322 цитаты про «тюрьма», которые стоит перечитать

Собрали 322 цитаты на тему «тюрьма» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   На этой неделе я свободен. Для меня тюрьма — что-то вроде домика в деревне. Я туда езжу в отпуск.

   На этой неделе я свободен. Для меня тюрьма — что-то вроде домика в деревне. Я туда езжу в отпуск.

   — Альбер ван ден Бош · фильм
2. «

   Видите ли, в тюрьме я уже бывал. Правда, всего три недели и всего лишь в предвариловке, но когда тебе дважды в день приходится играть в шахматы с угрюмо-свирепым болельщиком «Вест Хэм», у которого татуировка «УБЬЮ» на одной руке и «УБЬЮ» на другой, да еще набором шахматных фигур, где не хватает шести пешек, всех ладей и двух слонов, – в общем, ты невольно вдруг начинаешь ценить кое-какие мелочи. Такие, например, как свобода.

   Видите ли, в тюрьме я уже бывал. Правда, всего три недели и всего лишь в предвариловке, но когда тебе дважды в день приходится играть в шахматы с угрюмо-свирепым болельщиком «Вест Хэм», у которого татуировка «УБЬЮ» на одной руке и «УБЬЮ» на другой, да еще набором шахматных фигур, где не хватает шести пешек, всех ладей и двух слонов, – в общем, ты невольно вдруг начинаешь ценить кое-какие мелочи. Такие, например, как свобода.

   — Хью Лори · книга
3. «

   Когда однажды через много лет мне пригрозили тюрьмой, я ответила, что свое уже отсидела. Тот, кто спрашивал, не понял, о чем я, широко раскрылись глаза: — Вы, мадемуазель? За что?! — За инакомыслие. Разве тюрьма — только где решетки на окнах? Нет, это там, где зарешечены возможности.

   Когда однажды через много лет мне пригрозили тюрьмой, я ответила, что свое уже отсидела. Тот, кто спрашивал, не понял, о чем я, широко раскрылись глаза: — Вы, мадемуазель? За что?! — За инакомыслие. Разве тюрьма — только где решетки на окнах? Нет, это там, где зарешечены возможности.

   — Коко Шанель · книга
4. «

   Больше всего теперь меня волнует старый как мир вопрос: «Как я когда-нибудь смогу радоваться, зная о том, как много совершается зла и творится неправды?» Мне пишут люди, поддерживающие меня: «Помни, все это закончится, и ты вернешься к счастливой жизни». Но можно ли быть счастливым, увидев то, что увидела я? Я знаю, это беспокойство, мятежность и отчаяние, но никогда нескончаемый поиск правды теперь уже точно меня не оставят.

   Больше всего теперь меня волнует старый как мир вопрос: «Как я когда-нибудь смогу радоваться, зная о том, как много совершается зла и творится неправды?» Мне пишут люди, поддерживающие меня: «Помни, все это закончится, и ты вернешься к счастливой жизни». Но можно ли быть счастливым, увидев то, что увидела я? Я знаю, это беспокойство, мятежность и отчаяние, но никогда нескончаемый поиск правды теперь уже точно меня не оставят.

   — Надежда Толоконникова
5. «

   …В каждой тюрьме есть узники и стены. Узники — капиллярные сосуды, которые сосут влагу из стен.

   …В каждой тюрьме есть узники и стены. Узники — капиллярные сосуды, которые сосут влагу из стен.

   — Дэвид Митчелл · книга
6. «

   Здравствуйте, зовут меня Владимир. Приняли по 159. Значит скажу сразу, человек я спокойный, но если меня попытаются отпидарасить, вгрызусь в кадык и умру натуралом.

   Здравствуйте, зовут меня Владимир. Приняли по 159. Значит скажу сразу, человек я спокойный, но если меня попытаются отпидарасить, вгрызусь в кадык и умру натуралом.

   — Подполковник Яковлев · сериал
7. «

   Если Кирпич — вор, он должен сидеть в тюрьме! И людей не беспокоит, каким способом я его туда упрячу!

