Подборка «тюрьма» — 517 цитат

Собрали 517 цитат на тему «тюрьма» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Если честно, то я никаких угрызений совести не испытывала. Разве может страдать пойманный узник при воспоминании о своей тюрьме?

   Если честно, то я никаких угрызений совести не испытывала. Разве может страдать пойманный узник при воспоминании о своей тюрьме?

   — Коко Шанель · книга
2. «

   Видите ли, в тюрьме я уже бывал. Правда, всего три недели и всего лишь в предвариловке, но когда тебе дважды в день приходится играть в шахматы с угрюмо-свирепым болельщиком «Вест Хэм», у которого татуировка «УБЬЮ» на одной руке и «УБЬЮ» на другой, да еще набором шахматных фигур, где не хватает шести пешек, всех ладей и двух слонов, – в общем, ты невольно вдруг начинаешь ценить кое-какие мелочи. Такие, например, как свобода.

   Видите ли, в тюрьме я уже бывал. Правда, всего три недели и всего лишь в предвариловке, но когда тебе дважды в день приходится играть в шахматы с угрюмо-свирепым болельщиком «Вест Хэм», у которого татуировка «УБЬЮ» на одной руке и «УБЬЮ» на другой, да еще набором шахматных фигур, где не хватает шести пешек, всех ладей и двух слонов, – в общем, ты невольно вдруг начинаешь ценить кое-какие мелочи. Такие, например, как свобода.

   — Хью Лори · книга
3. «

   Там свободы больше, чем на воле, Только надо, брат, ее найти!

   Там свободы больше, чем на воле, Только надо, брат, ее найти!
4. «

   Тюрьма — хорошее место для того, чтобы научиться прислушиваться как к своему интеллекту, так и к физиологии. Я научилась по-настоящему внимательно читать. Тюрьма — это как монастырь, место аскетических практик.

   Тюрьма — хорошее место для того, чтобы научиться прислушиваться как к своему интеллекту, так и к физиологии. Я научилась по-настоящему внимательно читать. Тюрьма — это как монастырь, место аскетических практик.

   — Надежда Толоконникова
5. «

   Коммунисты величайшие волшебники. Они любую страну способны превратить в цирк, тюрьму или кладбище.

   Коммунисты величайшие волшебники. Они любую страну способны превратить в цирк, тюрьму или кладбище.
6. «

   Тюрьмы строятся из камней закона, публичные дома — из кирпичей религии.

   Тюрьмы строятся из камней закона, публичные дома — из кирпичей религии.

   — Уильям Блейк · книга
7. «

   В темницах нет окон и все часы походи один на другой, а для меня теперь всякий час — полночь.

   В темницах нет окон и все часы походи один на другой, а для меня теперь всякий час — полночь.

   — Джордж Мартин · книга
8. «

   Я заключенный под номером 786, Смотрю на мир сквозь решетку тюрьмы. Я вижу деревни родные огни, И Зару глаза в ней видят мои. О себе забывая порой, Все мечты мои в жизнь воплощает И, родные оставив края, Моих мать и отца опекает. Пусть жизнь изменить не в моей это власти, Я Бога прошу, чтобы дал Он ЕЙ счастье. Они говорят: «Мы чужие с тобой». Откуда им знать, кто чужой, а кто свой? Они говорят: «Чужие мы с нею», Но разве чужую называют своею?

   Я заключенный под номером 786, Смотрю на мир сквозь решетку тюрьмы. Я вижу деревни родные огни, И Зару глаза в ней видят мои. О себе забывая порой, Все мечты мои в жизнь воплощает И, родные оставив края, Моих мать и отца опекает. Пусть жизнь изменить не в моей это власти, Я Бога прошу, чтобы дал Он ЕЙ счастье. Они говорят: «Мы чужие с тобой». Откуда им знать, кто чужой, а кто свой? Они говорят: «Чужие мы с нею», Но разве чужую называют своею?

   — Вир и Зара (Veer-Zaara) · фильм
9. «

   Смерть, налоги и вечерний обход — все это неизбежно.

   Смерть, налоги и вечерний обход — все это неизбежно.

   — Вик Хилл · сериал
10. «

    Что общего между театром и тюрьмой? Никогда не знаешь, с кем будешь сидеть.

    Что общего между театром и тюрьмой? Никогда не знаешь, с кем будешь сидеть.

    — Михаил Владимирович Генин
11. «

    – Я думал, в тюрьме из тебя выбьют стихотворное дерьмо. – Стихотворное дерьмо – единственное, что держало меня на плаву.

    – Я думал, в тюрьме из тебя выбьют стихотворное дерьмо. – Стихотворное дерьмо – единственное, что держало меня на плаву.

    — М. Л. Рио · книга
12. «

    Вели по главной улице города. От тюрьмы до здания суда — более полукилометра. У дороги играли мальчишки лет десяти-двенадцати. Увидев «процессию», бросили игру. Слова одного влетели в самую глубь души: — Отпустите её, дядьки! И не успела я заглотнуть подарок детского великодушия, как его перекрыли слова другого: — Расстреляйте её, мерзавку! Главная улица успела выплеснуть в лицо всё своё «человеческое». Мальчишки, играющие у дороги, остались позади, а выкрики их я унесла с собой на всю жизнь. Сколько в этой разности — «отпустите», «расстреляйте» — правды. Нет единой меры вещей. Она расколота, и это будет вкоренено не в одно поколение.

