — Мария Фариса · книга
9. «

   ... Франческа ничего не ответила, изумляясь, что на свете существует человек, которому не все равно, как называется место, где растет трава, — луг или пастбище. Его волнует цвет неба, он пишет стихи и не пишет прозу, играет на гитаре и зарабатывает на жизнь тем, что создает образы, а все свои орудия труда носит в рюкзаке. Он словно ветер. И двигается как ветер. Может быть, ветер его и принес.

   ... Франческа ничего не ответила, изумляясь, что на свете существует человек, которому не все равно, как называется место, где растет трава, — луг или пастбище. Его волнует цвет неба, он пишет стихи и не пишет прозу, играет на гитаре и зарабатывает на жизнь тем, что создает образы, а все свои орудия труда носит в рюкзаке. Он словно ветер. И двигается как ветер. Может быть, ветер его и принес.

   — Роберт Джеймс Уоллер · книга
10. «

    Человек бывает стар или молод в зависимости от того, сколько в нем осталось творческой силы.

    Человек бывает стар или молод в зависимости от того, сколько в нем осталось творческой силы.

    — Ирвинг Стоун · книга
11. «

    Предмет искусства, хотя и называется вещью, отнюдь не есть вещь, не есть неподвижная, стоячая, мертвая мумия художественной деятельности, но должен быть понимаем как никогда не иссякающая, вечно бьющая струя самого творчества, как живая пульсирующая деятельность творца, хотя и отодвинутая от него временем и пространством, но все еще переливающаяся и играющая цветами жизни. Художественное произведение, отвлеченное от конкретных условий своего художественного бытия, умирает или, по крайней мере, переходит в состояние анабиоза.

    Предмет искусства, хотя и называется вещью, отнюдь не есть вещь, не есть неподвижная, стоячая, мертвая мумия художественной деятельности, но должен быть понимаем как никогда не иссякающая, вечно бьющая струя самого творчества, как живая пульсирующая деятельность творца, хотя и отодвинутая от него временем и пространством, но все еще переливающаяся и играющая цветами жизни. Художественное произведение, отвлеченное от конкретных условий своего художественного бытия, умирает или, по крайней мере, переходит в состояние анабиоза.

    — Павел Флоренский
12. «

    Человек никогда не нарисует картину, превосходящую банальный узор инея на стекле или круги на воде в простой луже, когда идет дождь. Человек никогда не сочинит музыку, которая станет совершеннее, чем пение птиц за окном или стон ветра в пустыне. Человек никогда не напишет стихов более откровенных и трепетных, чем мягкий свет в глазах влюбленного мальчишки или дрожь пальцев умирающего старика. Но мы все же создаём... Может быть потому, что любовь, одетая в наряд ярости или острой грусти, но всегда именно любовь, закипая в сердце, застывая чёрной смолой в глубине глаз неминуемо ищет выхода, выплеска вовне, разрывая грудь, оседая на кончиках кистей, падая в разбросанные ноты. Собирая в нас все самое лучшее, с болью и кровью отрывая истоки вдохновения от обнаженной души, безумно смеющейся или упершейся взглядом расширенных зрачков в видимую только ей бездну. И потому поэты смотрят больными, красными от недосыпа глазами в небо, подбирая ускользающее слово, и потому музыканты продолжают осатанело перебирать струны уже негнущимися от холода пальцами, ничего не видя вокруг, и поэтому художники сходят с ума, падая на колени возле недописанного холста и плача... Но именно в такие моменты эти странные, живущие глубоко внутри себя люди, столь ранимые в пространстве твердого мира, зашивающее под кожу свои слабости, вдыхающие вместе с острым воздухом ядовитую пыльцу творчества... Именно в такие моменты они видят Бога.

    Человек никогда не нарисует картину, превосходящую банальный узор инея на стекле или круги на воде в простой луже, когда идет дождь. Человек никогда не сочинит музыку, которая станет совершеннее, чем пение птиц за окном или стон ветра в пустыне. Человек никогда не напишет стихов более откровенных и трепетных, чем мягкий свет в глазах влюбленного мальчишки или дрожь пальцев умирающего старика. Но мы все же создаём... Может быть потому, что любовь, одетая в наряд ярости или острой грусти, но всегда именно любовь, закипая в сердце, застывая чёрной смолой в глубине глаз неминуемо ищет выхода, выплеска вовне, разрывая грудь, оседая на кончиках кистей, падая в разбросанные ноты. Собирая в нас все самое лучшее, с болью и кровью отрывая истоки вдохновения от обнаженной души, безумно смеющейся или упершейся взглядом расширенных зрачков в видимую только ей бездну. И потому поэты смотрят больными, красными от недосыпа глазами в небо, подбирая ускользающее слово, и потому музыканты продолжают осатанело перебирать струны уже негнущимися от холода пальцами, ничего не видя вокруг, и поэтому художники сходят с ума, падая на колени возле недописанного холста и плача... Но именно в такие моменты эти странные, живущие глубоко внутри себя люди, столь ранимые в пространстве твердого мира, зашивающее под кожу свои слабости, вдыхающие вместе с острым воздухом ядовитую пыльцу творчества... Именно в такие моменты они видят Бога.