   Если Кирпич — вор, он должен сидеть в тюрьме! И людей не беспокоит, каким способом я его туда упрячу!

   — Глеб Жеглов · сериал
8. «

   Говорят, от тюрьмы и от сумы не зарекаются. А ещё от болезни.

   Говорят, от тюрьмы и от сумы не зарекаются. А ещё от болезни.

   — Наталия Сухинина · книга
9. «

   Перед этим горем гнутся горы, Не течет великая река, Но крепки тюремные затворы, А за ними «каторжные норы» И смертельная тоска. Для кого-то веет ветер свежий, Для кого-то нежится закат - Мы не знаем, мы повсюду те же, Слышим лишь ключей постылый скрежет Да шаги тяжелые солдат.

   Перед этим горем гнутся горы, Не течет великая река, Но крепки тюремные затворы, А за ними «каторжные норы» И смертельная тоска. Для кого-то веет ветер свежий, Для кого-то нежится закат - Мы не знаем, мы повсюду те же, Слышим лишь ключей постылый скрежет Да шаги тяжелые солдат.

   — Анна Андреевна Ахматова
10. «

    Узник терпит своё заточение, пока нет надежды на побег. Стоит ей только появиться, стоит ему глотнуть воздуха свободы, как он в ужасе взирает на своё соломенное ложе и вздрагивает при звуке кандалов.

    Узник терпит своё заточение, пока нет надежды на побег. Стоит ей только появиться, стоит ему глотнуть воздуха свободы, как он в ужасе взирает на своё соломенное ложе и вздрагивает при звуке кандалов.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
11. «

    Жуткое зрелище представляет собой городская тюрьма. Перед тем, как оставить город, большевистские тюремщики устроили здесь жуткую кровавую баню. Свыше сотни людей — мужчин, женщин — забили, как скот. До конца дней мне не забыть эти леденящие душу мертвые лица. А пока что наши вытащили несколько красноармейцев и евреев оттуда. где те пытались отсидеться. Краткое соло из пистолета — и этот сброд уже на небесах.

    Жуткое зрелище представляет собой городская тюрьма. Перед тем, как оставить город, большевистские тюремщики устроили здесь жуткую кровавую баню. Свыше сотни людей — мужчин, женщин — забили, как скот. До конца дней мне не забыть эти леденящие душу мертвые лица. А пока что наши вытащили несколько красноармейцев и евреев оттуда. где те пытались отсидеться. Краткое соло из пистолета — и этот сброд уже на небесах.

    — Ганс Рот · книга
12. «

    Только вот что я хочу сказать вам, ребятки. Если не хотите угодить за решётку, не пейте вы этого проклятого вина.

    Только вот что я хочу сказать вам, ребятки. Если не хотите угодить за решётку, не пейте вы этого проклятого вина.

    — Мефф Поттер · фильм
13. «

    Прокурор! Ты пять месяцев уже здесь. Уже прошло пять месяцев, как ты сел в тюрьму. Но ты не помнишь. Я в течение пяти месяцев смотрю тебе в глаза. Это не ты сделал. Ты не убил семью. Невозможно, что это сделал ты, прокурор. Это невозможно. Клянусь. Я пойму.

    Прокурор! Ты пять месяцев уже здесь. Уже прошло пять месяцев, как ты сел в тюрьму. Но ты не помнишь. Я в течение пяти месяцев смотрю тебе в глаза. Это не ты сделал. Ты не убил семью. Невозможно, что это сделал ты, прокурор. Это невозможно. Клянусь. Я пойму.

    — Камбер · сериал
14. «

    Кабаки и бабы доведут до Цугундера!

    Кабаки и бабы доведут до Цугундера!

    — Карп («Горбатый») · сериал
15. «

    Пять лет мой брат по тюрьмам гнил, пока вы водку жрали, да баб драли. Вы ему будете обязаны до тех пор, пока в сырую не уложат.

    Пять лет мой брат по тюрьмам гнил, пока вы водку жрали, да баб драли. Вы ему будете обязаны до тех пор, пока в сырую не уложат.

