440 лучших цитат на тему «тюрьма»

Собрали 440 цитат на тему «тюрьма» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Тюрьма мне в честь, не в укоризну, За дело правое я в ней, И мне ль стыдиться сих цепей, Коли ношу их за Отчизну.

   Тюрьма мне в честь, не в укоризну, За дело правое я в ней, И мне ль стыдиться сих цепей, Коли ношу их за Отчизну.

   — Кондратий Федорович Рылеев
2. «

   — «Через два часа после ареста Мартина МакФлая-младшего допросили и приговорили к пятнадцати годам тюрьмы». Через два часа?! — Теперь без адвокатов правосудие работает оперативно.

   — «Через два часа после ареста Мартина МакФлая-младшего допросили и приговорили к пятнадцати годам тюрьмы». Через два часа?! — Теперь без адвокатов правосудие работает оперативно.

   — Марти МакФлай · фильм
3. «

   Не так просто убить Бога, как ты думаешь. Нет, Пустота была заключена в тюрьму...

   Не так просто убить Бога, как ты думаешь. Нет, Пустота была заключена в тюрьму...

   — Индрик · игра
4. «

   Умные люди подсказали — когда ты не можешь посадить за то, что они делают, посади за то, что они не делают.

   Умные люди подсказали — когда ты не можешь посадить за то, что они делают, посади за то, что они не делают.

   — Червоня (барон) · сериал
5. «

   — Почему Вы в тюрьме? Предыдущих судимостей нет, пострадавших тоже. — У меня был плохой адвокат.

   — Почему Вы в тюрьме? Предыдущих судимостей нет, пострадавших тоже. — У меня был плохой адвокат.

   — Доктор Грегори Хаус · сериал
6. «

   В Пакистане по знакомству возможно все, даже угодить за решетку.

   В Пакистане по знакомству возможно все, даже угодить за решетку.

   — Салман Рушди · книга
7. «

   Уходу каждого заключенного в тюрьме радуются искренне, но вместе с тем освобождение одного вызывает печаль у других. Забыв о степени собственной виновности, каждый про себя сожалел, что надзиратель назвал не его, а чью-то чужую фамилию. Так думают все, даже смертники, ибо нигде так не верят в чудеса, как в тюрьме.

   Уходу каждого заключенного в тюрьме радуются искренне, но вместе с тем освобождение одного вызывает печаль у других. Забыв о степени собственной виновности, каждый про себя сожалел, что надзиратель назвал не его, а чью-то чужую фамилию. Так думают все, даже смертники, ибо нигде так не верят в чудеса, как в тюрьме.

   — Нодар Думбадзе · книга
8. «

   Здесь неподходящее место для любителей книг. <...> Что за дурак притащит сюда книгу?

   Здесь неподходящее место для любителей книг. <...> Что за дурак притащит сюда книгу?

   — Имогири · фильм
9. «

   А в тюрьме сейчас ужин… макароны…

   А в тюрьме сейчас ужин… макароны…

   — Василий Алибабаевич Алибаба · фильм
10. «

    Вон там — комната для свиданий, родственникам разрешается вас навещать... НО! Если они не приходят, то наверное потому, что очень заняты... Все равно, вы им очень дороги, это точно. Точно.

    Вон там — комната для свиданий, родственникам разрешается вас навещать... НО! Если они не приходят, то наверное потому, что очень заняты... Все равно, вы им очень дороги, это точно. Точно.

    — Тиффани «Пенсатукки» Доггетт · сериал
11. «

    «Чешежопица» – состояние вечной растерянности и надорванности во всем существе. И разговор при этом получается сам с собой. В него вплетаются мысли, откровения, прозрения, крики, стоны, любовь. Где-то там, далеко папа, мама, луга, поля, пирожки с ливером, а близко – запах хлорофоса, шубные набрызги стен, преображающиеся в видения, ползущие вши, уколы мандавошек, слякоть мокриц, пачки филок, кровь. «Вся жизнь моя – чешежопица» – вздыхает отпетый человек.

    «Чешежопица» – состояние вечной растерянности и надорванности во всем существе. И разговор при этом получается сам с собой. В него вплетаются мысли, откровения, прозрения, крики, стоны, любовь. Где-то там, далеко папа, мама, луга, поля, пирожки с ливером, а близко – запах хлорофоса, шубные набрызги стен, преображающиеся в видения, ползущие вши, уколы мандавошек, слякоть мокриц, пачки филок, кровь. «Вся жизнь моя – чешежопица» – вздыхает отпетый человек.