    — Аль Квотион · книга
13. «

    Пауза в творчестве — это не конец, а подготовка.

    Пауза в творчестве — это не конец, а подготовка.

    — Аристарх Ромашин
14. «

    Сексуальная и творческая энергия подпитываются из одного и того же источника. И человек сам решает, на что он будет растрачивать ту самую энергию.

    Сексуальная и творческая энергия подпитываются из одного и того же источника. И человек сам решает, на что он будет растрачивать ту самую энергию.

    — Аристарх Ромашин · книга
15. «

    — Нравится ли вам какой-то определённый тип фанатов? — Мне нравятся те, от кого мы получаем креативный ответ. Те, кто пишут свои собственные истории, рисуют, делают видео на YouTube — мы видели некоторые, они прекрасны; музыкальную версию «Шерлока», она великолепна. Есть фанатский оркестр «Шерлока». Я люблю таких людей, особенно молодых, которые дают творческий ответ, пытаясь создать свою собственную версию, и это первый шаг к тому, чтобы сделать её реальной. Я хочу сказать, из этого всё и исходит, желание чему-то подражать — первый шаг к созданию того, что любят другие. С этого всё начинается. Каждый раз видеть этот энтузиазм и творческий отклик — восхитительно.

    — Нравится ли вам какой-то определённый тип фанатов? — Мне нравятся те, от кого мы получаем креативный ответ. Те, кто пишут свои собственные истории, рисуют, делают видео на YouTube — мы видели некоторые, они прекрасны; музыкальную версию «Шерлока», она великолепна. Есть фанатский оркестр «Шерлока». Я люблю таких людей, особенно молодых, которые дают творческий ответ, пытаясь создать свою собственную версию, и это первый шаг к тому, чтобы сделать её реальной. Я хочу сказать, из этого всё и исходит, желание чему-то подражать — первый шаг к созданию того, что любят другие. С этого всё начинается. Каждый раз видеть этот энтузиазм и творческий отклик — восхитительно.

    — Стивен Моффат
16. «

    Не печалься, что тебя никто не читает. Печалься, что ты никого не читаешь.

    Не печалься, что тебя никто не читает. Печалься, что ты никого не читаешь.

    — Аристарх Ромашин
17. «

    ...люди исключительные, творцы, интеллектуальные гиганты не сдерживаются большинством. В действительности именно они, меньшинство, подтягивают всё свободное общество до уровня своих достижений, поднимаясь выше и выше.

    ...люди исключительные, творцы, интеллектуальные гиганты не сдерживаются большинством. В действительности именно они, меньшинство, подтягивают всё свободное общество до уровня своих достижений, поднимаясь выше и выше.

    — Айн Рэнд · книга
18. «

    Я знаю, что случайные встречи — это единственная возможность сказать правду. Я знаю, что мода — это средство покорить других и не выдать себя. Я знаю, что никогда не надену ничего бирюзового. А может, и надену, прямо завтра. Я знаю, что мой путь и сложен, и интересен как никогда. Я знаю, что кинематограф дал мне столько же, сколько и чтение книг, и гораздо больше, чем живопись. Я знаю, что рецепт моего творчества — правильное сочетание идей. Я знаю, что современное искусство нужно, чтобы понять жизнь.

    Я знаю, что случайные встречи — это единственная возможность сказать правду. Я знаю, что мода — это средство покорить других и не выдать себя. Я знаю, что никогда не надену ничего бирюзового. А может, и надену, прямо завтра. Я знаю, что мой путь и сложен, и интересен как никогда. Я знаю, что кинематограф дал мне столько же, сколько и чтение книг, и гораздо больше, чем живопись. Я знаю, что рецепт моего творчества — правильное сочетание идей. Я знаю, что современное искусство нужно, чтобы понять жизнь.

    — Миучча Прада
19. «

    Глаза закрою — лучиком пишу Какую-то главу для новой книги. И мысль стекает по карандашу В неровность строк, Где слово в каждом миге И плачет, и смеётся — всё равно, Какие там паденья или взлёты.

    Глаза закрою — лучиком пишу Какую-то главу для новой книги. И мысль стекает по карандашу В неровность строк, Где слово в каждом миге И плачет, и смеётся — всё равно, Какие там паденья или взлёты.

    — Владимир Морозов (поэт)
20. «

    Была беда, а стала музыка.

    Была беда, а стала музыка.