    Вели по главной улице города. От тюрьмы до здания суда — более полукилометра. У дороги играли мальчишки лет десяти-двенадцати. Увидев «процессию», бросили игру. Слова одного влетели в самую глубь души: — Отпустите её, дядьки! И не успела я заглотнуть подарок детского великодушия, как его перекрыли слова другого: — Расстреляйте её, мерзавку! Главная улица успела выплеснуть в лицо всё своё «человеческое». Мальчишки, играющие у дороги, остались позади, а выкрики их я унесла с собой на всю жизнь. Сколько в этой разности — «отпустите», «расстреляйте» — правды. Нет единой меры вещей. Она расколота, и это будет вкоренено не в одно поколение.

    — Тамара Петкевич · книга
13. «

    — Это здесь мы копы и преступники, а там все... «невиновные». — Да, все и никого.

    — Это здесь мы копы и преступники, а там все... «невиновные». — Да, все и никого.

    — Харли Сантос · сериал
14. «

    Я уже однажды говорил, что заключённые это рабы, поэтому у них есть эта рабская привычка глупо выглядеть и развешивать уши.

    Я уже однажды говорил, что заключённые это рабы, поэтому у них есть эта рабская привычка глупо выглядеть и развешивать уши.

    — Стивен Кинг · книга
15. «

    Для охранника тюрьма всегда опаснее, чем для заключенного.

    Для охранника тюрьма всегда опаснее, чем для заключенного.

    — Сергей Недоруб · книга
16. «

    — Лëх, ты что? — Что ты такое намуливал, дурачок? Ты что из этих, как его, из авторитетов что ль? — Да нет, в тюрьме меня уважали, а это так на память. — На память? На память о чем? О пяти годах скотского существования?

    — Лëх, ты что? — Что ты такое намуливал, дурачок? Ты что из этих, как его, из авторитетов что ль? — Да нет, в тюрьме меня уважали, а это так на память. — На память? На память о чем? О пяти годах скотского существования?

    — Гарик Смолин · сериал
17. «

    Как пленник связан веревками и лишен свободы действия, так падший человеческий ум связан мыслями лживыми, неправыми, и так связано человеческое сердце желаниями похотными, нечистыми, страстными. И как пленники бывают с различною степенью свободы действия: один заключен в оковы, другой — в темницу, третий — в стены тюрьмы, так и человеческое сердце и ум бывают с разной степенью истинности в мыслях и чувствах. Но пленник остается пленником, в каком из видов заключения он бы ни находился, так и падший ум и сердце остаются падшими, т.е. неистинными, о чем бы они ни составляли свое мнение в мыслях и чувствах. Поэтому Господь говорит: «Познайте истину и истина сделает вас свободными», а св. Апостол — «Где Дух Господень, там и свобода». Всякое понятие, слово имеет смысл и сопряженное с этим смыслом чувство, отзвук в душе. Грехом это единство смысла и чувства рассечено, и мы не чувствуем того, о чем говорим, и и не понимаем того, что чувствуем. Господь благодатию Своею восстанавливает это единство, врачует эту неисцельную рану. Но все это происходит так, как будто мы снова начинаем учиться ходить. Все ново, все необычно, все трудно. Все дается только опытом, только им одним. Иначе как научиться ходить? Значит, все в исполнении заповедей Божиих.

    Как пленник связан веревками и лишен свободы действия, так падший человеческий ум связан мыслями лживыми, неправыми, и так связано человеческое сердце желаниями похотными, нечистыми, страстными. И как пленники бывают с различною степенью свободы действия: один заключен в оковы, другой — в темницу, третий — в стены тюрьмы, так и человеческое сердце и ум бывают с разной степенью истинности в мыслях и чувствах. Но пленник остается пленником, в каком из видов заключения он бы ни находился, так и падший ум и сердце остаются падшими, т.е. неистинными, о чем бы они ни составляли свое мнение в мыслях и чувствах. Поэтому Господь говорит: «Познайте истину и истина сделает вас свободными», а св. Апостол — «Где Дух Господень, там и свобода». Всякое понятие, слово имеет смысл и сопряженное с этим смыслом чувство, отзвук в душе. Грехом это единство смысла и чувства рассечено, и мы не чувствуем того, о чем говорим, и и не понимаем того, что чувствуем. Господь благодатию Своею восстанавливает это единство, врачует эту неисцельную рану. Но все это происходит так, как будто мы снова начинаем учиться ходить. Все ново, все необычно, все трудно. Все дается только опытом, только им одним. Иначе как научиться ходить? Значит, все в исполнении заповедей Божиих.

    — Иеромонах Василий (Росляков)
18. «

    — Мы вам приклеиваем парик. — Так. — Рисуем татуировку. — Так. — И сажаем в тюрьму. — Как это?... А за что же это?

    — Мы вам приклеиваем парик. — Так. — Рисуем татуировку. — Так. — И сажаем в тюрьму. — Как это?... А за что же это?

    — Евгений Иванович Трошкин · фильм
19. «

    Тюрьмы утратили свою блистательную суровость с тех пор, как наши воровские авторитеты обуржуазились, а в тюрьмах поселились честные люди.

    Тюрьмы утратили свою блистательную суровость с тех пор, как наши воровские авторитеты обуржуазились, а в тюрьмах поселились честные люди.

    — Жан Жене · книга
20. «

    Как и в любой другой тюрьме. Только теперь благодаря социальным сетям тюрьма следует за тобой всюду.

    Как и в любой другой тюрьме. Только теперь благодаря социальным сетям тюрьма следует за тобой всюду.

    — Хлоя Прайс · игра