    — Вячеслав Майер · книга
12. «

    — О-о... Я помню это место. Безнадежность... словно мне никогда отсюда не выбраться... — Чем ниже тебя держат, тем больше у тебя забирают. Они стирают память так же, как в старых тюрьмах отнимали шнурки и пояс. — И... насколько же низко оказалась я? — Эй, сестренка! Нилин! Эти стены над тобой больше не властны.

    — О-о... Я помню это место. Безнадежность... словно мне никогда отсюда не выбраться... — Чем ниже тебя держат, тем больше у тебя забирают. Они стирают память так же, как в старых тюрьмах отнимали шнурки и пояс. — И... насколько же низко оказалась я? — Эй, сестренка! Нилин! Эти стены над тобой больше не властны.

    — Край · игра
13. «

    Иногда Трейси наблюдала, как заключенные влюблялись в охранников. Эта любовь рождалась от отчаяния, безнадежности и чувства зависимости. Осужденные во всем зависели от охраны: охрана определяла, что им есть, как жить, а порой — жить ли вообще.

    Иногда Трейси наблюдала, как заключенные влюблялись в охранников. Эта любовь рождалась от отчаяния, безнадежности и чувства зависимости. Осужденные во всем зависели от охраны: охрана определяла, что им есть, как жить, а порой — жить ли вообще.

    — Сидни Шелдон · книга
14. «

    Из самой надежной тюрьмы в одиночку убежать невозможно.

    Из самой надежной тюрьмы в одиночку убежать невозможно.

    — Рэй Бреслин · фильм
15. «

    Не нарушай, если некогда сидеть

    Не нарушай, если некогда сидеть

    — Майкл Коннелли · книга
16. «

    А знаете, чего на зоне больше всего? Здесь больше всего вранья и надежды. У кого ни спроси, получили срок случайно или по чьей-то ошибке. А может человеку страшно признаться, что он принес в мир зло? Конечно, легче винить, чем каяться. Что же с нами случилось-то? Родились как все, с чистой совестью, учились что нельзя обижать, что нужно любить, жалеть, прощать... Потом что-то путается, сбивается, уже ничего не остаётся кроме подлого одинокого «Я». А может все преступления совершаются от одиночества и тоски? Когда никто тебя не любит, когда ты никому не дорог. Тогда всё можно?

    А знаете, чего на зоне больше всего? Здесь больше всего вранья и надежды. У кого ни спроси, получили срок случайно или по чьей-то ошибке. А может человеку страшно признаться, что он принес в мир зло? Конечно, легче винить, чем каяться. Что же с нами случилось-то? Родились как все, с чистой совестью, учились что нельзя обижать, что нужно любить, жалеть, прощать... Потом что-то путается, сбивается, уже ничего не остаётся кроме подлого одинокого «Я». А может все преступления совершаются от одиночества и тоски? Когда никто тебя не любит, когда ты никому не дорог. Тогда всё можно?

    — Лена Ярцева · фильм
17. «

    — Нас сажают в КПЗ – ужасное отвратительное место… — Ужасное отвратительно место — там нет смузи.

    — Нас сажают в КПЗ – ужасное отвратительное место… — Ужасное отвратительно место — там нет смузи.

    — Тамби Масаев
18. «

    — Бри сказала, ты используешь этот срок во благо. — Ну да, он классику читать будет. Может, освоит иностранный язык. — Да, надо выучить по-итальянски «Я стою пять сигарет».

    — Бри сказала, ты используешь этот срок во благо. — Ну да, он классику читать будет. Может, освоит иностранный язык. — Да, надо выучить по-итальянски «Я стою пять сигарет».
19. «

    Когда мой отец был в тюрьме, он писал в своих дневниках о том, как цену жизни можно измерить нашей выносливостью, о том, что мы переносим любую усталость, любую боль, и продолжаем борьбу, если только видим то, за что боремся.

    Когда мой отец был в тюрьме, он писал в своих дневниках о том, как цену жизни можно измерить нашей выносливостью, о том, что мы переносим любую усталость, любую боль, и продолжаем борьбу, если только видим то, за что боремся.

    — Эмили Торн / Аманда Кларк · сериал
20. «

    Коммунисты величайшие волшебники. Они любую страну способны превратить в цирк, тюрьму или кладбище.

    Коммунисты величайшие волшебники. Они любую страну способны превратить в цирк, тюрьму или кладбище.