    — Алексей Смолин · сериал
16. «

    Как пленник связан веревками и лишен свободы действия, так падший человеческий ум связан мыслями лживыми, неправыми, и так связано человеческое сердце желаниями похотными, нечистыми, страстными. И как пленники бывают с различною степенью свободы действия: один заключен в оковы, другой — в темницу, третий — в стены тюрьмы, так и человеческое сердце и ум бывают с разной степенью истинности в мыслях и чувствах. Но пленник остается пленником, в каком из видов заключения он бы ни находился, так и падший ум и сердце остаются падшими, т.е. неистинными, о чем бы они ни составляли свое мнение в мыслях и чувствах. Поэтому Господь говорит: «Познайте истину и истина сделает вас свободными», а св. Апостол — «Где Дух Господень, там и свобода». Всякое понятие, слово имеет смысл и сопряженное с этим смыслом чувство, отзвук в душе. Грехом это единство смысла и чувства рассечено, и мы не чувствуем того, о чем говорим, и и не понимаем того, что чувствуем. Господь благодатию Своею восстанавливает это единство, врачует эту неисцельную рану. Но все это происходит так, как будто мы снова начинаем учиться ходить. Все ново, все необычно, все трудно. Все дается только опытом, только им одним. Иначе как научиться ходить? Значит, все в исполнении заповедей Божиих.

    Как пленник связан веревками и лишен свободы действия, так падший человеческий ум связан мыслями лживыми, неправыми, и так связано человеческое сердце желаниями похотными, нечистыми, страстными. И как пленники бывают с различною степенью свободы действия: один заключен в оковы, другой — в темницу, третий — в стены тюрьмы, так и человеческое сердце и ум бывают с разной степенью истинности в мыслях и чувствах. Но пленник остается пленником, в каком из видов заключения он бы ни находился, так и падший ум и сердце остаются падшими, т.е. неистинными, о чем бы они ни составляли свое мнение в мыслях и чувствах. Поэтому Господь говорит: «Познайте истину и истина сделает вас свободными», а св. Апостол — «Где Дух Господень, там и свобода». Всякое понятие, слово имеет смысл и сопряженное с этим смыслом чувство, отзвук в душе. Грехом это единство смысла и чувства рассечено, и мы не чувствуем того, о чем говорим, и и не понимаем того, что чувствуем. Господь благодатию Своею восстанавливает это единство, врачует эту неисцельную рану. Но все это происходит так, как будто мы снова начинаем учиться ходить. Все ново, все необычно, все трудно. Все дается только опытом, только им одним. Иначе как научиться ходить? Значит, все в исполнении заповедей Божиих.

    — Иеромонах Василий (Росляков)
17. «

    — Слушай, а ты прав! — Нееет — будь я всегда прав, не отсидел бы в тюрьме десять лет. — А чем ты там занимался? — В тюрьме есть только три развлечения. Качаться, играть в карты и попадать в неприятности. — А что ты делал? — Читал!

    — Слушай, а ты прав! — Нееет — будь я всегда прав, не отсидел бы в тюрьме десять лет. — А чем ты там занимался? — В тюрьме есть только три развлечения. Качаться, играть в карты и попадать в неприятности. — А что ты делал? — Читал!

    — Калоджеро «Си» Анелло · фильм
18. «

    Тюрьма — превосходная школа философии.

    Тюрьма — превосходная школа философии.

    — Джек Лондон · книга
19. «

    Любовь к свободе — цветок темницы, и только в тюрьме чувствуешь цену свободы.

    Любовь к свободе — цветок темницы, и только в тюрьме чувствуешь цену свободы.

    — Генрих Гейне
20. «

    Госпожа Рузвельт попросила генерал-майора тут же при ней задать заключённым вопрос — нет ли у кого-нибудь из них жалоб на имя Организации Объединённых Наций?

    Госпожа Рузвельт попросила генерал-майора тут же при ней задать заключённым вопрос — нет ли у кого-нибудь из них жалоб на имя Организации Объединённых Наций?

    — Александр Солженицын · книга